По лезвию дождя

Леонардо выбрался на крышу и легко перескочил на соседнее здание. Бежать было просто. Дневной город, совершенно чуждый черепашке, привыкшему к ночным неоновым рекламам, словно ослеп и оглох, или делал вид, что не замечает, что вот прямо тут, на углу двух улиц, происходит ограбление. Ювелирный магазин, освещенный рекламой, еще издалека сообщил Лео о том, что он добрался до места назначения. Громкие крики и брань грабителей разносились по окрестностям, как громогласное эхо. «Пора уничтожить эту неведомую силу», - Лео перескочил на крышу магазина и выглянул из-за небольшой надстройки пожарного спуска, пересчитывая потенциальных противников и пытаясь найти источник силы, о которой говорил его приемный отец. Здесь суетились сразу пять человек в черных одеждах, торопливо складывавшие в мешки пачки купюр. Больше никого и ничего подозрительного видно не было. Через открытый люк в крыше снизу подавали мешки и коробки, - значит там еще несколько грабителей. - Парни, положите все на место, будьте так любезны, - беззлобно попросил черепаший лидер и вышел из своего укрытия, потянув из ножен один меч. Второй не нужен, им и этого хватит. - Смотрите, - один из людей обернулся. – Ну и урод! Меня сейчас стошнит. Я бы с такой рожей удавился давно! - Передай Дереку, что его драгоценный гость пожаловал! – второй вскинул руки в защитную стойку. – Пусть поторопится! Рядом с ним встали еще трое, так же принимая боевые стойки и вытаскивая оружие. Лео оставил слова грабителей без внимания, одним стремительным прыжком оказавшись прямо перед ними и отбросив сразу двоих в сторону ударом ноги. Он испытал легкое разочарование, поняв, что никакой загадочной силы не нашел, а только кучку бандитов, но к этому чувству примешивалась злая радость. На их налобных повязках был вышит символ клана Фут! Сейчас одного из этих мерзавцев он захватит с собой и уже в логове, не спеша, расспросит о том, где его брат. И заставит рассказать. - Где Рафаэль? – шипящим от гнева голосом спросил Лео, припечатав очередного противника к полу. – Лучше скажите мне это сейчас. - Узнаешь, ублюдок! – отозвался тот, безуспешно пытаясь вырваться из захвата. – И не обрадуешься! Словно ответом на эту угрозу на крышу поднялся невысокий человек в деловом костюме, что совсем не вязалось с кланом. - Леонардо! – позвал он с легкой улыбкой. – А где же остальные? Я ждал всю веселую троицу. Ниндзя в синей маске резко обернулся на голос и прыгнул на человека. Без сомнения, этот тип был тут самым главным, а значит, знал точно больше других. Еще в полете Лео успел заметить громадный силуэт, рванувшийся ему наперерез. Он словно из ниоткуда вырос на краю крыши и прыгнул на черепашьего лидера. Огромная черная махина, с головы до ног упакованная в кожу, даже глаза затянуты сеткой. Это странное нечто сбило Лео еще в полете, и они покатились по крыше, сцепившись в один клубок. Леонардо успел уйти от смертельного захвата, перекатился и встал в стойку, выхватывая второй меч. Вот это уже был серьезный противник! Он понял это сразу, по его коротким скупым движениям и той чудовищной силе, что таилась под черной кожей. Пробежав глазами по фигуре своего противника, он мысленно стал отыскивать слабые места и чуть не заорал. Под левым коленом этого громилы была завязана красная полоса, которую он не перепутал бы ни с чем и никогда в своей жизни. «Рафаэль!!» Лео забыл о своем желании отыскать бреши в обороне, забыл, что всегда сперва составлял план атаки. Он просто бросился вперед с одним-единственным желанием – прикончить этого ублюдка. Вогнать меч ему в горло или в глаз и медленно провернуть, глядя на то, как жизнь будет покидать тело, а потом раскромсать его на кусочки, растоптать ошметки, вырвать сердце и швырнуть его куда подальше. - Фас! – коротко крикнул человек в деловом костюме, и эта тварь бросилась навстречу. Движения были стремительными, почти как у самого Леонардо. Лезвие меча пролетело в одном миллиметре от головы противника и соскользнуло по наплечнику. Лео подпрыгнул, избегая подсечки под колено, кувыркнулся в воздухе и приземлился за спиной своего врага. Тот успел развернуться и нанес удар слева с такой силой, что отшвырнул ниндзя на несколько шагов. Лидер черепашек прокатился по крыше и вскочил, едва заметно сморщившись, - у этого чудовища был просто невероятный по силе удар. Они столкнулись снова, нанося друг другу молниеносные удары, успевая ставить блоки или уворачиваться. Дрались в полной тишине, не издавая ни звука. Лео молчал, потому что был просто шокирован скоростью и силой своего противника, а еще больше его техникой боя. В руках громилы были зажаты два коротких ножа, которыми он легко блокировал мечи Леонардо, но не мог пробить его идеальную оборону. «Это выкормыш Шредера! – понял Лео, увернувшись от колющего удара в бок. – Больше никто не способен научить этому! Он убил Рафаэля и навязал на себя, как трофей его маску!» Глаза заволокло пеленой гнева. Леонардо пропустил удар в бок, почувствовал граненый штык, вошедший между ребрами, и сморщился, откатившись в сторону. Ему было наплевать сейчас на себя, а адреналин позволял оставаться на ногах даже с такой раной. Все, чего он хотел, это сорвать с ноги ублюдка красную бандану и убить его, отомстив за брата, а там уж можно свалиться без чувств. Закованный в черную броню боец прыгнул к нему, собираясь добить, но Леонардо встретил его ударом в голову и отшвырнул от себя пинком. Ему хватило доли секунды, чтобы вскочить на ноги и снова принять стойку. - Я убью тебя! – бросил он своему врагу. Тот ответил глухим рычанием, раздавшимся из-под маски, и бросился в атаку. Снова удар слева. Лео с удивлением отметил, что легко блокировал его, словно тренировался с этим ублюдком не один день, повел второй меч вниз, собираясь обрушить на череп в черном шлеме, но враг неожиданно перехватил его руку и вывернул так, что у черепашки чуть не треснул локоть. Меч с коротким звоном выпал из онемевших пальцев и упал на грязную крышу, откатившись в сторону. *** Все, что смог рассмотреть Рафаэль сквозь узкие прорези своего шлема, затянутые сеткой, это было жуткое уродливое лицо в синей маске. Такого просто не должно существовать, потому что природа не создает ничего безобразного. Это мерзкое существо не должно вообще ходить по планете! - Фас! – скомандовал хозяин. Это было просто, особенно учитывая то, что совпало с его желанием разорвать урода, который застыл перед ним. Урод владел отличной техникой боя и мастерски управлялся с двумя мечами, которые держал в лапах. Они сцепились и покатились по крыше. Раф хотел свернуть безобразную шею, но противник вывернулся и отшвырнул его мощным пинком. «Хорош», - с восторгом подумал Рафаэль, чувствуя, как в теле закипает бешеная ярость и по венам летит адреналин. Он прокрутил в пальцах рукоять штыка и попер в атаку. Люди, с которыми он дрался раньше, и вполовину не были так хороши, как этот уродливый монстр. Они могли нападать даже по трое, но Рафаэль без труда убивал их, и его за это хвалил хозяин. Рафу нравилось слышать предсмертный человеческий хрип и ощущать замирающий пульс в пальцах, он любил это мощное яркое чувство, которое хоть ненадолго приносило ему покой. Монстр напротив тряхнул головой и снова бросился в атаку, словно это не ему под ребра Раф только что вогнал отточенную сталь. В нем чувствовалась слепая бешеная ярость и почему-то боль, и ее было много. Это чувство Рафаэль тоже отлично знал, до мелочей изучив его запах. Этой твари с мечами было больно, но не физически. Странные синие глаза, невозможного для живого существа цвета, были прикованы к красной ленте, которую хозяин завязал на ноге Рафаэля. Назначения этой тряпки тот не знал, но она казалась красивой и почему-то будоражила разум, словно была чем-то невероятно важным. Расставаться с этой вещью он не собирался, хотя противник всеми силами хотел отобрать ее. Раф озверел, когда острая боль колющего удара прошила его плечо. Окровавленный клинок хищно высунулся наружу, пропоров руку насквозь, и монстр рванул его на себя, отворив дорогу красному потоку. Мотнув головой, чтобы отогнать боль, Рафаэль схватил неосторожно подошедшего слишком близко врага за шею и сжал пальцы, собираясь задушить уродливое создание. *** Леонардо позволил черному чудовищу поймать себя за шею и, используя его руку как рычаг, крутнулся в воздухе, роняя врага и себя в пыль. Ударив ногой в грудь противника, он вскочил и, наконец, смог сорвать с его колена красную бандану, пользуясь тем, что тот на миг задохнулся. «Рафаэль», - эта мысль заполнила собой все сознание, когда он сжал в кулаке истрепанный кусок бесполезной тряпки, - последнее, что осталось от брата. Боль оглушила внезапной вспышкой, полоснув чем-то невероятно острым правую руку. Лео выронил второй меч, инстинктивно уйдя в низкую стойку, что спасло его голову от сокрушительного удара. Кувыркаясь по грязной крыше, он услышал дикое рычание своего врага и понял, что тот прыгнул следом. Тяжелая махина опустилась на спину, припечатав на месте, черепаший лидер услышал треск, с которым раскололся панцирь, ровно там, где нунчаки Майки оставили трещину, а мгновением после, руку, сжимавшую бандану брата, пробил его собственный меч. *** Рафаэль подобрал клинок, который выронил противник, крутнул его в ладони, взвешивая, и прыгнул следом за катившимся врагом. Оружие в ладони было идеально сбалансировано, с шелковой оплеткой рукояти и длинной кистью на хвостовике. Потрясающее и совершенное, оно ласково легко в ладонь, словно Раф держал его много раз до этого. Тусклое лезвие, идеально выведенное до бритвенной заточки, завораживало пропорциями и должно было очень легко отрезать голову своего бывшего владельца. Тот был, действительно, невероятно хорош в бою, но позволил какой-то боли слишком сильно отвлечь его. Завладев красной тряпкой, он словно утратил ко всему интерес, и это было ошибкой. Раф приземлился обеими ногами на странную броню своего врага, заставив ее треснуть и вырвав короткий крик. Он наклонился и вогнал меч в зеленую трехпалую руку, пригвоздив ее к крыше. «Это мое!» - все, что сформировалось в его мозгу, когда он дернул из намертво сжатых пальцев кусок красной ткани. Отвратительный монстр не только не выпустил ее, но еще и нашел в себе силы сбросить Рафаэля на крышу и свободной рукой выдернуть из себя меч. Хотя ему полагалось только скулить от боли. Он, шатаясь, поднялся в защитную позицию, вскинув клинок перед собой, и уперся взглядом в сетку на глазах Рафа. Было что-то в этом взгляде странное, что-то такое, что тревожило разум. Глаза, не синие, это было первое ошибочное впечатление, они были как звезды и так же ярко горели на безобразном лице. Раф всмотрелся в них, силясь вспомнить что-то очень важное. Он видел такие глаза у кого-то однажды, но они были полны теплом и заботой, а не бешеной ледяной яростью. У тех глаз были родные лучики от зрачка по всей радужке, а эти … эти были глазами убийцы. Но цвет завораживал и манил, не отпуская, и даже заставив забыть об уродстве обладателя этих уникальных глаз. - Назад! – раздался крик хозяина, отгоняя наваждение, и Рафаэль послушно сделал несколько шагов в сторону, освобождая дорогу автоматчикам. Какими бы уникальными глазами ни обладал этот монстр, а от пули в голову это его не спасет. Рафу очень хотелось, чтобы пуля вошла в один из этих зрачков и уничтожила его, забрав с собой разрывающие голову мысли. Уродливый враг зеркально отошел назад и свалился с крыши. - Ублюдок! – заорал Дерек, бросаясь к краю парапета. Все, что он увидел, это слетевшую с карниза черепаху, которая кувыркнулась в воздухе и провалилась в открытый люк коллектора. - Вот черт! Ушел! – Дерек схватился за голову. – Сволочь! Он обернулся на Рафаэля и пробежал по нему цепким холодным взглядом. Тот стоял, опираясь на один из мечей Леонардо, который подобрал на крыше, и тихо раздраженно рычал, по его руке широким потоком текла кровь, а грудная пластина доспеха была пробита. - Ко мне! – приказал человек. – Возвращаемся! Драгоценности мы забрали, тест прошли, надо заштопать наше чудовище и доложить Мастеру, что эксперимент удался. «Нет сомнений, если Леонардо не сдохнет от ран и падения с крыши, то вернется, чтобы отомстить за брата. Хочу видеть его морду, когда он поймет, кому мстит!» Дерек самодовольно хмыкнул и прищурил глаза. *** Падение было долгим. Леонардо успел сгруппироваться, мысленно порадовавшись, что столько раз повторял этот потрясающий прыжок Рафаэля. Он свалился точно в канализационный люк, услышав над головой вой сирен безнадежно опоздавшей полиции, прижал к себе красную бандану и предпочел забыть, что мир вообще есть. Вот теперь он точно поверил, что его брат мертв. Справиться с монстром в одиночку было просто невозможно, тем более, что Раф так небрежно всегда относился к своей защите. Видимо, попав в плен, он столкнулся с этим чудовищем, или был стравлен теми, кто поймал его, и погиб. Будь у него за спиной в тот момент Леонардо, он бы прикрыл брата, и они смогли бы уничтожить врага. Вместе они могли почти все, что угодно. *** - Ну, наконец-то! Майки распахнул дверь и кубарем выкатился прочь. Они провозились очень долго, пока Донателло смог подобрать код к собственному замку, который делал на совесть. - Донни! Давай скорее! Ты отследил его? Черепаший гений побежал следом, на ходу настраивая свои часы. - Сигнал устойчивый, - сообщил он. – Надо поторопиться, это довольно далеко. Они мчались по лабиринту канализационных ходов, ориентируясь по показаниям приборов Донателло. Им обоим было страшно до онемения пальцев и сводившей скулы судороги, но ни тот, ни другой не высказывали вслух своих опасений. Что если они сейчас найдут только передатчик? Что если Лео тоже исчезнет, как до этого Рафаэль? Что тогда делать? Они никогда не поднимались на поверхность без старших братьев, они вообще свою жизнь без них не представляли. Лео всегда говорил, что делать и когда, а Раф… Раф просто был чем-то раздражающим, но невероятно важным в их жизни, из которой жестокая реальность вырывала куски, как из полотна, словно и сердце, и душу можно так же легко заштопать. - Второй поворот и там еще два километра прямо, - пробормотал Донателло, чтобы хоть как-то отвлечься от жутких мыслей. – Только держись, Лео. Только не исчезай. Его глаза были прикованы к крошечному красному огоньку на табло, но мысли мчались впереди, стремясь как можно быстрее добраться до брата и убедиться, что с ним все хорошо. Майки рядом скрипнул зубами и выписал на своем скейте «мертвую петлю», он бы помчался вперед и один, досадуя на медленного Донни, но здравый рассудок подсказывал, что ходить поодиночке уже хватит. - Сигнал не перемещается, - словно ответом на его мысли воскликнул Донателло. – Он никуда не уходит с выбранной позиции. - Не похоже на Лео, - процедил Майк. – Неужели домой не торопится? Или… Он не стал говорить вслух, но точно знал, что брат подумал то же самое, что и он сам. А что, если они найдут сейчас не Леонардо, а окоченевшее тело, в котором уже погасли все признаки жизни. Богатое воображение рисовало черепашке в рыжей повязке одну картину страшнее другой, но он упрямо гнал их прочь, заставляя себя верить в лучшее, потому что, если с братом случилось что-то плохое, простить себя будет довольно сложно. Может, Лео и не ушел бы один, не поссорься они и не наговори Майки того, что наговорил. - Лео! Они одновременно вылетели в крошечный колодец, отвесно уходивший вверх к открытому люку, и замерли, озираясь. Сигнал указывал именно на это место. Под ногами грязными бурыми кляксами была размазана кровь, а у стены, сжавшись в большой безобразный клубок, лежал Леонардо. Братья, не сговариваясь, бросились к нему и попробовали поднять, но сведенные судорогой мышцы не позволили даже разомкнуть кольцо рук. - Он ранен, – Майк присел рядом, бестолково погладив расколотый панцирь, и измарав пальцы в крови. – Донни, сделай хоть что-нибудь. Донателло на миг зажмурил глаза и мотнул головой. А что он мог сделать?! Посреди грязной канализации, напуганный ничуть не меньше Майка, рядом с истекающим кровью лидером. Что он мог сделать?! Донни почувствовал себя совершенно беспомощным, как в детстве, когда случалась какая-нибудь несправедливость, которой он просто не умел противостоять в силу своего мягкого характера. Но в детстве был Лео, был тот, кто мог если не помочь, то хотя бы объяснить, почему происходит так. - Поднимай его, - решительно заявил он. – Надо доставить его домой, а там разберемся. Главное, чтобы выжил. Он перевернул старшего брата, наскоро осмотрел и тихо выдохнул сквозь сжатые зубы, - на правый кулак Леонардо была намотана до боли знакомая бандана, насквозь пропитанная кровью. Майки коротко охнул и прикусил нижнюю губу. - Донни, это же… - он не договорил, но это и не требовалось. - Верно, - Донателло кивнул, смаргивая злые слезы. – Думаю, Лео есть, что нам рассказать, когда он придет в себя, и Мастеру тоже.