Рыжина и кислота

Джинни кусала губы и улыбалась над каждым чертовым словом, которое вылетало изо рта Гермионы. Потому что это было так забавно, невероятно забавно – Фред никогда в своей жизни никого не просил о помощи, кроме Билла и Джорджа, разумеется. А тут её подруга сидела и рассеянно поглаживала Живоглота по спине. И сейчас она не могла спрятать свое покрасневшее лицо в копне вьющихся волос. — Гермиона, помоги им, — она с наслаждением развалилась на кровати Грейнджер. Парвати и Лаванды не было, как и других пятикурсниц, поэтому можно было вдоль почесать языками, — а за то, что Фред послал тебя нехорошим словом, я на него нашлю Летучемышиный сглаз. — Но я его тоже послала. — Не отбирай у меня шанса поиздеваться над своими братьями, — Джинни задорно ухмыльнулась. — И я им уже помогла. — Значит, Фред опять будет досаждать тебе, ведь ему нужны причины, чтобы видеть тебя. — Я думаю, что ты ошибаешься. Мы как жвачка Друбблс и пирог с потрохами, — Гермиона резко встала под недовольное мяукание скинутого с колен Живоглота и начала перебирать книги возле своей кровати, которые идеально стояли. Уизли охнула от тяжести кота, улегшегося ей на живот. Зато тепло стало. Живоглот посмотрел на свою хозяйку и Джинни в глаза. Несколько раз. Будто бы говорил – даже если ты её раскусишь, она тебе в этом не сознается. Ей оставалось только согласно кивнуть ему. Коту, который был умнее своей хозяйки. Вот, кого стоило бояться Волан-де-Морту. — Ты сказала это так, будто думала о Фреде, как о… — Я не думала, — она перепутала местами несколько томов «Высшей трансфигурации» и «Современной нумерологии». Нервничает. Джинни умилялась. Такая очаровательная и смешная. — Конечно, не думала, конечно. ** — Куришь? – Джордж появился перед Фредом так внезапно, что тот чуть не свалился с крыши башни. — Какого хрена нужно так пугать? — Курить вредно, — на его слова Фред скорчил кислую мину и выдохнул струю дыма сильнее. Хотелось выпить чего-нибудь горячего или спуститься на площадку башни. Однако на площадку постоянно заглядывал Филч, а получать второе на неделе наказание он не собирался. Ещё первое не отработал. — Вредно пугать людей, потому что они могут упасть с башни и разбиться в лепешку. — Я думаю, тебе бы пошло, - Джордж затянулся самокруткой, слегка подрагивая – холод ночью усиливался и прожигал до костей, — даже Грейнджер бы пожалела тебя. — Вредно покупать у Наземникуса травку и раскуривать её в Хогвартсе. — Особенно вредно воровать её у собственного близнеца, Фредди. Джордж улыбнулся и протянул самокрутку Фреду. — Ты слышал, как визжала Амбридж насчет наказания тем, кто заколдовал её котят с тарелок в весёлых жаб? — Это была симфония для моих ушей. — Я заметил, как профессор Флитвик посмеивался, стоило ей испустить из себя очередной писк ругательств. Они аккуратно сели подальше от края и курили по три затяжки. К резкому вкусу можно было привыкнуть, а после он расслаблял после каждого вдоха. И становилось проще. Потому что до зимних каникул хуева туча времени, да и постоянный переполох перед выпускными экзаменами смешивался с письмами мамы о том, что все в порядке. Хотя это было ни хрена не так. — Ты думаешь о том же, о чем и я? – Джордж повернулся к нему, втянув голову в плечи от холода. Зимняя мантия грела сносно, но не на крыше в ледяную ночь. Огонек на конце самокрутки загорелся. — Всегда, - Фред улыбнулся и похлопал его по плечу. Это был небольшой ритуал. Простой вопрос и ответ, который, как и сигареты, новые изобретения, стабилизирующие их миры. Всего их было три. Мир соприкосновений и каждого из них. Отдельные. Чтобы не запутаться в их вечной игре, в которую они любили втягивать других – кто Фред, а кто Джордж? Фред прикрыл глаза. По пальцам можно пересчитать, кто их различает. — Если хочешь, то можем поменяться на день. Перед ней. — Думаешь это сработает? — На Анджелине подействовало. — Она знает нас, как облупленных, да и я не могу сделать твой влюбленный щенячий взгляд, — Джордж, выслушав брата, сжег бычок палочкой. — То есть Гермиона разгадает нас? — Она мне не нравится. — Скажи это своей неистовой дрочке по ночам, извращуга. — Я симпатизирую ей, как подруге Рона и Гарри, — Фред аккуратно спускался по лестнице к тайному проходу, ведущему к портрету Полной Дамы, — а не как к сексуализированному объекту вожделения. Раздражение дрелило виски наступающей головной болью, на Джорджа не хотелось даже оборачиваться, потому что он знал, видел и посмеивался. — Неужто наяриваешь на шоколадную задницу Ли? — А может я учу заклинания к экзамену? Джордж закашлялся от смеха, проглатывая его, чтобы он не разнесся по тихому коридору. — Одним и тем же движением. — Практика, практика и ещё раз практика. Когда они добрались до Полной Дамы, пришлось невежливо потыкать в неё волшебной палочкой, чтобы разбудить. По пути Джордж подтрунивал на братом, хотя за километр мог почувствовать, что ему скоро прилетит в нос. Определенно нужно рассказать Джинни. Определенно.