Иллюзия связи

Синдзи потрясли за плечо и он открыл глаза. По дороге его сморило и он задремал. Над ним склонился Кадзи — вот уж кого Синдзи точно не ожидал увидеть. И это тот, у кого Мисато попросила помощи?! — Вы? — удивился он. Огромная шершавая ладонь заткнула ему рот. Кадзи приложил к своим губам палец левой руки, чтобы Синдзи молчал. Взяв его руку, Кадзи приложил к ней какое-то устройство, напоминавшее рулетку для скотча. Синдзи вскрикнул от укола, и почувствовал, как что-то огромное вытягивают из мышцы. С глухим стуком небольшой датчик упал в стеклянную коробочку. Удовлетворенно ухмыльнувшись, Кадзи убрал свое устройство. Мисато его оттолкнула и начала обрабатывать поврежденную руку. Кадзи отошел, извлек датчик и засунул его в толстую серебряную коробку, после в серебристый кейс. — Ты в порядке? — спросила Мисато, заглядывая ему в глаза. Она перевязала руку и удовлетворенно улыбнулась. Синдзи отвлекся и медленно кивнул. Потом опомнился, что не о том волнуется, и обернулся в поисках Каору. Его не было рядом и в поле видимости. Синдзи подскочил, готовый действовать и идти вновь спасать его из лап отца. — Где он? — Синдзи осмотрел машину Мисато, потом бросил взгляд на машину Кадзи — серебристый джип с рисунком электрических вспышек на бампере. — Мисато-сан, где Каору? Вы же... вы же не… Если Мисато предала его и отдала Каору кому-то, пока он спал… — Успокойся. — Мисато ухватилась руками за его щеки и потянула их в стороны. — С ним все в порядке. Он там. — Она махнула в сторону машины Кадзи, который заглянул в боковое стекло. — Ему нужна помощь другого рода и более серьезная. — Можно я его?.. Хочу убедиться, что он в порядке. — Не дожидаясь ответа, Синдзи выбрался из машины и поспешил к Кадзи. Стоянка находилась у моря. Шум волн доносился ласкающей слух песней. Заходящее солнце отдавало последнее тепло. Оно окрашивало небо и воду в оранжевые оттенки. Всего лишь мгновения хватило, чтобы успокоиться — они далеко, очень далеко от отца, так что все в порядке. Обойдя машину, Синдзи открыл дверь. Незнакомый человек сидел рядом с лежавшим Каору и что-то колол в руку. Расстегнутая рубашка обнажала тонкую фигуру с белой кожей. Кровоподтеки темнели, выделяясь трупными пятнами. Шрамы меркли, затерявшись среди новых ран. — Он же не умрет?.. — С ним все в порядке, не переживайте, — ответил незнакомец, прочищая кожу смоченной ватой на шее. Его ладони порхали над Каору, и Синдзи запрещал себе думать о том, что с Каору сделают, если их поймают. Страх накатывал, стоило отвлечься от Каору. — Так понимаю, что это вы его пара? Синдзи вздрогнул, озноб пробежал по коже, концентрируясь на кончиках пальцев дрожью. Он не ожидал прямого вопроса и растерялся. — Не знаю, — ответил он правду. Именно такой она стала сейчас по прихоти отца. Синдзи всего лишь нужно смириться и принять данный факт. — Ему нашли другую, и... Незнакомец помотал головой и посмотрел на него ясными серыми глазами без зрачка. — Но изначально, вы были его истинной парой? — Да, но мы не... — Синдзи нервно пожал плечом. Под непривычным немигающим взглядом хотелось спрятаться. Синдзи чувствовал себя голым; его читали как раскрытую книгу. А еще было совестно, что именно он не удержал, не спас, позволил разорвать связь. — У него другая. — Истинная пара создается одна и навсегда, — незнакомец опустил свой взгляд и Синдзи смог спокойно вздохнуть. Петля на горле ослабла, но не пропала, оставшись до новых обвинений, взглядов, дыхания. Ровно до того момента она будет неподвижной, пока не очнется Каору. — Не бывает другой. И метка тому доказательство. — Ему вырезали метку, — сказал Синдзи, склонившись. Он прикоснулся ко лбу Каору кончиками пальцев, едва затрагивая кромку глазной повязки. — А потом появилась другая связь. Я для него больше никто. Незнакомец обернулся к Кадзи, и тот кивнул. Мисато стояла позади и смотрела под ноги. — Тогда все намного хуже. Но вы должны быть с ним рядом, а там посмотрим. И что это значило? Ладно, неважно, главное, что Каору жив, а все остальное... они как-нибудь справятся. Синдзи ведь давно настраивался, что все будет не так радужно, верно? Вот и первое подтверждение. — Мы справимся, — прошептал Синдзи, не зная, кого пытался убедить. Незнакомец, вытирая руки о тряпку, подошел к Кадзи. Они тихо переговаривались. Кадзи хмурился, качал головой и бросал косые взгляды на Синдзи. Потом пожал руку и отдал кейс, куда раньше положил извлеченный датчик. Мисато протянула ключи от своей машины и наказала доставить ее в целости и сохранности к дому. — Нам пора, Синдзи, — сказала Мисато. Кадзи сел на водительское сиденье, Мисато заняла место рядом. Синдзи устроился с Каору, положив его голову себе на колени. После получаса молчания, когда уже ночь окончательно укутала все тьмой, Синдзи тихо сказал: — Вы друг друга знаете. — Мы встречались, — ответил Кадзи. — Это ты так называл, — возразила Мисато, сложив руки на груди. — Я тебе официально предлагал, между прочим, это ты не захотела. — Я не захотела?! — Мисато фыркнула и отвернулась к окну. — Это ты крутил сразу с несколькими, и посмел мне предложить встречаться, имея на стороне кого-то еще. — Я бы их всех бросил. — А сразу нельзя было? Кожа Каору была теплой. Синдзи гладил его по щеке, по скуле, губам, и никак не мог себе приказать не трогать его. Просто когда Каору наконец-то оказался настолько близко, Синдзи наконец дал себе волю, чтобы хотя бы минимально удовлетворить свои тактильные ощущения. Этакое своеобразное восполнение близости за столько потерянных лет. — Значит, вы не пара? — спросил он, оглаживая подбородок Каору. — Верно, не предназначенные, — сказала Мисато. — Не хватало еще с ним быть связанной и чувствовать всю ту мерзость, которая в нем так и прет. Бррр, ну уж нет. — Мы бы и не могли ей стать, — Кадзи усмехнулся. — Почему? — А позже до Синдзи дошло. Он оторвался от Каору и посмотрел на них поочередно. — То есть вы оба... оба... крылатые? — Верно. — Кадзи грустно улыбнулся, а Мисато надрывно вздохнула. Все же как бы она ни скрывала, но Кадзи ей нравился. — И все это время я общался с... — Синдзи так и не закончил фразу. — Не понимаю. — Мы с тобой встретились случайно, — успокоила его Мисато. — Стечение обстоятельств, не более. На тот момент у меня была своя миссия по поиску пары, так что общение с тобой меня развлекало. Не беспокойся, мы совершенно мирные. Не собираемся нападать на людей. Мы от них скорее даже зависим. — Не думаю, что стоит это сейчас рассказывать, — вставил Кадзи. — Да, точно. Потом, чуть позже, — Мисато покачала головой. — Ты мне, Синдзи, кстати, стал как родной. Я была удивлена, когда ты попросил помощи. И вдвойне удивлена, что ты притащил с собой еще одного крылатого. — Каору, — напомнил Синдзи. Почему-то резало слух, когда о Каору отзывались как о каком-то неживом объекте. Он наслушался этого в лаборатории, так что сейчас хотел проявить к нему от окружающих хоть немножко симпатии. — Каору, да. — Кадзи фыркнул. — И позвонила мне, чем сильно удивила. — И хорошо притворилась, чуть не угробив нас в машине, когда я сказал, кто со мной, — напомнил хмуро Синдзи. — Но я же хорошо сыграла, верно? — она обернулась с улыбкой. Синдзи лишь фыркнул, а потом тяжело вздохнул: — Что мне теперь делать? — А ты хочешь ему помочь? Синдзи кивнул, подавив невеселую усмешку — даже если он теперь всего лишь обычный человек, не связанный с Каору, все равно хотел помочь. — Тогда помогай. Тебе же сказали — ты должен быть рядом, — напомнил Кадзи. — Вот и будь. Легко им говорить. Синдзи чувствовал, как тяжело будет смотреть на выздоравливающего Каору, следить за его движениями, за лицом, за невероятно красивыми глазами, слушать его приятный и ласкающий слух голос, и подавлять желание выполнить любую просьбу. Позабытая на горле удавка затянулась, удерживая подкативший к горлу ком и готовые вырваться из глаз слезы. — Куда мы хоть? — прохрипел Синдзи, подавив дикое желание вытереть мокрые глаза. Как он себя не уговаривал не реветь, слезы все равно выступили. Все же иногда он был такой размазней. — Далеко. Выиграем немного времени, — Мисато протянула пачку печенья, перегнувшись через сиденье. — Поешь, ехать нам еще долго. Можешь поспать. Пачка печенья легла по другую сторону от Синдзи. Есть совершенно не хотелось, спать тоже. Даже если бы и хотелось, он бы не смог заснуть — таблетки, выписанные доктором Акаги, остались дома. Он продолжал принимать снотворное — с ними было легче засыпать, и кошмары не беспокоили. Смешно признаваться: на все то, что с ним делала доктор Акаги, чтобы вызвать реакцию метки, пичкала лекарствами и всем остальным, он должен был разозлиться и отказаться от всего. На деле же выигрывал банальный эгоизм и страх — Синдзи боялся кошмаров, как и странного опустошения от поспешного пробуждения, поэтому был зависим. Нужно было поговорить с тем доктором со странными глазами, или кем он там был. Может, у него был с собой хоть какой-то пузырек с парой таблеток. Первые дни перебился ими, пока они убегают, а потом уже можно было сбегать в аптеку. — Попробую, — слабая улыбка получилась вымученной. — Но я хочу получить от вас двоих ответы на свои вопросы, раз уж в машине я единственный человек. — А ты стал смелее, Синдзи, — улыбнулась Мисато. — Настойчивее, я бы сказала. — Адреналин. Больше всего хотелось лечь рядом с Каору, прижаться к его боку, обнять и заснуть. Но спать нельзя из-за кошмаров. К тому же днем Синдзи немного вдремнул, поэтому не испытывал острой нужды в отдыхе. Мисато переглянулась с Кадзи, обмениваясь понимающими взглядами, но смолчала. Они знали что-то, что Синдзи не понимал. Посвящать не собирались и ладно, Синдзи не хотел перегружать и без того занятый обилием информации мозг. — Кадзи-сан, — Синдзи вдруг вспомнил одну важную вещь, которую давно хотел узнать. — А как же работа? — Командировка, — беспечно ответил он. — Не переживай, у меня все схвачено. — Вы планировали что-то подобное заранее, а я лишь оказался под рукой и оказал вам услугу? — холодно поинтересовался Синдзи. Он не любил, когда им манипулировали, спасибо отцу. — Я тебе сказал, что Каору не спасти, мы оставили свои попытки после провала, — напомнил Кадзи. — А ты можешь радоваться, у тебя получилось невозможное. Синдзи сильнее положенного сжал за плечо Каору, словно его могли забрать: — Никому его не отдам. А в мыслях билось настойчивое желание привязать к себе Каору цепью и не отпускать. *** Голубого цвета дом с красной черепицей ничем не выделялся в ряду точно таких же, похожих один на один, зданий. Машина остановилась десять минут назад возле белого заборчика, и Мисато с Кадзи вышли. Синдзи не пошевелился, боясь разбудить Каору. Он уже начал волноваться, почему тот не просыпался, но боялся спросить и услышать насмешку. — Давай помогу. — Кадзи раскрыл дверь, и печенье, которое Синдзи заткнул ночью между собой и дверцей, с хлопком свалилось на тротуар. Неосознанно Синдзи прижал Каору сильнее, не желая отдавать. — Не бойся, не заберу, у меня свой мудак есть, чужого не надо, — сказал Кадзи, протягивая руки. Пришлось позволить. Синдзи ни на секунду не выпускал из поля зрения худое тело Каору. Солнечные лучи нежно касались его кожи лица, от чего та казалась совсем прозрачной. Веки вздрогнули, из груди вырвался стон, и Синдзи парализовало. Он отстал и смотрел в спину Кадзи, на выглядывающие тонкие лодыжки и боялся сделать шаг следом. Когда они скрылись за деревянной дверью, Синдзи помотал головой, прогоняя наваждение, и пошел следом. Прохлада укутала тенью. У дома не было четких запахов, если не считать едва уловимый хлорки вперемешку с моющими средствами в туалете и ванной. Смыв с себя пыль, Синдзи вытерся бумажным полотенцем. Бросив взгляд на кровать, где лежал Каору, он убедился, что все в порядке, и пошел на кухню. Там застал непривычную картину — Мисато обнималась с Кадзи. Зависть обмоталась вокруг шеи жгучей красной лентой, ладони невольно сжались. Синдзи уговаривал себя, что все в порядке, он слишком устал и ему многое кажется. Но уговаривать одно, а представлять, как он обнимает Каору, скользя ладонями по его белой коже, ощущая шероховатости шрамов — совсем другое. И ненормально представлять все это, наблюдая за увлеченными друг другом людьми. — Я, наверное, невовремя, простите, — Синдзи потер шею. Пальцы наткнулись на пластырь и шрам от метки. Все же он неудачник. Мало того что с девушками не получалось, так еще и лишился своей пары, которая готова была отдать ради него жизнь. Жестокая карма преследовала по пятам с самого детства и лишь отнимала дорогих ему людей. — Когда-то она была в меня влюблена, — промурлыкал Кадзи, на что получил тычок под ребра от Мисато. — Наверстываем упущенное. Синдзи улыбнулся, сдерживая эмоции от рвущегося наружу раздробленного сердца. Он остался совершенно один, никому ненужный, безликий и опустошенный, наедине с кошмарами. Возможно, было бы лучше позволить им себя съесть. — Ты в порядке? — Мисато приблизилась, положила ладонь ему на лоб. — Температура небольшая поднялась. — Да, — Синдзи кивнул и оглянулся в поисках Каору. С кухни не было видно комнаты, в которой тот лежал. — Просто устал и переволновался. — Занимай свободную комнату. — Обязательно. В кармане завибрировал телефон. "Отец". Показав на определитель, Синдзи получил утвердительный кивок и нажал на ответ. — Слушаю. — Ты пожалеешь о том, что сделал, — сказал отец. Он был в бешенстве, и Синдзи улыбнулся. Он сумел помимо равнодушия выбить из него хоть какую-то эмоцию. Прогресс. Всего-то стоило украсть Каору. — Я уже жалею, отец, — сказал Синдзи, — что не сделал этого раньше. Он мой. — Он тебя убьет. — Пусть, — Синдзи давно настроился на такой исход и его уже нельзя было запугать подобной фразой. За всю свою жизнь он научился мириться с неизбежными событиями. — Он не достанется тебе. И я этому рад. — Табрис не принадлежит тебе, — напомнил отец. — Он связан с Аянами Рэй. У них одна метка на двоих. И вскоре она позовет его. Зову нельзя сопротивляться. — Ты не посмеешь. — Синдзи задрожал. У отца на все случаи жизни были разработаны планы. И даже сейчас он выигрывал, потому что Синдзи ничего о Зове истинной пары не знал. Неужели это правда? Даже если и так, этого нельзя допустить. — Он мой, и только мой. Я его не отдам. — У тебя не останется выбора. Он очень долго был у нас, мы с ним много всего интересного делали. Всего одно нажатие клавиши, и он будет подчиняться только мне. Кадзи подошел и вырвал телефон из рук, не дав осознать сказанное. Нажал на отбой. — Я его забираю. Синдзи кивнул, поднял ошарашенный взгляд на Кадзи, нервно, поспешно сказал: — Он может с Каору что-то сделать... что-то плохое... Кадзи поймал его за локоть, готового броситься спасать Каору, дернул на себя. — Не сможет, запомни это хорошенько. — Синдзи не поверил. — Его осмотрел один из наших, сказал, что в нем нет ничего постороннего. — Честно? — Да, — откликнулась Мисато. — Ладно. — Синдзи взлохматил волосы. Мысли путались. — Пожалуй, мне правда лучше отдохнуть. Всегда спокойный и сдержанный, он становился слишком нервным, когда дело касалось Каору. Это было ненормально. В комнате Синдзи задернул ночные шторы. Полумрак окутал пространство, задерживая только лучи, но не посторонние звуки с улицы. Синдзи прикрыл дверь, оставив небольшую щель, чтобы в случае чего услышать сигнал тревоги. Или любой другой шум — если кошмары вернутся, так будет проще проснуться. Сняв с себя пропахшую потом, гарью и кровью рубашку, Синдзи лег на кровать. Она пахла цветами, и почему-то сразу вспомнилась мама. Если бы она была жива, как бы она отреагировала на поступок Синдзи? Он помнил, как она удивилась вопросу про предназначенную пару, даже испугалась. Если бы не монстр, то мама бы приняла Каору? Наверное, да, она всегда была ласковой и доброй. И ей наверняка было известно, что сопротивляться связи невозможно.