Иллюзия связи

Четыре дня прошло как в тумане. На выходные Синдзи вызвался работать сверхурочно, только бы стать ближе к Каору. Мисато соврал, что его попросили остаться на подработку, так как нуждались именно в нем. Она поворчала немного, но несколько банок пива тут же вернули ее в доброе расположение. Работников было мало. С отцом Синдзи не пересекался, впрочем, и не стремился с ним встречаться — ему хватило последних разговоров. Забавно, что по работе они могли более-менее общаться, но если дело касалось прошлого и матери — он уходил в глухую оборону. Семьи у Икари Гендо больше не было. А сын для него был только мальчиком для эксперимента. Синдзи даже не жалел об этом, потому что хотя бы в такой роли был ему нужен. Детские мечты о восстановлении доброй и любящей семьи давно истлели при взрослении, поэтому никаких сожалений не осталось. Он сидел за документацией экспериментов и искал выход из сложившейся ситуации. Так было легче отвлекаться от невеселых мыслей. Естественно, его никто не пускал на нижние этажи. Синдзи и не настаивал. Все мысли занимал один Каору, его показатели, и... новенькая Аянами Рэй, выплывшая из ниоткуда. Синдзи искал сведения о ней, но все попытки ни к чему так и не привели. О ней не было информации: ни номера роддома, ни имен родителей, ни адреса проживания, ни школ, словно ее вовсе не существовало все это время. Невольно закралось подозрение, что она одна из тех крылатых, которыми являлись Каору и Кадзи. Но как тогда Каору с ней создал связь? Как она смогла получить его метку, если такая же? Ведь крылатые могли создавать связь только с людьми. Следовательно, Аянами человек. Все равно не понятно. Ну не могла же она сама дать метку Каору, или скопировать... Синдзи нечаянно сломал карандаш, который все это время вертел в руках. "У клонов, в отличие от оригинала, — вспомнились недавние слова отца, — есть кое-какие бонусы. В том числе и возможность чувствовать тебя на расстоянии, находить в толпе и выслеживать". А если на мгновение предположить, что Аянами Рэй — клон? И это не ей дали метку, а она сама ее поставила? Тогда как она сумела скопировать ее, ведь метки отличаются друг от друга, и нет совершенно идентичных, кроме как у истинной пары. И если она клон, то чей? Ведь все клоны Каору преследовали Синдзи, и отец сам сказал, что они все под присмотром. Это не говоря о том, что клоны Каору страшные на вид. Повертев между пальцев обломки карандаша, Синдзи отложил их, но продолжал сверлить взглядом. После опять придвинул ближе. Посчитав, что этого мало, Синдзи поднялся и взял несколько ручек и карандашей с полки, вернулся на место и сгрузил в стороне. — Например, — тихо проговорил Синдзи и выдвинул вперед два карандаша — зеленый и красный. — Это я и Каору. Это, — он вытянул две прозрачные пластиковые ручки с синим колпачком, — первый и второй его клоны, которые убиты. Третий, — Синдзи добавил еще одну ручку идентичного цвета, — тоже погиб недавно. И все они чувствовали и хотели напасть на меня. — Ручки придвинулись к зеленому карандашу. — Потом появилась Аянами Рэй, — Синдзи выдвинул вперед белую пластиковую ручку с названием корпорации, на кончике которой болтался магнит в виде кленового листа голубого цвета. — Каору вырезали метку, — ладони с легкостью разломали красный карандаш, оставив только одну из половинок с остро наточенным грифелем. — Затем метка и связь были созданы между Аянами и Каору, — Синдзи заменил одну половинку на другую с ластиком. — И что это мне дает? Синдзи долго смотрел на разложенные ручки и карандаши. — Ты дурак, Синдзи, — сказал он сам себе. — Дурак, который не может понять простых вещей. Если Аянами и клон, то не Каору точно. Тогда чей? Клоны Каору пытались поймать Синдзи, но для чего? Ведь Каору ничего подобного не делал, а клоны что-то хотели. Тоже поставить метку и сделать своим избранником? Но у них бы не получилось, ведь на тот момент у Синдзи уже был Каору. Или клоны могли переписать и перенастроить связь под себя? По сути, для чего вообще создается эта самая связь? Зачем крылатые ищут свои "истинные пары", раз это так опасно для них? Постучав несколько раз пальцами по столу, Синдзи поднялся и подошел к компьютеру. В поисковике набрал запрос об истинных парах и пролистал несколько сайтов. Доподлинно было известно до двух десятков истинных пар, отношения которых были афишированы. Еще какое-то количество могло оставаться в тени. Из всех пар, что были известны, три исчезли бесследно, остальные жили в свое удовольствие, изредка появляясь на фотографиях в журналах. Но три пары пропали. Что с ними стало? Если бы их убили, то в новостях об этом сообщили. Тогда что? Не в лабораторию отца они же попали, а если и так, то... отец способен похитить людей, имя которых на слуху? Нет, даже для него это было бы чересчур. Синдзи обернулся к столу. Он все больше убеждался, что Аянами Рэй была клоном. Оставалось лишь узнать, чьим именно. Блин, с чего Синдзи вообще взял, что клонировали только крылатых? А как на счет людей и того, кого Каору сам выбрал себе в пару? Ведь если припомнить все обстоятельства, то Синдзи первым дотронулся до Каору. И скорее всего Каору что-то почувствовал в этом коротком прикосновении. Его тихое, но такое приятное "Ты ведь рядом" было сказано не как надоедливому ребенку, а как любовнику. — Это смешно, — пробормотал Синдзи, качая головой. От воспоминаний голоса Каору по спине побежали мурашки. Но смешным ничего не было. Вероятность того, что Аянами Рэй его, Синдзи, клон, была больше пятидесяти процентов. Сработавшая сирена ворвалась ураганом, вытрясая из раздумий. Синдзи выскочил в коридор и осмотрелся. Неужели опять кто-то сбежал? Со страхом, он прислушался к своим ощущениям, но его никто не звал и не спешил убить. Тогда почему? Он поторопился к лифту, нажал на вызов. Меньше десяти секунд и двери распахнулись, обнажая пустое нутро. Синдзи сглотнул, опасливо вошел, подавляя панику и воспоминания, что его могли убить внутри или при попытке выйти. Досчитав до десяти, он похолодевшей дрожащей рукой потянулся к панели управления и нажал на верхний этаж, не забывая провести пропуском. Дернувшись, лифт поехал вверх. Противный звук сирены все еще гудел в ушах, вызывая из недр памяти кусочки неприятных воспоминаний и составляя из них пугающий в своей правдоподобности коллаж. — Один, два, три, — начал медленно считать Синдзи, чтобы на чем-то сосредоточиться и отвлечься от сдавивших грудь тисков. — Четыре, пять... Лифт замер, Синдзи запнулся, посильнее схватился за стальной поручень. Сердце перевернулось внутри, замерло у самой глотки, мешая дышать. Неужели опять его?.. Двери моментально распахнулись, и Синдзи ошарашенно уставился на людей в форме. Их он точно не ожидал увидеть. Не обратив на него внимание, они быстро забили кабинку. Человек шесть, если не больше. Пространство наполнилось толкотней, переговорами, смешками, тошнотворными запахами химикатов. — Ты вниз? — спросил один из них, заметив его в уголке. — Я... — Синдзи на мгновение растерялся, выплывая из детских воспоминаний. Черт возьми, конечно он вниз! — Да. Он молился, чтобы они остановились на этаже с Каору, но четвертый они проехали, как и пятый, шестой, седьмой… Синдзи смотрел на мелькавшие цифры этажей и паника постепенно уходила на второй план. Он будет смотреть на других и делать все в точности, как они, чтобы не выделяться своим белым халатом. Возможно, узнает что-нибудь новое, что поможет убедиться в своей догадке. Не к отцу же идти за очередными объяснениями. Он же сразу сказал, что хочет избавиться от своей метки. Вот только он не сказал, знает ли того, кто ее поставил. Ведь если не знает, то эксперимент с Каору и Аянами можно считать забракованным, так как отцу совершенно не поможет. Конечно, отец всегда может вытащить из метки чип и позвать свою пару к себе — он уверенно заявлял, что может им управлять, но пока медлил. Хотел убедиться, что все сработает? Все же отец очень хладнокровен и расчетлив, раз не позволяет собственным чувствам — а они наверняка очень сильные из-за метки, — брать над собой верх. — Выходим осторожно, — предупредил один из людей, с которыми Синдзи ехал. Он узнал Аобу Шигеру, с которым работал Тодзи в начале практики. — По последним сообщениям, на испытательном полигоне блока С3 помимо искусственных образцов три и восемь, были убиты все сотрудники. Будьте осторожны, Табрис обезумел и опасен. Синдзи вздрогнул от услышанного имени. Он перевел глаза на Аобу, который собирал свои темные до плеч волосы в хвост на затылке, чтобы не мешались. — Табрис? — тихо переспросил он и заткнул себе рот ладонями. Черт, его же не должно тут быть, иначе если узнают — выкинут. Инструкция предполагала, что работники лабораторий сразу же покинут свои рабочие места и пройдут к выходу для эвакуации. Синдзи именно это и пытался сделать, но кто же виноват, что его не заметили и теперь он едет вниз, вместо того, чтобы подниматься вверх? — Похоже, ему не понравилась еда, — усмехнулся кто-то справа от Синдзи. — Стреляем на поражение, — добавил Аоба и перезарядил пневматический пистолет со светившимися розовым ампулами. Вокруг эхом послышались щелчки затворов. В руках Синдзи было пусто, возможно, к лучшему. — Как только один попадает и Табрис теряет концентрацию, стреляем на поражение. Яркий момент из детства, когда мама была ранена по вине Синдзи, вновь всплыл перед глазами. Отец стрелял в Каору — бесстрастно и равнодушно, словно перед ним был не человек, а какое-то животное. И теперь Каору хотели окончательно убить, воспринимая его всего лишь очередным обезумевшим подопытным животным. — Выходим и рассредотачиваемся, — продолжил Аоба. — Самое главное — не производить абсолютно никакого шума. Двери распахнулись. Аоба выскользнул в бившийся стробоскопическим светом, словно в судорогах, коридор. Вдалеке искрила проводка, слышалось журчание воды из туалетов. Тут даже сирены никакой не было — она включалась только на верхних этажах, чтобы предупредить работников об эвакуации. Лифт быстро опустел. Синдзи, глубоко вздохнув, вышел, отдаваясь темноте и детским страхам. Но страшно почему-то не было — где-то здесь на этаже был Каору. И его ни за что нельзя было оставлять одного. Синдзи уже упустил один шанс, во второй раз подарок судьбы упускать он не собирался. — Каору, — тихо позвал Синдзи. Свет мелькал в глазах вспышками, от чего голова кружилась. Синдзи зажмурился до желтых кругов перед глазами, глубоко вздохнул несколько раз и пошел в том же направлении, где скрылись Аоба и остальные. Шансов, что он успеет до того, как убьют Каору, близились с каждым медленным шагом к нулю. Едва осознав этот факт, Синдзи без раздумий побежал вперед. В конце концов, если Каору захочет его убить, то имеет полное право. — Ты куда?! — услышал он вслед чей-то крик. Плевать. Где-то там, впереди, был Каору. Синдзи завернул за угол на всей скорости, впечатавшись в стену, но оттолкнулся руками и вновь побежал. Огромные металлические толстые двери закрывались. А за ними в темной комнате с мерцающим светом виднелся Каору, который свернул голову одному из людей в военной форме и отбросил тело в сторону. Сбившись, Синдзи споткнулся и распластался на полу. Страх вновь охватил сознание. Каору не человек, он ведь Синдзи точно так же свернет голову и отбросит. Для него человеческая жизнь ничто не значит — он слишком долго терпел издевательства над собой. Все равно поднявшись, Синдзи побежал вперед. Коленки и разодранные локти пульсировали болью, но это было такой мелочью в сравнении с тем, что мог сделать Каору. Синдзи успел проскочить вовремя. Двери закрылись за спиной, послышались звуки механизмов, приводивших в движение замки и блокировки. Синдзи шагнул вперед, но сзади что-то крепко держало... Что ж, если Каору, то пусть так и будет. Синдзи знал, на что шел. Аоба четко сказал не шуметь, а Синдзи громко и часто дышал, в горле билось сердце, в недавно зажитом плече скручивалась боль. Не удивительно, что он был следующим. Он медленно обернулся и облегченно рассмеялся — всего-то край халата зажался в дверях. А он себе уже надумал невесть что. Какой же он все-таки глупый. Избавившись от халата, Синдзи вышел вперед. Он ждал, пока Каору его заметит. — Ты еще откуда тут взялся? — услышал он со стороны чей-то голос. — Назад! Быстро! Синдзи не собирался прятаться. Он слишком долго это делал. Пора проявить хоть чуточку смелости и показать, что он достоин быть рядом с Каору. За спиной что-то громко приземлилось, обдав потоком ледяного воздуха. Синдзи остановился. Теперь-то нельзя ошибиться. — Не смей! — крикнул из дальнего угла Хьюга, которого выдал блик очков и светившие ничем не прикрытые розовые ампулы в пистолете. — Беги! Вали отсюда! Вихрь вновь взметнулся и в следующую секунду переместился к Хьюге. Синдзи бросился в ту же сторону, но не успел — наполненный болью крик смел тишину. Каору откинул в сторону сломанное тело, резко развернулся, сверкая алым глазом, и ударил Синдзи наотмашь. Отлетев на пару метров, Синдзи врезался в чье-то искромсанное тело. Запах внутренностей и крови ударил в ноздри и отрезвил, в то же время возвращая в детство и палату с мамой. Синдзи закричал. Оживший старый кошмар захватил сознание. Воспоминание убийства мамы накладывалось на происходившее в настоящем. Синдзи видел приближавшегося к нему шаг за шагом монстра. Он медленно шел, покачиваясь из стороны в сторону, вперив в него алый уголек единственного глаза. Остановился в паре шагов, склонил голову на бок, улыбаясь безумно кровавой улыбкой. Потемневшие от творившегося безумия волосы закрывали половину лица. Все как тогда. — Зачем я вам? — простонал хрипло Синдзи, отползая к стене. Ладони тонули в крови, нащупывали кишки, куски печени, легких, спутанные волосы, разорванную одежду, металл... Синдзи не хотел знать, в чем ползал, все внимание застыло на тянувшейся к нему худой руке, словно насекомое поглощаемое янтарем. — Что вам надо?.. Почему?.. Синдзи закричал, когда на колени упала голова в каске. Он подскочил, рука схватила его за грудки и швырнула об стену. Его оглушило, выбивая из глаз искры. Вокруг все закружилось, Синдзи стошнило. Он не успел подняться, а его уже вновь вздернули в воздух и ударили с силой. Сплюнув сгусток крови, Синдзи схватил запястье и поднял глаза, чтобы увидеть полный ненависти взгляд. Следующий удар был в челюсть. Потом еще один, и еще. Сквозь мигающую пелену Синдзи рассмотрел за образом-воспоминанием монстра Каору. Говорить Синдзи не мог — дыхание едва хватало, чтобы не задохнуться. Чувствуя, что вот-вот потеряет сознание, Синдзи, не глядя, что разбитый в кровь кулак несется навстречу, поднял руку и наконец-то коснулся дорогого лица. Кожа была холодной, как в самый первую их встречу. А потом удар кулака пришелся в солнечное сплетение и Синдзи отрубился. Пришел он в себя на том же месте — живым и не расчлененным. Перед глазами все кружилось, мигавший свет добавлял дезориентации. Внутренности скрутило, и Синдзи стошнило. Он еще долго отхаркивался, пытаясь прогнать неприятный вкус рвоты. Когда он поднял голову, вытираясь рукавом, заметил в дальнем углу Каору, разбиравшегося с человеком. Резко подниматься было плохой идеей. Синдзи повело в сторону, накрыло чернотой в глазах. Его вращало во всех направлениях. Немного отдышавшись, Синдзи потопал к Каору, стараясь ни на чем не поскользнуться. Едва он дошел, Каору развернулся и ударил. Прежде чем упасть, Синдзи заметил как злость на лице Каору сменилась испугом и болью. Он оказался рядом, попытался перехватить у пола, но не успел. Синдзи больно ударился, и со стоном перекатился на другой бок, вновь вляпавшись в чьи-то внутренности вперемешку со светящейся розовой жидкостью. Сегодня определенно не везло. Засмеявшись, Синдзи приподнялся на руках. К горлу подкатил кашель, длившийся слишком долго. Все это время мысли занимал один Каору и его испуганный взгляд. Вытершись рукавом, Синдзи все же обернулся. Каору стоял поодаль, смотрел на него и не решался приблизиться. Улыбнувшись, Синдзи встал. — Прости, — прошептал Синдзи то, что давно хотел ему сказать. Единственное слово легло мягкой нитью, и, как надеялся, Синдзи, соединило их двоих. Хотя бы ненадолго, на пару минут. Этого бы хватило, чтобы сказать о своих чувствах и сожалении. — Прости, пожалуйста. Синдзи приблизился к нему, Каору отступил. Все верно, теперь Синдзи должен прочувствовать каково это, когда тебя отталкивают. Все правильно. Так ему и надо, никчемному и совершенно бесполезному. — Каору, — тихо протянул Синдзи, — я... я не хотел, чтобы все так случилось. Прости, пожалуйста. Чем ближе подходил Синдзи, тем дальше отходил Каору. Когда он уперся спиной в стену, Синдзи собрался с силами и приблизился, чтобы не дать ему сбежать. Он перехватил Каору за плечи, готовясь ему высказать целую заготовленную речь. Все перекрылось невероятно острым желанием, которому невозможно было сопротивляться. Синдзи притянул Каору к себе и поцеловал в сомкнутые холодные губы. Вкус поцелуя был ужасным — рвота вперемешку с кровью. Неважно, главное, Каору не вырывался. — Прости, пожалуйста, — прошептал Синдзи, чувствуя, как по щекам катятся слезы. — Прости меня... я не знал. Он просил прощение не только за свое поведение. Но и за все, что пришлось сделать в течение пары дней, когда было необходимо под присмотром не только Кадзи, но и доктора Акаги нажимать на чертовы кнопки, чтобы наблюдать за его страданиями. С каждым разом под невероятно острым взглядом было тяжело подавать электрический разряд и стараться равнодушно смотреть на то, как Каору извивался от пронзавшей его боли. И слышать равнодушное: "Молодец, Синдзи-кун, ты все делаешь правильно". Чувство предательства разрасталось внутри пустотой — он ведь мог эту боль разделить на них двоих, но связи не было, а создать ее мог только Каору, к которому не разрешали входить. — Я так виноват перед тобой, — вновь прошептал Синдзи, прижимая к себе Каору. — Если ты не против, пойдем отсюда, умоляю. Я больше не выдержу, если ты будешь запечатан в этих стенах. Каору ничего не отвечал. Он не двигался, замерев — хрупкий, тонкий, невероятно худой с выпирающими костями, обтянутыми кожей. Тяжелое дыхание с хрипом вырывалось из груди. — Пожалуйста, — простонал Синдзи, цепляясь за его спину. — Я ведь... — Каору застонал, оседая. Синдзи его подхватил на руки и вновь отметил, какой же он худой и невероятно легкий. — Каору, — позвал Синдзи, холодея от ужаса. Меньше всего он хотел, чтобы Каору погиб у него на руках, когда он только сумел до него дотронуться. — Каору! Из спины Каору торчала наполовину пустая ампула. Мгновенно обернувшись спиной к комнате, Синдзи прикрыл собой Каору. Он не знал, сколько еще человек осталось, но все они готовы были стрелять на поражение. Отсюда нужно было выбираться. Но все пути к отступлению запечатаны тяжелыми литыми дверями. Никакой вентиляции и дополнительных труб в лаборатории подобного типа не подводились во избежание утечек опасных веществ, кроме одной. Синдзи хорошо помнил планы нижних этажей еще с детства, когда мама дала ему их, чтобы чем-нибудь занять. Естественно, Синдзи их хорошо изучил — это же было так интересно знать те места, где держали самых опасных существ и создавали вирусы. Синдзи себя представлял шпионом и, рассматривая развернутый план этажа, запоминал все, чтобы потом сдать "секретную информацию" своему "боссу". — Где он? — услышал он шепот позади. Синдзи присел, уложил Каору на пол. Приказывая себе не думать о собственных действиях, подтащил половину тела, некогда бывшую лейтенантом, и прикрыл им Каору. Вытащив из железной хватки пальцев пистолет, Синдзи резко развернулся и крикнул, спуская курок: — Вон он! Три хаотичных выстрела были слишком поспешными, выдавали панику и страх. Так, как Синдзи и рассчитывал. — Держите его! — продолжил он, паля по чем зря по потолку. — Не видите? Вон же он! Хочет скрыться в воздушной трубе! Когда свет моргнул в следующий раз, Синдзи выстрелил несколько раз в щит. Звон наполнил помещение эхом, похожими на звук сминающегося металлического листа. — Вижу его! — подхватили справа. — Пытается сбежать по трубе! Выстрелы раздавались все чаще, пока не успокоились. Синдзи прислонился к стене и смотрел перед собой. Дверь медленно открылась через четыре минуты, когда все успокоилось. Нужно было выждать еще немного, чтобы вынести Каору и не попасться на глаза. Решив, что надо выйти, Синдзи поднялся. Ноги дрожали. Опираясь о стену, он направился к дверям. По инструкции всех должны проверять и допрашивать, а также отправить в больничное крыло не только для оказания медицинской помощи, но и проверки на заражение. Помещение после уберут и продезинфицируют, стирая все следы произошедшего. Так и не дойдя до двери, Синдзи остановился рядом с трупом одного из ученых — они несколько раз пересекались в столовой. Синдзи присел, снял халат, не концентрируясь на действиях, и вернулся обратно. Каору никуда не делся, и Синдзи невольно выдохнул с облегчением. Аккуратно, чтобы не повредить ран, Синдзи обернул Каору, приподнял и, перекинув его руку себе через плечо и прижав за талию, направился к двери. Если их и увидят, то не должны запомнить. По идее, Синдзи тут вообще не могло быть — он должен был уже стоять за территорией исследовательского блока и пить горячий чай, волнуясь о пострадавших и когда сможет вернуться к работе. — Его ранило и вырубило, — отрапортовал четко Синдзи, когда остановил один из охранников с автоматом наперевес. Не поднимая головы, он смотрел вниз. — Нам нужно как можно скорее в больничное крыло. — Погодите, мы вас... — Табрис был чем-то заражен, — оборвал Синдзи и решительно поднял взгляд и посмотрел на остановившего. — Мы не можем медлить. Вы же знаете, даже секунда задержки может стоить всем нам жизни. А если это какой-то вирус неизвестный? Передается не прикосновением, а воздушно-капельным? — Но инструкция... — Вы готовы взять на себя ответственность за смерть? — напирал Синдзи, ткнув в него пальцем. — Ох, прости, сейчас, сейчас, — Синдзи поскорее приобнял Каору. — Я пожалуюсь на него самому Икари Гендо за слишком хорошую... — Идите, — сдался охранник, — только ничего не говорите. — С самого начала бы так, — хмыкнул Синдзи и поспешил к лифтам. Сердце бешено колотилось. Синдзи никогда еще не импровизировал и не наглел настолько, чтобы врать. Но для Каору он сделает все. Коридор миновали спокойно. У лифта Синдзи свернул к туалетам. Закрыл плотно дверь, пристроил Каору рядом со стеной, сел рядом, взял его ладонь в свою, меряя пульс на запястье. Синдзи боялся, что сердце Каору в любую минуту остановится. Нужно было успокоиться и спокойно подумать как выбраться. Лифт не годился — не было до него допуска. Пользоваться чужим не вариант, они слишком приметны. Лестниц на нижних этажах не было, что было довольно странным, но вполне логичным. Просить помощи и звонить Кадзи глупо, да и невозможно — не было сети. — Мы обязательно выберемся, Каору, — прошептал Синдзи. Взгляд упал на чужой халат, распахнувшийся на худой груди. Синдзи нахмурился, а потом улыбнулся. То, что привлекло его внимание, было пропуском бывшего хозяина халата. Пропуском Синдзи воспользовался через минут двадцать, когда отдохнул и сполоснул лицо, заодно и на скорую руку умыл Каору. Его прохладная кожа медленно теплела, что вселяло надежду на хорошее разрешение ситуации. Уже в лифте Синдзи приложил пропуск. Когда загорелась панель, он нажал нужный этаж. Плавно качнувшись, кабинка медленно поползла вверх. В этот раз страшно не было. Может, из-за Каору, может, потому что Синдзи был слишком рад, что сумел наконец-то с ним увидеться и извиниться. Жаль, что Каору его боялся и ничего не ответил. Нужно будет потом еще раз попросить прощения за все, что случилось. Синдзи ведь в самом деле ничего не знал о произошедшем. Да что там! То, что он связан с Каору, он понял только недавно, да еще и благодаря отцу. С Аянами Рэй и ее меткой он что-нибудь придумает. Даже если ничего не получится, что ж, Синдзи все равно хочет быть рядом с Каору, чтобы видеть его хотя бы изредка. В груди разболелось от предстоящей тоски и расставания. Пришлось затолкать все мысли очень глубоко — он еще успеет дать волю чувствам. Дальше все происходило как в тумане. Адреналин бил в крови, и Синдзи все делал на ходу, не имея четкого плана. Оставив Каору в одной из пустующих комнат, он сбегал в раздевалку, вытащил запасную одежду, взял сумку, и вернулся обратно. Осмотрев Каору и не обнаружив ничего опасного, не считая пары порезов и несерьезных ран — ха, его Каору-таки не смог никто задеть, — Синдзи переодел его. Неприятность ждала, когда он откинул волосы с его лица. Повязка была не просто так наложена. Синдзи ужаснулся, увидев, что второй глаз слеп — радужка отсутствовала, веки почти слиплись, а тонкий шрам украшал скулу и тянулся до брови, рассекая ее на неровные части. — Что же они с тобой делали? — прошептал Синдзи, убирая прядь испачканных в крови волос. Неужели все только ради эксперимента? Отец со своей группой итак уже знали ответы на все дурацкие вопросы. Так почему продолжали его мучить? Ничего, больше никто не посмеет прикоснуться к Каору, Синдзи не позволит. Удовлетворенно осмотрев внешний вид Каору, Синдзи перекинул его ладонь через свое плечо и направился к лифту. Похоже, все его дороги так или иначе вели всегда именно к этому объекту. Выходить под объективами камер будет самым страшным. Главное не паниковать, чтобы не привлечь к себе внимание. Он понимал, что его не должно было быть в здании, поэтому, пока спускались на лифте на первый этаж, Синдзи придумывал хорошую обоснованную историю. Двери распахнулись, и Синдзи вышел, слегка покачиваясь. Пусть Каору и казался легким, но почему-то с каждым шагом становился все тяжелее. Мимо охранника, говорившего что-то в рацию, Синдзи шел чересчур осторожно. Рука на талии Каору дрожала, и пришлось сжать ее, чтобы не показывать своего волнения. Ноги отказывались двигаться, но Синдзи упорно шел вперед под внимательным взглядом серых глаз. До выхода оставалось семь метров. Черт возьми, почему тут такой огромный холл? Столько пустого пространства! И для чего? — Эй, — окликнул охранник. Синдзи зажмурился, глубоко вздохнул и развернулся. — Что-то случилось? — Синдзи улыбнулся. На удивление получилось легко и непринужденно. — Что это с твоим другом? — Ох, понимаете, — Синдзи удобнее перехватил ладонь через плечо, — он немного перебрал. От радости. Любимая девушка к нему вернулась. Он у нее так долго вымаливал прощение, дарил цветы и украшения, что совсем помешался на этом. Синдзи продолжал нести какой-то бред, стараясь, чтобы Каору не поднимал головы. Охранники пусть и дежурили сутки и менялись, но всех сотрудников знали в лицо. Как объяснять присутствие Каору и спасаться из такой ситуации Синдзи не хотел представлять. — Поэтому он был так счастлив, когда получил долгожданный положительный ответ, что... — Синдзи замолк, давая концовку додумать охраннику. — А мне теперь тащить его домой, пока нас не застукали. — Идите, — махнул охранник. — Вам повезло, что вас не встретил начальник. Иначе бы влетело. — Да-да, спасибо. До свидания. Уже на улице, выбравшись за территорию, Синдзи сидел на остановке и размышлял, что делать дальше. У него есть максимум час, пока видео с камер проверят и вычислят его. Отцу доложат, что его сыночек организовал побег опасного монстра. К тому же, Синдзи не забыл о датчике, который им ввели перед тем, как дать доступ к секретной информации. Так что искать Синдзи будут дома, если уже не поджидали в засаде. А там ведь Мисато. Она ведь не откажет в помощи? Синдзи достал телефон и, придерживая Каору, набрал сообщение. Говорить вслух он боялся. Ответ пришел через минуту с коротким "Конечно, заберу. Жди". Автобус подъехал через полторы минуты после получения сообщения. Синдзи зашел, купил билеты на двоих, и сел у дверей. Он смотрел в окно и ждал. Каждую секунду автобус могли остановить и обыскать в поисках беглецов. Или Каору мог проснуться и продолжить убивать. Или... Синдзи даже не заметил, как начал стучать указательным пальцем по корпусу телефона в ожидании сообщения. Мисато обещала помочь. Она никогда не бросала слов на ветер. Только ей придется все объяснить и рассказать, что она соучастница преступления. Телефон завибрировал. Синдзи всегда ставил его в беззвучный режим на работе, чтобы не мешать другим работать. Впрочем, ему все равно никто никогда не звонил. Синдзи снял трубку: — Я еду за автобусом, можешь мне помахать. Синдзи повернул голову и увидел Мисато в красной машине с откинутым верхом. Она улыбнулась и помахала ему рукой. — На ближайшей остановке сходи. — Хорошо. Наверное, удача благоволила ему в этот день. Потому что Синдзи спокойно сошел с автобуса. Мисато подобрала их, и пока не задавала лишних вопросов. Синдзи под ее руководством устроил Каору на заднем сиденье, сел рядом, сжимая его ладонь. Он гладил его волосы и не хотел думать о том, что будет дальше. Сперва он хотел оставить Каору на Мисато и попросить позаботиться о нем. Но после отбросил эту мысль. Даже если он вернется домой, и сможет обмануть отца в том, что никоим образом не замешан и никого не скрывает, была другая проблема. В самом Каору. Он проснется и, не найдя Синдзи рядом, может продолжить начатое и сбежать. Синдзи обязательно должен быть рядом с ним. Вот только заезжать домой точно глупая идея. Без денег они если и сбегут, то долго не протянут. А Каору нуждался в помощи. — Так что за срочность такая? — Мисато посмотрела в зеркало заднего вида, поправила его рукой, чтобы видеть лучше Синдзи. — Что случилось, что ты мне позвонил? Синдзи никогда у нее не просил помощи и предполагал, что будут расспросы, но ожидал их еще в самом начале. — Мисато-сан, — Синдзи обреченно посмотрел на нее, — я просто хочу уехать отсюда как можно дальше. — Родственники замучили своей любовью? — засмеялась она. Синдзи помрачнел. Похоже, единственным, кто любил его все это время, был Каору, но и он, похоже, перехотел общаться. — Я же шучу. Эй, Синдзи, не обижайся. Покачав головой, Синдзи ответил: — Обижаться на правду, пусть и вывернутую наизнанку, не стоит. Вы правы. Мисато нахмурилась, отчего между тонких бровей пролегла заметная складка: — Ты меня пугаешь. В конце концов давно пора перестать цепляться за отца. Он давно уже не центр мира Синдзи, и, наверное, перестал им быть после смерти мамы. Синдзи достал телефон и набрал сообщение: "Я выкрал из лаборатории отца человека другой расы". Мисато потянулась рукой к завибрировавшему телефону, который лежал на сиденье рядом. Открыла его и прочитала короткое предложение. — Ты... что?! — Машина вильнула в сторону, Мисато взвизгнула, выравнивая ее. Синдзи попытался максимально осторожно удержать Каору. — Успокойтесь, пожалуйста, — попросил Синдзи. — Вы опять выпили? — Да я умею управляться с этой малышкой! — Конечно. Синдзи вздохнул и набрал следующее сообщение. "У меня в руке датчик, я не знаю, есть ли в нем прослушивающее устройство. Мне нужна ваша помощь, Мисато-сан. Пожалуйста, помогите мне его спасти". — Ты меня все больше и больше удивляешь, Синдзи, — улыбнулась она, прочитав сообщение. — Но я согласна, хорошо. — Честно? — помимо воли вырвалось. — Да. Погоди, звонок важный. — Она набрала номер, приложила телефон к уху и бодро пропела: — Привет... Да, давно не виделись, — градус настроения упал на несколько делений, — лучше бы еще столько же. Нет, даже не думай об этом! — Она проскрипела зубами. — Я не по тому вопросу. Помнишь, ты обещал мне помочь, если будет нужно? — Мисато слушала ответ, поглядывала в зеркало заднего вида, и вновь на дорогу. — Прямо сейчас. Нет, дело касается того самого, что ты хотел сделать, но провалился... Хватит! Ненавижу тебя! Не напоминай мне об этом. — А потом тихо добавила: — Пять-девяносто три. На том самом месте, да. Разговор закончился и повисла тишина, нарушаемая звуком двигателя и тихой музыкой из радио.