Child of vice

Прошло две недели с того момента, как Лисса переехала к своему дяде, помогая тому с делами. Пусть девушка не была обучена работе с «бумажной рутиной», справлялась она очень даже хорошо, чем Рейдзи был вполне доволен. — Подойди сюда, — сидя на кресле, позвал юноша племянницу. Вампирша приблизилась к родственнику, ожидая его слов. Тот долго о чем-то думал, вглядываясь в бледное личико напротив, мысленно высчитывая каждую, еле заметную веснушку, коих было не так много, глазами перебирая каждую огненно-рыжую прядь. Взгляд этот, чистый и невинный, совсем не походил на отцовский — грубый и безразличный, и пусть тело её было порочным, внутри она оставалась подобием ангела Божьего… хотя и ангелы уже не чисты. — Я бы хотел, что бы ты сегодня отдохнула, и раз сейчас ты живёшь за мой счёт, все твои желания оплачиваю я… В пределах разумного. — Тогда… Может, мы посмотрим какой-нибудь фильм? Если вы, конечно, не заняты, — Лисса заметно покраснела, опуская голову, дабы рыжие локоны скрыли смущенное лицо. — Выбирай кинотеатр. — Нет! Что вы?! Я имела в виду, что мы посмотрим какой-нибудь фильм здесь, у вас дома. — Тогда решено. Кстати, как давно ты ела? — вампир положил руку на маленький звоночек на столе. — Вчера утром. Брюнет пригласил к себе одну из «кормилиц», позволяя племяннице насытиться свежей кровью. Лисса хотела укусить девушку в руку, но дядя посоветовал именно в шею, что и сделала девушка, врезая клыки в нежную эпидерму. «Забавное зрелище, когда потенциальный убийца ниже тебя ростом «, — подумал про себя Рейдзи. Глубоко выдохнув, племянница оторвалась от сладкой крови и, взяв салфетку, стёрла дорожку алой жидкости с подбородка. — Согласись, чего-то в ней не хватает, — в раздумьях пробормотал юноша, провожая взглядом работницу. — Вы про что? — девушка посмотрела на родственника, вскинув брови. — Про кровь. — Не мне судить… Я была рада уже тому, что меня вообще кормили. У отца не так часто просыпалось чувство благодетельности, хотя, я искренне рада и за это. Откланявшись, вампирша поспешила отправиться в свою комнату, дабы не мешать своему дяде с его работой — стопками договоров, неотвеченными звонками и хронической усталостью. Идя по коридору, Лисса глупо улыбалась, утопая в своём, неведомом для других, счастье, что приятным теплом расползалось по телу, заставляя обнять себя за плечи, дабы сохранить его, сберечь и упрятать внутри. Девушка зашла в спальню и, подойдя к кровати, без сил рухнула на мягкую постель, утыкаясь носом в подушку. От тяжёлого дыхания, та стала полностью горячей, и поэтому пришлось перевернуться на спину. Вампирша не хотела возвращаться к садисту-папаше, что опять возьмётся за старое и опять будет насиловать свою дочь да издеваться над ней просто потому, что ему это нравится. Потому что это приносит удовольствие, вызывает улыбку на лице, потому что это то единственное. что вызывает у него хоть какие-то эмоции.

***

— Черт, — выругался Шу, отбрасывая очередной контракт в сторону. Первые два дня бессмертный держался просто замечательно, делая все, что угодно его душе, шляясь по кабакам и прекрасно проводя время в окружении красавиц, падких на богатого харизматичного вампира. Однако, с каждым днём он осознавал, как ему надоедают все эти шлюхи, как его бесит чертов алкоголь, что перестал приносить удовольствие, он понимал, что он хочет лишь эту рыжую чертовку, желает лишь её стонов и криков, и это приводило в ярость все сильнее. Но самое главное: она снилась ему, снилось её тело, изгибы, секс с ней… Даже в постели, вместо очередной брюнетки, он представлял свою дочь. Сейчас её улыбка на фотографии казалась самой ненавистной и желанной одновременно… Теперь-то Шу точно не будет спорить, ставя на кон свою собственность, действительно ценную, в отличие от тех сотен побрякушек, которыми он располагал. Открыв один из ящиков, парень заметил трусики девушки, которые он когда-то изъял за плохое поведение, и, взяв их в руки, он прикрыл глаза, поглаживая ширинку джинс, слегка надавливая на неё. И вновь в его голове возник образ Лиссы, вот только более раскованный и развратный, где она, лёжа на постели, мягко шепчет его имя, лаская своё обнаженное тело, подушечками касаясь набухших сосков, пальчиками входя в истекающую соками киску. Её рыжие волосы разметались по шелковой простыне, а бледное тело, на эдаком черном фоне, выглядело крайне маняще и сексуально, отчего грубая ткань неприятно давила на возбужденный орган. Рвано выдохнув, Шу сорвал с себя ремень и, дёрнув ширинку, взял член в руки, трусиками надрачивая его, чувствуя, как по рукам активно стекает смазка. Водя ладонью вдоль ствола, парень надавливал на головку, запрокидывая голову, испуская глухие стоны. Движения становились более резкими и несдержанными, и вскоре, двинув тазом навстречу, юноша кончил, издавая утробный рык. Взяв салфетку, вампир стёр сперму и, кинув её на пол, приказал гувернантке все убрать. Направляясь в гостиную, бессмертный достал телефон, набирая номер старого друга, на которого он мог положиться во всех делах, и встречи с которым проходили не так часто. — Алекс, привет. Может, ты ко мне заедешь? Посидим, девочек закажем. — Это ты мягко подводишь к тому, что контракт заключён не будет? — Это не в моих принципах. Я всегда откровенен и ходить вокруг да около не буду. — Ну, хорошо, — усмехнулся брюнет, продолжая диалог более расслабленно, — мне рыженькую бери, знаешь, что я на них падок. — Хорошо, — горько улыбнулся парень, откидываясь на диванчике. Мда, а ведь раньше он терпеть рыжеволосых не мог, ибо был у него в семье извращенец, отбивший все притяжение к этому цвету, зато дочь потаскухи, с которой он знатно намучился, быстро его вернула. Шу раздумывал над тем, что сделает с девушкой по её возвращению, и как она будет отрабатывать месяц его мучений, как будет извиваться в его ладонях, молить его продолжать, задыхаясь от удовольствия, сладостного чувства снова и снова растекающегося по телу. Вскоре Алекс был в гостях у своего друга, с понимающим лицом, подливая виски в стопку, выслушивая все, что накопилось в душе у бессмертного. — И черт, я кроме неё и представить никого не могу. Умом понимаю, что это не любовь… Хах, я в неё и не верю, но происходящему объяснения и не дашь. — Привязанность — любви хуже и страшнее; если любовь ожидание делает трепетным, хоть и тоскливым, то привязанность подобна одержимости. Так что тебе необходимо отвлечься. — Наверное… Шу пригласил к себе пару знакомых, которые с радостью приехали к нему домой, и Алекс был несказанно рад, когда в комнату зашла рыжеволосая красотка. — Хэрвил, подойди ко мне, — позвал брюнетку вампир, усаживая её сверху. — А я скучал, — прорычал тот, прикусывая мочку уха девушки. Хэрвил была ровесницей Лиссы и зарабатывала своим телом, ублажая богатиков вроде Шу и его братьев, получая за это большие деньги. Такие не скупились на дорогие подарки и сюрпризы, но с этим парнем девушка реально получала удовольствие, пусть и знала его дочь в лицо. — Я тоже, — не стыдясь, шлюха впивалась в губы бессмертного, мысленно считая деньги, которые он ей заплатит, сколько из этого она потратит на шоппинг в Милане и сколько оргазмов словит за ночь. Взяв из пепельницы сигару, юноша закурил, помогая расстегнуть девчонке ширинку джинс…