Ты дала мне выбор, помнишь?

      Придерживая полы своего платья, молодая королева почти бежала в покои к Тириону. Ей уже передали, что мужчина её искал, но торопилась она скорее за тем, чтобы быстрее узнать ответ на свой вопрос, чем узнать, с чем же её искал карлик.       — Тирион! — восклицает королева, отворяя дверь в покои мужчины.       — Ваше Величество, наконец-то вы тут, — бывший десница поднимается с места, на котором сидел с письмом в руке, и идёт на встречу королеве. — У меня для вас… — ему не дают договорить, перебивая.       — Я хотела узнать у вас кое-что, Тирион, это важно, — девушка останавливается в шаге от Ланнистера и смотрит на него с лёгкой улыбкой на губах.       Тирион нервно выдыхает.       — Да, Ваше Величество, вы можете спросить что угодно, я отвечу на любой ваш вопрос, — мужчина склоняется в поклоне, глядя на королеву.       — Мне необходимо знать любимое блюдо моей леди, — бодрым голосом произносит Дейенерис, все ещё продолжая улыбаться.       Тирион замирает и вопросительно смотрит на королеву.       — Прошу прощения, Ваше Величество? — он непонимающе качает головой, будто бы и не расслышал вопроса.       Дейенерис улыбается еще шире и закатывает глаза. Она проговаривает следующую фразу с такой интонацией, будто растолковывает элементарные вещи малому ребенку:       — Что любит Серсея? Она всегда ела отдельно, и я даже как-то…       Тирион беспардонно прерывает ее, будто забыв, что перед ним стоит королева. Он поднимает письмо, которое держит в руках, на уровень лица, демонстрируя его Дейенерис.       — Я правильно понял? Вы сейчас спрашиваете меня, что Серсея любит есть на ужин? — Тирион смотрит на Дени, мягко говоря, шокировано.       Юная королева же совершенно не понимает такого тона. Вообще, будь это кто-то другой, она бы оскорбилась и назначила наказание наглецу, но сейчас у нее не было времени на все это. Серсея, наверное, уже заждалась.       — Да, Тирион, ты все абсолютно верно понял. Просто дай мне ответ и не задерживай.       Карлик издал едкий смешок.       — Не задерживай? Да что с вами такое? Очнитесь уже, наконец. Чем вы вообще занимаетесь? — выйдя из себя, что бывало с ним в последнее время чаще, чем положено, Тирион бросил письмо на письменный стол. — Не вы ли так рвались к власти, желая изменений во благо народу? А теперь носитесь со… — он не рискнул употребить слово «шлюха», но оно так и хотело сорваться с кончика языка. — Я вас не понимаю, Дейенерис.       — А я вовсе и не просила вас меня понимать, Тирион, — грубо отвечает Дейенерис, почувствовав некую обиду за слова Тириона. — Вы даёте мне советы и помогаете, не больше. Или мне вновь стоить напомнить вам, что вы больше не являетесь десницей королевы, да и другом также, чтобы позволять себе такое? — все же озвучила Дейенерис, прожигая мужчину взглядом.       — Ваше Величество, вы просите совета? Так я уже озвучил вам его. Вам стоит прекратить тратить столько времени на служанку, а заняться делами королевства, к сожалению, малый совет не спо… — Тириона вновь прерывают.       — Она мне невеста, а не служанка, Тирион Ланнистер, и, мне кажется, вы не в праве указывать мне на то, сколько и кому посвящать мне моё время, — недовольно отвечает королева. — Я задала вам элементарный вопрос, на который так и не получила ответа, но получила уйму ненужных и не по делу, наверное, мне следует позже пересмотреть, стоит ли вообще держать вас в малом совете, — девушка резко поворачивается и спешит к выходу из покоев Тириона.       — Дейенерис, — настойчиво повторяет карлик. Он снова хватает со стола письмо. — Я должен сказать, а вы обязаны выслушать, — Тирион особенно подчеркивает слово «обязаны». — Ваш указ об утверждении однополых браков…       — Не обсуждается, — раздраженно рявкает юная королева, распахивая дверь. — Разговор окончен, Тирион.       И до того, как мужчина успевает еще что-либо добавить, Дейенерис покидает покои, оставляя себя и Тириона в прескверном расположении духа.       Чтобы немного сбросить напряжение, королева идет длинной дорогой. То, как позволил себе разговаривать с ней Тирион, раздражало, но когда он позволил себе сказать что-то про Серсею… Разговаривать с королевой как с подружкой — куда ни шло, но осуждать ее решения, которые приняты исходя из интересов народа, между прочим, для установления свободы — немыслимо. Она сама уже не могла четко разграничить собственные интересы и «на благо королевству». Седьмое пекло, она ведь тоже человек и часть народа и королевства, а если ей этот указ по нраву, то найдутся еще, не единичные примеры по всему Вестеросу, кто бы одобрил ее решение и поблагодарил за него. Отгоняя от себя дурные мысли, девушка все же ускорила шаг, желая скорее увидеть Серсею, в надежде, что женщина поможет ей успокоиться.       С натянутой улыбкой она переступила порог своих покоев, где её уже ждала Серсея. Оглядев стол с различными закусками и вином, Дени присела на свое место напротив Серсеи.       — Закуски уже тут, а насчёт основного блюда я не была уверена, — говорит девушка, чувствуя лёгкую дрожь в голосе.       — Не беспокойся об этом, я не голодна, — отвечает Серсея ледяным голосом, отчего взгляд Дени мгновенно поднимается на Серсею. Она думала, что ей все же удалось избавиться от этой интонации хотя бы на сегодня, но и тут её ожидания не оправдались.       С трудом натянув улыбку, Дейенерис сначала наполняет бокал невесты, а потом свой. Королева внимательно следит за направлением взгляда Серсеи.       — Как ты себя чувствуешь? Лекарь сказал, что еще несколько дней может присутствовать головокружение.       — Не стоит волноваться, все хорошо, — пальцы Серсеи вяло смыкаются вокруг ножки бокала. Ее взгляд все так же холоден и направлен куда угодно, только не на Дейенерис.       Королева перегибается через стол, чтобы коснуться кисти женщины, но и на это она никак особо не реагирует.       — Насчет нашей свадьбы. Я поговорила с Миссандеей, ближайшее время, к которому все можно организовать, — в следующем месяце, — Дени старается говорить как можно мягче, она поглаживает пальцы Серсеи.       В ответ на эту фразу женщина молчит.       — Серсея, — поджав губы, Дени из последних сил держит себя в руках. — Ты что, не рада?       Серсея отстраняет руку и опускает ее на колено, разглядывая скромный перстень на пальце.       Сглотнув, Дейенерис выпрямляется на стуле и спокойно произносит:       — Посмотри на меня, — взгляд Серсеи не меняет направления.       Сжав кулак, юная королева произносит уже более требовательным тоном:       — Посмотри на меня, Серсея.       Дейенерис замирает, чувствуя, как начинают трястись руки от того, что её невеста не поднимает на нее взгляда.       — Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я вижу его, Дени, — наконец-то шепчет Серсея, поднимая неожиданно мокрые от слез глаза на королеву. — Меня любили так сильно, как ты, лишь раз в моей жизни, и это был мой брат, Дейенерис. А я предала его и теперь, глядя в твои глаза, я вижу его смерть, вижу, как он отдает свою жизнь за то, чтобы я могла продолжить свою, будучи предательницей, — по щекам женщины текут слезы, и она несколько раз качает головой, когда Дейенерис хочет взять её за руку. — Я не могу, Дейенерис. Я ошиблась, и это сквернее всего осознавать, — женщина всхлипывает.       — О чем ты, Серсея? — Дени садится на колени возле стула невесты и выжидающе смотрит на нее.       Прикрыв глаза, Серсея глубоко вздыхает. Каждое слово дается с трудом и вызывает новый поток слез.       — Я об этой свадьбе, об этих странных отношениях, — женщина прикрывает лицо рукой. — Это все фарс, жуткий фарс. Неужели ты сама не видишь этого?       Эти слова поднимают в душе юной королевы волну негодования и жгучей обиды, но она подавляет желание сорваться на крик и доказывать Серсее, что все, что она сказала, скорее фарс, чем-то, что между ними.       — Серсея, — Дейенерис все-таки касается ее щеки, поворачивая заплаканное лицо к себе. — Ты же сама говорила, — Дени шепчет то нежное признание на валирийском,       Серсея стискивает зубы, отстраняясь.       — Это ненормально, Дени. Просто даже сама посуди: я тебе не пара. Мне почти сорок, и я настолько погрязла во всем этом дерьме, — женщина всхлипывает громче. — Ты и половины моих прегрешений не знаешь, дорогая.       Серсея поднимается со своего места, она опирается на стол. Встав к Дейенерис спиной, женщина хрипло произносит:       — Я расторгаю эту помолвку, Ваше Величество. И делайте со мной все, что хотите. Вы сами дали мне выбор. И вот мое решение. Примете его или нет — все равно, итог будет один.       — Что будет, если я не приму его? — шепчет Дени, глядя на свои трясущиеся руки.       — Делайте, что хотите, Ваше Величество, я согласна и на казнь, — отвечает Серсея, стоя вполоборота к королеве.       — Зачем ты мне лжешь, Серсея, — восклицает девушка, поднимаясь на ноги, и подходит к женщине. — Ты не могла мне так лгать, даже ради брата, — она качает головой, вглядываясь в лицо служанки.       — Вы не знаете меня, Дейенерис, — шепчет Серсея, качая головой. — Вы лишь наслышаны о том, на что я способна, — Серсея отходит от девушки, обходя стол. — Я оставлю вас, если позволите, Ваше Величество.       Дейенерис в два шага подходит к ней, обхватывая со спины за талию.       — Прошу, Серсея, не поступай так. Это не ты. Не моя невеста, — она утыкается носом в шею женщины, жадно вдыхая ее запах.       — Ваша невеста — иллюзия. Мы зачастую слишком подвержены чувствам, они нас ослепляют. Вы просто приняли желаемое за действительное. Очнитесь, наконец, — холодно чеканит Серсея и отводит руки Дени от себя. Голос все еще подрагивает от недавних слез, но они уже высохли на щеках. Ланнистер спокойно проходит к двери.       — И, Ваше Величество, королевы не просят.       Дейенерис опирается бедрами о стол, она неотрывно следит за ускользающей от нее женщиной. Глаза наполняются слезами, но Дейенерис крепко зажмуривает веки, не давая им волю.