Child of vice

Лисса и Эиджи более о матери не слышали, а если и слышали, то лишь то, что она покончила собой, будучи душевнобольной. Дочь эту тему, да и вообще любое упоминание о Мари, воспринимала болезненно, пусть и со временем это прошло, зато юноша совершенно спокойно отреагировал на подобное, словно ему было все равно. Хотя, вампир особо и не скрывал то, что мать перестала ему быть таковой с самого начала, ведь никаких намеков на любовь и заботу от нее не было. И вся эта ситуация все же повлияла на детей, оставив на их душе темный отпечаток, поэтому все были рады, когда семейство заявило, что переезжает в Мюнхен — столицу Баварии. Благо Тоуго позаботился о том, что бы его детям жилось лучше и приобрел там наконец-таки отдельные поместья, где поселились вампиры. Также Карлхайнц устроил своих внуков в лучшую частную школу, чтобы те ни в чем не нуждались. Лисса успела познакомиться со многими учениками, подружиться, и даже влюбиться в одного парня, который оказался вампиром из старейшего клана Германии, а также узнала, что является далеко не единственным сверхъестественным существом со своим братом в этой школе. Этот факт наоборот обрадовал девушку, ибо чувствовать себя неким изгоем и монстром всегда гнетуще, особенно, когда рядом нет поддержки и помощи. Эиджи старался быть более скрытным, несмотря на то, что являлся объектом воздыхания женской половины школы, что нравилось ему не особо, но, тем не менее, он хорошо себя зарекомендовал среди «детей тьмы» и даже нашел пару лучших друзей, с которыми мог прекрасно скоротать время. Со временем юный вампир, охваченный новыми увлечениями и пороками, нашел свое хобби в жестоких убийствах и расправах, где вместе с дружками издевался, как над прекрасными девицами, так и несчастными парнями, убивая и расчленяя их, выпивая кровь без остатка. В эти месяцы Бавария особенно бушевала над такими преступлениями, в страхе, что вся эта «суматоха» перекинется и на другие города, ибо людей погибло немерено, а убийцы так и не были найдены. Неужели они думают, что смогут остановить вампиров? Этот факт казался глупым и смешным для садистов, ибо смертным никогда не достичь того уровня, на котором находятся они — хладные демоны, властители ночи. Шу об этом частенько догадывался, как и братья, но никаких действий никто не предпринимал, отец лишь корил сына за то, чтобы тайна не была раскрыта, и просил, чтобы отпрыск тщательно заметал за собой следы и нигде после расправ не светился. Рейдзи был поистине удручен проступками племянника, так как надеялся, что тот станет истинным джентльменом, а не уйдет с головой в омут соблазнов, поддавшись чувству искушения, ощутив на себе это притягательное ощущение. Вампир старался научить юношу всему, что знает сам, но, к сожалению, ошибся в нем, чем заставил сомневаться в самом себе, ведь второй сын был не из легкомысленных личностей. Лисса о пристрастиях брата знала и считала это дело мерзким, но ее любовь к нему, такая нежная и трепетная, заставляла просто закрыть глаза. Она не могла смириться с жестокостью и алчностью души родного ее сердцу «человека», поэтому постоянно пыталась объяснить, что его поступки аморальны, но Эиджи был непреклонен, убеждая, что все в порядке, и малышке не о чем беспокоиться. — Лисса, привет, — прошептал ее возлюбленный, целуя девушку в щеку. Вампирша резко покраснела, смущенно отводя взгляд. К действиям Майкла она давно привыкла, вот только стыдливость все еще брала верх над ситуацией. Она знала, что парень давно к ней неровно дышит, но все никак не могла согласиться стать его девушкой, ибо боялась, что отец ей откажет в этом, так как он часто был строг с ней и не позволял ни единой вольности, словно запирая ее в клетку. Та часто проливала слезы по этому поводу, ссорилась с Шу, порою бранила его, говоря, как сильно ненавидит, и утверждая, что мать была бы к ней добрее, но, обходясь грубой пощечиной, бессмертный уходил восвояси, оставляя вампиршу молча рыдать над собственной беспомощностью. А ведь она так хотела встречаться, как и остальные ее сверстницы, хотела слышать признания от парней, хотела прогуливаться днем, несмотря на плохое влияние солнца на организм бессмертных. Всего этого папочка ее лишил, считая, что так будет лучше, в то время, как Эиджи давно стал делать все по-своему, не руководствуясь чьим-либо мнением. — Лисс, ты чего молчишь? — Майкл потряс девушку за плечо, заставляя уйти из мира собственных мыслей и доводов. — Да так, отвлеклась немного. Парень зарыл руку в рыжие волосы вампирши, вдыхая их упоительный запах, наслаждаясь румянцем на бледном личике, покрытым веснушками. — Может, сбежим с уроков? Прогуляемся по ночному Мюнхену… — Нет, отец мне запрещает делать подобное, — Лисса тяжело вздохнула, отводя взгляд к окну, где отражались огни ночного города, и здания, залитые светом фонарей. — Если ты всю жизнь будешь слушать отца — умрешь, ничего так и не повидав. Дорогуша, тебе уже шестнадцать лет! Ты не маленькая девочка, которая должна подчиняться каждому слову строгого папочки. Посмотри хотя бы на своего брата: делает все, что ему вздумается, и никто его и не упрекнет! Девушка в этот момент осознала, насколько ей надоела нелепая опека отца, да и родителя представляет он из себя неважного. Да, он хорошо готовит, дает деньги, но самого важного: любви и ласки, дать он попросту не мог, ибо был бездушен и эгоистичен. Так что же при таком раскладе он от дочери- то хочет? Ну не глупо ли? Вампирша наплевала на все, что говорил Шу, и согласилась сбежать с Майклом.

***

— Ну, не пожалела же? — усмехнулся парень, доедая шоколадное мороженое, и обнимая девушку за талию. Прогуливаясь по площади, они любовались прекрасными видами, отчего сердце Лиссы трепетало в предвкушении, словно голубку, не видящую света, наконец отпустили на волю. Девушка весело смеялась, наконец она почувствовала себя счастливой и, окрыленная этим ощущением, она без устали благодарила возлюбленного о такой прекрасной идее. — Может, ты все-таки станешь моей девушкой, раз уж ты смогла нарушить хоть одно правило отца? — парень обнял вампиршу, смотря в ее прекрасные глаза синего цвета. — Х-хорошо. Парень неловко приблизил губы девушки к своим, затягивая ту в робкий, но чувственный поцелуй, полный трепетности и нежности, отчего на лицах отразился яркий румянец. Следующее касание мужских губ было более настойчивое и желанное. Майкл заставил вампиршу приоткрыть рот, проникая влажным языком внутрь, очерчивая полость, исследуя каждый сантиметр. В этот момент Лисса была краснее рака, ибо этот невинный поцелуй стал для нее первым, и весь этот день, все это стало для нее неким открытием, отчего сердечко затрепетало, отбивая свой ритм в каждой клеточке тела. — Я думаю, мне пора домой, — девчонка отвела взгляд, пытаясь не столкнуться с этими прекрасными серыми глазами снова, желая исчезнуть, раствориться в этом воздухе и остаться незамеченной. — Хорошо. Парень взял Лиссу за руку, провожая ту домой, как неожиданно, вампирша вырвалась из хватки, убегая от него, со словами «Догоняй!». Майкл весело засмеялся, устремившись за возлюбленной, пытаясь хоть как-то зацепиться за нее, и, смотря на это, проходящие мимо люди искренне улыбались паре чудаков. Вылетев на дорогу, Лисса не заметила машины, и та налетела на нее, сбивая бессмертную, заставляя отлететь метра на два. Перевернувшись несколько раз, тело распласталось по асфальту, а из затылка побежала струя крови, образуя лужу, в то время, как сознание медленно покидало девушку, заставляя закрыть глаза, уходя в прострацию. Майкл в шоке чуть ли не подлетел к возлюбленной, хватая ее за руку, замечая, что толпа очевидцев, собирается вокруг. Асфальт пропитался кровью, в то время, как водитель судорожно набирал номер полиции.