Сердце зверя.

Оби. День бала начался не самым удачным образом. Сперва Зен устроил мне выговор, затем принц Тери, потом Кики с Митсухидэ, даже от Шираюки досталось. Коротко говоря, прицепились все, кроме Элии. Девушка все также продолжала улыбаться и строить глазки, однако на прямой контакт не выходила, что лишний раз подтверждало мою догадку. Сидя на ветке дерева, почесал затылок. Сверху за происходящим в замке было наблюдать удобнее всего, особенно когда тебя не видно за густыми зелёными листьями. Охраны, конечно, было порядочно много, как-никак, целая помолвка и ни какого-нибудь заездного барона, а самого наследного принца королевства Кларинс. Но все-таки я решил перестраховаться и лично убедиться в благонадёжности наших дорогих гостей. К тому же… краем глаза заметил в окне свою жену. Элиа о чем-то разговаривала со своими родственниками, нервно сминая в кулаках подол своего платье. И кстати, почему у неё платье по моде Кларинса? Торговцы из Аларии не прибыли что ли? Впрочем, кажется, её это нисколько не смущало, да и, что греха таить, платье ей шло, как нельзя лучше. Если бы не смуглая кожа и не необычное плетение косы, то никто бы и не узнал в ней принцессу Заморья. Я прищурился, временно отвлекаясь от своей работы. Слова, понятное дело, я расслышать не мог, но зато их лица видел очень чётко. Судя по всему, разговор был отнюдь не об интерьере бального зала. Что Элиа, что Дафна – обе девушки были чем-то взволнованы, а Теренс прохаживался туда-сюда с угрюмой миной, пугая гостей, своим мрачным видом. Ну ей-богу, он со стороны на огромного коршуна похож, даже его тёмный плащ можно принять за крылья. Но если его обычный вид граничил с угрюмостью, то сейчас его видок был оправдан, э-э-э, деловым выражением. Элиа же что-то продолжала жестикулировать, иногда прерываясь, чтобы невольно смахнуть, упавшую на лицо, прядь волос. Дафна же, как-то недовольно сведя брови к переносице, о чем-то уточняла сестру. Видимо младшая принцесса пыталась что-то втереть ей, но старшая упорно отказывалась верить её словам, тогда младшая принцесса пару раз, в порыве гнева, топнула ножкой. Я зажал рот ладонями, чтобы не расхохотаться и не раскрыть своего места положения. Она как ребёнок, честное слово! Теренс же похоже находился где-то далеко, по крайней мере, в конфликт сестёр не вступал, но хмурится не хуже них, видимо, что все же было в словах Элии то, что тревожило его. Но что могло заставить царских отпрысков волноваться, так и осталось загадкой. Зато мог с уверенностью сказать, что это не была предстоящая свадьба принцессы Аларии. Со вздохом откинулся назад, облокачиваясь о ствол дерева. И ведь наверняка будут меня искать, а когда не найдут, то потом, когда уже отыщут, устроят нагоняй. Мне же сказали, что я должен явиться на бал, а я, такой нехороший, взял и не пришёл. Взгляд вновь уперся в витражные стекла дворца. Элия уже закончила разговор с братом и сестрой и, торопливо откланявшись, куда-то ломанулась. От удивления и любопытства у меня бровь поползла наверх. Куда это она? Но девушка и не думала покидать пределы бального зала, отнюдь, она встала в самую толпу и принялась вытягивать шею, ища кого-то жадным взглядом. Видимо, не найдя, она разочарованно вздохнула… ага, точнее сказать, она с досады саданула кулаком по стене, чем напугала ближайших к ней гостей. Принцесса в ответ на их ошарашенный взгляд лишь мило улыбнулась и присела в лёгком реверансе, а губы беззвучно шевельнулись в словах извинения. Чуть позже она нашла Кики и Митсухидэ и, остановившись, о чем-то обеспокоенно спросила. Блондиночка лишь отрицательно мотнулась головой, а парень, после минуты каких-то непонятных разъяснений, пожал плечами. В этот раз было заметно, как цыкнув принцесса, но бедную стену трогать не стала. Но взгляд её определённо был растопленным. Я аж заинтересовался. Кого-то это такого важного ищет моя маленькая принцесса, что на её милом личике появляется такая гамма эмоций? Уж не меня ли? Собственная улыбка вышла какой-то грустной и натянутой. Если бы Элиа искала меня, то сразу бы нашла, я ведь постоянно здесь. А так… Дурак я, самый натуральный! Элиа. Дурак ты, Оби, вот где тебя черти таскают?! Так просто взял и не явился на бал… Что вообще за наглость! Я ведь расстраиваюсь не из-за того, что он не пришёл, а из-за того, что могут сделать с ним мои брат с сестрой. Это впервые, когда, даже не приказ, просьбу Теренса просто-напросто пропустили мимо ушей. И самое смешное, что никто его не видел. А ведь у кого только не спрашивала! От невесёлых мыслей меня отвлекла Шираюки, нашедшая меня в толпе. – Слава Богине, – искренне обрадовалась, хватая девушку и отводя в сторонку. – Я уж боялась, что тебя злобные принцы в своё логово утащили. На что Шираюки лишь рассмеялась, показывая тем самым, что шутку оценила. – Не успели. Его Высочество принц Изана утащил Зена раньше, – отсмеявшись, произнесла она. – Вот как, – я задумчиво глянула в сторону ещё пустого трона и нашла взглядом сестру. – По крайней мере, за Зена можно не переживать, – и совсем уж тихо добавила: – Ты хотя бы знаешь, куда его утащили и в какую сторону нужно бежать, что прийти к нему на выручку. Красновласка нахмурилась, видимо не до смеха стало. – Оби так и не объявился? – Представь себе только! – мне оставалось только всплеснуть руками. – О чем он только думает?.. Белоснежка лишь удручённо развела руками. – Прости, Элиа, но я даже не могу посоветовать тебе, что делать… Понимаешь, Оби никогда так себя прежде не вёл. Он никогда не убегал ни от других, ни от себя… Я лишь махнула рукой. Да все с ним ясно. Жаль только, что мне ничегошеньки не ясно. Я уже совсем не понимаю, как должна вести себя с ним при встрече: то ли игнорировать, то ли кидаться в объятия. Поддерживаемая твёрдой уверенностью в том, что обязательно поговорю с ним после бала и без посторонних, схватила девушку за запястье и принялась протискиваться вперёд, поближе к королевскому трону. По пути какой-то здоровяк умудрился наступить мне на подол платье, от чего я, совсем не по-королевски, чуть не полетела носом в пол, и выругалась, вспомнив богатый лексикон своего брата. Как оказалось, даже Теренс может научить много полезному. Народу было тьма-тьмущая, а шлейф был чересчур длинным, что затерялся где-то под ногами. Шираюки ахнула и принялась аккуратно выдирать из-под сапога моё платье. Я же пыталась хотя бы удержать равновесие, помогая девушке дёргать проклятый подол. – Извините, милорд, – вконец отчаявшись освободить платье из-под ноги дяди-бочки, Шираюки похлопала его по плечу. – Вы не могли бы убрать свою ногу на секундочку? Мужчина, тяжело дыша, лишь повернул голову на своей стволоподобной шее, одарив нас тяжёлым презрительным взглядом и… как ни в чем не бывало продолжил разговаривать с какой-то хохочущей мадамой. Мы же недоуменно переглянулись между собой. – Простите, мужчина, – на этот раз откашлялась уже я. – Вы наступили на моё платье. Попрошу убрать вашу ногу с моего шлейфа. Ноль внимания, фут презрения. Так нет! Он двумя ногами встал! А сапоги у него тяжёлые, а ткань тонкая да лёгкая. Конечно, я бы дёрнула, но рискнула бы тогда остаться не только без бального наряда, но и без юбки заодно. А оно мне сейчас надо? Тем не менее я начала закипать. Что за наглый и непрошибаемый субъект? Я, балансируя на грани между истерикой и нервным срывом, оглянулась в поиске знакомых мужчин. Как назло ни брата, ни Митсухидэ, ни Зена, ни даже знакомого стражника рядом не оказалось. Ну погодите у меня! С мрачной миной уставилась на объёмные габариты мужчины, а в руку медленно скользнул небольшого размера нож, извлечённый из рукава. И надо было этой бочке повернуться именно в этот самый момент! По залу прошёлся дикий вопль, за которым последовало сразу три факта. Во-первых, подол мой все-таки отпустили, точнее сказать, с него соскочили. Во-вторых, этот мужлан начал верещать, что его убивают. В-третьих, если учесть второй пункт, все тут же повернулись ко мне. – В чем дело? – прибежавшая стражники с любопытством оглядели нас с Шираюки и вопящего мужчину. – Она пыталась меня убить! – орала эта бочка, тыча в меня своим огромным пальцем. – Это не правда, милорд, – мрачно прошипела, пряча кинжал обратно в складках платья. – Я всего лишь хотела отрезать… – Кошелек! – вдруг завопила его собеседница. – Она собиралась срезать кошелек графа Ронье! Эта девица – воровка! Я буквально задохнулась от незаслуженного оскорбления и обиды. Да как они смеют обвинять меня в воровстве?! Но на мою защиту встала Шираюки. Покраснев от гнева, она воскликнула: – Как вы смеете обвинять госпожу Элию в воровстве? – Ага, так их было двое! – злорадно рассмеялась женщина. – Подельница твоя, воровка? Настала моя очередь краснеть, тоже от гнева. Да что за люди? Толпа вокруг уже образовалась приличная, и люди вокруг начали перешёптываться. – Что здесь происходит? – из массовки вышел Теренс, злющий презлющий. Глаза его гневно сверкнули из-под темной чёлки. А я хоть в кои-то веке была рада его видеть. – Эти девицы воровки! – с удовольствием повторил граф, обвинительно тыча в нас пальцем. Мы с Шираюки вновь переглянулись, но решили в этот раз смолчать, предоставив брату разобраться с ситуацией. Кажется, такого ответа не ожидал даже мой брат, потому растерялся на первые десять секунд. На вторые десять до него начало доходить, а на третьи… – Воровки… – как в трансе повторил он, глядя на этих самых ”воровок” пустым взглядом. – Воровки! Да как вы смеете обвинять мою сестру в воровстве и попытке убийства?! Громовой голос брата едва не контузил нас, пришлось спешно зажимать уши, дабы не быть оглушёнными нечеловеческим рычанием. А Тери все продолжал орать, распаляясь ещё больше. – Обвинить принцессу Элию Нэррис Аларийскую в воровстве? Да вам жить надоело! И вновь стрелки уперлись в меня. Естественно, почти никто из присутствующих даже и не знал, как выглядит аларийская принцесса, однако теперь пришлось сделать изысканный реверанс, тем самым, подтвердив слова брата. – А… а вы тогда кто? – рискнул перепуганный ни на шутку граф, с неимоверным ужасом глядя на Тери. – Кто-кто?! Принц Теренс Нэррис Алариский! – прорычал он, кладя руку на эфес меча. – Хотите ещё раз обвинить мою сестру в воровстве? – Нет! Все в полном порядке! Прошу прощения, Ваше Высочество! – и мужчина, сверкая пятками, ретировался. – Но вторая девчонка… – все никак не сдавалась хохотушка, глядя на мрачную Шираюки. – Личный лекарь принца Зена Висталии и его невеста, – раздражённо огрызнулся брат, а я, в который раз, мысленно похвалила выдержку красновласки. Удивляться и падать в обморок она не стала, лишь склонила голову в лёгком поклоне. – Простите! – и невоспитанную тётку, как ветром сдуло. Я ещё раз оглядела этот злосчастный кинжал и с тяжёлым вздохом вогнала его обратно под рукав. – Это было слишком громко, Тери, – тихо прошептала я, хватая брата под руку, иначе рискнула свалиться от чересчур пристального взгляда к моей скромной персоне. – Ничего, им полезно, – одними губами шепнул брат, одарив ближайших дам белозубой улыбкой, те с тихим “ах” торопливо принялись обмахиваться веерами. – Спасибо за помощь, Ваше Высочество, – поклонилась Шираюки, которая тоже теперь не была отделена вниманием. – Просто Теренс, ну или Тери, так даже удобнее, – и брат торопливо пристроил девушку под другую руку, теперь на нем висели целых две перепуганные девицы. – Кстати, вот если бы ты надела платье нашей страны, то такой проблемы не возникло бы, – парень скосил недобрый взгляд на мой злосчастный подол платья. – А твоего мнения никто и не спрашивал, Тер-р-ри, – прошипела сквозь стиснутые зубы, незаметно наступая на его ногу. Сапог, конечно, защищает, но эффект от каблука весьма болезненный. Брат, надо отдать ему должное, на мою пакость не обратил никакого внимания, продолжая всё так же мило улыбаться придворным дамам. Кажется, ему не помешает напомнить, что в Аларии у него осталась невеста. Впрочем, от повторного удара каблуком по второй ноге его спасли звуки труб, оповещающие о начале бала. Взгляд всех присутствующих гостей устремился на балкон, где, собственно, и появились принц Изана и Дафна. Что ни говори, а в выборе платья для своей будущей жены принц постарался на славу. Драгоценным камнем Дафны был розово-зелёный турмалин, поэтому и вся её официальная одежда была выполнена в соответствующих тонах. В том числе в её нынешнее бальное, или же лучше сказать, венчальное платье. Чтобы показать, что будущая супруга из Заморья, Изана велел пошить соответствующее нашей моде платье. Естественно, это привлекло излишнее внимание. Темно-зелёный подол со шлейфом был разрезан по бокам, открывая голые ноги в высоких мягких сапожках. Живот, как и полагается по нашей моде, был открыт, а розовый корсаж платья украшен орнаментом того же цвета. Рукавов, как и воротника, не было и в помине. Их заменяла салатового цвета воздушная накидка, которая была длиннее, чем сам шлейф. А в мелких рыжих кудряшках сестры виднелась диадема с турмалином посередине. Пока я восхищалась нарядом сестры и корила себя за то, что не надела своё аларийское платье. Перед началом бала Изана произнёс речь настолько заезженную, что даже было скучно. Зен, как младший брат будущего правителя страны, стоял рядом, еле сдерживаясь, чтобы не зевнуть. Я же, не скрываясь, хихикнула в ладошку. Всё-таки для нашего Зена весь официоз лишь в тягость, как и для Кики с Митсухиде.. Бал обрушился на нас в тот самый момент, когда прошёл первый танец Изаны и Дафны. Люди кружились в медленном танце, всюду сверкали украшения и мелькали яркие платья. Зен, как только выдалась возможность, пригласил Шираюки, Кики танцевала с Митсухиде, а сестра, разумеется, со своим женихом. Теренс, дабы не обидеть младшую сестрёнку, пригласил меня, за что тут же поплатился – я с особым садизмом отдавила ему ноги, поэтому брату пришлось сменить партнёршу. Вскоре мы поменялись местами и танцевала я уже с Зеном, до тех пор, пока он не представил меня принцу Танбаруна. – Принц Раджи, – парень отвесил галантный поклон молодому человеку с каштановыми вьющимися волосами, я же присела в глубоком реверансе. – Позвольте представить вам принцессу Элию Нэррис, вторая принцесса королевства Аларии. По мне прошлись оценивающим взглядом. – Наслышан, наслышан о вас, – он изящно поклонился и облобызал мою лапку. – Слухи не врут, вы почти так же хороши, как и ваша сестра. – Благодарю за столь сомнительный комплимент, – хмыкнула, старательно пропуская мимо ушей слово «почти». Что ни говори, а комплимент действительно был сделан с элегантностью слона. Но и мою колкость оставили без внимания, зато Зена развеселила. – Принц Раджи, позвольте вас предостеречь, что к Её Высочеству руки тянуть не стоит, – с улыбкой произнёс Зен, а лицо принца Танбаруна приобрело цвет спелого помидора. – Её родственники защищают честь младшей сестры с большим упорством. – Да она сама свою честь защитит как надо, – на мою талию легла тяжёлая рука, а знакомый голос прозвучал возле самого уха. –Ведь так, дорогая? – Оби?! – воскликнула я, только сейчас поняв, что мой дражайший супруг соизволил явиться на бал. – Что ты здесь делаешь? На меня уставились самые невинные глаза в мире. Зато на губах мужа застыла напряжённая, ехидная улыбка. – На бал пришёл, – пожал он плечами, как будто это не он опоздал, а бал начался раньше. «Где ж ты был, супруг, когда граф Ронье устроил всё это представление с воровками?», – выругалась я, глядя на парня исподлобья. Вслух же не нашла, что и ответить. А ругаться на людях не хотелось, я не горазда выносить сор из избы, но в данном случае из дворца. – Он ревнует, – шепнул на ухо смеющийся Зен. Ну пр-р-ринц! Набрав в грудь побольше воздуха, вновь поклонилась ошарашенному принцу Танбаруна. – Принц Раджи, позвольте представить вам своего мужа Оби, личного слугу принца Зена Висталии. – Что? – пискнул парень, глядя то на меня, то на Оби. Кажется, они уже давно были друг другу представлены. – Вот и мне любопытно… – голос, прозвучавший у меня за спиной, заставил вновь обратиться к Богине. – Что всё это значит?! Не сразу поняла, что музыка в зале стихла, а гости остановились с удивлением и неимоверным ужасом глядя на появившегося мужчину. Даже Теренс струхнул и спрятался за юбкой своей партнёрши, Дафна подходить к нам не спешила, предпочтя держаться поближе к жениху. Предатели! – Элиа, сейчас же повернись к нам лицом и объяснись. Я же, медленно выдохнув, с улыбкой осуждённого повернулась на голос, и со страху чуть не опустила глаза. Мужчина с темными волосами, прибранными в хвост и сурово сведёнными бровями, смотрел мрачно и испытующе. Взгляд его ярко-зелёных глаз пытался испепелить меня наиболее болезненным способом. В его короне посверкивал малахит. – Привет, пап, как добрался? Да-да, это было самое глупое, что я могла придумать в данной ситуации. – Нам предстоит серьёзный разговор, Элиа, – женщина, находившаяся рядом, обещала не просто болезненную смерть, а со всеми её вытекающими. Улыбка сползла с моего лица, и я обречённо вздохнула: – Привет, мам…