Сердце зверя.

Оби. – Я переживаю за сестру, – в который раз произнесла Элиа, тряхнув волосами. Маленькие колокольчики зазвенели в такт ее движению. – Принцесса, да не переживайте вы так, – в очередной раз принялся ее успокаивать. – Принц Изана не такой зверь, каким кажется. – Ага, но, тем не менее, смог заметить наемника, прячущегося в листве, – фыркнув, она оторвалась от двери и бросила на меня хитрый, косой взгляд. Невольно покраснел, даже уши заалели. Зен, вот прохвост, выдал-таки. Выставляет меня перед женой не в самом выгодном свете. Оби-и-идно… а впрочем, разве может она думать обо мне лучше, чем на самом деле? Хорошего за собой не припомню. Да и было ли такое? – Просто будь добрым, – от резкого голоса ее брата, отскочил в сторону, схватившись за бешено колочующнеся сердце. – Ваше высочество, – начал было, кривовато усмехаясь, – вы хоть бы хоть покашляли, прежде чем подкрадываться со спины. Бросил умоляющий взгляд на девушку, но та лишь отмахнулась, продолжая подсматривать в замочную скважину. Ясно, видать самому придется разбираться. – Простите, – отвесив легкий, насмешливый поклон, продолжил: – Но в доброте я не силен. – Просто будь тем мужчиной, каким ты можешь быть, – вздохнул брат Элии. – Увы, – мне ничего не оставалось делать, как развести руками. – Да тихо вы, – раздраженная принцесса настолько резко повернула голову, что кончик ее косы хлестко ударил мне по носу. – Теренс, думаю, что мы сами разберёмся в наших отношениях. Лучше бы женился наконец. Несчастная Рогнеда уже больше месяца ждет. На лице сама собой расплылась довольная улыбка. Уела, так уела. Принц Аларии начал что-то бурчать себе под нос, видимо оправдания. Но ни я, ни Элиа не вникали. Я все не мог наглядеться на милые ямочки на ее щеках, а улыбка… просто загляденье! Прислонился к стене чувствуя, что еще пара таких нежных взглядом, и я забуду обо всем на свете. Но она уже отвернулась, прислушиваясь к разговору за дверью. Тяжело, горестно вздохнул. Да что это со мной такое?.. Поймав на себе насмешливый взгляд Теренса, взял себя в руки. – Я сказала - нет! От дикого визга, донесшегося из-за двери, дружно отпрянули назад. Я поковырял в ухе. Ну и голосок у первой наследной принцессы Аларии, всю вражескую армию оглушит на оба уха. Невольно посочувствовал принцу Изане, который находился ближе всего. – А я сказал - да! Что там Элиа говорила об их сходстве характеров? После услышанного, готов поверить во все ее слова. Младшая принцесса Аларии вздохнула и, на все махнув рукой, пошла прочь. Проследил за ней взглядом, размышляя, пойти за ней или же оставить ее одну. Не успел прийти к выводу, как чья-то сильная рука толкнула меня в спину, заставив сделать несколько шагов вперед. Зашипел, потирая ушибленное место и почти зло смотря на ухмыляющегося Теренса. Ну Ваше Высочество! Элиа, услышав шум, остановилась и непонимающе оглянулась на нас. Мне же ничего не оставалось сделать, как понуро опустив голову, пойти следом, под тихий смех наследного принца королевства Аларии. Девушка терпеливо ждала, пока я доплетусь, и только тогда произнесла: – Может быть сходим на арену? Несмотря на то, что голос звучал неуверенно, не мог не отметить, что она надеется на положительный ответ. Улыбнулся, заведя руки за голову. – Мисс, вы ведь все равно проиграете. – Ты так убежден в своей силе? – невинный, казалось бы, вопрос и легкий наклон головы заставил меня задуматься. – А то ж! – все же соврал я, поравнявшись с ней рядом. Элиа ничего не ответила, лишь удовлетворенности кивнула. Улыбка спала с моего лица, когда заметил сурово сведенные брови. Злится. Хм, неужели посчитала мои слова ложью? Хотя мне не привыкать врать, но то, как какая-то девчонка меня так ловко раскусывает пополам немного обидно и неприятно. Вот уже несколько дней прошло с момента моей свадьбы с принцессой одного из самых огромных королевств. Аларийка не высказывала ни своего удовольствия, ни своего негодование. Отношения между нами не продвигались ни на фунт. Да и не уверен я был, что ей это нужно… или же? Скосил глаза , глядя на черновласку. Идет себе спокойно с гордой, королевской осанкой, не смотрит ни на кого. Даже на меня. Почему-то от этой мысли сердцу стало больно. Совсем чуть-чуть. “Любовь придет”, – словно во сне услышал я ее голос. Мотнул головой, прогоняя наваждение. Как же так? – Оби, ты хорошо себя чувствуешь? Смотрит с беспокойством прямо в глаза, маленькая рука уже каким-то чудным образом покоится на моей щеке. Чувствую, как лицо заливает предательский румянец, а сердце, пропустив несколько ударов, понеслось бешеным галопом. Облизал пересохшие губы, отвел взгляд. Невозможно… – Оби? – уже не беспокойство, а паника. – Богиня! Тебе плохо? – Нет, – удивленно моргнул. – С чего ты?.. – Ты так резко побледнел, я испугалась, – виновато пробормотала она, резко отстранившись. Еле сдержал разочарованный вздох. – Правда все хорошо? Какое-то странное сочетание детской наивности и настороженности настоящего взрослого. – Правда, – потрепал я ее по голове, с удовольствием отметив, как она покраснела. – Идем. Взяв её за руку и, немного продвинувшись вперед, поджал губы. Невозможность, чтобы я влюбился снова. – Оби, тебя что-то беспокоит? Догадливая ты моя! – Неа, мисс. Ошиблись чутка. – Лжешь ведь, – усмехаясь, она откинула волосы на спину. – Не вру, – зачем-то начал я оправдываться. Как ребенок малый! – Врёшь, – продолжала она гнуть свою линию. – Иначе с чего глаза отводишь? Почему краснеешь и даже не смотришь на меня? Не проще ли будет все сказать вслух? – Не проще, – холодно отчеканил я, бросив на нее раздраженный взгляд. Элиа замолчала, лишь безразлично передернула плечами, мол, как сам знаешь. Выдохнув сквозь плотно сжатые зубы. Она ведь права, так зачем я злюсь на нее? Почему-то у меня такое ощущение, что она знает меня гораздо лучше, чем я сам, хотя, по факту, это невозможно. Черт, я уже начинаю ненавидеть это слово… – Оби? – Чего? – буркнул, чуть ослабив хватку на ее запястье. – Не обижайся, – улыбнулась, снова склонив голову набок. – Я не хочу лезть в самое сокровенное, раз тебе это неприятно. Но раз уж так сложилась судьба, то, мне кажется, надо попытаться хоть немного, но открыть сердце друг другу. Хотя бы, чтобы того расстояния хватило на маленькую щелочку. Замер, удивленно глядя на нее во все глаза. Я? Обижаюсь? Когда? Почесав затылок, задумчиво посмотрел в окно. Сегодня было пасмурно, вот-вот собиралась начаться гроза. Элиа терпеливо, как всегда, ждала хоть какой-то ответной реакции, кроме непонятной пантомимы и тяжелых вздохов. – Я тоже, – наконец выдавил из себя, дивясь, насколько хриплым и тихим стал собственный голос. – Тоже хочу, чтобы между нами не было недомолвок, а было лишь доверие. Но я такой человек, мне тяжело признавать некоторые вещи. Тяжело жить по-честному. – Пока что достаточно и этих слов, – и девушка спокойно прошла мимо меня, оставив с носом. – Элиа, – крикнул я, когда она уже почти спустилась с лестницы. – Слова не всегда бывают правдивы, а комплименты искренними. Но ни глаза, ни жесты не могут врать. И я не лгу. Брови ее удивленно поползли наверх, почти слившись с челкой темных волос. Стоя на самой верхушке, смотрел на нее сверху вниз и все пытался угадать, о чем она думает. То ли дома королевской семьи специально учат скрывать свои эмоции, то ли Элиа не знала, как правильно реагировать. И я очень надеялся на второй вариант. – Поглядим, – и снова эта улыбка, намертво приковавшая меня к полу. Пока шли до арены, не обмолвились ни словом. Каждый из нас думал о своем, о том, как неожиданно сложилась наша судьба. Я никогда не думал, что женюсь, а принцесса никогда не подозревала, что сбежит далеко от дома и там, на чужой земле, выскочит замуж за первого встречного. – Госпожа Кики? Господин Митсухидэ? – неожиданно воскликнула девушка. Вздрогнула, поднял голову, удивленно глядя на телохранителей принца Зена. Те, кажется, тоже не ожидали нас увидеть, потому опустив мечи, после минутного шока, поклонились. Я поморщился, а принцесса ответила легким реверансом. Кстати, весьма забавно, учитывая, что она была в штанах. – Принцесса Элиа, у вас все хорошо? Э? А на меня то чего таким злобным взглядом голодного волка смотреть? Будто я соблазнитель какой… У-у-у! Тоже мне...друзья! – Да, – со смехом отозвалась девушка. – Мы просто хотели немного размяться, вот и все. Что Митсухидэ, что Кики – оба вздохнули с явным облегчением. Фыркнув, потянулся, разминая затекшие конечности. Элиа делала то же самое, жутко хрустя костяшками пальцев. Достав эластичные бинты, крепко затянула ими запястья. Усмехнулся, поражаясь ее чрезмерной предосторожности. Несмотря ни на что, я не был уверен в том, что ей удастся хоть раз коснуться меня. Видимо, мой скептический взгляд был чересчур красноречивым. Кики нахмурилась, Элиа нехорошо так усмехнулась, хрустнув шеей, а Митсухидэ покачал головой. Наклонившись к самому моему уху, поспешно зашептал: – Не недооценивай ее. Удар ее покрепче, чем у Теренса будет. Не поверил, оглядев с ног до головы жену, которая была, должен отметить, довольно-таки маленькая. – Начнем? – Элиа встала напротив и ощутимо напряглась. – Поддаваться не собираюсь, – огрызнулся и тут же получил кулаком в челюсть. Невольно отступил, потирая скулу. – Только попробуй! Значит по жесткому? Что ж, так даже лучше. Спустя минуту понял, что я осел, раз не поверил словам друга. На вторую минуту остался в разбитым носом. На третью понял, что придется нарушить слово о том, что девушек не бью. В четвертую минуту Элиа шипя от боли и гнева, поднималась с каменного пола. А на пятую минуту мне стало не до смеха… Как и сказал Митсухидэ, удар был, что надо. Движения были быстрыми, четкими и очень болезненными. Понял, что бинты у нее не для красоты, когда девушка удалось перехватить занесенный для удара кулак. Не будь у меня на руках перчаток, ей бы удалось вывихнуть мне запястье. Отскок, разворот и мощный удар ногой. Блок, уклон и подсечка снизу. Техника ближнего боя явно отличалась от моего. Движения были более плавным, текучими, похожие скорее на какую-то неустойчивую волну. В моих же действиях пусть и были скорость и ловкость, но не хватало пластичности и гибкости. Удары, которые я наносил, пусть и достали цели, но особого урона не приносили. Элиа, пусть и не всегда, но по большей части, останавливала меня. Заметил, что девушка во время нанесения или блокирования ударов, слегка приподнимается на носочки и делает опору на левую ногу. Движения были странными, какими-то пружинистыми. Когда я дрался с ее братом, то тот, как я, использовал более грубую силу. Значит у алариек другая техника боя? Нахмурился, и вновь растерялся, получив в больную скулу. Отступил, но тут же нанес ответный удар. Элии удалось заблокировать, но ее отшвырнуло ударной волной на несколько метров назад. Сгруппировавшись, она все же смягчила падение и, мягко проехав по каменному полу, подпрыгнула. Удар правой ногой в голову, я резко заблокировал, но тут же последовал удар левой, который мне не удалось отразить. Отхаркнул кровь, вытирая рукавом кровь с губ и носа. – Сдаюсь, – вдруг выдохнула она, упав на колени. – Это слишком… Что для неё слишком, решил не уточнять. Кряхтя, как старый дед, поднялся и, немного шатаясь, подошел к ней, мягко опустившись рядом. Принцесса не шевельнулась, лишь глаза открыла. Дыхание после длительного поединка было рваным и прерывистым, а внешний вид обоих оставлял желать лучшего. Руки и пальцы в крови, на лице синяки и ссадины. Стало стыдно, когда увидел, как на щеке жены прямо на глазах появляется сине-фиолетовое пятно. – Вы как? У, черт! Митсухидэ! Я уж и позабыл, что мы здесь были не одни. – Элиа! О боже мой, что с твоим лицом? Стыд стремительно перерос в страх, когда прибежавшая Шираюки, уперев руки в бока, встала рядом с рассерженной Кики. Зен улыбнулся, немым молчанием информируя о том, что именно он со мной сделает. Когда я буду в состоянии шевельнуть хотя бы рукой… – Всего лишь убедилась, что мне этого ненормального спесивца не победить, – в отличии от меня Элиа быстро оправилась и уже оттираа платком кровь с лица. – Слишком это выматывает. Ошарашенно уставился на девушку, не находя слов, чтобы высказать все свое возмущение. Она не смогла победить, поэтому и сдалась? И все от усталости? Смеетесь что ли? Ничего не сказал, но взгляд, кажется, был более чем красноречивым. Элиа растянула губы в болезненной улыбке и виновато развела руками. – Прости, ты слишком быстрый. Возмущение стало почти физически ощутимым. Да я от ее брата не огребал так, как от ее ударов! – Что это за техника? – прохрипел, с трудом шевеля губами. – Савудо. А-а-а… Ну тогда понятно. Чувствую, что придется взять на время постельный режим. То-то я думаю, что ее движения были такими странными. Суть боя заключадась в том, что использовалась техника “мягкой руки” и применением оружия. Удары по своей скорости и четкости, были такими, как если бы в ее руках был какой-нибудь кинжал или нож. Чтобы удержать оружие и умудряться им размахивать, нужно иметь не просто отличные физические качества, но и хороший контроль над своим телом. Сочетание “сав” означало - бой без правил. Ритмичное чередование кулаков и ног, перекаты, захваты, а порой и удушение и так далее. В общем, все то, что требовал ближний бой. “Удо” же значило – оружие, которое, собственно говоря, и должно знаменовать полную победу над противником. По идее, бой был бы недолгим, если бы у Элии в руках был хотя бы нож. Эту технику еще называют “техникой трех ударов”. Первый удар – удар ногой, второй – кулаком и третий – оружием. Все просто, но… Вздохнул, понимая, что если бы Элиа не выдохлась, то я бы проиграл на следующей минуте. – Оби, как ты только мог? – кипела Шираюки, обрабатывая ссадины принцессы. Та шипела, но недовольства не высказывала. Почувствовал себя последней в мире сволочью. – Шираюки, все хорошо. Я просто хотела убедиться… – Элиа замолчала не договорив. Но несмотря на это, прекрасно ее понял. Она хотела проверить меня, достаточно ли у меня сил защитить ее. И ответ принцессу явно не удовлетворил. Просто она оказалась сильнее. “Проклятье!”, – цыкнул, саданув кулаком по земле. – Он сможет меня уберечь! Что? Поднял на нее озадаченный взгляд и встретился с прекрасным взглядом ласковых глаз, в которых не было ни упрека, ни презрения, ни затаенного торжества. Она действительно верила в то, что говорила. Верила, несмотря на то, что оказалась сильнее меня. Ну что за девчонка?.. – Знаете что, – принцесса резко, хотя немного шатаясь, поднялась. – Вы, должно быть, забыли, что Оби теперь будущий король. Шок в глазах окружающих, а я… я, кажется, осел на пол. Снова. Удивленно хлопаю глазами, пытаясь осознать и понять услышанное. Король? Я? Что она такое говорит? Я ведь не… – Но я ведь не могу быть королем, – прохрипел, с ужасом переводя взгляд то на одного, то на другого, ища поддержки. – Правда ведь? – и пусть в голосе была скрытая надежда, по кислым лицам понял, что попал. – Ошибаешься, – все резко обернулись, услышав голос принца Теренса. – Ты теперь такой же наследник престола, как и я, и Дафна. – Но… – попытался было возразить, но меня нагло перебили всего лишь одним взмахом руки. – Нам с рождения были даны земли нашего королевства, поделенные на всех поровну. И у Элии тоже. И ты, как ее муж, так же становишься хозяином и королем этих владений. Так что смирись с этой участью. Ты теперь, волей-неволей, часть королевского рода Нэррис. – Тери, пожалуйста, не сейчас, – устало вздохнула Элиа, стряхивая пыль с одежды. – У меня нет ни малейшего желания обсуждать это сейчас. – А когда же? – разозлился он. – Когда император узнает обо всем? Когда родители уйдут на покой? Когда, Элиа? Ты теперь замужняя девушка и должна понимать всю ответственность, которая ляжет на тебя по возвращении в Аларию. – Я ведь сказала, что не желаю говорить об этом! – закричала она и, развернувшись, убежала прочь. – Ну чего застыл столбом? – зашипел Зен, пихая меня локтем в бок. – Беги за ней. И ведь действительно, повинуясь всем своим инстинктам, побежал догонять свою девушку. Наверно со стороны зрелище то еще было. Когда нагнал ее и схватил за руку, она не повернула ко мне головы. – Мисс, – тихо позвал я ее, не решаясь повернуть девушку лицом к себе. – Взгляните на меня. Вместо этого принцесса упрямо помотала головой. – Почему он не понимает? – вдруг тихо спросила она. – Каждый раз Тери диктует мне законы и порядки. Каждый раз он учит меня жить так, как не сумел он сам. Почему он не хочет понять, что я так же, как и все, хочу учиться и познавать что-то новое?.. Почему он не понимает, что любовь не является к тем, кто ищет и гонится за ней?.. Почему мой родной брат не желает понимать меня? Она не плакала, вспоминая свое обещание, но закусанная губа и бледность ее лица, говорили о том, что ей очень тяжело сдержать свои истинные эмоции. Не зная, что сказать, неловко прижал ее к себе. Элиа уткнулась носом мне в грудь и неожиданно, кажется даже для самой себя, обняла меня за шею. Кажется, я даже дышать перестал, пользуясь моментом. Не знаю, как насчет принцессы, но мое лицо было краснее помидора. Краска медленно переползла на шею и уши. Чтобы скрыть смущение, крепко обхватил маленькое тело девушка руками. – Все будет хорошо, мисс, – прошептал я, гладя ее по волосам.– Просто Теренс очень волнуется и переживает за тебя, хочется защитить тебя от таких, как я. – Но ты не такой, как все. Ты другой. С уст сорвался грустный смешок. – Верно, я еще хуже. Принцесса упрямо, как маленькая девочка помотала головой. – У человека, который, якобы, хуже всех других, не может быть таких нежных рук. Удивленно посмотрел на свою кисть. Вся в ссадинах и царапинах, со стертыми мозолями и шершавой, грубой кожей. Интересно, где эта девочка нашла в моих руках нежность? Элиа, точно прочитав мои мысли рассмеялась: – Кажется, ты еще далек от того, чтобы понять это, но… – она отстранилась, доверчиво заглядывая мне в глаза. – Нежность и ласка проявляются в поступках, и желании защитить от всех бед. Принцесса собиралась было окончательно освободиться из объятий, но мое тело… Честное слово, я не хотел! Нет, ну может быть, где-нибудь в глубине души желал этого, но не так. Не при таких обстоятельствах. В общем, действовал я инстинктивно и чисто на эмоциях. Глаза принцессы Аларии недоуменно расширились, когда я прижался к ее губам. Всего на секунду. Такой невинный и мимолетный поцелуй, но меня переполнила целая гамма эмоций. Начиная от стыда и заканчивая каким-то непонятным торжеством. Нет, это не могу быть я! Что же со мной творится? Полуиспуганно, полураздосадовано, но был вынужден отстраниться. Лицо девушки приобрело точно такой же оттенок, как и у меня. – Прости, – стушевавшись, пробормотал я. – Просто… – Не нужно, – перебила она дальнейшие объяснения и оправдания. – Пожалуйста, не нужно… Промолчал, молча смотря, как удаляется девушка. В груди было больно. Очень больно… Сжал рубашку в том месте, где было сердце. Почему? Откуда эта боль? А ответ у меня был один: я влюбился. Снова. И кажется, вновь безответно. Черт!