Окунуться в небо на чёрных парусах

Сколько бы не хотелось избежать неприятной встречи, она грядёт.       Утро, по ту сторону потухшего костра мирно посапывает Мрак, дождик капает немного, хлюпая по мокрой траве и по водной глади озера, ноги удивительным образом не ноют после того, как дракон мне их размял перед сном. Потянувшись, пошла наловить рыбы, чтобы приготовить её, как Мрак любит. Капли воды пускали рябь по глади озерца, разбивая отражения. Красота. Люблю дождь. Он смывает пыль и грязь со всего, что под него попадает, даёт живительную влагу всему живому. Слёзы, что я не выплакала, а небо выплакивает за меня. Рыба готова, дракон проснулся и голодным взглядом посмотрел на еду и облизнулся. — С добрым утром, как спалось? — спросила я, вручая прутик с рыбиной. — Спасибо, спалось отлично. Давненько я так не высыпался, если честно, — Мрак вгрызся в тушку рыбы, довольно помахивая хвостом. Надо всё-таки продолжить заниматься им, а то с этими ногами совсем позабросили. — Сегодня я уйду в деревню, надо всё-таки показаться народу, дать понять, что меня никто не съел, — сказала я дракону. — Ты уверена? Ты ещё не так крепко держишься на ногах, а там все вовсю бегают и прыгают, — с сомнением изрёк друг. — Знаю, но больше тянуть нельзя, надо явиться, а то вдруг отец прибыл? И что ему скажут? «Ваша дочь куда-то пропала, а найти мы её не смогли»? И будет короткосрочный траур, после которого меня вычеркнут из памяти и истории. Так, запишут в летопись появление очередной ночной жути и забудут. — Ну да, это я что-то не подумал. Как хоть ноги, справишься? — спросил Мрак, показав на мои конечности палкой с уже наполовину съеденной рыбиной. — После твоей вчерашней разминки совсем не болят, держусь более уверенно, чем годовалый малец, и ладно, спасибо за помощь. С недельку придётся активно носиться по лесу, чтобы вернуть им прежние способности и развить новые. Ладно, доедай, я пошла, — сказала я, поднимаясь и хватая своё оружие. Надо всё-таки начать тренироваться с этим топором обращаться, а то так совсем неумёха.

***

      Меня не ждали. Когда я появилась, Плевака чуть не уронил щит, который протягивал Рыбьеногу, Забияка с Задиракой перестали драться, а Сморкала с Астрид прекратили перетягивать мишень, которая чем-то приглянулась им обоим. — Опа, посмотрите, кто пришёл! Рыбья косточка, как дела? Где пропадала? — спросил наследник с такими знакомыми язвительными нотками в голосе. — Глаза разуй и на ноги её посмотри, у неё перестройка была. Только где ты её проходила, я тебя дома не нашёл, хотя перерыл всё, даже по домам пошёл! — сказал Плевака, подойдя и по пути отвесив подзатыльник Йоргенсону и распихнув Торстонов. — Я в лесу была, где же ещё, если не в деревне? — сказала я, переступив с ноги на ногу. Было всё ещё немного непривычно ощущать новое строение собственных нижних конечностей. — Ты довольно уверенно держишься на ногах. Как дела с бегом? Пока ребята учатся контролировать свои крылья и хвосты, потренируйся и ты, нечего бездельничать. Вон там бочки, иди туда, ставь препятствия, перепрыгивай, перелезай, короче, упражняйся, — лаварыг указал на ближнюю к клеткам зону арены. Ну да, с драконами я типа договорилась, а тут и пришибить могут. — Так, Сморкала, бери вон ту мишень и тренируй залпы, как только истратишь их, тренируй сбивающий взмах. Астрид, хватай тот щит и тоже давай залпы тренируй, потом возьмёшь те мишени и начнёшь учиться стрелять шипами, ясно? А вы двое хватайте Рыбьенога и тренируйтесь с оружием, с залпами, вижу, у вас всё прекрасно. — Слушай, Плевака, а что происходило, пока меня не было? — рискнула спросить я, не отходя от викинга. — Да ничего, разве что Забияка с Задиракой передрались из-за того, что спорили о том, что с тобой приключилось, из-за чего чуть не разнесли двери в клетку ужасного чудовища, но это не такое уж и событие, — ну да, было бы событием, если бы у них всё получилось, Клык бы им устроил взбучку по самое «не хочу», хотела бы я это видеть. — А теперь хватит отлынивать и дуй тренироваться, через неделю я проверю, как у тебя успехи, будешь мишенью для наших крылатых. И им полезно, и тебе тренировка в условиях, близких к боевым. — серьёзно сказал Плевака. — Чего?! Плевака, ты смерти моей хочешь?! — спросила я, чуть не сев из-за разом подогнувшихся и ослабевших ног. — Нет. Мотивирую я тебя так. Причём я серьёзно проведу вам такой экзамен, ясно? — сказал лаварыг, быстро потеряв ко мне интерес, потому что Сморкала напортачил с единовременными воспламенением и взмахом и подпалил Забияке зад. Экспериментатор троллев. Стоит уточнить, что с меткостью залпов всё в порядке и у него, и у Астрид. Я подошла к клеткам, начав устанавливать бочки. — О, Иштар, давненько тебя не было! Как дела? Где пропадала? — донеслось из клетки Кривоклыка. — Тише ты! Не хватало ещё, чтобы нас Плевака услышал! — зашипела я, оглядываясь на викинга. — Подумаешь, тоже мне проблему нашла. Так где была? — повторил дракон. — Меня не было всего-то пару дней. Я в порядке, проходила перестройку ног. Сейчас тут буду заниматься, — сказала я, устанавливая бочки и барьеры. — Понятно. Ну ладно, тренируйся, не буду отвлекать. — сказал Клык. Удивительно, сегодня он на удивление добрый. Не ворчит, не ругается. Может, съел что-то не то? А вот остальные притихли. Я потянулась, глянув наверх, на собравшуюся публику и… Заметила в пустующем углу до боли знакомую чёрную растрёпанную макушку. — Мрак? Что он тут забыл посреди бела дня, да ещё и при куче народу?! Совсем с ума сошёл? — прошипела я, нахмурившись. Ладно, пока викинги отвлечены, ничего страшного, остаётся надеяться, что никто его не заметит и никому не приспичит обойти вокруг арены по смотровой площадке. Начала я с приседаний и упражнений на гибкость, потом попрыгала, дальше принялась за полосу препятствий, которую проходила волчьей рысью — сто шагов почти бегом, сто — шагом. Перелезала через бочки, пыталась перепрыгнуть через барьеры (без падений не обошлось, но куда ж без них? Дети тоже падают часто, пока ходить учатся), потом разминка для расслабления напряжённых мышц. Чаще всего, конечно, я падала из-за того, что поскальзывалась на мокром полу. По ходу дела я пыталась почувствовать собственные ноги, каждую группу мышц, какая на что способна, проверяя расслабляющей разминкой. По-новому изучала своё тело. Думаю, перепрыгивать барьеры — далеко не предел. Под конец урока я была хорошенько вымотана, но довольна собой — смогла начать бегать, запрыгивать на барьер, удерживая равновесие на пару секунд, и при этом хорошо потренировала руки, пока падала. Плевака остался доволен нашими достижениями. Зрители разошлись, а я пошла на опустевшую зону для публики. Недалеко от выхода я нос к носу столкнулась с Мраком. Я хотела уже начать допрос, какого хрена он тут шляется, но на горизонте замаячил Плевака. Я быстро схватила дракона за руку и что есть сил рванула на арену, сказав другу прихватить корзину с рыбой у входа. Забежали мы быстро. Ещё быстрее я бежала к клеткам, открыла ту, в которой сидел Утёс, так как в ней побольше места, запихнула туда фурию и быстро закрыла дверь. Как раз вовремя — у входа замаячил кузнец. — О, Иштар, вот ты где. Что ты тут делаешь? — спросил он. — А, я? Я т-тут клетки проверяю. Ну, хорошо ли закрыты. А то после твоего рассказа о близнецах и ужасном чудовище как-то не по себе стало, вдруг вырвется? А этот дракон злющий, как чёрт, опасно, если вырвется. — в этот момент Кривоклык, будто подыгрывая, начал выламывать дверь. Я аж подпрыгнула от неожиданности и отшатнулась. — Видишь? Да и рыбу надо раздать, а то, наверное, голодные. А нам же не надо, чтобы драконы посреди обучения от голода перемёрли? На ком же тогда учиться будем? — сказала я, похлопав по двери в клетку жуткой жути. — Молодец, похвальное рвение. Ну, ты тут корми этих тварей, я жду тебя в кузне, помощь твоя нужна, — сказал он. — А, да, Плевака, я тут о чём сказать хотела. Я в лес переезжаю на какое-то время, тренироваться там буду с новыми конечностями, да и с оружием надо осваиваться. На тренировки ходить буду, но дома меня не ищи — поймать там меня будет труднее, чем жуткую жуть в кустарнике, — сказала я. — Хорошо, ладно, спасибо, что предупредила. Я жду, — и ушёл. Я выдохнула, открыла клетку, выпуская Мрака, и сразу же пошла в атаку. — Ты какого хрена тут забыл, а, ящерица пустоголовая?! Острых ощущений захотелось?! А если бы тебя кто заметил? Ты хоть думай, прежде чем переться в деревню к полулюдям посередь дня! Я, как тебя заметила, успокоиться не могла, всё ждала, вдруг заметят, вдруг тревогу поднимут? И как я тебе помочь смогу? Ты хоть думай головой, дурная рептилия, мог бы со мной посоветоваться, продумать план, если уж поглядеть захотелось, как нас тут гоняют, а не идти прямо зверю в пасть! — напустилась я на друга, тыкая того пальцем в грудь и тесня к стенке, наскакивая на него, как какая-то бешеная жуткая жуть на дракона покрупнее. — Воу-воу-воу, полегче, злобное порождение молний и смерти, понял я, понял, дурак, каюсь, обещаю исправиться! — поднял руки дракон. — Просто я волновался очень, ты с утра ещё пошатывалась, когда выходила, я думал, вдруг тебя заставят, не взирая на твоё состояние, сражаться? Я места себе не находил, успокоился только тогда, когда ты отошла от основной кучи и начала тренироваться отдельно. А потом уже просто оторваться не смог — всё смотрел, как ты тренируешься. Мне такая система в голову не приходила. Но она эффективная, действенная, я и того дольше учился, — сказал Мрак. — Ну, эти ноги ведь всё те же, те же мышцы, те же кости, подумаешь, изменились, ерунда какая, они такие же по силе, как и раньше, тут главное контролировать научиться, да новые возможности открыть. — Ого. А ты умная, — съязвил Клык. Узнаю этого ворчуна, значит, с ним всё в порядке. — Может, прекратите трепаться и дадите нам поесть? Голод не тётка, Иштар! — рыкнул он, шкрябнув по двери. — Да-да, сейчас, — опомнилась я и пошла к корзине. — А ты, Мрак, прекращай. Был умным и осторожным драконом, а теперь совсем расслабился. Эта девчонка плохо на тебя влияет. Тебе повезло, что она на тебя наткнулась. Те же близнецы, какими бы олухами они не были, без раздумий вскрыли бы тебе брюхо. Ещё тебе повезло с тем, что Иштар одного с тобой вида. А уже невероятное везение то, что эта девчонка оказалась до невозможного добра и нянчится с тобой, как наседка с цыплёнком. Я думаю, ты уже растратил своё везение на эти несколько дней, так что впредь врубай мозги и не твори глупостей, как сегодня, — читал нотации ужасное чудовище. — Полностью с тобой согласна, Клык, — сказала я. Другие драконы тоже загалдели, поддерживая. — Ой, да ладно вам, всё, больше глупить я не буду, не хочу, чтобы вы все нервничали. И ты, Иша, в том числе, — Мрак улыбнулся и, притянув меня за плечо перед открытой клеткой Кривоклыка, потрепал по голове, сбив капюшон и задев отростки, которые тут же встали торчком. — Ну Мрак, мне же это всё поправлять после тебя! Чтоб тебя жуткая жуть за хвост цапнула! — заворчала я, поправляя волосы, пряча в них отростки и надевая капюшон. — Ой, вы только посмотрите на эту сладкую парочку! — слащаво проворковал Клык. Кстати, ребята, словно сговорившись, не показывались мне на глаза, предпочитая прятаться в тени своих клеток, так что как они выглядят не в драконьем облике, я могла только догадываться. — Не вижу, но слышу, и я абсолютно с тобой согласен, Клык, — поддакнул Барс. — Я тоже так думаю, брат, — задумчиво протянул Вепрь. — Ой, да ну вас! — возмутился фурия, хлопнув по двери братьев. — А что, похоже! Вы ругаетесь и ворчите друг на друга, как парочка влюблённых, а ты ещё и выделяешь Иштар из общей толпы. Ой, чую я, тут не только дружбой пахнет! — протянула Штормовица. — Да Мрак мне как брат, не более, чешуйчатые вы заразы! — возмутилась я, покраснев и отпрыгнув от дракона. Я продолжила раздавать рыбу, по ходу дела затолкав Мрака обратно в клетку Утёса. — Посиди пока тут, ночью выведу по темноте, сейчас опасно — засекут. А пока меня нет, думайте, как мне вас освободить, чтоб не подставиться. И лучше это организовать как можно скорее, пока на острове мало народу. Скоро экзамен, а там… — я сглотнула. — Там одного дракона убьют. И целью будет явно не Утёс. Думаю, кого хотят пустить на жертву лучшему ученику, говорить не надо. Клык, конечно, ворчливый, порой противный и вредный до скрежета зубовного, очень вспыльчивый, но он хороший, он наш друг, поэтому я хочу, чтобы все отсюда выбрались. Без исключения, — я погладила дверь в клетку Кривоклыка, похлопала по ней (думаю, он услышал, что я сделала, чай не громобой) и ушла с арены. Плевака меня, наверное, уже заждался. Дойдя до кузницы, я услышала звон металла. Плевака старается вовсю. — О, Иша, проходи, у точильного круга мечи лежат на заточку, помоги с ними, пока я с этими маюсь — сказал кузнец, махнув в нужную мне сторону и продолжив орудовать молотом. Я подошла поближе, запустила механизм, крутящий точильник, схватила клинок и стала затачивать лезвие. — Тебе не жарко? Капюшон хоть сними, что ли, — сказал кузнец. — Не, всё нормально, мне и так неплохо, — сказала я, продолжая затачивать меч. Кстати, надо бы кинжалы подточить…       Закончили мы поздно, но оно и к лучшему. На выходе Плевака меня остановил. — Погоди. Это… Скоро Стоик должен приплыть, да и срок подходит… Ты старайся тренироваться усерднее, чтобы не ударить в грязь лицом, ладно? Я ради этого и тороплю тебя. Может, уже завтра смотровой крикнет, что видит корабли? Я, конечно, понимаю, что Стоик и так безмерно обрадуется, стоит ему увидеть, что у тебя уже и чешуя есть, и ноги изменились, и обучение идёт полным ходом, но лучше ведь его порадовать и успехами в учёбе? — сказал Плевака, положив целую руку мне на плечо. — О каком сроке ты говоришь? Что должно случиться? — спросила я. — Не забивай голову, Стоик всё тебе объяснит, ты подожди, — Плевака замялся, словно эта тема была не самой для него приятной. Или это из-за того, что она была бы неприятна мне? Ладно, что толку гадать? Ведь он, если решил не говорить, не скажет мне и слова. Значит, подождём вождя. А пока поболтаем с драконами, а то оставлять на ночь Мрака в клетке нехорошо. Ой, что будет!..       Сказать, что дракон был недоволен — это ничего не сказать. Он вышел злющий, как чёрт. — Что такое? — спросила я, подойдя ближе к злобно хлопающему хвостом по земле другу. — Договоришься ты однажды… — проворчал он. — О чём это ты? — спросила я, не понимая. — Кто сказал «Чтоб тебя жуткая жуть за хвост укусила»? Поздравляю, меня Утёс цапнул за хвост! Больно, между прочим, — Мрак обиженно засопел, а я беззвучно хохотала. — Спасибо, Утёс, с меня причитается! — простонала я. Мрак, надувшись, как мышь на крупу, ушёл к клетке Штормовицы. — Было бы за что, чесслово, — весело сказал лекарь. — Ему полезно. — Ага. Так что решили? — спросила я. — Думаю, можно устроить всё прямо на экзамене. Кривоклык вылетает, громит всё, до чего дотягивается, для виду… — А под шумок я в ту щель, через которую ты угря вытащила, пускаю газ. Никто не заметит, если Клык постарается всё внимание приковать к себе, — сказал Барс. — Потом поджигаем, а пока дымок, Клык открывает клетки, рыча для виду, — добавил Вепрь. — Далее все вылетаем, вырываемся, улетаем, и с тобой связать не выйдет. Ну, а если лучшей внезапно выберут тебя, можем и тебя стащить для виду, мол, драконы взяли закуску для празднования победы, или как это у вас переведут, — закончила Штормовица. — А зачем меня похищать? Это может выглядеть подозрительно, да и я и сама пропасть могу, Мрак мне в том поможет. Правда, Мрак? — сказала я, повернувшись ко всё ещё обиженному дракону. — Дуйся, сколько влезет, да вот только сам ты улететь не сможешь, если я не сделаю автоматический элерон. — сказала я равнодушным голосом, пожав плечами. — Да плюнь ты на него, пообижается и перестанет, что, в первый раз так, что ли? — сказал Барс. — Я думаю, вам уже пора, а то не доберётесь же по темноте. — донёсся голосок Мяснушки. — Да, точно. А если вам ещё и удастся разнести взрывом дверь, ребят, будет вообще отлично, — сказала я, обращаясь к братьям. — А об этом мы не подумали… Но придётся за день до этого надышать газом, да и больновато будет, всё-таки взрыв придётся сделать довольно мощным, а мы внутри будем, нас не хило так к стенке припечатает. Плюс придётся сидеть попой к выходу и закрывать хвостом щель, чтоб газ весь не вышел. — с сомнением пробормотал Вепрь. — Ещё и надышимся… — добавил он. — А вы своими носами щель заткните. И газ не выйдет, и не надышитесь. А при взрыве вы не к стенке жмитесь, а на дверь прыгните в драконьем облике, так помимо ударной волны от взрыва вашим весом припечатает, а это может послужить окончательным фактором выноса. Вы спите, да дальше продумывайте, может, слабые места найдёте, заодно и найдёте пути, как их избежать, — сказала я, хватая Мрака под руку и выводя с арены.       До своего убежища мы добрались без приключений, зато внутри я обнаружила, что я начала чихать. Синими вспышками. Маленькие шарики, но заметные. А это уже проблема. Придётся гасить их, чихая в тыльную сторону ладони. — А вот это уже лучше. Скоро научишься контролировать мощь залпов, а пока они слабые, незаметно гаси рукой, наша чешуя выдержит такое без проблем, — сказал Мрак. Дуться он перестал по дороге, когда выпустил пар, отвесив мне подзатыльник. Зато посмеялись над этой сценой, когда я поделилась взглядом со стороны. — Спасибо, — я впервые сама обняла дракона. Он так много для меня сделал, так много мне дал, а сейчас планирует помогать и с залпами. — Что бы я без тебя делала? — пробормотала я, прижавшись к дракону. Улеглись. Но дискомфорт, появившийся в спине, не давал покоя. Я вертелась и крутилась, пока Мрак не выдержал, сказав: — Иди сюда, горе ты моё. — сказал он, превращаясь в дракона. Синее пламя словно переплавило его и сделало из человека рептилию. Я встала, подошла, замерла в нерешительности. Что делать? Он решил эту проблему сам, просто опрокинув на себя хвостом. Уложив на лапы и накрыв крылом, он решил проблему, так как лопаток и поясницы он не касался. Так и уснули.

***

      Я очень беспокоился, когда Иштар ушла. Её немного пошатывало — я заметил. Сначала вертелся по пещерке, не находя места, а потом рванул по еле заметной тропинке из только что примятой травы — следу девушки. Выйдя к деревне, я прошмыгнул к тому месту, которое было сверху огорожено сетью цепей, предположив, что именно там будут держать драконов. Не в деревянной же сараюшке? И я не прогадал. У ребят уже и крылья с хвостами были, и носились они — будь здоров. Иша на их фоне действительно выглядела бескрылой ящеркой. Особенно на фоне здоровяка, который обладал всеми качествами ужасного чудовища, от характера конечностей до залпов и воспламенения. А вот та блондиночка похожа на Штормовицу. Такая же окраска, да и телосложение похожее. Иштар отправили к клеткам с драконами, где она начала устанавливать препятствия. Барьеры, бочки — всё в хаотичном порядке, я даже не понял, как она собралась тут заниматься. Но потом обнаружилась система. Когда она разминалась, показалось, что она посмотрела в мою сторону, нахмурилась. Не показалось… Ой, что будет!.. Так я и смотрел. Сердце кровью обливалось и ёкало, когда девушка падала, но она поднималась и продолжала тренировку, продвигаясь вперёд с упёртостью землеройки. В конечном итоге Иштар уже могла прыгать и бегать нескорой рысцой. В конце, когда все расходились, она задержалась, делая разминку. Я решил этим воспользоваться, встретить её возле выхода, а по пути столкнулся с ней нос к носу. Девушка выглядела так, словно хотела разразиться тирадой и вот-вот лопнет от сдерживаемых слов. Причём тирада эта явно не на тему «Ты видел, как я занималась? Я уже могу не очень быстро бегать и прыгать через бочку». Но вместо этого она схватила меня за руку и потащила внутрь, на ходу бросив: «Возьми ту корзину у входа». Я послушно взял груз. Внутри она даже не думала тормозить, наоборот, ускорилась, пересекая место драконьего смертоубийства, а потом, когда я скинул у стены корзину, резко затолкала меня в открытую клетку. Я даже пикнуть не успел, как дверь закрылась, и перешёл в полуформу. Я был не один. Моим соседом был низкий крепкий мужичонка со всеми признаками жуткой жути. Я хотел было спросить, кто он и не знает ли, что нашло на нашу знакомую, как снаружи донеслись голоса. Иштар говорила с каким-то викингом, назвав того Плевакой. Говорила о клетках, о злющем драконе, имея в виду Кривоклыка, дракон ей подыграл, начав выламывать тяжёлые, толстые двери клетки, подтверждая свой образ, а потом, после слов человека о кузне, сказала, что временно переедет жить в лес. Когда тот ушёл, Иштар открыла клетку, сразу перейдя в наступление. — Ты какого хрена тут забыл, а, ящерица пустоголовая?! Острых ощущений захотелось?! А если бы тебя кто заметил? Ты хоть думай, прежде чем переться в деревню к полулюдям посередь дня! Я, как тебя заметила, успокоиться не могла, всё ждала, вдруг заметят, вдруг тревогу поднимут? И как я тебе помочь смогу? Ты хоть думай головой, дурная рептилия, мог бы со мной посоветоваться, продумать план, если уж поглядеть захотелось, как нас тут гоняют, а не идти прямо зверю в пасть! — что? Ящерица пустоголовая? Бестолковая рептилия? Обидно, вообще-то. Она наскакивала на меня, как боевая пташка на дракона, прилетевшего разорять её гнездо. — Воу-воу-воу, полегче, злобное порождение молний и смерти, понял я, понял, дурак, каюсь, обещаю исправиться! — поднял руки дракон, сдаваясь перед мощью пернатой бестии. — Просто я волновался очень, ты с утра ещё пошатывалась, когда выходила, я думал, вдруг тебя заставят, не взирая на твоё состояние, сражаться? Я места себе не находил, успокоился только тогда, когда ты отошла от основной кучи и начала тренироваться отдельно. А потом уже просто оторваться не смог — всё смотрел, как ты тренируешься. Мне такая система в голову не приходила. Но она эффективная, действенная, я и того дольше учился, — сказал я, решив подсластить пилюлю. Похоже, я всё сказал верно. — Ну, эти ноги ведь всё те же, те же мышцы, те же кости, подумаешь, изменились, ерунда какая, они такие же по силе, как и раньше, тут главное контролировать научиться, да новые возможности открыть. — Ого. А ты умная, — съязвил ворчун Кривоклык — Может, прекратите трепаться и дадите нам поесть? Голод не тётка, Иштар! — рыкнул он, шкрябнув по двери. — Да-да, сейчас, — сказала девушка и пошла к корзине. Дальше она пошла по клеткам, раздавая рыбу. — А ты, Мрак, прекращай. Был умным осторожным драконом, а теперь совсем расслабился. Эта девчонка плохо на тебя влияет. Тебе повезло, что она на тебя наткнулась. Те же близнецы, какими бы олухами они не были, без раздумий вскрыли бы тебе брюхо. Ещё тебе повезло с тем, что Иштар одного с тобой вида. А уже невероятное везение то, что эта девчонка оказалась до невозможного добра и нянчится с тобой, как наседка с цыплёнком. Я думаю, ты уже растратил своё везение на эти несколько дней, так что впредь врубай мозги и не твори глупостей, как сегодня, — поучал меня Кривоклык. — Полностью с тобой согласна, Клык, — сказала Иштар. Другие драконы тоже загалдели, поддерживая. Вот заразы хвостатые! — Ой, да ладно вам, всё, больше глупить я не буду, не хочу, чтобы вы все нервничали. И ты, Иша, в том числе, — я не удержался, улыбнулся и, притянув девушку за плечо перед открытой клеткой Кривоклыка, потрепал по голове, сбив капюшон и задев отростки, которые тут же встали торчком. — Ну Мрак, мне же это всё поправлять после тебя! Чтоб тебя жуткая жуть за хвост цапнула! — заворчала она, поправляя волосы, пряча в них отростки и надевая капюшон. Какая она всё-таки забавная. — Ой, вы только посмотрите на эту сладкую парочку! — слащаво проворковал Клык. Чего? — Не вижу, но слышу, и я абсолютно с тобой согласен, Клык, — поддакнул Барс. Какого?!.. — Я тоже так думаю, брат, — задумчиво протянул Вепрь. Что всё это значит? — Ой, да ну вас! — возмутился я, хлопнув по двери братьев. — А что, похоже! Вы ругаетесь и ворчите друг на друга, как парочка влюблённых, а ты ещё и выделяешь Иштар из общей толпы. Ой, чую я, тут не только дружбой пахнет! — протянула Штормовица. Вот ведь пятнистая колючка! — Да Мрак мне как брат, не более, чешуйчатые вы заразы! — возмутилась Иша, покраснев и отпрыгнув от меня, и продолжила раздавать рыбу, по ходу дела затолкав меня обратно к жути. — Посиди пока тут, ночью выведу по темноте, сейчас опасно — засекут. А пока меня нет, думайте, как мне вас освободить, чтоб не подставиться. И лучше это организовать как можно скорее, пока на острове мало народу. Скоро экзамен, а там… — было слышно, что она запнулась. — Там одного дракона убьют. И целью будет явно не Утёс, — так вот как зовут моего напарника по посиделкам в клетке до сегодняшней ночи. — Думаю, кого хотят пустить на жертву лучшему ученику, говорить не надо. Клык, конечно, ворчливый, порой противный и вредный до скрежета зубовного, очень вспыльчивый, но он хороший, он наш друг, поэтому я хочу, чтобы все отсюда выбрались. Без исключения, — сказала девушка и ушла с арены. Меня ощутимо стукнули по голове. — Эй, ты что творишь? — возмутился я, рефлекторно положив руку на то место, куда мне прилетело. — Это за то, что сыграл в идиота сегодня. Думаешь, этой девчушке без тебя забот не хватает? Она и так нервничает, ещё ты добавляешь! — прорычал он. — Ой, Утёс, ты так говоришь, будто она тебе приглянулась! — весело протянули близнецы. Ясно, решили поиздеваться. — Да ну вас, пустоголовые остолопы! Я просто констатирую факт! — проворчал мужчина, подёргав свою бороду. — Я согласен с Утёсом. Иштар и так очень многое для нас делает, очень многим рискует, сейчас волновать её не стоит. Ещё это превращение забот не убавляет, а только прибавляет неудобств. Очень трудно спрятать несоответствие её превращения с видом дракона, которым она прикрывается. Она очень добра к нам, уже за это стоит пощадить её нервы, — сказал Кривоклык. — О-о-о, наш Клык защищает девушку, неужели и ты тоже попал под власть её чар? — проворковала Шторм. — Я просто констатирую факт. Так и есть ведь, правда, Барс, Вепрь? — сказал чудовище. — Ну да, — сказал Вепрь. — Она очень отзывчивая, понимающая. Она смеётся над шутками, сопереживает, если нам скучно, остаётся на лишние несколько минут, даже если торопится к Мраку, — начал перечислять он. — Она прощает нам все наши подколки, извиняется за угрей, хотя мы всё понимаем и совсем на неё не в обиде. Она нам нравится, — дополнил его брат. — О-о-о! — прокричали Мяснушка, Штормовица и Кривоклык на последней фразе. — Вот кто точно попал под её чары! — крикнули они хором, но я быстро прервал их рыком. — А Мрак ревнует! — весело прогоготал Барс. — Не мели чепухи! Кто я и кто она? — сказал я, надеясь, что этот аргумент прокатит. — Ночные фурии, — сказал Вепрь. По его голосу явно слышно, что эта зеленочешуйная зараза лыбится. — Да я не про это! Она — человек. А я? Я, как бы, дракон, если вы ещё не забыли, — сказал я. — Оправдывается, значит точно. Мрак влюбился в Иштар! — ликовала Штормовица. — Да не влюбился я! Она мне нравится, да, не отрицаю, но ведь вам тоже! Вон, как её нахваливаете! Если бы не нравилась, вы бы ругали её последними словами! — рычал я, подскочив и заходив по выдолбленной в камне пещерке клетки. — Ну да… Она умная, добрая, честная. Она не хочет нашей смерти, а хочет помочь, открытая, мягкая, но при этом строгая, с ней сильно не забалуешь, — сказала Мяснушка. — А ещё она смелая, сильная, решительная. Я видела это у неё в глазах на тренировках, когда она уже не боялась меня. А ещё к ней не липнут запахи. Только лес, железо из кузни, и то, начинает выветриваться. Ну, и вода. — сказала Штормовица. — Правда? Как-то не обращала внимания… Тогда… Слушайте! — внезапно крикнула Мяснушка. Донёсся шум, грохот. Похоже, её крик заставил всех встряхнуться. — Что? — сказал я. — Тогда нам точно нужно её забрать! Её же тут никто не ценит, так? А о таких, как она, к которым не липнут запахи драконов и викингов, рассказывали старшие драконы в гнезде. Их называли Призраками, — сказала она. — Призраками? — спросил Клык. Он не верил в такую чепуху, да и вообще в рассказы наших стариков. — Да, Призраками. Они не впитывают запахи людей и драконов, сколько бы времени не провели рядом с ними. Но и совсем без запаха они не остаются. Тут более тонкое устройство, для каждого Призрака своё. Их не так и много, но и у нас в гнезде есть парочка таких. Мрак, если вы не заметили, тоже к ним относится, — сказала драконица. Я? Призрак? Вот это да… Вот так новости на семнадцатый год жизни. — Но вы ей пока не говорите, всё равно она не поймёт. Тут нужен тот, кто более сведущ в делах такого рода. Я же просто случайно вспомнила услышанное. Ладно, давайте думать, как выбраться. Помните, она говорила про экзамен? Можно устроить всё тогда. Запирать арену не будут, народу много, но все соберутся там, наверху, то есть они не будут ожидать, что все драконы разом вырвутся, так? — перевела тему Мяснушка. — Ну и? — в нетерпении сказали разом братья. Если намечается какое-то веселье, они всегда в первых рядах. — Выпустят меня, да? Тогда я могу такое шоу с огнём устроить, все там и лягут! — сказал Клык. — А я пущу газ, и кто-нибудь, например, та же Иштар, выпустит нас всех, а мы удерём под шумок! — сказал Вепрь. — Ты что?! А если её заметят? Газ будет внутри арены, не думаешь, что мы можем не успеть его разнести? — сказала Мяснушка. — А если поджечь? — предложил Утёс. — Будет бум, — сказал Вепрь, как само собой разумеющееся. — А после бума будет дым, и его будет больше, чем газа! — оживилась Штормовица. — При такой дымовой завесе мы все сможем улететь из клеток, а с Иштар это никто не свяжет! — сказала она. — А что делать с тем, кого выберут лучшим? — спросила Мяснушка. — Что-что? Вырублю его хвостом и всего делов, если это не Иштар будет, а если она, то и морочить голову нечем. Она нам поможет, а там прикинется, будто её отрубили и дали дёру, и всего-то, — сказал Клык.       Дебаты продолжались долго, даже очень, но всё вертелось вокруг экзамена. В конце уже спорить перестали. — Ауч! Утёс, что на тебя нашло?! — воскликнул я, схватив свой укушенный хвост. — Ты помнишь слова Иштар? «Чтоб тебя жуткая жуть за хвост цапнула!». А я, как удачно, жуткая жуть! — весело сказал он и захохотал. Я был зол как… Как… Да как не знаю, кто! Дверь открылась. А вот и инициаторша пожаловала. Я вышел. — Что такое? — спросила она, подойдя ближе к злобно хлопающему хвостом по земле мне. — Договоришься ты однажды… — проворчал я. Вот стоило блин перед её приходом меня цапнуть! Нахваливают её, а получаю на орехи я! — О чём это ты? — спросила Иштар. — Кто сказал «Чтоб тебя жуткая жуть за хвост укусила»? Поздравляю, меня Утёс цапнул за хвост! Больно, между прочим, — я обиженно засопел, а девушка согнулась в беззвучном хохоте. — Спасибо, Утёс, с меня причитается! — простонала она. Я же, оскорблённый и униженный, ушёл к клетке Штормовицы. — Было бы за что, чесслово, — весело сказал Утёс. — Ему полезно, — зараза жуткожутная. — Ага. Так что решили? — спросила Иша. — Думаю, можно устроить всё прямо на экзамене. Кривоклык вылетает, громит всё, до чего дотягивается, для виду… — А под шумок я в ту щель, через которую ты угря вытащила, пускаю газ. Никто не заметит, если Клык постарается всё внимание приковать к себе, — сказал Барс. — Потом поджигаем, а пока дымок, Клык открывает клетки, рыча для виду, — добавил Вепрь. — Далее все вылетаем, вырываемся, улетаем, и с тобой связать не выйдет. Ну, а если лучшей внезапно выберут тебя, можем и тебя стащить для виду, мол, драконы взяли закуску для празднования победы, или как это у вас переведут, — закончила Шторм. Ей явно нравилась эта идея — утащить Иштар. — А зачем меня похищать? Это может выглядеть подозрительно, да и я и сама пропасть могу, Мрак мне в том поможет. Правда, Мрак? — сказала она, повернувшись ко всё ещё обиженному мне. Не повернусь! — Дуйся, сколько влезет, да вот только сам ты улететь не сможешь, если я не сделаю автоматический элерон, — сказала она равнодушным голосом. Манипуляторша. Да вот только она права. — Да плюнь ты на него, пообижается и перестанет, что, в первый раз так, что ли? — сказал Барс. — Я думаю, вам уже пора, а то не доберётесь же по темноте, — донёсся голосок Мяснушки. — Да, точно. А если вам ещё и удастся разнести взрывом дверь, ребят, будет вообще отлично, — сказала она. Может, действительно перестать? Хлопну по затылку разок и успокоюсь. — А об этом мы не подумали… Но придётся за день до этого надышать газом, да и больновато будет, всё-таки взрыв придётся сделать довольно мощным, а мы внутри будем, нас не хило так к стенке припечатает. Плюс придётся сидеть попой к выходу и закрывать хвостом щель, чтоб газ весь не вышел, — с сомнением пробормотал Вепрь. — Ещё и надышимся… — добавил он. — А вы своими носами щель заткните. И газ не выйдет, и не надышитесь. А при взрыве вы не к стенке жмитесь, а на дверь прыгните в драконьем облике, так помимо ударной волны от взрыва вашим весом припечатает, а это может послужить окончательным фактором выноса. Вы спите, да дальше продумывайте, может, слабые места найдёте, заодно и найдёте пути, как их избежать, — сказала девушка, хватая меня под руку и выводя с арены. Она очень умная…       До своего убежища мы добрались без приключений, разве что я дал ей хвостом по затылку за то, что подшутили. На её «За что?» я сказал, что меня оскорбило, мы посмеялись вместе, а там и примолкли. А внутри пещеры Иштар начала чихать. Синими вспышками. Маленькие шарики, но заметные. Отлично! Значит, скоро можно будет не беспокоиться за её обороноспособность. Даже без меча сможет обороняться хотя бы недолго. — А вот это уже лучше. Скоро научишься контролировать мощь залпов, а пока они слабые, незаметно гаси рукой, наша чешуя выдержит такое без проблем, — сказал я. — Спасибо, — Иштар впервые сама обняла меня. Впервые сделала это первой. — Что бы я без тебя делала? — пробормотала она, прижавшись ко мне. Эх, что бы я без тебя делал, Иштар? Ребята правы, ни за что нельзя оставлять такое сокровище невежам-викингам. А то живут с таким чудом под боком, а разглядели его драконы, которые с ней знакомы всего неделю. Мы легли спать, но Иштар всё вертелась, вертелась, вертелась. Я не выдержал, сказал: — Иди сюда, горе ты моё, — и обернулся драконом. Странная вещь — залпы у нас плазменные, а превращение идёт с помощью пламени. Подумаешь, сияет сильнее обычного. Она встала, подошла ко мне и замерла. Что стоит? Я просто опрокинул её на себя хвостом. Уложив на лапы и накрыв крылом, я решил проблему. Она устроилась поудобнее, больше не вертясь. Значит, правильно предположил, у неё начали расти крылья с хвостом, вот и причиняют дискомфорт. Так и уснули: я лежал на боку, а Иштар — на моих лапах, накрывшись крылом. Запах леса, исходящий от неё, действовал лучше любой колыбельной.

***

      Утром я проснулась выспавшаяся и довольная. Над ухом сопел Мрак. Я дёрнула пару раз ушным отростком, на который дышал дракон, потянулась, стараясь не задеть кулаком мордашку рептилии, аккуратно приподняла его крыло, лапы, которыми он меня прижал к себе, похоже, рефлекторно, и выкарабкалась. Выбравшись из пещеры, я встала на берегу, потянулась, размялась. И тут я чихнула. В воду с шипением улетел сгусток плазмы. Упс… Сзади донеслось зевание рептилии. Ко мне подошёл чёрный дракон, толкнул головой руку. Я погладила шершавый нос, почесала за ушным отростком. Донеслось утробное урчание. — Ты такой миленький в этом облике. Как большой кот, — сказала я, обнимая дракона. Он снова заурчал, повернул голову так, чтобы был виднее подбородок. Я решила почесать. Мрак прикрыл глаза, заурчал, припал к руке и прижался так, что я едва держалась на ногах. — Хэй, братец, уронишь же! — сказала я, хихикнув. — Мне пора. Надеюсь, на этот раз ты не будешь за мной следовать до самой деревни? — спросила я, похлопав его по носу. Дракон мотнул головой. — Вот и славно. Не волнуйся, Плевака пусть и жесток к драконам, мне он ничего плохого не сделает. Он со мной возится с тех пор, как я ещё под стол ходила, — я повернулась и зашагала в сторону выхода. По пути я выбрала самый тернистый путь с поваленными деревьями, кустарником и прочими «радостями», чтобы устроить дополнительную тренировку, счихивала в тыльную сторону ладони синие огоньки и вообще веселилась, как могла. На арене уже был Плевака. — Так, Иша? Остальных не видела? — я покрутила головой. — Ладно. Вижу, у тебя ноги уже нормально функционируют. Вчера я как следует не успел посмотреть на твои тренировки, покажешь? — я кивнула, пошла к тому месту, где всё было установлено. — Я себе сделала такую полосу препятствий. Сначала не видно, как тут вообще можно передвигаться, да? А теперь любуйся, — и я начала. Прыжок, нырнуть, пробежать, прыжок, пройтись по барьерам, спуститься, пробежаться, нырнуть, подпрыгнуть и так далее. Я петляла так, что, если бы даже зайцы попытались повторить мои манёвры, запутались бы в собственных лапах. — Неплохо, и, самое главное, места занимает немного. Ты молодец. И, вижу, с ногами осваиваешься всё лучше и лучше, прямо-таки по часам можно смотреть. Вчера ты падала чаще, — похвалил меня викинг. Вот это да… Меня хвалят! Я даже не знаю, что делать — паниковать или прыгать от счастья. Потому что это подозрительно. — О, а вот и ребята. Отлично! Сегодня я… — Вижу корабли! — донёсся крик. — Опа, вот незадача, а, урок мне срывают! Ну, пошли наших из похода встречать, раз прибыли, — проворчал Плевака, хотя улыбался. Мы все выдвинулись к пристани, хотя даже отсюда было видно, что вернулись ни с чем. Корабли разбиты, паруса порваны, викинги побиты. Печальное зрелище. Но я предпочитаю смыться. Не хочу видеть этого рыжего викинга, что стоит у руля головного корабля…       Я шла, не разбирая дороги. Думала. Я не ожидала, что после недолгой отлучки я буду испытывать такое… Отторжение, что ли?.. К человеку, который был мне отцом. Был… Он перестал быть им тогда, когда сбагрил Плеваке в подмастерья, когда начал называть меня, как его любимый племянничек Сморкалочка, когда забыл те имена, которые дала мне мать… Сильно задумавшись, я не заметила края нашего с Мраком оврага и свалилась. Испуг, негромкий вскрик, падение. Было только страшно, а боли… Боли не было, что удивительно. Я открыла глаза. Оказалось, я зажмурилась, когда падала. Оказалось, что я лежу на Мраке. — Ты чем смотрела, когда шла?! А если бы я не успел тебя поймать?! Иштар, ты меня так в могилу сведёшь! — кричал он, крепко меня обняв. Я же, стиснув его жилетку, уткнулась ему в грудь. — Отец приплыл, — только и сказала я. Он тяжело дышал, а сердце колотилось часто-часто. Он и вправду за меня волнуется. Ребята бы тоже волновались. А вот отец наверняка даже не заметил того, что меня нет. Точно. Обрету крылья и улечу отсюда вместе с Мраком, здесь я не останусь. — Ты чего, Иштар, чего плакать-то? Это же шанс показать себя, что ты не пустое место! — сказал он, приподняв меня. Я прикоснулась левой рукой к уголку глаза. Ой, и вправду мокро. Дракон улыбнулся, погладил меня по голове. Тут в глазах потемнело, а последнее, что я помню, — это взволнованная фраза Мрака: «Эй, Иштар, ты чего? Не отключайся!»…

В это время в порту.

      Стоик Обширный сходил с корабля. К нему подходили викинги, говоря, что неуклюжей зануды больше нет, что вся деревня пирует по случаю такого счастья. — Она что, сгинула? — спросил он у кузнеца Плеваки. — О, только что же была со мной? И куда подевалась?.. Наверное, из-за напора фанатов решила уйти в лес, — сказал он. — Иккинг? Фанаты? — удивился он. — Ну кто бы мог подумать? У неё к драконам свой подход! К тому же у неё такой редкий дракон! — сказал лаварыг. — Она начала превращение?! Когда? — воскликнул Стоик, схватив своего друга за плечи. — Да, наверное, на следующий день после твоего отбытия, я не знаю, обнаружил это, кажется, день на третий после того, как вы уплыли. Или четвёртый?.. — ответил светловолосый викинг. — И кем же? — продолжения не требовалось. — Ночная жуть. Пора уже, они же раз в два поколения появляются, а в нашем ночной жути не было, значит, ей и быть, — сказал Плевака вождю. — Правда? Но… Дракон слабоват, да… Но хотя бы не бескрылая! Какая стадия? — спросил Стоик Обширный. — Уже ноги перестроились. Вот так как-то. Ещё она несколько раз Сморкалу на место поставила. А как ножи метает! И в кузне работает отлично, — начал хвалить девушку кузнец. — Видно, перестройка ей пошла на пользу. А как остальные? — спросил викинг. — Да сам посмотри. Рыбьеног уже полностью прошёл превращение, а у ребят уже прорыв произошёл. Что я тебе скажу! Ты упадёшь! Твоя дочь приняла крылья у Забияки и Астрид, а на следующий же день отказалась от их крыльев! — воскликнул лаварыг. — Моя дочь? Я и не думал, что она настолько отважная… Иккинг… — его перебили. — Стоик! Как тебе не стыдно! Иккинг, Иккинг, Иккинг! Ты во всём потакаешь своему племяннику! Забыл, какие имена дала девочке твоя жена? Ты же любил Валку, мог бы хотя бы дань памяти отдать, не забывать о своей родной дочери! Хотя бы её имена. Не удивительно, что она ушла… — сорвался кузнец. Он не одобрял такого поведения вождя, но не решался сказать, чтобы не теребить старые раны друга. — Но… — Иштар! Её зовут Иштар! А точнее — Иштар Исида Хэддок! Совести тебе не хватает, тоже мне. Вождь из тебя отличный, а вот отец никудышный, — упрекнул кузнец Стоика. — Точно… Но вообще, Вал больше любила имя Исида. Далёкие богини, как она сказала, — вождь прикрыл глаза. — Ладно, потом поговорю с ней, как придёт домой. — А вот с этим проблема. Она сказала мне вчера, что переезжает жить в лес, мол, тренироваться надо, ноги разрабатывать. Чувствует, мол, что она на большее способна, — сказал Плевака. — Тогда как мне с ней увидеться? Я, сколько не пытался, никак не мог её выследить, да никто не может! Словно призрак… Ни капли запаха викингов, — сказал Стоик Обширный. — Приходи ко мне на урок, поболтаешь. Если не удерёт…

***

      Иштар ушла на урок, я же остался сидеть в пещере. Думать. Ребята во всём правы. Она невероятная, но захочет ли она с нами улететь? Примут ли её остальные драконы? Это мы к ней, как к своей, потому что она нам жизни спасти пытается, а другие? Не выгонят ли они её только потому, что она — викинг по крови? Не знаю… Но она ещё не убила ни одного дракона, полулюдьми от неё не пахнет, да и кровью тоже, но вот есть проблема — драконами от неё тоже не пахнет никак. И как быть? Так ни до чего и не додумавшись, я вышел наловить рыбы. На берегу я снова задумался, перебирая все качества девушки, чтобы предъявить их как доказательство того, что она нам не враг. Но до конца я так и не припомнил, потому что услышал вскрик. Повернувшись, я увидел Иштар. Она падала с обрыва. Сердце ушло в пятки, а я, сам не поняв, как, уже поймал её. — Ты чем смотрела, когда шла?! А если бы я не успел тебя поймать?! Иштар, ты меня так в могилу сведёшь! — кричал я, крепко обняв девушку. Она стиснула жилетку, которую отдала мне взамен той, первой, с уже готовыми прорезями, уткнулась в грудь. Сердце колотилось, как бешеное. Я очень перепугался. — Отец приплыл, — пробормотала она. Понятно, почему она как в воду опущенная. Тут я почувствовал, как на груди становится мокро и тепло. Слёзы? — Ты чего, Иштар, чего плакать-то? Это же шанс показать себя, что ты не пустое место! — сказал я, приподняв девушку за плечи. Она, похоже, даже не заметила слёз. Прикоснулась рукой к уголку левого глаза, удивлённо уставилась на мокрые пальцы. Я улыбнулся, потрепав по голове. Она выглядит такой маленькой. Совсем ещё дитя. Тут она обмякла, глаза закрылись. — Эй, Иштар, ты чего? Не отключайся! — крикнул я. Но она уже была без сознания. Похоже, опять запустился защитный механизм, вот её и вырубило. Я взял девушку на руки, отнёс в пещерку, уложил, подложив валики одежды под неё, чтобы не было дискомфорта от крыльев и хвоста. Накрыл. Она была бледной, хрупкой, слабой. Такое нежное лицо, даже немного детское, чёрные пряди у висков, ушные отростки, спрятавшиеся в каштановых волосах, появившиеся маленькие чешуйки на скулах, веснушки, особо выделявшиеся на бледной коже. Она не такая, как все остальные викинги. Изящная, ловкая, гибкая. Похожа больше на пташку или кошечку, а не на викинга. Хотя до этого превращения она была больше неуклюжей, боязливой… Одинокой… Она мне нравится, отрицать не стану, да и кому из нас не понравится такое маленькое чудо, свалившееся на наши головы? Точнее, на голову которого мы все свалились. Нужно быть очень стойким, чтобы всё это выдержать. Так что хрупкость очень обманчива. Сломить такую девушку непросто. Её же не сломили долгие годы отчуждения и упрёков. Нет, точно, заберу, даже если все драконы острова будут против. Научу летать, покажу, каково это, и заберу. Нам всем она необходима. Только такая сильная и изобретательная девушка сможет дать нам то, что отняла Королева, и даже больше…

***

      Проснулась я только на следующее утро. Мрак спал по другую сторону кострища. Я встала. Удивительно, но я чувствовала себя лучше, чем в первый раз такого… Рывка. Да, точно, рывка, вот верное слово. Надо внести в список терминов в нашей книге превращений. — Мрак? — позвала я друга. Он открыл сначала один глаз, потом второй, потянулся, оглянулся на меня и подскочил, как ужаленный. — Как ты? Как самочувствие? Как крылья и хвост? — засыпал он меня вопросами. Я хихикнула. — Всё хорошо, братец, я в порядке, этот рывок я легче пережила, — я улыбнулась. — Рывок? — уточнил он. — Ну да. Помнишь в первый раз, когда у меня чешуи появилось больше после купания? Сейчас то же самое. Угроза для жизни — рывок в превращении. Думаю, стоит внести это в систему в нашей книге превращений, — сказала я. — Книге? Вы же не фанаты чтения? Ну, викинги. Кроме тебя, конечно. Я заметил у тебя тягу к знаниям, — Мрак поднялся, подал мне руку. Я с его помощью встала. Голова чуть-чуть пошла кругом, но я устояла. — Не только я. Есть ещё один викинг. Тот парнишка-громмель Рыбьеног — ходячая книжка. Кажется, он как минимум по пять раз перечитал все книги, что у нас есть, — я взяла вчерашнюю рыбу, быстро её слопала и отправилась на арену. — Береги себя! — сказал мне друг вдогонку. — Всенепременно! — бросила я, улыбнувшись, и пошла на занятия.       На арене меня ждал, к сожалению, не только Плевака. — Иккинг… — он прокашлялся. — Прости… Иштар, нам надо поговорить, — сказал рыжебородый викинг. Вы только послушайте! Кто-то вспомнил моё имя! Интересно, сам, или ему Плевака напомнил? — О чём, отец? — сказала я холоднее, чем собиралась. Похоже, он это заметил. — О твоих успехах. Плевака сказал мне, что в учёбе ты лучше всех, и драконов приструняешь на раз-два, тебя даже ответственной за них поставили. Да и… О… Превращении тоже… Ты молодец! Я думал, что у меня дочь — полная бездарность, а оказалось, что ты от меня таилась! — воскликнул он. — Вот, держи! Этот шлем — половинка нагрудника твоей мамы. А вот вторая, — он постучал пальцем по своему. — Я горжусь тобой, дочь. И да, эта новость относится ко всем! Через три недели приплывут берсерки для ежегодного подписания мирного договора, и мы решили, что экзамен перенесём на день их прибытия. Развлечём гостей, покажем своих новобранцев, да и кровь дракона могут внезапно попросить для подписания, мало ли что, а потом учиться не на ком будет, если всех перебьём, — сказал Стоик Обширный. Ой-ё, вот же ж… Холера… Это сильно усложняет задачу… Ладно, придумаем что-нибудь. — А кто лучший вы уже выбрали? — спросил Рыбьеног. — А что тут выбирать? Конечно же я! — сказал Сморкала, выйдя вперёд, выпятив грудь и в эту же грудь ткнув большим пальцем, как бы на себя же указывая. — Пока нет, ещё не все прошли превращения, не забыл? — сказал Плевака. — Да эта бескрылка не успеет его за такой короткий срок пройти, когда она начала превращаться-то? — возмутился Сморкала. Достал. — Не загадывай наперёд! Сколько ты превращаешься? Чуть меньше месяца? И скоро закончишь, так? С начала моего превращения прошло больше недели, как раз успею, — сказала я. А учитывая рывки, через две недели закончу. И неделя остаётся на обучение полёту. Отлично! — Вот так-то. Так что терпение. В ближайшие пару дней вы закончите свои превращения и Плевака будет учить вас переходить из формы в форму. А пока учитесь! — сказал воджь, уходя. А мы продолжили урок… Дагур… Скоро он приплывёт, этот скрилл… Полоумный садист. До сих пор помню, как он делал из меня мишень для метания ножей, топил, как запер Рыбьенога. А Сморкала как обрадовался, когда услышал на заданный им вопрос про Дагура ответ, что тот тоже будет. Грррр. Надеюсь, молний у него в запасе не будет!