Царство под чадрой

Вывезли меня в Старый Дворец (ранее — Шатер Стареющих Женщин) под покровом глубокой ночи. Крупные августовские звезды усыпали все небо, делая его похожим на платье из дорогого темно-синего бархата, расшитого алмазами невероятной чистоты и огранки. Я смотрела из-за занавески в небо и думала, думала… Любовь к султану во мне сменилась чувством жуткого страха и горечи. Страха за своего сына и не рождённую еще дочь. Я хочу спокойно жить, растить своих детей. Но и любви я тоже хочу. Я не Железный человек, мне нужно тепло родной души рядом и поддержка сильного мужского плеча. Только вот в качестве плеча Сулейман меня разочаровал. Откровенно. Из-за того, что его истерическая сестрица решила покарать убийцу ее любимого «мальчика для постели», меня с сыном чуть не задушили. А если бы я шум не подняла?! Он бы мог и не успеть прийти. И была бы кровавая баня в моих покоях, только из-за того, что ему проще было отдать меня на откуп этой помешанной овце?! Злость внутри слегка остыла и превратилась в уютно свившую себе в сердце гнездо змею. Пора заканчивать с этими рассуждениями на тему «кто прав, а кто виноват». Пора действовать. Сулейман, ты еще очень пожалеешь о моей высылке! Своим решением ты только развязал мне руки! А за то, что посмел разлучить меня с сыном из-за какой-то дурацкой прихоти, я тебя самого вместе с твоей Династией в землю закопаю!!! Резко задернув занавеску, я откинулась на диванчик и погрузилась в размышления. Пришла пора брать власть в свои руки. Причем не только в гареме. Этим я и займусь.

***

Утром следующего дня Шейх Уль-Ислам неспешно вкушал горячий ароматный кофе, закусывая его пахлавой и лукумом, когда его блаженный отдых нагло прервали. В покои ворвалась встрепанная служаночка, и сбивчиво забормотала что-то вроде «Пожар! Горим!» -Что случилось, Эусфер-Хатун? — приподняв бровь, поинтересовалось высшее духовенство Стамбула и всего мусульманского мира. -Хасеки пожаловали!!! — сделав огромные испуганные глаза, прошептала девушка, бледная, словно свежеснятое молоко. Шейх слегка вздрогнул и попросил проводить к нему почетную гостью. Что понадобилось от него рыжеволосой ведьме, еще вчера высланной из Стамбула за какое-то прегрешение султаном?! В комнату величаво вступила невысокая фигурка в царственных одеждах. Да, Хасеки и в изгнании не забывала о том, кто она есть, и напоминала об этом окружающим одним своим видом. Но вид был вполне в рамках приличий — что с некоторым неудовольствием отметил шейх. Лицо прикрыто яшмаком, на голове небольшая корона с изумрудами — любимым камнем сиятельной супруги Падишаха. На пальцах — дорогие кольца, многие из которых были собственноручно сделаны султаном. И черное, строгое платье из дорогого атласа. Держит траур по Валиде, несмотря на то, что ее обвиняют в причастности к смерти Царственной Колыбели? -Доброе утро, Шейх-уль-Ислам-эфенди, — негромко поздоровалась женщина. — Вы позволите ненадолго отвлечь вас от дел? Я пришла просить совета и помощи. -Для вас, Госпожа, у меня всегда найдется время, — вежливо раскланялся шейх. -Присаживайтесь поудобнее, предлагаю вам выпить вместе со мной кофе. -Не откажусь, — изящно расположившись в кресле напротив него, промурлыкала женщина. Голос ее был на удивление красив и бархатист. Его хотелось слушать до бесконечности — один раз попав в плен этого колдовского голоса, из него невозможно было освободиться без желания на то его хозяйки. — Я бы хотела просить вашей помощи, шейх. Мои права, как мусульманки, были попраны. -Кто посмел, дочь моя?! — не на шутку встревожился шейх, выполнявший так же обязанности главного Судьи шариата. — Расскажи же мне, в чем твоя беда, и я сделаю все, чтобы помочь! Как выяснилось чуть позже, это было очень опрометчивое обещание.

***

От шейха я вышла с довольной улыбкой сытой кошки. Первый этап моего плана реализован, как и предполагалось — без особых затруднений. Теперь настал этап второй. -Искандер-ага, -негромко позвала я начальника личного отряда охраны. — Мне нужны еще воины. Это возможно устроить? -Госпожа, вам достаточно только сказать, и через час лучшие воины империи будут у ваших ног! — пылко заверил меня охранничек. И смотрит пылким карим глазом, так и пожирает взглядом! Впрочем… Я решила быть доброй госпожой. Нежно потрепав воодушевленного парня (а Искандер еще совсем молодой, ему не больше двадцати лет) по руке, я медовым голосом попросила найти мне еще человек пятьдесят охраны. Заверив меня, что вопрос будет решен в кратчайшие сроки, парень настолько осмелел, что попросил поцеловать царственную ручку. Да целуй на здоровье, мне не жалко. Вцепился, как клещ, жадно облобызал и нежно прикусил чувствительную кожу на кисти краешками губ. Это ты так со мной заигрываешь без пряников? Я чуть заметно усмехнулась, и, вроде как случайно, погладила его кончиками пальцев по щеке, забирая руку. Давай, верный песик, служи. Мечта о доступе к телу заставит тебя соблюдать мои интересы и ставить их превыше собственных. И тебя ждет верная награда за службу, я же «добрая госпожа». Ценными кадрами не разбрасываюсь. С этими коварными мыслями я подобрала юбки и, придерживаемая под локоток, забралась в карету. Пора ехать домой. Нужно перекусить, обдумать следующий этап своего плана и вообще — немного отдохнуть. Шейх поставленную перед ним задачу реализует в ближайшие дни, а мне необходимо приступить к реализации своей. В частности, вскоре я покину не слишком-то гостеприимный Стамбул, и никакие султаны мне приказывать не посмеют, чтобы «тихо и мирно» сидела и раскаивалась о своем поведении в Старом Дворце! Это он Махидевран пусть такие приказы отдает. Впрочем, я думаю, что она охотнее отправится со мной — это в ее же интересах. Карета тронулась, а я опять смотрела в окно, но мысленно была уже далеко отсюда. И радовалась, что мое лицо скрыто почти непрозрачным яшмаком — уж больно хищная, голодная усмешка по нему сейчас гуляла. Я вам покажу, как феминисток трогать, домостроевцы средневековые! Вы еще узнаете о бюрократии и правах человека!

***

Во дворце Топ-Капы Сулейман мерил комнату нервными большими шагами и не мог понять, где он допустил ошибку. Он всего лишь хотел, чтобы Хюррем покорно вела себя с ним, как положено! Чтобы не устраивала ему скандалов перед лицом семьи и подданных! И как она вообще посмела звать охрану и выставлять их против членов султанской семьи?! Хотя Хатидже тоже хороша… Из-за смерти своего грека чуть было не осмелилась отправить на тот свет его законную жену и единственного выжившего наследника! За такое казнить бы ее, по-хорошему… Но додумать Сулейман не успел. В покои ворвался бледный до синевы евнух и упал на колени перед своим Повелителем, протянув ему запечатанное послание от кого-то из высшего духовенства. -Что это? — немного удивленно уточнил султан. -Послание от Шейха-уль-Ислам! — вымолвил еле шевелящимся языком евнух. Сулейман быстро сломал сургучную печать на трубочке и вытряхнул на ладонь послание. После первых же строк ему подурнело. «… Хасеки потребовала развод, с обязательством выплатить ей отступные… Вы нарушили ее права… Попраны законы ислама!.. Мы лишаем вас статуса Хранителя Веры, если вы не решите вопроса со своей супругой в кратчайшие сроки! …» -ХЮРРЕМ?!!! — бизоном взревел ошалевший от увиденного Падишах. — да как она осмелилась!!!? -На улицах бунт, Повелитель… — еле слышно прошептал евнух. — Люди собрались около дворца, и требуют вашего смещения! -ЧТО-О!!??? -Вы попрали законы веры, законы ислама, не защитив свою супругу и отняв у нее сына… Народ узнал об этом… откуда-то…- на последней фразе евнуху окончательно стало дурно, и он, закатив глазки, тихо упал в обморок. Наклонившийся над ним Сулейман в ужасе обнаружил, что на губах слуги запеклась кровавая пена. Отравлен?! Его личный евнух?!! Народ бунт устроил?!! Но, как оказалось, это было еще только начало. Сулейман в дикой спешке одевал боевое облачение. Не далее, как полчаса назад, ему доложили о бунте, поднятом в корпусе янычар. Возмущенные, осатаневшие без похода воины, рвались ко дворцу, желая расправиться со своим Падишахом, посмевшим презреть законы ислама, которые сам так ревностно внушал своим подданным! Он посмел поднять руку на женщину, законную жену, отнять у нее сына! И это вместо защиты, которую был обязан оказывать ей по шариату! Он ОБЯЗАН БЫЛ ПОКАРАТЬ ЕЕ ПОХИТИТЕЛЯ И ОБИДЧИКА, А ВМЕСТО ЭТОГО ЧТО?!! Народ был в ярости от того, что донесли до их ушей верные доносчики Рыжеволосой Госпожи. Узнав, что их султан бил беременную жену… Похищенную неверным греком… Что на нее в ее покоях были спущены немые палачи-дильсизы из-за прихоти своенравной сумасшедшей доченьки Падишаха Селима… В Стамбуле поднялся бунт. -Я ее лично удушу, своими руками!!! —еле слышно шипел доведенный до предела султан. И в этот момент в покоях показалась бледная и спокойная Махидевран. —Что тебе надо?! -Я уезжаю, Повелитель. Не просила. Не приказывала. Просто уведомила. Развернулась и вышла, не оглядываясь и не слушая несущиеся ей в спину вопли. …А в это время в Старом Дворце рыжая Хасеки заливисто хохотала, слушая доклад своего верного аги о проделанной им работе. Игра началась, и начало ее было весьма успешным.