Иллюзия связи

— Ну, чего подвис? — Аска склонилась над плечом. Синдзи вздохнул, отложил фотографии. Нужно было все обдумать и не спешить с выводами. — Насмотрелся? — Она подхватила снимки и вернулась на свое место. Осмотрела их, сдвинув брови к переносице. — Ничего необычного. И чего ты так долго пялился? — Изучал, — пробормотал Синдзи, глядя перед собой. — Мне вот интересно, — Аска выложила фотографию, — по наличию внутренностей он ничем не отличается от нас. Даже состав печени, легких и сердца одинаков. Но все равно что-то ведь отличает внешне от нас, помимо красных глаз. — Может, он альбинос? — Кенске взглянул на фотографию и вновь углубился в изучение своих материалов. — Или вовсе актер, нанятый, чтобы проверить наши способности, — отозвалась Аска. — Ну правда, выглядит как-то неестественно и притянуто за уши. — Думаешь, такая организация будет шутить? — усомнился Кенске. Он перелистнул три страницы, а потом закрыл файл и отложил. — Всего лишь предположение. — Ты ожидала инопланетян с влажными щупальцами, огромными черными глазами и лысыми головами? — Тодзи рассмеялся. — Наивная. — Не смей меня так называть! — Аска швырнула в него первую попавшуюся папку, но Тодзи с легкостью уклонился. — Хватит, — попросил Кенске, — вы мешаете. Или идите в коридор. "...если бы Табрис был человеком, про него можно было бы сказать, что он в депрессии. Не реагирует ни на что. Словно его отключили..." Синдзи перелистнул на следующий день. И опять запись не изменилась. Притянув ближе записи до даты своей операции, Синдзи углубился в их изучение. "...реагирует бодрее обычного..." "...Табрис улыбается..." "...во время сна свернулся в клубок и обнял колени... Такого раньше никогда не происходило..." Синдзи в детстве, когда погибла мама, всегда сворачивался в клубок — так он не чувствовал себя одиноким. "...без причины выделяется слезная жидкость..." "...слишком болезненно реагирует на процедуры, которые раньше переносил спокойно..." "...сопротивляется..." Синдзи выхватывал отдельные важные слова. Этого просто не могло быть — некоторые повадки Табриса были идентичны с поведением Синдзи, когда он был маленьким. Это же просто совпадение, верно? — Мне нужны наблюдения за последние пару дней, — сказал Синдзи и неглядя вытянул руку, все еще не отрываясь от записей. — Вот, держи, — Тодзи кинул ему несколько файлов. Поблагодарив, Синдзи притянул их и раскрыл их. "...необычное оживление, как и предполагалось..." "...вновь вырывается, но быстро успокаивается..." "...установлено постоянное наблюдение — Табрис хочет сбежать..." "...невероятно подвижен и неконтролируем..." "...вырвался при попытке дотронуться до метки, нанес прямой удар в живот доктору, ударил по рукам ассистента, целился в сонную артерию..." К горлу подступила тошнота, когда Аска намеренно положила на документы снимок со снятым куском черепа и оголенным мозгом. — Я отойду, — Синдзи зажал рот рукой, безуспешно подавив рвотный спазм, и выбежал в коридор. До туалета он добрался слишком быстро. До кабинки не успел — его вырвало на белые плитки пола. Он упал на колени и рвотный позыв повторился. Порадовавшись, что большая часть обеда была переварена, Синдзи зажмурился и попытался отдышаться. Он медленно поднялся, когда все прекратилось. Голова закружилась, перед глазами все поплыло, в шее невовремя запульсировало. Накрыв болезненный участок, Синдзи приблизился к умывальнику. Огромное зеркало во всю ширину стены отобразило его бледное лицо. Умывшись ледяной водой, Синдзи намочил носовой платок и приложил к шее. Сразу стало легче, прохлада пронеслась по телу, унимая боль. Смахнув неприятное ощущение чужого дыхания на щеке, Синдзи медленно развернулся спиной к зеркалу. Снял халат, расстегнул и приспустил рубашку с плеч. Дрожащие пальцы слушались плохо, но он пересилил себя. Не зная до конца, что же хочет увидеть, Синдзи обернулся к отражению. Тонкая шея с выступающими позвонками выглядела некрасивой. Мисато говорила, что Синдзи слишком худой и советовала набрать несколько килограмм. Синдзи и самому не нравились выступающие ребра и ключицы, но сколько бы он не ел, измениться внешне и прибавить в весе не получалось. Шрам от операции под пальцами всегда был шершавым. Теперь же он разгладился, стал теплее, словно выделял специально участок кожи. Повторив медленно по контуру шрам, Синдзи невесело улыбнулся — за исключением маленького надреза в середине, в остальном рисунок метки Табриса повторялся один в один. И на том же самом месте. Это не могло быть правдой. Просто не могло быть и все. Иначе зачем отцу прикрываться операцией, а доктору Акаги проверять давно залеченный шрам... Который вовсе таковым не являлся. Она все знала. Ладонь непроизвольно накрыла метку. Отец его обманул? Он же говорил, что этого хотела мама, тогда почему?.. Ответ пришел ярким воспоминанием последнего спора за закрытыми дверями. Они захотели поговорить, когда Синдзи задал с виду невинный вопрос. Жаль, позвонить нельзя и уточнить. Зато можно было спросить. Сжав зубы, Синдзи решился на встречу с отцом на его территории. Он должен получить ответы на свои вопросы. Немедленно. Направившись прямиком к лифту, Синдзи в нерешительности остановился и нажал кнопку. Двери открылись мгновенно, обнажая пустую кабину с пока еще тихими чудовищами. Сделать шаг было самым сложным. Страх вновь оказаться внизу, среди подопытных, которые голыми руками разрывали человеческие тела, всплыли в воспоминаниях. "Убить", — раздался четко, словно кто-то стоял рядом. Синдзи сосчитал до десяти, убеждая себя, что это лишь его фантазия. Потом еще раз до тридцати. Когда счет дошел до ста двадцати семи он успокоился. Сжав руки в кулаки и обругав себя, Синдзи преодолел невероятно огромное расстояние в один небольшой шаг, и двери закрылись. Кабинка плавно качнулась, но не поехала вверх, а спустилась вниз. Тошнота вновь подступила к горлу. Синдзи запаниковал, сжался в углу, хватая ртом воздух. Почему все опять повторяется? Он же нажал правильный этаж! Он не мог ошибиться! Дыхание сбилось. Перед глазами потемнело, а в груди сжало легкие с сердцем в тугой ком. Неожиданно лифт остановился, двери плавно раскрылись. Синдзи, не обращая внимания где оказался, выскочил наружу, готовый бежать как можно дальше от выползших демонов. — Куда это ты? — его ухватил за ворот Кадзи, не давая сбежать. — Неважно, — прохрипел Синдзи, глядя безумными глазами в пустой коридор. Где-то там была лестница, по которой он мог подняться в безопасное место. — Подальше отсюда. Куда угодно! — Еще рано, — Кадзи швырнул его обратно в кабинку и вошел следом. — Ты демонов что ли увидел? Синдзи отчаянно замотал головой из стороны в сторону. Он смотрел на Кадзи, протянул к нему руку, но поспешно себя одернул. Обняв себя за плечи, Синдзи уставился под ноги. Дрожь охватила тело, хотелось бежать без оглядки и не останавливаться. — Эй, спокойнее, — Кадзи положил ладонь ему на плечо и сжал. — У тебя клаустрофобия? — Нет. Просто... Не люблю лифты. — Ты поэтому первые две недели бегал по лестницам? — догадался Кадзи. — Что ж, я с тобой, так что спокойнее. Дышать не забывай. Куда тебе? — К отцу, — Синдзи не мог толком поблагодарить — паника лишь слегка улеглась. Картинки того, как очередное существо в шахте лифта прыгает на их кабину, забирается внутрь и убивает Кадзи нарисовалось с невероятной легкостью. — Хочу поговорить... на одну тему... — Это какую же? — О своей метке, — выдохнул Синдзи. Перед глазами двоилось, голова кружилась. Оставаться в сознании с каждой секундой было все тяжелее. Синдзи продолжал цепляться за реальность - меньше всего ему нужно сейчас потерять сознание. — Не советую. Лифт тряхнуло, свет заморгал. Послышался далекий рев. "Нашел". Синдзи сжал голову руками и закричал. — Да успокойся ты. — Кадзи его обнял и погладил по спине. Его дыхание Синдзи чувствовал на макушке, и не мог двинуться, парализованный. — Все в порядке. Это всего лишь небольшая поломка. Мы застряли ненадолго. Не паникуй. Я рядом. Синдзи замотал головой. Кадзи не мог слышать того, что знал Синдзи. Не чувствовал. Не переживал и не представлял, что случится. — Все повторяется, повторяется. — Он вскинул голову и посмотрел на Кадзи, схватив его за грудки. — Повторяется, вы понимаете? Как тогда. — С чего ты взял? — Кадзи попытался беспечно улыбнуться, но пролегшая между бровей складка выдавала с головой. Он врал — Синдзи видел это слишком отчетливо. — Я его слышу, — прошептал Синдзи, сжимая голову руками. — Оно со мной говорит, ищет меня, я нужен ему. — Кому "ему"? Синдзи хотел избавиться от его прикосновений, но в то же время не хотел, чтобы его отпускали. — Тому, кого тут держат, — прошептал Синдзи. — В прошлый раз все было так же. Оно меня ищет. Только меня... Оно выберется отсюда. Обязательно. Его ничто не остановит, понимаете, Кадзи-сан? — Тише, тише, — Кадзи крепче прижал к себе. Второй рукой извлек из кармана рацию. — Это Кадзи. Проверьте четвертый лифт, мы с Икари-куном застряли. — Уже проверяем. У вас скачок электричества был, закоротило, — ответ смолк с помехами. Это все равно не поможет. Если существо то же самое... Нет-нет, то существо, разорвавшее маму, убили. Отец не мог его оживить. Ведь не мог же? ...Тогда другое разыскивает зачем-то Синдзи? — Я рядом, не переживай, — Кадзи гладил его по волосам. Это ни черта не успокаивало, только больше подстегивало выбраться из лифта и бежать сломя голову в поисках защиты. К тому, кто мог это сделать, и это был только один человек во всей вселенной. Его... — Каору, — прошептал Синдзи потрясенно. — Что? — Синдзи почувствовал, как вздрогнул Кадзи. — Что ты сказал? — Я должен его найти, — сказал Синдзи. — Должен отсюда выбраться. Иначе меня найдут и убьют. "Я тебя вижу. Ты — мой". Синдзи оттолкнул Кадзи и вжался в угол. Стальной поручень впился в поясницу. Взгляд заметался по узкой зеркальной площади. — Оно здесь, — прошептал он едва слышно. — Рядом. — Где? Синдзи медленно, почти не осознавая, что делает, указал пальцем вверх. В следующую секунду на крышу лифта что-то с грохотом приземлилось, с легкостью выгибая внутрь металлическую каплю. Огромная ладонь Кадзи заткнула готовый вырваться крик из горла Синдзи. — Тшшш, помолчи, — попросил он, донельзя сосредоточенный и собранный. Синдзи медленно кивнул, но вздрогнул от раздавшегося рычания. — Как же эти идиоты умудрились не заметить его побега, — Кадзи закрыл собой Синдзи. — Тревога, — сумел кое-как протолкнуть что-то связное Синдзи помимо криков. — Что? — Кадзи обернулся, прислушался. — Почему ее не было? — Синдзи пытался держать дыхание под контролем, но паника сдавливала грудь, голова кружилась, а перед глазами все двоилось. Еще и боль в шее невероятно отвлекала. Нет, пожалуй именно она и держала в сознании, как бы шепча, чтобы он не смел позорно падать трупом. Все верно, Синдзи уже не маленький, мама не прибежит на помощь. И Каору тоже. Разве что отец будет сидеть и наблюдать за всем через свои камеры слежения, расставленные по всему зданию в целях безопасности рабочих. — Я его отвлеку, — тихо сказал Кадзи, глядя, как появляются с противным скрежещущим звуком глубокие царапины на выгнутой крыше. — А ты беги к Каору, используй другой лифт. Пропуск Кадзи лег в ладони Синдзи. — Понял? Он тебя сможет защитить. Седьмой этаж, левый коридор — он в прозрачном боксе. — Я не могу... А как же вы? — Не беспокойся, — Кадзи повернулся спиной. Под халатом что-то задвигалось, забугрилось — чувство дежа вю было слишком реальным. — Я его задержу. Вопросы как выбраться отпали разом, когда Кадзи с легкостью раскрыл толстые двери. Они застряли между этажами — большая часть лифта торчала над верхним, тогда как внизу оставалось едва ли возможная лазейка для Синдзи. Все же худоба пошла в кои-то веки на пользу — Синдзи с легкостью вылез на нижний этаж, спрыгнул, больно ударившись бедром и локтем. — Беги и не останавливайся, — крикнул Кадзи. "Не уйдешь", — мгновенно раздалось в голове. Синдзи поднялся. Бок горел от удара, но сцепив зубы, пришлось на время забыть об этом. Через несколько шагов боль вовсе прошла. Со всех ног Синдзи бросился по коридору к другому лифту. Он никогда так быстро не бегал — физкультура была не тем предметом, в котором у Синдзи были преимущества. Его даже в команду выбирали самым последним, если вовсе не отказывались от игрока. Он не винил их, хотя бейсбол ему очень нравился. За спиной что-то взорвалось. Синдзи запретил себе оглядываться. Он бежал вперед, минуя встреченных редких работников. Нажав на кнопку вызова, Синдзи прикусил до крови губу. Только бы не волноваться. Только бы успеть. Только бы не опоздать. Вот бы увидеть Каору. Мелодия тренькнула, сообщая о прибытии лифта. Синдзи вошел, вставил пропуск Кадзи и нажал кнопку нужного этажа. С секунду ничего не происходило и Синдзи успел запаниковать, что все зря. Но лифт плавно качнулся и стал опускаться. "Чувствую". Синдзи вздрогнул от липкого ощущения чужой руки на горле. Он вздрогнул, помотал головой и оно пропало. Едва двери раскрылись, Синдзи быстро зашагал по левому коридору — боялся пропустить необходимую комнату. Вокруг царила тишина и спокойствие — работа продолжалась в штатном режиме. Никаких сообщений и предупреждений, никаких сигналов, что произошла чрезвычайная ситуация. В прошлый раз, в детстве, все было точно также. Пока мама не зашла в комнату — хотя какая комната, лаборатория, — никакой сирены и в помине не было. Она знала о монстре, знала о том, что он на свободе именно на этом этаже. Дикий рев пробежался по коже миллионами иголочек, усиленный ментально. Синдзи скривился от неприятной боли, но продолжил идти. Приступы паники накатывали волнами. Синдзи хотел им поддаться, готов был развернуться и сбежать, но останавливал до зубного скрежета обычный вопрос: куда он спрячется, и зачем бежать обратно прямо в лапы существа? К тому же, оно сообщило, что чует его, Синдзи. Ему не спрятаться. Он замер. Медленно повернулся. Глаза удивленно смотрели через прозрачное толстое стекло: за ним находился невероятно худой человек с длинными неровно подстриженными белыми волосами. Он стоял спиной к Синдзи и держал на вытянутой руке за шею одного из сотрудников. Между их лицами что-то мерцало, как бывало при миражах во время жары. Первый шаг был самым трудным. Второй легче, третий и вовсе Синдзи не заметил. Он остановился рядом со стеклом, положил на него ладони и улыбнулся, забывая обо всем. Наконец-то нашел. Каору — это был именно он, — выпустил ученого, тот повалился бесчувственной грудой под ноги. Его спина тяжело вздымалась. Множество шрамов, по которым хотелось провести пальцами, чтобы проследить путь каждого, украшали сетью бледную кожу. Каору поднял голову к потолку, бессильно закричал и в мгновение ока ударился всем телом в то место, где стоял Синдзи. Синдзи отпрянул, не удержался на ногах и вновь упал. Бедро прострелило болью. Синдзи испуганно смотрел на Каору, чье лицо исказила ненависть и тихая решимость убивать все на своем пути. Искривленная в оскале улыбка обнажала зубы, которые Синдзи показались самыми острыми на свете. Светившиеся кровью глаза уставились на Синдзи. Чем больше они смотрели друг на друга, тем скорее черты лица Каору разглаживались и возвращались в норму. Его рот приоткрылся в неверии. Алые, блеклые глаза не сводили с Синдзи внимания, округляясь все больше. Кривая челка не могла скрыть их оживающую ясность. Каору положил окровавленную ладонь на стекло, оставляя грязный след. Невероятно худое тело с выступающими ребрами надрывно дышало. Несколько повязок, наложенных после недавних операций — Синдзи о них как раз успел прочитать, — кровоточили. Его губы зашевелились. Он что-то проговорил, но Синдзи его не слышал. Ладони с невероятно тонкими пальцами застучали по стеклу. Каору кричал и кричал, но Синдзи не понимал, что именно. Он не знал, чего боится больше: Каору с его жаждой убийства или готового разорваться на части сердца. Все вокруг потонуло во тьме, нарушая молчание басовитым шипящим: — Тут. Синдзи обернулся и едва успел перекатиться в сторону, избегая удара — тяжелая рука врезалась в то место, где он только что был. Не щадя своей плоти, рука вновь ударила Синдзи. Послышался неприятный хлюпающий звук, несколько костей вылезло наружу, часть сломалась. Синдзи уворачивался от последующих ударов, уползая спиной вперед. — Нашел! Существо, как и прошлое, напоминало человека. Непропорционально огромная правая рука пришла в негодность, превратившись в кровавое месиво. Короткие ноги медленно двигались, почти не сгибаясь в коленях. Подвздошные кости натягивали кожу, слишком сильно выпирая — они казались острыми клыками, выпирая из тела и поддерживая огромный живот. Голова с пучком волос на затылке моталась из стороны в сторону. Узкие глаза — один из них, на месте второго зияла пустая глазница, — следили за каждым движением Синдзи, пригвождая к полу. Ноздри расширялись, улавливая запах Синдзи, а губы искривились в улыбке, обнажая широкие и невероятно белые зубы. — Ты мой, — простонало оно, протягивая к Синдзи нормальную человеческую ладонь. — Только мой. "Не отдам тебя никому", — раздалось эхом в сознании. Синдзи застонал, хватаясь за голову. Спина уперлась в стену. Он обернулся и посмотрел на Каору, все еще рвавшегося наружу в единственном освещенном участке коридора. Пропуск Кадзи валялся на том самом месте, где существо ударило в первый раз. Не зная, как выпустить Каору и уцелеть самому, Синдзи беспомощно наблюдал, как смерть приближается к нему, отбрасывая огромную тень. Огромный кулак резко устремился к нему. В ожидании удара Синдзи зажмурился. Но ничего не случилось. Он открыл глаза и едва не закричал вновь. Перед ним стоял Кадзи. Раскрытые большие перистые крылья мешали обзору. Крылья, росшие из спины Кадзи. Крылья... И Кадзи. — Беги, — прошептал тот и кинул ему пропуск. — Спасайся. — Но... — прохрипел Синдзи. — Вали к Каору! — зарычал Кадзи. Он ударил существо, лишая того опоры. Поднявшись, Синдзи дрожащей рукой провел по пропускной системе. Он подергал за ручку, но та не поддалась. Горевшая панель с цифрами намекала на какой-то код. — Что набирать? — крикнул Синдзи. — Цифры какие? Ударив еще раз существо, Кадзи выпрямился. Крылья он не складывал, удерживая равновесие, балансируя, уклоняясь. Едва существо поднялось, Кадзи в один прыжок преодолел разделявшее их расстояние и ударил поддых. При каждом ударе Кадзи диктовал цифры, которые Синдзи нажимал. С последней цифрой дверь тихо щелкнула. Синдзи боялся входить внутрь — он боялся, что Каору на него нападет и сделает то, что недавно сделал с ученым. Может, Каору и вовсе его не помнил — столько времени прошло, а для Каору с экспериментами и вовсе вечность. И неизвестно, что сделали с его мозгом, может, напрочь лишили памяти — вдруг Каору решит, что Синдзи один из этих ученых, которые хотят его обидеть. Вон, даже халат такой же белый... Дверь распахнулась сама, являя в неярком свете темную тонкую фигуру. Красные глаза светились и смотрели на Синдзи. — П-прости, — Синдзи невольно отошел, поскользнулся больной ногой на крови и упал. Каору успел подхватить у самого пола и крепко обнять. Несмотря на исхудавшее тело, обнимал Каору очень сильно — и откуда в нем только взялась сила? — Ты жив, — прошептал он сухо и надломленно. Синдзи едва разобрал слова под рев существа за спиной, продублированное в сознании. — Планы меняются! — крикнул Кадзи, неизвестно к кому обращаясь. — Забирай его и валите отсюда! — Куда? — успел спросить Синдзи. Железные тиски разжались, Синдзи схватили за руку и потащили за собой дальше по коридору. Синдзи послушно следовал, иногда спотыкаясь на ровном месте. Он заметил, что они шли так, чтобы не попадаться на камеры слежения, расставленные по всему периметру. Задаваясь вопросом, откуда Каору обо всем знал, они вышли к грузовому лифту. Каору отобрал пропуск Кадзи, набрал комбинацию из цифр, позволил просканировать радужку, и в открывшиеся двери затянул Синдзи. Лопнувшая в кабине камера затрещала, выбрасыпая сноп искр. Смотреть на обнаженного Каору Синдзи не мог. Он отводил взгляд, который постоянно возвращался и скользил по его телу. В голове рождались невероятные картины того, как хотелось провести по этой коже теплой рукой, почувствовать дрожь, поцеловать между лопаток, укусить в плечо... Сняв с себя халат, Синдзи протянул его Каору. — Оденься, пожалуйста. — Зачем? — последовал тихий вопрос, от которого сердце сделало кульбит. Каору подошел ближе, Синдзи невольно отступил. Рука, сжимавшая халат, дрогнула. — Пожалуйста, — повторил Синдзи, зажмурившись, — прошу тебя. Каору высвободил халат, осторожно касаясь пальцами ладони. Синдзи как огнем прожигало от каждого соприкосновения. Это также манило, как и пугало. Синдзи хотел прижаться к Каору, и в то же время боялся, что Каору вцепится ему в горло руками и сделает то же самое, что и с ученым. Одевшись и застегнув все пуговицы, Каору стал рядом. Хоть не касался, уже хорошо. Кусая губы, Синдзи хотел спросить, что происходит, но не решился. Он чувствовал взгляд Каору, дыхание Каору, мысли Каору, но упорно молчал, игнорируя. Все это было слишком ново и внезапно, Синдзи не был готов что-то делать — не знал как относиться к подобному. Он ведь всего лишь обычный стажер, а не какой-нибудь солдат, чтобы действовать на ходу и импровизировать. Только всего за несколько минут он из стажера превратился во врага. И без того ужасная жизнь превратилась в кошмар. — Икари Синдзи, — прошептал Каору. От его мягкого голоса Синдзи вздрогнул и открыл глаза. — Я не причиню тебе вреда. Только не тебе. — Он приблизился, едва ощутимо поднял руку и невесомо коснулся шеи чуть выше метки. — Не надо меня бояться. — И совсем тихо, с невероятной тоской и болью добавил: — Пожалуйста. Синдзи чувствовал, как ему было одиноко. Он хотел ответить, но все слова казались пустыми и незначительными. Чувств по отношению к Каору не осталось. Слишком многое пришлось пережить, и самым первым стоял страх от увиденного, затмивший все остальное. Синдзи понимал, что раз Каору в детстве его не прикончил, то сейчас тем более не будет этого делать, и все равно не мог прислушаться к голосу разума. Сознание все еще находилось там, когда Каору оказался перед глазами готовый убивать. Каору надрывно всхлипнул, закашлялся. — Ты в порядке? — Синдзи шагнул ближе. Кровь проступила на белом халате абстрактными пятнами сумасшедшего художника. — Да, — сухо ответил Каору, закрываясь. Синдзи почувствовал себя в пустом пространстве, где нет ничего и никого. Его отрезало от Каору, который понял желание Синдзи без слов. — Справлюсь. — Каору... — неуверенно начал Синдзи, но не знал как закончить. Тот отступил на шаг, увеличивая между ними расстояние. Выросшая между ними иллюзорная стена отгородила, запечатывая наглухо. Синдзи видел Каору, но каждое его движение уже заранее было отвергнутым из-за страха, который Синдзи показал. — Каору, — Синдзи шагнул вперед, желая успокоить его, сказать что-нибудь ободряющее, неважно что. Исправить ведь не поздно? — Можно я... Лифт остановился. С открытыми дверями в тишину ворвалась оглушительная сирена, разрывая барабанные перепонки. Синдзи отреагировал быстрее, чем мозг обработал полученную картинку, и успел оттолкнуть с линии огня Каору. Тело прошила боль, опрокидывая к дальней стене. Спину прожгло электрическими разрядами. Перед глазами все поплыло. — Мы нашли его, — раздался чей-то далекий голос. Эхом раздалось еще несколько выстрелов, пронзительный крик, в котором узнавался голос Каору. — Икари Синдзи жив, — шеи коснулась чья-то холодная ладонь. — Дезориентирован. Нужна медицинская помощь. Срочно. Последнее, что Синдзи видел перед тем, как потерять сознание — безвольное тело Каору, по которому проходили голубые всполохи электричества.