Гладиатор забытых Созвездий.Забвенные

— Так-с, Артэ, сходи… Георг! Лежать! Куда ползешь, у тебя нога пробита! Стой! — Руб надавил ладонью на грудь Георга. — Я…я... Лететь… — простонал Гер. — Лететь-лететь…ждем! Болтаемся на орбите выключенным куском железа. — А Райн…- Рубен вошел в привычный образ капитана судна настолько, что мне было немного робко напоминать про Райна. — А! Райн! Точно! Он же был… — запнулся Руб. — А где он? — В медблоке. — А рука? — При нем. — Значит, идем чинить Райна! — воскликнул Руб. Мы находились на борту его «Питона», со времени штурма шаттла прошло уже десять часов. Но тело иногда била адреналиновая дрожь. Рука Райна, накаченная глюкозой, покоилась в емкости с анабиотической жидкостью, состав которой не знал и сам Руб. — До чего дошел прогресс! — восклицал Руб. — Еще каких-то лет пять назад пришлось бы ставить аугментику или восстанавливать конечность в трансплантационном стационаре. А это, знаешь ли, удовольствие недешевое… А теперь? В руку под давлением закачивают глюкозу, выжимая из нее остальные жидкости. Вот это да! В момент, когда фанатик замахнулся во второй раз, чтобы прикончить Райна, подоспел Руб, задержавшийся снаружи. Так что пленных у нас нету. С группой культистов на корабле разобраться было сложнее, точнее они гоняли меня по всему кораблю, пока Руб не поубивал их всех, заблокировав двери и выпустив весь кислород в вакуум. —Пришли Артэ, — сказал Руб, обводя рукой помещение десять на двадцать метров. — Ты не смотри, что здесь пыль… Я сам настраивал уборщиков… —И забыл внести это помещение? — Да нет, — он прошел между рядами всякого хлама. — Уборщиков мало, весь корабль все равно не очистить… О мой Бог-Император, плесень! Оу… — он выглядел сконфуженным, — Давай побыстрее закончим, — он принялся осматриваться по сторонам. —А откуда на корабле грибок плесени? — поинтересовался я. — Да шут его знает. Наверное, груз перевозил, он и переполз. По вентиляции мотался, пока не осел в этом…складе. Вентиляция тут никакая. Да и на корабле тоже не очень… — А где ты корабль приобрел? — Осведомиться не помешает. — Обижаешь… На аукционе! — И сколько он стоил? — Прилично. — А сколько было участников на аукционе? А то знаешь ли… — Это в конце концов невежливо! — Невежливо? — Считается плохим тоном спрашивать у судовладельца про его корабль, — объяснил Руб. — Иди сюда, я нашел. — Что это? — Я смотрел на сто-стопятидесяти литровый куб с пыльными стенками. — То, что исцелит Райна. Ну-ка, друже, взяли! — я напрягся и оторвал этот «аквариум» от земли, на удивление он оказался не слишком тяжелым. — Стенки сделаны из пластика, так что тащить будет нетрудно. *** — Артэ! — обрадовался Райн, когда мы вошли. Райн был почти раздет и сидел в одних трусах. Сначала он бросился нам помочь, но после отшатнулся, вспомнив про руку. Руб и я не видели других вариантов, кроме того как прижечь его культю. — А что это? — Сам не знаю, — сказал я после того, как мы поставили это неизвестное устройство по среди отсека. — Это твое счастье, — обрадовал его Руб. Когда я бросил взгляд на Райна, то заметил, что он прячет от меня поврежденную руку, по крайней мере, мне так казалось. Его отношение задевает, но также я понимал и его чувства, его отчаяние и боль в первое время после такой «ампутации». Когда я накладывал бинты на поврежденную руку, он молчал весь процесс, ему было просто стыдно находиться рядом со мной в таком виде. — Так, я щас схожу проверю Георга, а после включим эту шайтан-машину. — Ну как ты? — спросил я после того, как он вышел. — Нормально… — тихо ответил Райн. — Боишься? — Нет, просто… — он запнулся. — Ты меня любишь? — выпалил Райн. — Я усмехнулся и посмотрел ему в глаза. — Да, не надо считать себя дефектным или поддержанный. Хотя поддержанный в этой ситуации не очень подходит, в общем, Райн, не загоняйся по поводу руки, — я быстро поцеловал его в щеку. Руб уже притащил эту хрень. — Ты знаешь, как она работает? — обеспокоено отпросил он. — Я даже не знаю, что это, — да уж, «успокоил» я его. — Я вообще не знаю, как у других цивилизаций лечат такое. — Травматическая ампутация, так называется отрезание, отпиливание, отрывание и остальное отделение конечностей. — Бр-р-р… — меня передернуло только от представления, что испытал Райн. — Хотя я счастливчик. — Счастливчик? Шутишь? — Райн покачал головой. — У Хардерфера имелись садистские наклонности, некоторые из его рабов да и слуг были калеками. — Калеками? — У кого-то кости срослись не правильно, у других же руки или ноги не было вовсе… Ну ты на себе испытал его…темперамент... А меня он не трогал. — Любимая игрушка? — Я с детства с ним был, научился избегать столкновений с ним, а если от встречи не уйти, то не бесить его. Если бы я был любимой игрушкой, меня бы не… — пользовали все кому не лень… Хотя он замолчал, но продолжить мысль не составило труда. Я поражен, как он не свел счеты с жизнью, общая шлюха, не имеющая права ответить. Мутант, изгой. Хотел бы я помочь, но не могу. Только если молча поддержать. Я медленно обнял его, а после усадил на колени. — Сейчас ты со мной, а я люблю тебя, — я уткнулся носом в его шею. — А ты мне сначала не понравился, до того момента с балконом и прыжком, — я удивленно поднял глаза. — То есть я уже тогда тебе понравился? И что это значит понравился? — Как чело… — он опять запнулся. — Как личность, ну ты понял. И красивый ты, по крайней мере для меня. — Стоп, что это значит для меня? Типа ты одолжение мне делаешь? Ты, конечно, урод редкостный, но спас меня, поэтому я, пожалуй, соглашусь с тобой трахаться? — Дурак! — Райн несильно ударил меня в плечо. — И вообще! Я забыл рассказать, Хардерфер меня выпускал гулять. Не по двору, а по городу, представляешь? И еще на банкеты всякие возил, на другие планеты, я у него личным официантом был. Сзади стоял и подливал, еду приносил… — Так…- протянул я. Это было неожиданно. Но по крайней мере я отвлек его от неприятных мыслей о Хардерфере и руке. — Поподробней можно? — Ну по городу меня сопровождали его сотрудники или кто они там, а я щеголял пси-ошейником. — Это? — Устройство контроля сознания. Нет, заставить что-то говорить или делать чересчур сложные задачи оно не может. Но вот вырубить или направить в какую-то сторону вполне, правда, я был хорошим мальчиком и не пытался сбежать. Особенно зная, какой ужасный отходняк после псионического воздействия… Ну, а про банкеты говорить нечего, обучение светскому этикету и тому подобное. — Райн, ты самый лучший, — прошептал я, глядя ему в глаза. — Я-то… Да ладно тебе… — я практически чувствовал шквал эмоций внутри него, и смущение занимало далеко не лидирующую позицию… — Так, вы потрахайтесь еще тут! — Мы подскочили на кушетке, больно стукнувшись лбами. — Нет, я в принципе не ханжа и не против. Но не в медотсеке! Мне же это оттирать! — рассуждал Руб. — Ты все неправильно понял! — Выкрикнул я. — Ага, два молодых парня в комнате, и у одного из одежды только трусы… — Ты все развращаешь! — сказал Райн. — Вот так предъява! — воскликнул Руб. — Может, делом уже займемся? — спросил я у него. — Давай, — он потеснился и в дверной проем влетело три робота-уборщика, похожих на стрекоз. — Сейчас они протрут, и начнем. А пока помоги мне, — дождавшись, пока я последую за ним, вышел в коридор. В коридоре стояла антигравитационная платформа, впервые такую вижу. А на ней пять здоровенных бидонов. — Затаскиваем. Ронять можно, катить тоже, у них там вакуум не откроется, — Руб крякнул и столкнул один из бидонов. — Слушай… А пол там не провалится? — Поинтересовался я, с опаской смотря на емкости. — Нет, пробивной массы не хватит, да и гравитационное ролле предохраняют… — А может тогда отключим гравитацию? — предложил я логичный на мой взгляд вариант. — Я думал над этим, но перетаскивать эти бидоны в невесомости… Не знаю, что сложнее. — Вырубай! — крикнул Райн из медотсека. — Ладно, Георг все равно в автохирурге. Он удалился, а через пару минут гравитация исчезла. — Ну что? Затаскиваем? — Спросил Райн. — Да ты…- я осекся. Он всеми силами пытается нам помочь, не хочется его обижать. — Хватай бидон. Я подождал, пока Райн важно выплывет из дверного проема и затормозит посредством бидона. Толкнувшись от стены ногами, он заплыл вместе с бидоном обратно в отсек. Я попытался повторить его маневр, но бидон вошел четко в дверной косяк. В итоге всю работу на себя взял более ловкий Райн. Когда вернулся Руб, оставался один бидон. — Мдя… Ну я пошел включать. *** — Итак, начинаем! — Руб подошел к метису стерилизатора и самогонного аппарата. — Райн, подойди сюда, — сказал Руб. После того, как Райн подошел к нему, Руб вколол ему в руку обезболивающие. — Чувствуешь? — спросил он, тыкая ему в руку иглой от шприца. — Неа. — Совсем? — Совсем, — утвердительно кивнул Райн. Он подошел к стойке с инструментами и взял косную пилу. — Сейчас я отпилю тебе прижженный участок. — Это обязательно? — спросил Райн. Руб молча кивнул. — Х-хорошо, — Райн сглотнул и зажмурился. Вжик! Я ожидал крови, криков Райна, возможно, обморока… Но ничего, вообще. — Я для этого тебе анестезию и колол, — заметил Руб. — Теперь вставь руку в отверстие. Мы с Райном смотрели на бурлящий бульон, в котором белков и коллагена и другого добра содержалось на порядок больше, чем на самой планете, которую мы имели счастье покинуть. По середине куба находилась аккуратно закрепленная рука Райна. — А что делали ваши врачи? — Ну пришить могли если успевают, на примитивную аугментику заменить, хотя это настолько редкое явление… — ответил я на расплывчатый вопрос Райна и не ошибся. — Почему? — Наша цивилизация довольно молода по сравнению с остальными расами. И ксенофобия нашего правительства тоже не помогала контакту с другими расами. Поэтому мы не слишком развиты в большинстве направлений кроме сельского хозяйства. Вот вырастить посевы, причем даже там, где по законам логики расти они не могут, нам раз плюнуть. — Мда, утешил ты меня. А как же ты так быстро привык ко мне ну и ко всему остальному? — Ну ксенофобия не была такой фанатичной, чтобы отвергать выгодные правительству предложения, так что и людей, и мантисов я видел. — Все, ребята, я пошел. — Эй, а как же Райн? — Я был удивлен его уходом. — Мне Георга проверять надо. А ты можешь остаться или уйти, в общем, это часа на три, не меньше…