Child of vice

Лисса открыла глаза, с неким непониманием смотря на Майкла, но медленно вспомнила, что произошло. И вдруг, резко вскочила, оглядываясь вокруг, пытаясь собраться с мыслями, но осознала, что находится не у себя дома, да и на больницу это не похоже. Нервничая, робко сглотнула накопившуюся слюну, смотря на парня с немым вопросом. — Милая, успокойся, все хорошо. Ты у меня дома, — вампир погладил возлюбленную по голове, целуя ее в щеку. — Мне срочно нужно домой! Сколько я в отключке была?! — вампирша резко вскочила, замечая, что находится в одной футболке, которая ей не принадлежит. — Что это?! — Лисса, успокойся! Ты проспала всю ночь, твои раны затянулись, и по жаре и солнцу я не могу тебя отпустить, потому что это опасно, тем более, что ты только отошла от аварии. А переодел тебя я. Не хочу, чтобы ты лежала в окровавленной одежде. Девушка робко присела на кровать, глядя на Майкла. Пока он не собирался ее отпускать, хотя та представляла, как ей достанется от разгневанного отца. Шу в наказаниях был изощрен, и, если его разозлить, проблем не оберешься. Дочь боялась его, как огня, ибо папа никогда не был предсказуем и никогда не проявлял чувство жалости, он — монстр, самый настоящий. Парень похлопал вампиршу по плечу, зовя в гостиную, дабы посмотреть фильм и выпить чая, и, отбросив все волнения, она поспешила за ним. Майкл оказывается настоящий ценитель напитка, ибо коробочек с разными сортами было немереное количество, вот только, как оказалось, юноша искренне любил молочный улун, чашечкой коего он угостил себя и любимую. — Вкусно, — мягко улыбнулась девушка, отпивая глоток. — Знаешь, спасибо тебе за все, что ты для меня сделал, я не жалею, что согласилась с тобой встречаться. Заставив поставить кружку на стол, Майкл жадно впился в губы визави, проникая внутрь, играя с розовым язычком. Лисса жутко покраснела от столь страстных проявлений чувств, но, мягко улыбнувшись, отстранилась от юноши. Парень взглянул в телевизор, где показывали выступление Рейдзи на каком-то заседании. Вампирша сразу узнала своего дядю и поверить не могла, насколько он похорошел, хотя, возможно, она просто не замечала его истинной красоты, но была удивлена, что увидит его где-нибудь, помимо семейных праздников. Однако, это неудивительно, ведь второй сын работал в крупной компании, являющейся ведущей в Европе. Лисса долго и пристально наблюдала за родственником, улавливая каждое его движение, и, как оказалось, даже при съемке он вел себя идеально и спокойно, словно все идет по намеченному плану… Но ведь в жизни этого бессмертного нет места для другого течения событий. Он словно все знает наперед, во всем всегда уверен и никогда не ошибается, если не считать его разочарование в Эиджи. А ведь тот мальчишка был способен, пока не повзрослел. — Влюбилась что ли? Чего так уставилась на этого? — парень презрительно окинул взглядом силуэт брюнета, сидящего за столом. — Вообще-то он мой дядя, можешь успокоиться! — девушка защемила между пальцев мужской нос, слегка оттягивая его на себя. — Больно же! Вампирша отпустила Майкла, допивая чай и ставя кружку на стол. Юноша поступил точно также и, обняв за талию, стал мягко осыпать поцелуями ее плечи, забираясь руками под футболку, как нежные руки остановили его. Девушка была не готова к дальнейшему, ведь поцелуй для нее уже стал гигантским шагом в отношениях, да и если об этом узнает отец, головы ей точно не сносить. — Майкл, пойми, я не хочу этого, — Лисса убрала руки со своей талии, проходя в ту комнату, где она проснулась. — Где мои вещи? — Тебе нужно другие дать. Не пойдешь же в окровавленной школьной форме? Парень быстро нашел платье, принадлежащее его матери, и отдал девушке, чтобы та переоделась, что вампирша незамедлительно и сделала. Пусть наряд ей был немного не впору, выглядел на ней он неплохо, и, поблагодарив парня, та поспешила домой.

***

По дороге она представляла, что с ней сделает отец, когда та заявится домой так поздно, да еще и не в своей одежде. Девушка боялась гнева вампира, его гнета и унижений, которые он мог обеспечить в два счета. Она боялась, что тот найдет, как проучить ее — строптивую идиотку, что не исполняет его приказы. Но Лисса искренне не понимала, почему к Эиджи у папы другое отношение, и порою, от обиды, ее съедала глупая зависть, что брат может себе позволить то, о чем сестра даже мечтать не смеет. — Пап, — неуверенно прошептала вампирша, проходя в дом. — Пап, я вернулась… — Где шлялась? — без толики эмоций на лице, спросил Шу, заталкивая дочь вглубь прихожей, закрывая за ней дверь. — Я б… была с Майклом. — девушка опустила взгляд вниз, представляя, в какой ярости сейчас находится бессмертный, что смотрит на нее, сжимая кулаки до побеления. — С Майклом?! Это же тот вампиреныш… Резкая пощечина прилетела со стороны Шу, буквально сбивая с ног; в страхе отползая от тирана, Лисса пропищала что-то в извинение. На глазах навернулись слезы, а где-то внутри возник детский страх, заставляя кровь закипать в жилах. — Папочка, прости. Девушка подползла к отцу, как тот схватив ее за руку, поволок в комнату. Она пыталась вырваться из рук тирана, извиняясь перед ним, пытаясь вымолить его прощение, но тот, обузданный гневом, даже не собирался слушать. Бросив ее на кровать, Шу навис сверху, смотря в синие девичьи очи. — Я тебя кажется предупреждал, что будет если ты меня ослушаешься?! — схватив дочь за волосы, юноша заставил ее выгнуться, врезаясь клыками в кожу. Сделав пару глотков, отец взглянул на испуганную вампиршу, ловя ее кроткие вздохи и тихий плач, от которого сердце неприятно сжималось, но глупая гордыня вбивала крест на все проявления сострадания. — Пап, прости… — сквозь слезы лепетала Лисса, пытаясь вырваться из крепких рук и непристойных прикосновений, от которых тело пылало огнем. Вампир разорвал на себе рубашку, заставляя дочь смущенно отвернуться. Развернув ее к себе, отец сорвал платье, одну руку кладя на грудь, клыками вновь впиваясь в нежную шею. Девушка рвано выдохнула, невольно выгибаясь навстречу, чувствуя острую боль в области укуса. На щеках заиграл стыдливый румянец, а по вискам пробежали маленькие слезинки. Неожиданно садист повернул жертву лицом к постели, снимая с нее нижнее белье, заставляя ту плакать от стыда и унижения, прося прекратить все это. Однако Шу не собирался останавливаться, он был жутко зол, и в этот момент два мужских пальца проникли в девичье лоно, медленно проталкиваясь внутрь, заставляя дочь изнывать от боли. Лисса смущенно уткнулась в покрывало, тихо плача, чувствуя, как фаланги грубо проникают в нее, двигаясь со всей яростью без доли сожаления. И черт, ей не нравилась эта ситуация, она не хотела подобного, но ярость отца перешла все границы, как и его методы воспитания, и как вампирша не пыталась вырваться, она лишь получала грубые шлепки по ягодицам, отчего нежная кожа горела и пекла. Заставив девушку выпятить зад, открывая вид на розовый «бутон», поглаживая складки, Шу слегка массировал их, представляя, как уже входит внутрь. Плоть налилась кровью, разрывая ширинку брюк, и, заметив, что вампирша возбуждается от такой близости, отец стал тереться о ее половые губы. — Папочка, пожалуйста, — шептала вампирша, прикрывая затуманенные желанием глаза пушистыми ресницами, плача совсем тихо, слушая дальнейшие действия. — А ты течешь, — хрипло усмехнулся отец, прикусывая мочку ушка дочери. — Но я собрался тебя наказывать, а не удовлетворять, шлюха. Грубо шлепнув девушку еще раз, вампир высвободил возбужденный член, рвано выдыхая, предвкушая сладостность следующих моментов. Резко войдя в девственное лоно, отец без доли сожаления стал втрахивать хрупкое тело в кровать, проталкиваясь до самой матки. Лисса взывала от невыносимой боли, умоляя Шу прекратить начатое и отпустить ее. Проталкиваясь все глубже и глубже, вампир входил во всю длину грубыми толчками, отчего жертва цеплялась за простынь, дабы не закричать от страданий и мучений, что приносят ей плотские утехи. — Ты думаешь, что самая умная?! Отца сможешь провести? — бессмертный сжал горло девушки, прикрывая ее ручонку своей большой ладонью. — Я не хотела… Прошу, хватит, — сквозь текущие слезы, шептала дочь, вымаливая помилование со стороны садиста, что грубо насиловал ее, смея называть себя «отцом». Шу было наплевать на мысли Лиссы в этот момент, на ее чувства, на боль в податливом тельце, что не готово принять таких крупных размеров член. Девушка была еще юна и хрупка, отчего сношение превратилось в настоящую пытку, от которой ей не сбежать и не спрятаться. Делая последние толчки, вампир схватил вампиршу за волосы, с утробным рыком кончая внутрь, ощущая, как горячее семя наполняет лоно, отчего дочь что-то прошипела в сторону отца, без сил падая на кровать, со слезами, размазанными по лицу. — Научись меня слушать… — Парень застегнул ширинку брюк, уходя прочь из комнаты, оставляя девушку наедине со своими мыслями и всепоглощающим чувством ненависти.