По лезвию дождя

Донателло сидел, обняв младшего брата одной рукой, и дрожащими пальцами собирал с пола разбросанные рисунки, смешные самодельные открытки и обрывки салфеток, неумело свернутые в цветы. Видимо, во время драки старших рухнул стеллаж, и с него свалилась коробка из-под обуви, в которой Леонардо хранил все их подарки, накопившиеся за годы. «Лео, - гений снял очки и вытер глаза, подслеповато прищурившись. – Ты же столько нам подарил, а мы тебе только упреки и рисунки. Ты приносил мне книги, а Майки комиксы и видеоигры, в ответ получая наше «спасибо» или вот эти каракули. Как же они были дороги тебе, если ты хранил их столько лет, в то время, как от твоих подарков давно ничего не осталось». Он поднял глаза и уставился в небесную боль взгляда Микеланджело. - Я не думал, что все так закончится, - тот вытер нос, с трудом удерживая в себе рыдания. – Я просто… просто хотел, чтобы Раф тоже был счастлив… - Майки, - Донателло глубоко вздохнул, бросив взгляд на своего старшего брата, который неподвижно сидел у стены, упершись глазами в смятый кусок картона. – Я не виню тебя ни в чем, теперь в этом нет смысла. Надо разыскать Лео и попробовать вернуть его домой. Он ранен и к тому же, думаю, очень расстроен. Как бы глупостей не натворил. Рафаэль поднял на него взгляд, до боли сжав кулаки. Они смотрели друг на друга, не говоря ни слова, но прекрасно понимая, что вспоминают одни и те же куски своей жизни. Младшие братья больше не играли в лидера. Майки все чаще в шуточных стычках с Донни заявлял, что он Рафаэль и способен победить весь мир. С возрастом мрачное очарование бешеного и неуправляемого брата вытеснило из головы восторженного маленького ниндзя образ спокойного и рассудительного лидера их команды, тем более, что тот слишком часто пропадал в последнее время, или сидел в глубокой задумчивости. Донни в этих играх противопоставлял силе свой гениальный разум, что приводило к поражению «победителя мира», а Раф тихо сатанел от этих игр, сам толком не понимая почему. - Я гроза всех преступников города! – вопит у него за спиной Майки и обрушивает на врага, сооруженного из подушки, свои нунчаки. - Гроза преступников не подумал о стратегии! – смеется Донателло и выдергивает из-под ног брата истрепанный половик. Бам! И оба катятся в пыль со звонким смехом. - У вас нет лидера в команде! – заявил Рафаэль, который в это время меланхолично тягал штангу. – От этого все ваши проблемы. Почему? - Да кому охота быть этим молчаливым занудой, который вечно чем-то занят! – отозвался Майки, поднимаясь с пола. – Он же только и делает, что тренируется, медитирует с отцом и где-то шарахается. И потом, он совсем не похож на героя! Вот ты – другое дело. Ты сильный, Раф, ты настоящий герой! И при том красивый. Рафаэль отложил штангу, встал, отвесил брату подзатыльник, не слушая возмущений о том, что герои так не поступают, и вышел из зала. За ужином он до рези в глазах всматривался в лицо старшего, пытаясь заметить то, что увидел Майки, а он сам пропустил мимо. Ведь еще год назад Леонардо был кумиром своих младших братьев, что же поменялось и когда? Ну не после же той истории с диском! Лео же спас задницу Майки от хороших пинков, хотя тот их вполне заслужил, и Рафаэль не позволил им увидеть минуту слабости старшего брата. Что же тогда случилось? Но в душе он уже знал, что именно тогда начались эти перемены, вот только проблема была вовсе не в Майки, а в самом лидере. Он наблюдал, как Леонардо торопливо доел ужин, уткнувшись носом в тарелку, сунул ее в раковину и налил себе кофе. Кофе! На ночь! Мастер Сплинтер не мешал ему, лишь пристально наблюдал за всеми своими сыновьями и хмурил брови. Раф отложил нож, которым пользовался вместо вилки, и уперся глазами в лицо старшего. Под прищуренными, воспаленными глазами лежали просто черные синяки, брата заметно потряхивало, хотя он пил обжигающий дымящийся кофе. Потом пожелал всем доброй ночи и торопливо покинул кухню. - Доброй ночи, сын, - ответил ему Сплинтер, проводив горьким взглядом. Донни кивнул, а Майки даже головы не повернул. Раф доел, сунул нож в раковину и вылетел следом. - Лео, нам надо поговорить! – догнав брата уже у входной двери, заявил он. Леонардо облокотился на стену, но поворачиваться не стал. - А это не может подождать до завтра? – негромко спросил он. - Куда ты собрался? – спросил Рафаэль, пропустив вопрос мимо ушей и подойдя ближе. – Ты же вроде спать шел. - Я разберусь, куда мне идти и когда. За собой следи, - Лео тряхнул головой. – Доброй ночи, Раф. Спорить Рафаэль не стал, поняв, что это просто бессмысленно, а докопаться до истины старший все равно не даст. Он просто дождался, когда за Лео закроется входная дверь, отсчитал десять ударов сердца и рванул следом. Гонка по ночной канализации, где решетки подходили опасно близко к поверхности и городу, будоражила нервы, заставляя кипеть адреналин. Но при этом Рафаэль ни на минуту не забывал, что ему нужно оставаться невидимым. И не только для ротозеев, которые могли случайно заглянуть в открытый люк, но, самое главное, для своего брата, который мчался впереди, легко прыгая по трубам и ускользая, как призрак. Полночи Рафаэлю пришлось носиться по сточной воде, порой проваливаясь по колено в мерзкую ледяную жижу, следить, как Лео лазает под люками магазинов, копается в отбросах, что-то сосредоточенно выискивая и кидая в сумку, висевшую у него на боку. Потом путешествовать по свалке под проливным дождем, наблюдая, как брат с большим энтузиазмом раскапывает обломки железок и старых электроприборов. Под утро злой, сонный и проголодавшийся, Рафаэль следом за лидером вернулся в логово. Причем ему пришлось изрядно поднажать, чтобы опередить Лео и окольной дорогой вернуться первым. Он так рассвирепел и замерз, добравшись в логово, что первым делом пошел в ванну и встал под горячий душ, в сердце своем матеря брата на чем свет стоит. Неугомонный старший не оставил свои ночные вылазки, доставая младшим братьям все необходимое и нужное. Подраставшие черепашки нуждались все в большем и большем количестве вещей, и Лео решал эту проблему в одиночку, как обычно в свойственной ему манере взвалив все на свой панцирь и не думая о том, что окончательно измотал себя и загнал. Сквозь шум воды, бездумно проводя пальцами по трещинкам в краске на стене, Рафаэль услышал, как тихо скрипнула входная дверь, и звук шагов сообщил, что брат проследовал в гостиную. Наскоро вытершись, Раф натянул на себя шорты, побросав все остальное в ванной, и вышел. Он направился в гостиную и привалился плечом к косяку с деланным интересом глядя, как Лео копается в принесенных им вещах. - Ну и где нас носило? – с ленцой в голосе спросил ниндзя в красной бандане. Лео вздрогнул и обернулся. Он не услышал, как вошел брат. В его глазах было столько усталости, что казалось еще миг, и она плеснется в комнату. Раф подошел и сел рядом, рассматривая разложенные на диване вещи. - Опять шарахаешься по канализации? – спросил он, взяв игровую приставку и небрежно рассмотрев ее. – Мелкому подарок притащил? - Он хотел другую, – вздохнул Леонардо, расстроенно качнув головой. – Но я нашел только эту. - Ясно, – буркнул младший брат. – А звезду с неба он не хотел? Ты не устал быть заботливой нянькой? Лео чихнул и ничего не ответил. -Посмотри, до чего ты себя довел! – Рафаэль готов был взорваться или начать орать на лидера. – Ты загнался! Он схватил брата за плечи и хорошенько встряхнул. - Отвали! – Лео вывернулся и оттолкнул его. – Ты же не хочешь, чтобы Майки снова что-то стащил, просто потому что у него нет того, что ему хочется, или Донни нечего было читать! Они не должны чувствовать себя ущербными только потому, что живут в канализации, они такие же дети, как и те, что бегают по поверхности! - Они не дети! – взорвался Рафаэль. – Пора бы им обоим уже знать, что все блага мира с неба в рот не падают! - Это тебе, - Леонардо положил на колено брату потрепанный эластичный бинт, не среагировав на последнее высказывание. – Ты вчера на тренировке запястье потянул. Рафу захотелось бессильно взвыть или влепить старшему по морде. - А себе от чихов и соплей ты что принес? - Со мной все нормально, – Лео пожал плечами. – Иди спать. Рафаэль схватил бинт и вылетел прочь из гостиной, понимая свое бессилие перед упертым, как баран, братом, который скорее сдохнет, чем хоть в чем-то им откажет. За углом он нос к носу столкнулся с Донателло, который, оказалось, тоже не спал. - Лео опять уходил ночью? – грустно спросил он, поправляя на носу очки. И не дождавшись ответа, продолжил. -Я тут придумал, как мне помочь ему, - гений поманил брата за собой. – Помнишь историю с диском? Раф кивнул – забудешь такое! - Учитель тогда объяснил мне, что лидер решает, защищать нас или нет, но все остальное зависит от нас самих. - И что? – Рафаэль дернул плечом. – Предлагаешь бегать с ним по канализации и искать для Майки новые игрульки? Это закончится мордобоем. - Нет, - Донни включил старенький ноутбук, подаренный лидером, и торопливо защелкал клавишами. – Я нашел другой способ. Смотри, вот сайт, на котором за деньги можно писать программы, а вот магазин, где продукты заказывают, не выходя из дома. Раф просиял, глядя на брата. - Ты – гений! – восторженно выдохнул он. – Остальное я беру на себя! Лео придется научиться признавать и наше право хоть что-то делать, а Майки мы все объясним! Донни, я рад, что у меня есть такой брат, как ты! Утренняя тренировка началась не так, как обычно. Раф с порога, едва поклонившись Мастеру, направился к Лео, который повторял ката, и бесцеремонно дернул его за плечо. - Давай в спарринг, старший, - оскалился он. – Если силы еще остались. Леонардо повернулся и ответил ему легким поклоном, молча встал в стойку. Лихорадочно блестевшие глаза больше напоминали две звезды, чем обычные органы зрения, особенно в обрамлении черных синяков, как на ночном небе, и Рафаэль непременно залюбовался бы ими, но у него были совсем другие планы. Он коротко выдохнул и бросился в атаку. Он знал Лео как облупленного, его безупречную защиту, скорость ударов и нереальную легкость. Но то, что творилось сейчас, поразило его до глубины души! Он смог уронить брата третьей же подсечкой, успел перекатиться, пока лидер пытался встать, и прижал локтем его шею. - Ты проиграл, - холодно сказал Раф, с тревогой всматриваясь в лицо брата. Лео вывернулся из захвата, поднялся на колени, и его скрутил приступ кашля. - Ты в порядке? – рядом оказался Донни, тревожно заглянувший в глаза. - Да, – хрипло отозвался лидер, оттолкнув его руку. – Раф просто переусердствовал. - Врешь! – жестко усмехнулся Рафаэль. – Ты же весь горишь, придурок! Лео встал, заметно шатнувшись, но упрямо поднял руки в защитную стойку. Рафаэль смотрел ему в глаза, читая как в открытой книге. «Я знаю, о чем ты думаешь, Бесстрашный. Ты думаешь, что только ты один в ответе за нас, совсем забыв, что на самом деле мы так же в ответе не только перед тобой, но и за тебя. И если в этом будет необходимость, то я прикрою тебя от чего угодно, даже от тебя самого, потому что сейчас это самый страшный твой враг. Вот эта твоя нереальная любовь к нам!» Раф атаковал. Зла и силы ему было не занимать, а теперь, когда они умножились на видимую и ясную цель, он просто отпустил свои инстинкты на волю. У него был брат, которого он любил и который сейчас нуждался в защите – Леонардо, его родной Лео. И у него был враг, способный отобрать этого брата – слепая преданная и всепоглощающая любовь Леонардо к семье. Этого врага нельзя было уничтожить, это Рафаэль знал точно, но вот усмирить было возможно. И этой любви придется сейчас отпустить Лео. Они сцепились и покатились по татами, нанося удары и ставя блоки, выворачиваясь из захватов, но не желая прекращать бой. Сплинтер следил за ними очень внимательно, но не вмешивался и не останавливал. Впервые за долгое время в глазах Мастера и отца горела надежда. Донателло охнул, увидев, что Раф припечатал Лео коленом к полу и выхватил свои саи. - Ты проиграл, - процедил он сквозь зубы. – Ты очень устал, брат. Пора это признать. Лео закашлялся и попробовал перевернуться на бок, но младший его не выпустил, пришпилив обе руки за напульсники к полу. - Отпусти! – Лидер хотел пнуть Рафа, но тот увернулся и ударил его по ноге, не позволив уйти в перекат и повредить себе запястья. - Довольно, Лео, выдохни. - Рафаэль, – спокойно сказал Сплинтер, сделав к ним шаг. – Ты победил. Отпусти брата. Лео вскочил, едва саи освободили его руки. Его трясло от унижения и гнева, но он ни слова не сказал, молча поклонился Мастеру и попросил разрешения покинуть тренировку. Дождавшись благосклонного кивка сэнсэя, он вышел. Раф секунду смотрел ему вслед, бессильно уронив руки и понимая, что он этого не хотел. Просто хотел показать Лео, насколько тот устал, и заставить задуматься, а на деле унизил и ничего кроме своей силы не доказал. Как всегда! Брат снова уйдет ночью, попрется хрен знает куда, и завтра тоже! И так до тех пор, пока не доконает себя и не подохнет с этой своей тупой жертвенной любовью к семье. - Да твою же мать четыре раза через забор! – рыкнул он, швырнув сай в стену. – Лео! Стой немедленно! Рафаэль отложил картонку и глубоко вздохнул, поняв, что его глаза стали мокрыми. - Помнишь, как я злился, когда считал, что он мое мнение в грош не ставит? – спросил он у Донателло, который все еще обнимал всхлипывающего Майки. – Я не на него злился, а на себя. Понимал, что так не умею, не умею, как он, любить и заботиться. Он поднялся, осторожно положив рисунок на чудом уцелевшую тумбочку. - Надо его найти. Донни кивнул, тоже поднимаясь. - Майки, подожди нас дома. Тот только отрицательно замотал головой и вцепился в руки братьев, поднимаясь с пола. - Вместе! - Вернем брата домой, - Рафаэль сжал их руки стальной хваткой. – Вместе! Он отвернулся и побежал по коридору в зал с оружием, зная, что там, на стене, осталась одна из катан Леонардо, смаргивая лишние, но такие чистые слезы, и вспоминая дальше свою жизнь.