Flame of passion

      Громкие звуки слишком мешают спать, яркий свет давит на глаза, заставляя проснуться. Вокруг как будто бы сгустился туман. Реджина лежит на мокром асфальте обездвижено, слушая треск рядом с собой. Вокруг пахнет горелыми досками и алюминием. Алюминий. Из него сделаны эти чертовы провода, которые убили дорогую кобылу Миллс. Всего одно короткое замыкание уничтожило несколько жизней. Миллс хочется кричать, она чувствует боль в сердце, которая связывала ее и животное. Отчаяние было слишком резким и неуправляемым. И мир, словно содрогнувшись от этой боли, ослепил Миллс. Она прикрыла глаза, скрываясь от яркого света, а когда очнулась от пелены, перед ней уже не было белого тумана. Склонившись над ней, стояла Эмма и какой-то мужчина. - Ну, я же говорил, что она придет в себя. Успокойтесь, все теперь будет хорошо, - улыбнулся мужчина и похлопал Свон по плечу. Эмма пристально смотрела в глаза Миллс, пытаясь прочувствовать ощущения Реджины. - Я так понимаю, я все-таки не прыгнула этот барьер? – Прохрипела девушка, пытаясь улыбнуться. Но тут же закашлялась, чувствуя жесткую боль в груди. - Ты не затянула подпругу и скатилась вниз вместе с седлом… Реджина, вот какого черта? И тебе нельзя говорить, мы сейчас едем в больницу. – Прорычала Эмма, еле сдерживаясь, чтобы не закричать на женщину. Миллс оглянулась, только сейчас осознавая, что лежит в машине скорой помощи под одеялом. - Да, Мисс Миллс, не советовал бы Вам сейчас ни двигаться, ни говорить. У Вас разрыв мягких тканей грудной клетки. Очень неприятная вещь, потому что могут быть задеты и легкие. Мы обследуем Вас на всевозможные травмы. Как же Вы так умудрились? – спросил мужчина, сидящий рядом со Свон. Он внимательно изучал какие-то документы, слушая разговор девушек. - Насчет Инферно не волнуйся, я поставила ее в бокс и дала поесть. Обед и ужин ей даст один из детей, я договорилась, - сказала Эмма, увидев в глазах Реджины немой вопрос. Женщина сразу заметно расслабилась, чуть скорчившись от боли. - Ваша кобыла просто чудо, я видел этот момент падения, она в момент, когда вы перевернулись с седлом, успела поменять ноги местами, чтобы не наступить на Вас. Очень умное животное. Я впечатлен, - довольно сказал врач, отвлекшись, наконец, от документов. – Потерпите чуть-чуть, я вколол обезболивающее, но у Вас там такая гематома... Как Ваша лошадь не старалась, отпечаток подковы Вам она все-таки оставила.       Реджина слабо кивнула и принялась рассматривать потолок машины скорой. Она чувствовала на себе встревоженный взгляд Эммы, но не могла как-то успокоить ее, потому что у нее самой не было уверенности, что все будет хорошо. Невозможно было даже вздохнуть, что сильно нервировало женщину. Миллс вспомнила, что она видела перед тем, как открыть глаза. Любимая кобыла приходила к ней. И она снова пережила тот день, когда потеряла свое сокровище. Это было словно послание. Реджина задумалась. - Доктор, долго мы еще будем ехать? – Напряженно спросила Эмма. Ей совершенно не нравилась долгая дорога до больницы. - Нет, мы почти приехали. Только не думаю, что Вам можно будет пройти. Вы не родственник Реджины, так что Вас могут не пропустить с нами. Дальше осматривать ее буду уже не я. - Нет. Она пойдет со мной. Какая к черту разница, сестра, жена, мать, подруга, она, в конце концов, сопровождающая! - прошипела Миллс и снова закашлялась, морщась от подступающей боли. Весь ее взгляд выражал огромное недовольство. Эмма удивленно уставилась на брюнетку, услышав в промежутке между “сестра” и “мать” слово, от которого почему-то на секунду перехватило дыхание. - Попробуем договориться, - доктор улыбнулся своим мыслям и открыл дверь машины. К каталке подошел крупного телосложения мужчина и выкатил ее на улицу. Прохладный воздух ударил в лицо Реджине, забираясь в легкие и отдавая неприятным ощущением колкости. Эмма выскочила следом, осматриваясь. Когда они оказались внутри больницы, было немного удивительно смотреть вокруг. Везде сновали медсестры, врачи. Они словно не замечали мужика, везущего Миллс вперед и Эмму идущую рядом. Но в приемной их все-таки встретил врач. Женщина лет сорока натянула любезную улыбку и приняла каталку у мужчины, отправляя его на следующий вызов. - Итак, сначала я вас отвезу на рентген, потом посмотрим уже, что можно сделать. Вас уже перевязали в машине, насколько мне сообщили. Кстати, с Вами сопровождающие есть? – Женщина разговаривала исключительно с Реджиной, даже не замечая Свон, стоящую рядом с ней. Прокашлявшись, Миллс нахмурилась и посмотрела на врача своим фирменным оскорбленным взглядом. - Сопровождающие рядом стоят, вообще-то. - Прекрасно, тогда пройдемте, я подготовлю Вас на рентген, а Вы пока подпишете документы, - женщина снова не посмотрела на Эмму и повезла каталку вперед. Эмма лишь закатила глаза и пошла следом. Никогда не доверяла врачам.

***

В кабинете рентгена было прохладно и темно, только лампочки приборов мигали алым светом. Реджину оставили на пару минут в кабинете одну, пока Эмма ушла подписывать какие-то документы о правилах безопасности. Миллс хотелось посмотреть, как выглядит ее гематома, но каждое движение отдавалось болью. “<i>Вот так, прыгала полжизни и попалась на такой глупой вещи. Всего лишь не затянула подпругу, и сейчас лежу тут, в кабинете рентгена, жду врача и Свон. Просто прекрасно”, - ворчала в мыслях Миллс, раздраженно следя за тем, как лампочки на приборах меняют свой цвет на бледно-зеленый. - Мисс Миллс, Вы готовы? – Внезапно спросила врач, с грохотом открывая дверь в кабинет. Вместе с ней зашла и Эмма с довольно озадаченным лицом. Она с интересом рассматривала какой-то буклет, явно выданный ей в больнице. - Еще бы мне быть не готовой, - проворчала Реджина. - Хорошо. Тогда, мисс Свон, помогите аккуратно переложить мисс Миллс на кушетку и выйдите за дверь, - скомандовала врач. Эмма кивнула, аккуратно сунула руки под спину Реджины и чуть не упала сама. Почувствовав холодную кожу Миллс, Эмма растерялась. Она даже забыла, что Реджину, пока она бегала с Инферно в конюшню, осмотрели и специально сняли верхнюю одежду, чтобы она не мешала. Реджина заметила смятение Свон и еле сдержала смешок.

***

- После осмотра могу сказать одно – органы не повреждены, перелома нет. Вам повезло, мисс, потому что Вы точно могли получить перелом, - врач озадаченно посмотрела на результаты рентгена и взглянула на Реджину. – Все не так серьезно, как можно подумать. Пара недель, и Вы сможете вернуться к обычному ритму жизни. - Пара недель? – Удивленно спросила Свон. – Вы говорите, что несерьезно, а сами, получается, оставляете Реджину лежать здесь неделями. - Вообще-то, можно лежать не здесь. Я могу выписать раньше, но тогда придется мисс Миллс лежать дома с уходом. Вы как, согласны? – Женщина посмотрела на брюнетку, ожидая ответа. Реджина непонимающе уставилась на врача. - А без присмотра никак? - Без присмотра я Вас даже через неделю не отпущу. Минимум четырнадцать дней вы должны быть под присмотром. Обязательно с приемом лекарств. Так что либо две недели здесь, либо всего пара дней, и Вы дома. - Она согласна. Клянусь, она будет под присмотром! – Воскликнула Эмма, напряженно взглянув на Миллс. Реджина мгновенно вспыхнула. - В смысле? Где я буду под присмотром? – Возмутилась она. - Вот мы с Оскаром и присмотрим за тобой. Коты лечат, - ответила Свон, даже не задумываясь о том, что когда Реджина придет в форму, Эмма получит за свои решения. – Мисс, тогда договоримся на пару дней. - Хорошо, пойдемте в подготовленную для Вас палату. Только я Вас попрошу, еще раз давайте перенесем на каталку. Эмма недовольно уставилась на врача, вздрогнув. - У Вас что, нет мужчин-помощников здесь, - тихо пробурчала девушка, рассчитывая, что ее никто не услышит, но Реджина ее услышала очень даже хорошо и озадаченно улыбнулась. Она обязательно подумает обо всех реакциях Эммы, когда боль утихнет. - Вот Ваша палата. У нас сейчас много мест в общих, но по деньгам с мисс Свон мы остановились на этом варианте. Вас все устраивает? - Спросила врач и подвезла каталку к кровати. - Да, спасибо. Все хорошо, - согласилась Реджина, с укором смотря на Эмму. - Тогда я оставлю Вас ненадолго. У меня еще один пациент, - женщина вышла в коридор больницы. - Конечно, идите, - пробурчала Эмма вслед, сложив руки на груди. Ее начинало порядком злить то, что в этой больнице никто не заботится о ситуации с лежащими больными. - Ну, что, перенесешь меня? - Спросила Миллс, прищуриваясь. Эмма снова протянула руки под спину Реджины и чуть подняла вверх, даже не замечая, что коленом оперлась на каталку с одеялом. И когда Свон начала перетаскивать девушку, одеяло сползло вниз, оставив Реджину без прикрытия. Покачнувшись, Эмма почти упала на каталку. - Эй, аккуратно, - поморщилась Миллс, снова почувствовав боль под ребром. - Я же ценный груз, все-таки.       Но она увидела, что одеяло осталось отдельно от нее, на каталке и, фыркнув, закатила глаза. - Извиняюсь, - промямлила Эмма, отвернувшись. - А одеяло ты не хочешь мне положить? - Откровенно издевалась Реджина. - Прости, прости, - Свон, сглотнув, нащупала одеяло и протянула его брюнетке. - Ты слишком много извинилась за один день, - прищурилась Миллс и натянула теплую ткань на себя. - Да посмотри уже на меня, я под одеялом. - Я немного... Не ожидала, - Эмма чувствовала, что у нее краснеют щеки и дернула головой, скрыв лицо за своими волосами. - С кем не бывает, - усмехнулась Миллс. - Ну... Да...       В палате повисла неловкая тишина. Эмма долго не выдержала и подошла к окну палаты, раздвинув тяжелые бежевого цвета шторы. Яркий свет мгновенно ворвался в помещение, ослепляя девушек. Свон прищурилась и присела на довольно пыльный подоконник. Поджав ноги, она отвернулась к окну и тяжело вздохнула. - Эмма, - Миллс пристально смотрела на сгорбившуюся девушку. – Я что-то не то сказала? Обидела тебя? - Нет, все хорошо. Просто… - Эмма провела указательным пальцем по подоконнику, стирая пыль. - Я чувствовала, что возможен плохой исход событий сегодня, но не смогла тебя остановить. В итоге я чувствую странное ощущение вины перед тобой и Инферно. - Это же не ты виновата, что я уже с коноводами забыла как собирать лошадь. И поверь, удержать меня от чего-то, что я хочу сделать – практически нереально, - Реджина невесело усмехнулась и тут же схватилась за больной бок. - Ключевое слово “практически”. Я обладаю даром убеждения, - проворчала Свон и с недовольством посмотрела на свой грязный палец. – Они тут вообще когда-нибудь убираются? - Ох, слушай, уже поздно убираться, ты всем своим древним платьем вытерла подоконник дочиста, - Реджина оценивающе осмотрела палату. – Вообще, если сильно не придираться, жить здесь пару дней можно. - Так ты все-таки согласна потом переехать к нам с Оскаром еще на недельку? – Оживилась Свон и повернулась лицом к Реджине. - А у меня есть выбор? Тем более, Оскару нужен тот человек, который вычешет ему всю его пышную шерстку, - мечтательно улыбнулась Миллс. - Тебе даже вставать нельзя будет еще полторы недели примерно, а ты еще чесать кого-то собралась? – Наигранно удивилась Эмма и хлопнула рукой по коленке. – Я забыла. Тебе надо будет написать мистеру Питерсу, он как раз звонил, когда ты лежала без сознания, и я решила не отвечать. - Кажется, мне влетит, - пробурчала Реджина и закатила глаза. – Дай телефон, пожалуйста. А лучше набери Майкла и поставь звонок на громкую связь. Если слышать его крики, то уж сразу на всю палату, а не мне в ухо. - Но тогда и мне попадет, - сконфузилась Свон, наивно полагая, что ей без этого звонка не попало бы. Она достала из кармана платья мобильник Миллс и набрала номер Питерса, подойдя ближе к кровати женщины. - Эй, Реджина, привет. Ты чего трубку не берешь? – Голос у Майкла был веселым. - Привет, Майкл. Возникла совсем маленькая проблема, - проворчала Реджина. - Какая? – Настроение мужчины мгновенно изменилось, а вместе с ним и его голос. – Что вы там с Эммой натворили? Неужто что-то с конюшней? - Нет, хуже, Эмма, расскажи, - попросила Миллс и скривилась от вновь пришедшей боли. Свон кинула на брюнетку сочувствующий взгляд. - Ничего особенного, Реджина упала с Инферно на празднике, - Эмма сделала паузу, услышав звон стекла из мобильника. – С седлом. Под копыта. Правда, все почти хорошо! Мы в больнице, всего лишь разрыв тканей, все быстро пройдет. - Серьезно? – Прорычал Майкл. Было слышно, что он собирает осколки чего-то. – Реджина, я тебя прибью. Точно ничего серьезного? - Ну, давайте, выстройте очередь из тех, кто хочет меня убить, - прокряхтела Миллс. – Серьезные проблемы теперь только с моей репутацией, между прочим, я еще и опозорилась. Там твои тренеры журналюг пригласили в качестве рекламы. Мне кажется, я теперь буду на первой полосе в их газетах. - Тебе не кажется, - пробурчал Питерс. – Я сейчас открыл новости на компьютере. Пришлю тебе пост из твиттера. Кстати, Эмма, ты там очень интересно получилась на фотографиях. А заголовок какой! Я убью вас обеих по приезду. Вас нельзя ни на день оставить!       Эмма, широко открыв глаза, слушала Майкла. Она не поняла комментария про нее саму и теперь ей стало очень интересно, что же там за фото. Реджина же жестом показала сворачивать этот разговор. - Ладно, присылайте, у нас там… Процедуры, все такое. Позже позвоним, - протараторила Свон и отключила звонок. Тут же завибрировал мобильник, раскрывая уведомление на весь экран. Эмма удивленно посмотрела на отправленный пост и прошлась глазами про представленному тексту статьи. - Давай, ты не будешь это читать? – Сморщилась Эмма, отдаляя телефон от себя. Фотография ввела ее в ступор, а сама статья заставила сильно задуматься над дальнейшими событиями. Миллс молча взяла телефон из рук девушки. - Это, конечно… Странно. – Реджина внимательно рассматривала сегодняшнее фото, сделанное одним из фотографов: Эмма сидит на земле, на коленях, придерживая на них голову Миллс. Заголовок также не внушил доверия женщине: “Реджина Миллс не допрыгнула до вершины конного спорта”. – Мне тоже кажется, что лучше это не читать.       Эмма, смутившись, приняла телефон Миллс обратно и положила к себе в карман. - Черт, я действительно опозорилась. Сейчас все мои конкуренты радостно похлопают в ладоши и пойдут тренироваться усерднее, чтобы меня победить. Вот все меня искали, напрягались, мол, может быть я на какой-нибудь спортивной практике. А тут, оказывается, вот, лежу в больнице из-за падения. - Я не знаю, что тут сказать, - пожала плечами Свон. Она действительно не ожидала, что будут проблемы еще и со СМИ. - Мне надо срочно вернуться в седло. Нужно всем показать, что я в строю! Что это всего лишь слух… - Удивление Реджины сменилось на мнимую уверенность. - Ты с ума сошла? Ты и говоришь то еле-еле, а тут вдруг в седло сесть решила? – Воскликнула Эмма, еле удерживая себя от более грубой реакции. - А что мне делать? Через пару часов узнает мой тренер, мама, папа, потом все спортсмены, весь город, вся страна! Это конец, - обреченно прошептала Миллс и закрыла глаза. Она отчаянно пыталась зацепиться за идею, как спасти свое положение, но мысли словно замкнулись в одной цепочке, мешая сосредоточиться. Эмма хотела сказать, что она предупреждала брюнетку про журналистов, но, оценив ее состояние, решила не влезать. - Я придумала, – вдруг подскочила на месте Реджина и тут же скривилась от боли. – Чтобы они все быстро переключились с одной новости, надо дать им другую. - И какую же новость можно дать? – С сомнением спросила Эмма и поправила сбившуюся прическу. - Ну, я даже не знаю. Они прикрепили почему-то именно такое фото, значит им это интересно. Я не читала текст, но что-то мне подсказывает, что они думают, кто ты, правда? – Хитро улыбнулась Реджина. - Да, в самом конце. Написано, мол, никто не знает, что это за блондинка, мечущаяся вокруг Реджины Миллс, - Эмма снова почувствовала, что краснеет и тряхнула головой. - А меня они всегда спрашивали, когда я найду постоянного коновода. Давай скажем, что я нашла себе помощницу. - Ты так говоришь, как будто это новость года. Вот то, что ты упала - это новость, а объявление какой-то неизвестной девчонки никого не волнует, - ответила Свон и села на край кровати Реджины. - Ну, почему же, неизвестной? Теперь известной, - усмехнулась Миллс и глазами указала на телефон в кармане Эммы. - Ну, я имею в виду, что я обычный человек, не интересующий прессу, - пробурчала девушка и по-детски неловко поболтала ногами. - Эмма, посмотри на меня, - попросила Миллс и приняла попытку приподняться на локтях, но у нее это не получилось. Выдохнув, Реджина нахмурилась. – Я тоже обычный человек. Да, за мной бегает пресса, они интересуются мной. Но это не значит, что мы чем-то с тобой отличаемся. Ты, если будешь активно заниматься и не бросать это дело, тоже будешь известной всем. Только это вообще не счастье.       Эмма теребила подол платья, прислушиваясь к словам Миллс. Она осознавала, что женщина права, но борьба над собой, своей карьерой прекратилась для Свон уже давно. Тем более, на конюшне остались только частные кони, подходящие для покорения высот, что тоже мешало бы продвижению Эммы. Рафаэлло уже скоро состарится, поэтому его брать в расчет было нельзя. - Я понимаю… Но лучше мне оставаться на своем месте, я много лет так жила и сейчас проживу, - отчего-то сухо ответила Эмма, совершенно не контролируя интонацию голоса. Реджина сильно удивилась такому ответу, но ничего не сказала. Она бы хотела помочь Свон, направить ее на правильный путь, но пока девушка противится – попытки бесполезны. - Давай не будем говорить об этом, если тебе это не нравится. Я так устала. Спать хочу, - проворчала Миллс. Настроение ее заметно ухудшилось. - Тогда я оставлю тебя, поеду, проведаю Инферно. Телефон на тумбочке оставлю, - Эмма положила мобильник и приоткрыла дверь. – Если что – звони, я приеду. Реджина кивнула и с грустью смотрела на то, как Свон быстро выходит из палаты. - Вероятно, я, все-таки, что-то не то сказала.

***

      Выйдя на улицу, Эмма осознала, что отправляясь в больницу в машине скорой помощи, она не подумала, что нужно взять денег на обратную дорогу. Девушка озадаченно посмотрела вокруг, выискивая кого-нибудь из прохожих, кто мог бы сказать, в какой стороне находится конюшня. Но улица была пуста, ни одного человека не было, словно все затаились специально, чтобы не помогать Эмме. Глубоко вздохнув, Свон присела на скамейку прямо напротив больницы. Сразу, откуда ни возьмись, рядом села маленькая, незаметная бабушка. Она, вероятно, только выписалась из больницы и решила проверить, все ли взяла с собой после выписки. Все ее вещи вместились в одну старую сумку, по виду пережившую больше лет, чем сама женщина. - Что, дорогая, ждешь кого-то из больницы? - Прохрипела новая знакомая, расправившись со своими вещами. - Не жду, наоборот, только отвезла, - вздохнула Эмма и глянула на старушку. - О, понятно. А отчего печальная? Серьезно что ль? - Не унималась собеседница. - Нет, через пару дней уже домой поедем, - ответила Эмма. - Я не печальная, а задумчивая. - Ну, так, это хорошо, что всего пару дней лежать твой человек будет. Я вот тут пять месяцев лежала, всех внуков растеряла, заплатили за меня и уехали на свои Гавайи, а у меня только муж остался. Он тоже со мной лежал, скоро выйдет, - добро улыбнулась старушка. - Да и видно по лицу твоему, что ты грустишь. Что-то мешает тебе жить, от этого и настроение портится. А поделиться не с кем, я ведь права? - Ну, может быть, - с сомнением ответила Свон. Выговориться, конечно, ей бы не помешало, но рассказывать первому встречному свои насущные проблемы казалось странным. - Вот, правильно. Расскажи, дорогая. Может, я помогу тебе, хоть на последние года свои дело доброе сделаю, я ведь, знаешь, как с мужем-то здесь оказалась... Поехали в путешествие, ага. Ну, да ладно, расскажи. Моя история только меня касается, я ее уже пережила, - продолжала улыбаться новая знакомая. - Просто я запуталась. Вот есть человек, который меня за неделю с небольшим смутил больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. Я смущаюсь как маленькая девочка, очень переживаю, когда что-то ужасное происходит с этим человеком. Странно это все. Один раз я вообще успела даже поцеловаться с ней, но это получилось случайно... - Тут Эмма поняла, что сказала лишнее, возможно пожилой человек не поймет таких отношений, оскорбит ее. Но женщина лишь сильнее улыбнулась и понимающе кивнула. - Я поняла тебя. Всякое случается в нашей жизни, ты же сама сейчас осознаешь, что происходит что-то не то, правда? А эта девушка случайно сейчас не в больнице? - Да, она с лошади упала, когда прыгала через препятствие, - энергично кивнула Эмма. - О, конный спорт... Я со своим любимым по молодости тоже каталась на лошадях. Но в какой-то момент лошадь чего-то испугалась, понесла меня в поле, и я упала, сломав ногу. С тех пор мой милый не давал мне садиться в седло. Это опасный спорт, но наверно стоит всех этих побед. Я могу тебе сказать, что ты должна прочувствовать свои ощущения. А если решишь, что это любовь, то добейся ответа. - Я не знаю. И с чего Вы взяли, что это любовь? - Поморщилась Эмма. - Я вижу это. Ты переживаешь сейчас из-за нее. О, а вот и мой муж, - старушка быстро подскочила к своему любимому и посмотрела на Свон. - Удачи тебе, надеюсь, все будет хорошо. И помни, лучший способ впечатлить человека - объединить его любимое дело вместе с чем-то воодушевляющим. Прощай, дорогая.       Низенькая парочка стариков скрылась за углом больницы, оставив за собой длинную вереницу открывшихся тайн для Эммы. Может, женщина так и не сказала ничего дельного для Эммы, но она определенно открыла давно ее мучащий момент. - Вот черт, неужели история все-таки повторяется? - Злобно стукнула по скамейке кулаком Свон. Для нее это была уже не первая неправильная любовь.