Любопытство сгубило кошку / Satisfaction Brought It Back

Мисс_ЛедиБаг: А если бы ты была на моём месте и хотела попросить своего партнера, чтобы он жёстко поимел тебя, как бы ты это сделала? Красотка_Пчела: А напиши ему: «О, мой господин, я умоляю вас о том, чтобы в эту субботу вы отодрали меня, как сидорову козу, и выебли так грубо и жёстко, как только можете»;) Мисс_ЛедиБаг: LOL Ты прикалываешься? Спасибо, но нет, это не в моём стиле. Я так не смогу))) Красотка_Пчела: Тогда нагнись над своим рабочим столом, задрав юбку, сфоткай свою задницу в одном только нижнем белье и пришли ему эту фотку. Мисс_ЛедиБаг: Нет, ну это уж слишком завуалировано. Намёков он обычно не понимает и просит говорить о своих желаниях прямо и чётко (кстати, этот фетиш на прямолинейность просто дико бесит). Красотка_Пчела: А может, так: «Эй, приятель, как ты относишься к тому, чтобы связать меня в эту субботу, надрать мне задницу и оттрахать по полной?» Красотка_Пчела: Или как вы там развлекаетесь вдвоём… Мисс_ЛедиБаг: Уже лучше, но всё равно как-то не то. Красотка_Пчела: Я не понимаю. Какие могут быть проблемы с тем, чтобы просто попросить? Мисс_ЛедиБаг: Проблема всего одна, но она очень сильно всё осложняет. Мисс_ЛедиБаг: Дело в том, что Адриан… Мисс_ЛедиБаг: хмм Мисс_ЛедиБаг: Как бы это сказать? Мисс_ЛедиБаг: Он вроде как… тюфяк. Красотка_Пчела: Тюфяк??? Мисс_ЛедиБаг: Ну, знаешь, наш первый раз вместе был, конечно, супер… Мисс_ЛедиБаг: Просто класс. Мисс_ЛедиБаг: Но в то же время мне показалось, что он был недостаточно груб со мной и относился ко мне как-то слишком бережно. Красотка_Пчела: Ну, любой нормальный доминант должен заботиться о безопасности своего сабмиссива. Не знаю, как можно это делать «слишком»… Неужели в ваш первый раз он даже по заднице тебя не рискнул шлёпнуть??? Мисс_ЛедиБаг: Да нет, и шлёпал, и связывал, и довел до охренеть какого оргазма, и, в общем-то, мне грех жаловаться, но всё равно это было как-то не так, как я ожидала. Мисс_ЛедиБаг: Или возьмём, к примеру, тот последний раз, когда я была у него дома. Приехали мы тогда из секс-шопа с кучей интересных покупок (девайсами для порки, кляпами, верёвками) и… барабанная дробь… после расслабляющего массажа занялись ванильным сексом. Он тогда только утром в воскресенье слегка отшлёпал меня стеком и всё. Мисс_ЛедиБаг: И СНОВА ЭТО БЫЛО СОВЕРШЕННО НЕ ТО, ЧТО Я ХОТЕЛА Мисс_ЛедиБаг: А с тех пор, между прочим, прошло уже почти шесть недель, так как мне пришлось отменить целых четыре встречи. Мисс_ЛедиБаг: Тебя, наверное, уже задолбало моё нытьё, да? Красотка_Пчела: Нет, что ты! Красотка_Пчела: …Ну, разве что чуточку) Мисс_ЛедиБаг: Прости, и прошу, помоги, мне очень нужен твой совет! Красотка_Пчела: Ну, хорошо, сейчас попробую сформулировать свои мысли по поводу этой твоей «проблемы». Красотка_Пчела: По-моему, то, что вы не пустились сразу же во все тяжкие, это даже неплохо и тот факт, что твой партнёр не спешит подвергнуть тебя болевым воздействиям, скорее плюс, чем минус. Красотка_Пчела: Возможно, ты раньше представляла себе всё иначе, но отношения между партнёрами по играм не сильно отличаются от обычных отношений и чаще всего развиваются постепенно, а не стремительно. Да, безусловно, ты, конечно же, знаешь своего Адриана лучше, чем я, и он, вероятно, тот ещё «тюфяк», но он не «тюфяк» только из-за того, что он не торопит события. Красотка_Пчела: Хороший доминант всё делает неспеша, продуманно, начинает всегда с малого, постепенно повышая интесивность воздействий на своего нижнего. При этом он обязательно должен учитывать физическое состояние сабмиссива в каждый конкретный момент. Ну, а в случае сомнений в готовности партнёра любой адекватный верхний прервёт болевые воздействия или даже не станет их начинать… Кстати, сдаётся мне, что это именно твой случай, видимо, ты выглядела слишком уставшей после отоваривания в сексшопе. Красотка_Пчела: Мы вот с мужем играем вместе уже много лет и тоже обычно ограничиваемся ванильным сексом, если хоть один из нас выглядит слишком утомлённым. Красотка_Пчела: А что касается его требований говорить прямолинейно, верхний вообще-то должен перед каждой сессией получить недвухсмысленное согласие на свои действия от нижнего, причём это правило остаётся в силе, даже если нижний уже заполнял список допустимых воздействий. Ведь, что бы там ни писали в бульварных романах о БДСМ, «доминирование» вовсе не означает, что верхний может перестать требовать согласия от своего постоянного партнёра по играм. Мисс_ЛедиБаг: Наверное, ты права… Мисс_ЛедиБаг: Я просто… не хочу, чтобы наши отношения слишком долго застаивались на одном месте… Красотка_Пчела: Хм… ты упомянула, что уже отменила целый ряд встреч с ним, так? Мисс_ЛедиБаг: Не по своей воле! Мисс_ЛедиБаг: Просто последнее время у меня была большая запара на работе! Красотка_Пчела: А когда у тебя её не было? Красотка_Пчела: Насколько я тебя знаю, ты постоянно работаешь до потери пульса. Мисс_ЛедиБаг: Ну… Красотка_Пчела: Между вами двумя произошло что-то, о чём ты не хочешь говорить? Мисс_ЛедиБаг: Да нет, ну что ты… Мисс_ЛедиБаг: Ладно, ты меня раскусила. И откуда в тебе столько проницательности? Мисс_ЛедиБаг: …Не помню, рассказывала ли тебе, но в прошлом месяце мы с ним были на свадьбе моей двоюродной сестры. Красотка_Пчела: Так… И что же там такого стряслось? Мисс_ЛедиБаг: И там у меня вроде бы как случилось… эмоциональное расстройство, и я разрыдалась прямо перед ним. Мисс_ЛедиБаг: По причинам, совершенно не связанным с нами. Красотка_Пчела: Понятно… И? Мисс_ЛедиБаг: И мне было чрезвычайно неловко. Мисс_ЛедиБаг: А ещё я переживаю, что теперь он будет считать меня какой-нибудь… неженкой и плаксой. Красотка_Пчела: Ясно. Красотка_Пчела: То есть ты беспокоишься, что он не будет уважать тебя и твои желания сейчас, после того, как видел тебя эмоционально уязвимой перед собой? Мисс_ЛедиБаг: …Вроде того. Красотка_Пчела: Хорошо. Красотка_Пчела: Мы вышли из зоны моей компетенции, но мой «зайка» только что вернулся с работы. Красотка_Пчела: Не возражаешь, если я спрошу его мнение об этом? Он ведь всё-таки сабмиссив в постоянных отношениях и наверняка разбирается в подобных вещах лучше меня. Твою анонимность гарантирую. Мисс_ЛедиБаг: Да было бы здорово узнать ещё чьё-нибудь мнение, только не посвящай его в подробности. Красотка_Пчела: Круто. Подожди меня одну минуточку!

***

Красотка_Пчела: Ну, вот и всё, я вернулась. Красотка_Пчела: Прости, что так долго, у нас тут просто на сегодняшний вечер запланирован теннисный матч, так что понадобилось кое-что обсудить по этому поводу. Мисс_ЛедиБаг: «Теннисный матч» — это какой-то эвфемизм, означающий что-то типа… шлепков по яичкам? Красотка_Пчела: Нет, этот «эвфемизм» означает переброс теннисного мячика туда-сюда через сетку, пока не выиграет одна из команд. Мисс_ЛедиБаг: Оу… Красотка_Пчела: Извращенка: P Мисс_ЛедиБаг: Прости: D Мисс_ЛедиБаг: Так, что сказал твой муж? Красотка_Пчела: Ну… то, что, в принципе, я и сама подумала, когда услышала твою историю, только в несколько «своей» форме. Красотка_Пчела: Я, конечно, могла бы высказать тебе своё мнение сразу же после того, как ты описала мне всю ситуацию, но сперва мне важно было убедиться в том, что оно не противоречит точки зрения типичного сабмиссива, поскольку я всё-таки им не являюсь. Мисс_ЛедиБаг: Ну, не томи, что он сказал? Красотка_Пчела: Сперва я объяснила ему, что тебя беспокоит то, что твой партнёр увидел, какой ты бываешь ранимой и уязвимой. Красотка_Пчела: Всё верно? Мисс_ЛедиБаг: Более или менее LOL Красотка_Пчела: «Полный бред. Что за хуйню ты несёшь? Это какой-то прикол?» Мисс_ЛедиБаг: Что, прости? Красотка_Пчела: Я дико извиняюсь! Это его слова, а не мои. Красотка_Пчела: Попробую объяснить по-другому. Люди выбирают роль сабмиссива по разным причинам. Красотка_Пчела: Кому-то просто нравится быть под контролем другого человека, некоторым (как моему мужу, например) нравится ощущение беззащитности, которое они испытывают при этом. Красотка_Пчела: Но, в любом случае, во время БДСМ-сессий сабмиссивы находятся в весьма уязвимом положении перед доминантами. Мисс_ЛедиБаг: Ну да, согласна LOL Мисс_ЛедиБаг: Трудно представить себе кого-то более беззащитного и уязвимого, чем связанный человек, свисающий со стропил. Красотка_Пчела: Причём они уязвимы не только физически. Красотка_Пчела: Ведь помимо своей безопасности сабмиссив также решается доверить доминанту свои самые сокровенные сексуальные фантазии, желания и потребности, которые, кстати, довольно нетрадиционны, если не сказать больше. Красотка_Пчела: После чего перед доминантом встаёт задача — создать безопасное пространство для исследования этих самых желаний своего сабмиссива и оказания помощи в их осуществлении. Красотка_Пчела: Но мы, верхние, сможем сделать это, только при условии, что наши нижние позволят себе быть уязвимыми перед нами. По-другому никак. Красотка_Пчела: Ну вот, вроде бы и объяснила. Старалась быть откровенной. Мисс_ЛедиБаг: Заметно. Красотка_Пчела: Так что надеюсь, ты и сама теперь понимаешь, что выглядеть уязвимой перед своим партнёром, это нормально, и что он не перестанет уважать тебя из-за этого. Красотка_Пчела: Кстати, сдаётся мне, ты вообще крайне редко плачешь перед другими людьми, да? Мисс_ЛедиБаг: Уж если и плакать, то в одиночку, ненавижу это делать перед кем-то другим! Красотка_Пчела: Почему? Мисс_ЛедиБаг: Ну, я… испытываю при этом стыд. Мисс_ЛедиБаг: И я просто не хочу, чтобы окружающие меня люди знали, что у меня не всегда «всё в порядке»? Красотка_Пчела: Это естественно! Красотка_Пчела: Особенно для таких, как ты… Я имею в виду таких же целеустремленных трудоголиков, задающих себе слишком высокую планку. Красотка_Пчела: Но ведь никто не может сделать так, чтобы всегда было «всё в порядке», верно? Мисс_ЛедиБаг: Ну… да. Красотка_Пчела: И как ты почувствовала себя после рыданий перед своим партнёром? Мисс_ЛедиБаг: …Легче. Мисс_ЛедиБаг: Как будто у меня на плечах долгое время лежал тяжкий груз, а потом я его просто сбросила. Мисс_ЛедиБаг: Ко всем чертям. Мисс_ЛедиБаг: Это был своего рода катарсис*. Красотка_Пчела: Он осудил тебя за слёзы? Мисс_ЛедиБаг: Нет, что ты, Адриан никогда бы так не поступил! Красотка_Пчела: Так почему же ты боишься вновь оказаться уязвимой перед ним и отменяешь встречи? Мисс_ЛедиБаг: …Проклятье. И как это у тебя получается? Красотка_Пчела: Ничего особенного. Обычная логика :) Мисс_ЛедиБаг: Эмм… чувствую себя последней идиоткой. Мисс_ЛедиБаг: Думаю, теперь мне следует поговорить с Адрианом, да? Красотка_Пчела: Ну, я бы так и сделала, если бы была на твоём месте. Красотка_Пчела: Если ты что-то хочешь и/или нуждаешься в чём-то от него, не бойся его об этом попросить. Красотка_Пчела: Не скажу за всех доминантов, но лично мне очень даже нравится получать… идеи от моего сабмиссива. Мисс_ЛедиБаг: Да ты прям настоящий демон-искуситель LOL Красотка_Пчела: > :) Мисс_ЛедиБаг: А мне вот тут стало интересно, а как ты лично относишься к порке? Красотка_Пчела: Если ты сейчас же не напишешь своему Адриану, я познакомлю твою задницу со своим любимым кнутом! Мисс_ЛедиБаг: Я всё ещё тут… Красотка_Пчела: : D Мисс_ЛедиБаг: … Красотка_Пчела: Шалунья: D

***

Маринетт: Привет. Адриан: Привет:) Как жизнь? Как успехи на дизайнерском поприще? Маринетт: Успехи?.. Маринетт: Нет, ну, чёрная полоса в жизни когда-нибудь точно закончится, я же не бессмертная. Маринетт: Побыстрей бы только :) Адриан: D: Маринетт: О нет, только не волнуйся за меня, это я пошутила. Маринетт: Это у меня чёрный юмор такой, ха-ха, смешно же! Адриан:). . . : Маринетт: Ты что, плачешь? Маринетт: Пожалуйста, не плачь! Адриан: Ты же знаешь, я беспокоюсь за тебя. Маринетт: Прошу, не надо. Маринетт: У меня всё не так уж и плохо. Заказы есть, работы много, но не то чтобы слишком. Маринетт: Я даже закончила работать сегодня всего лишь в четыре. Адриан: Неужто это твой рекорд? Маринетт: Пока что, да. LOL Маринетт: Просто… Маринетт: Помнишь, как ты звонил неделю назад, а я как раз была на важной деловой встрече и не могла говорить? Адриан: Да, как там, кстати, всё прошло? Маринетт: Успешно, нам удалось закрепиться сразу в нескольких бутиках в центре города. Их владелец решил работать с нами под выкуп, мы согласовали с ним эскизы и договорились, что уже через шесть дней у нас будут готовы модели платьев, которые мы обсуждали. Так что последнее время мы все тут крутились, как белки в колесе, не спали ночами, чтобы успеть в срок, но всё уже позади. Теперь могу себе позволить немного расслабиться. Адриан: Да уж. Адриан: Я бы посоветовал тебе поменьше работать и побольше отдыхать, но ты, вероятно, лучше знаешь о своих возможностях, чем я. Маринетт: Надеюсь, что так, ха-ха. Адриан: Просто постарайся не перенапрягаться и хотя бы иногда заботиться о себе. Маринетт: Я попробую. Маринетт: Иииили, возможно… Маринетт: …Может, ты позаботишься обо мне? Маринетт: Вместо меня ~ Маринетт: …Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду;) Маринетт: Да-да~ Адриан: Ого, кажется, кто-то прокачал свои навыки соблазнения до 85 уровня:) Маринетт: Заткнись! Я спала сегодня всего два часа и выпила целых десять чашек кофе… Маринетт: Да даже моя двоюродная сестра Бри никогда не пила столько кофе, как я в последнее время, а эту любительницу эспрессо, между прочим, уже давно объявили персоной нон грата во всех кофейнях города ради её же собственной безопасности. Маринетт: Так что не удивительно, что моё мастерство флирта сейчас немного хромает. Просто дай мне чуток передохнуть, и думаю, что к выходным я исправлюсь ;) Адриан: Хорошо, хорошо. Адриан: «К выходным»? Ты имеешь в виду, что хочешь снова встретиться? Маринетт: Да, хотелось бы, но, если у тебя на эти выходные уже есть какие-то другие планы, я пойму. Адриан: На ​​данном этапе моей безработной жизни для меня нет ничего важнее встречи с тобой =(^•з•^)= Маринетт: О ужас, мои глаза… Адриан: Что случилось? Маринетт: Ты причинил мне боль. И причинил её вовсе не так, как я бы хотела ~ Адриан: Я? Каким образом? Неужели ты обиделась на мои слова? Маринетт: Нет, как раз твои слова были мне очень даже приятны… Но тебе обязательно было окончить своё сообщение этим дурацким кошачьим смайлом?! Адриан: Оу… прости, как-то на автомате поставил. Адриан: Ты права; это прозвучало бы гораздо сексуальнее без всяких кошачьих смайлов. Адриан: Ну так, может… обсудим наши планы на выходные. Чем бы ты хотела на них заняться? Маринетт: Ну… Маринетт: С вечера пятницы до понедельника я абсолютно свободна… Маринетт: …и мне было бы интересно поиграть, наконец, с теми игрушками, которые мы купили в «Ловеласе» уже больше месяца назад ;) А то сколько им ещё лежать без дела? Адриан: Ты забыла нашу небольшую сессию со стеком, которая была у нас несколько воскресений назад? У меня было ощущение, что тебе понравилось. Маринетт: Нет, что ты. Конечно, не забыла. Маринетт: На самом деле, я теперь каждую ночь вспоминаю её перед сном в качестве вдохновения ~ Адриан: Я, честно говоря, не знал, выбрал ли я правильный размер, но похоже, что ты намного более выносливая, чем выглядишь ~ Маринетт: Ну, что сказать, видимо придётся покаяться в своих грехах) Дело в том, что во время учебы в колледже моя чувствительность к подобной боли значительно снизилась, поскольку моим девизом тогда была фраза: «Наши руки не для скуки». Маринетт: Если уж совсем откровенно, то руки и конец тонкой расчёски) Маринетт: Хотя я думаю, что теперь мне ни к чему делать подобные вещи самой. Я лучше доверю это тебе ~ Адриан: Всегда к вашим услугам, принцесса; в любое время дня и ночи ;) Адриан: Итак… я правильно понял, что в эти выходные ты хочешь заняться чем-нибудь более… пикантным? Маринетт: Да, а ещё мне бы хотелось побывать на этот раз и в другой роли. Маринетт: Конечно, после того, как вы обучите меня, мой господин ~ Адриан: Хорошо. Адриан: Тогда, может, интимный урок с более углубленным изучением Темы в пятницу вечером, а затем практика в субботу? Маринетт: Звучит прекрасно. Маринетт: А потом день кино и видеоигр в воскресенье, как тебе? Адриан: Мне нравится;) Адриан: А как ты смотришь на то, чтобы я заехал за тобой после работы в пятницу? Маринетт: Нет, я думаю будет лучше, если меня подвезёт Алья. Маринетт: А то до пятницы осталось всего два дня, а тебе надо ещё успеть подготовиться к моему приходу ~ Адриан: Постараюсь не разочаровать вас, принцесса. Маринетт: Уверена, что так и будет, мой господин ~ Адриан: Ну, что ж, думаю, что теперь мне следует позволить тебе вернуться к работе. Адриан: До встречи! Маринетт: Постой! Маринетт: У меня для тебя есть ещё кое-что, прежде чем ты выйдешь из чата! Адриан: Да? Пользователь «Маринетт» отправил Вам фото-сообщение! Адриан: Какого… Адриан: Что ты делаешь??? Пользователь «Маринетт» отправил Вам фото-сообщение! Адриан: …О Боже! Адриан: Я в шоке! Oo Пользователь «Маринетт» отправил Вам фото-сообщение! Маринетт: Просто решила поделиться с тобой парочкой своих фотографий, чтобы ты не скучал до пятницы. Думаю, теперь тебе будет, чем заняться;) Пользователь «Маринетт» отправил Вам фото-сообщение! Адриан: …Ты знаешь, кто ты после этого? Маринетт: Знаю ~ Адриан: Тогда ты также должна знать и то, что я собираюсь провести остаток недели, фантазируя, как заставить тебя, маленькая озорница, заплатить за это импровизированное шоу. Ты ещё увидишь, какой я могу быть занозой в заднице, если меня раздразнить. Мои руки так и чешутся… Ох, и достанется же тебе, принцесса, особенно той части тебя, на которую я сейчас смотрю. Маринетт: Ловлю тебя на слове;) И буду ждать этого с нетерпением ~

***

Адриан: Красный или чёрный? Маринетт: Ты это к чему? Маринетт: Кровавые средневековые пытки или заточение в тёмном подземелье? Адриан: Ха-ха. Адриан: Я серьёзно. Маринетт: Тогда… чёрный. Адриан: Отлично. Адриан: А какой твой самый любимый фильм, среди тех, под которые ты обычно расслабляешься и отдыхаешь? Маринетт: А зачем тебе это? Адриан: Ну же, скажи, порадуй меня… Маринетт: …"Планета Земля» Адриан: Так-так-так, понятно. Адриан: А любимые сладости? Маринетт: Эмм… что-нибудь с шоколадом и малиной. Маринетт: Если ты планируешь купить что-нибудь сладенькое к чаю, то трюфели в шоколадной лавке Жана-Шарля Рошу на улице д’Асса просто умопомрачительно хороши, пальчики оближешь ~ Адриан: Я это запомню. Маринетт: Так ты расскажешь мне, для чего тебе вся эта информация обо мне? Адриан: Ну, эмм… Адриан: Увидишь, это будет сюрприз ~ Маринетт: О-ла-ла, месье Агрест, какие мы таинственные сегодня) Адриан: Я всегда таинственный ~ Маринетт: …Это ложь. Адриан: Да. Прости. Маринетт: Ты собираешься оставить меня здесь мучиться в догадках? Адриан: Да! Маринетт: Ах ты… Адриан: Увидимся через пару дней ;) ~

***

      И ежу понятно, что привести себя в порядок перед свиданием в женской раздевалке близлежащего фитнес-центра было делом непростым. Однако, несмотря на сновавших туда-сюда сотрудниц спортзала, которые то и дело бросали на Маринетт пытливые взгляды (видимо, по той причине, что уже стали подозревать что-то неладное), а также довольно узкие кабинки в душевой, она всё же сумела навести марафет с помощью восковых полосок для депиляции, бритвы и скраба для тела, прежде чем Алья подъехала за ней к ателье, чтобы отвезти к Адриану.       Маринетт имела смутное представление о том, что именно ожидало её у него дома, и была слегка взволнована. Но, в конце концов, если бы она всё знала заранее, ей было бы уже не так интересно.       Окрылённая предвкушением свидания с Адрианом она лёгкой походкой вышла из фитнес-центра, направившись в сторону места, где обычно парковалась Алья, когда заезжала к ней на работу. Настроение у неё было прекрасным, и предстоящие выходные, которых она с трепетом ждала последние несколько дней, были не единственной на то причиной.       Дело в том, что, как выяснилось, далеко не все компании модной индустрии, которым угрожал Марсель Дюбуа, шли у него на поводу. Многие вовсе не собирались бойкотировать «Божью коровку» по чьей-то там прихоти и либо продолжали сотрудничать с Маринетт втихаря, либо набирались смелости и посылали Дюбуа с его требованиями куда подальше. И не последнюю роль в таком отношении к некогда самой влиятельной модной корпорации сыграло то, что под руководством Марселя Габриэлькомпани стала выпускать в основном только копии прежних коллекций из дешевых, некачественных тканей.       А один из владельцев сразу нескольких бутиков и вовсе не слышал о «Божьей коровке» до звонка Дюбуа, зато после, практически сразу же предложил Маринетт встретиться и сделал весьма крупный заказ назло Марселю. И хотя с таким большим объемом работ, который нужно было выполнить за довольно короткий срок, Маринетт и сотрудники её ателье ещё не сталкивались, они успели сделать всё вовремя и в лучшем виде, так что заказчик остался весьма доволен результатом.       Конечно, нельзя было сказать, что дела у Божьей коровки прям наладились. Проблем у Маринетт и её команды всё равно было полно, и они всё ещё приближались к банкротству, но, по крайней мере, уже не со скоростью свободного падения. И этого было достаточно для того, чтобы в душе Маринетт зародился маленький огонек надежды на то, что им ещё удастся преодолеть все трудности и «встать на ноги» в материальном плане.       Если бы Сильвия и Элли чувствовали то же самое.       Гнев Сильвии немного поутих, но было очевидно, что она всё ещё винила Маринетт за то, в какой ситуации они оказались. А бедная Элли, в начале отчаянно пытавшаяся примирить двух своих коллег, молчаливо бросающих друг на друга обиженные и осуждающие взгляды, уже сдалась и смирилась с их «холодной войной».       Аура напряженности царила в их офисе, медленно подавляя всех до такой степени, что они не говорили ни о чём, что не было связано исключительно с работой. Это была уже совсем не та весёлая, шумная рабочая атмосфера, в которой они когда-то начинали. Прошли те времена, когда они трудились плечом к плечу, дружно подпевая дурацким радиохитам; пропал былой бушующий поток вдохновения, благодаря которому на первых порах они с лёгкостью добивались успеха. Теперь им приходилось не работать в своё удовольствие, а выживать в мире моды, но их главной проблемой всё-таки было не это, а то, что они перестали быть той единой, сплоченной командой, которой были раньше.       И Маринетт думала сейчас о том, что отдала бы практически всё что угодно, лишь бы вернуть то время, когда они были не просто коллегами, а самыми настоящими друзьями, и верили в то, что вместе смогут создать что-то действительно стоящее.       Короткий гудок автомобиля отвлёк её от мыслей о работе, заставив обратить внимание на Алью, махавшую ей из окна своей машины, стоящей напротив через дорогу. Осмотревшись по сторонам, Маринетт стремительно пересекла проезжую часть и приземлилась на переднее пассажирское сидение с небольшим довольным вздохом. — Хауди**, — пробормотала Маринетт, бросив свою сумку с вещами для ночевки у Адриана на заднее сиденье. — Понятия не имею, что это означает, и даже не хочу сейчас об этом знать, — вздохнула Алья, сделав глоток кофе из стаканчика Старбакс, пока выезжала на дорогу. — И вообще, ещё слишком рано для того, чтобы говорить со мной по-американски. — Уже полшестого, — усмехнулась Маринетт. — Ещё слишком рано, и, пока я не напьюсь вдрызг, можешь даже не начинать, — проворчала Алья, резко перестроившись на соседнюю полосу, игнорируя звуковые сигналы машин позади себя, в то время как Маринетт с испугу инстинктивно ухватилась за ручку на дверце. — Хорошо, хорошо! — сказала Маринетт, подняв руки в знак капитуляции. — Я больше не скажу ни слова в стиле янки, но пообещай, что будешь вести машину осторожнее! — Никаких обещаний, — вздохнула Алья, опустив голову на руль, когда они встали в пробку на светофоре. — Плохой день? — спросила Маринетт, поглаживая ремень безопасности. — Нет, просто… Забудь об этом, — простонала Алья, и её ногти забарабанили по рулю, когда они медленно тронулись с места. — Ты можешь рассказать мне прямо сейчас, а можешь ещё долго упираться, пока я буду выпытывать у тебя, что же тебя так гложет. Но учти, что я не отстану от тебя просто так и не выйду из твоей машины, пока ты мне всё не расскажешь, — сказала Маринетт, щёлкнув ремнём по груди. — Выбор за тобой. — Адриан будет искать тебя, — пробормотала Алья. — И, когда найдёт, никто из нас не оставит тебя в покое, пока ты не прольешь свет на причины своего плохого настроения. Ну даваааай, — сказала Маринетт, слегка ударив Алью кулаком в плечо.       Алья уставилась на приборную панель, кусая губы. — По-моему, я совершенно не подхожу Нино в качестве девушки. Да что уж там, честно говоря, дерьмовая из меня подруга, — сказала она прямо.       Маринетт недоуменно моргнула. — Ты… серьёзно? — Нет, шучу, — фыркнула Алья, выглядя так, будто она отвратительно себя чувствует уже только от одного того, что просто призналась Маринетт. — Почему? С чего вдруг ты это взяла? — удивилась Маринетт, для которой Нино и Алья всегда казались практически самой «идеально совместимой» парой на свете (уступая первое место в этом, по мнению Маринетт, только её родителям). — Да с того, что романтик из меня просто никакой! — Алья вздохнула, когда они вновь встали в пробку, и, прислонившись лбом к рулю, пояснила: — Вот, например, он каждый день присылает мне порядка пятидесяти сообщений типа «привет, как дела» и тому подобное, плюс, делится ссылками на разные статьи, которые по его мнению должны быть мне интересны… И что мне на это ответить?       Тишина повисла в машине, прежде чем Алья, подняв голову, взглянула на Маринетт. — Я серьёзно, — сказала Алья, кивнув на свой телефон. — Что мне ответить?       Маринетт, взяв телефон Альи, взглянула на экран с поднятой бровью и пролистала несколько последних сообщений. — Ну да, наверное, LOL, без разницы, ХЗ, эмм, — прочитала она вслух ответы Альи. — Последнее сообщение от Нино было два часа назад, он спрашивал, хочешь ли ты сходить сегодня вечером в кино, и ты ответила… Ничего? — Потому что я просто не знаю, как сказать ему «ну нет, давай лучше останемся дома и посмотрим телик, как парочка пенсионеров» или «не дуйся на меня, милый, но мне совсем не хочется сегодня куда-то идти, я сейчас предпочла бы надеть любимую пижаму и зависнуть в Интернете часиков до трёх ночи, пока не вырублюсь», — пробормотала Алья, проведя ладонью по своему лицу, — не обидев при этом этого мистера «Эй-детка-как-ты-смотришь-на-то-чтобы-пойти-на- выставку-концерт-матч-в-кино-клуб-боулинг-ресторан-и-тд-и-тп»… — Какое длинное имя, только не забудь его, когда вы двое поженитесь, — усмехнулась Маринетт, заправив за ухо выбившуюся из прически прядь волос. — Итак, со времен школьной скамьи прошло целых семь лет, и, естественно, у каждого из вас появились какие-то свои интересы; но что в этом плохого? — В последнее время у меня такое чувство, что у нас с ним вообще не осталось никаких общих интересов, — вздохнула Алья. — Он голосует за то, чтобы пойти поужинать в кафе, я хочу сделать это дома. Он любит независимое кино, мне нравятся малобюджетные фильмы ужасов. Он такой весь из себя… непосредственный, склонный к спонтанным действиям и супер романтичный король флирта, а я после работы флиртую, как Уолтер Кронкайт, наглотавшийся валиума.       Алья ненадолго прервала свою тираду и, сделав глубокий вдох, призналась: — Иногда у меня возникают мысли, что ты была права, когда предложила Адриану свободные отношения. Никаких тебе требований и претензий, никакого давления, никаких обязательств, никаких ожиданий, которые нужно оправдывать… — Эй, — тихо сказала Маринетт, сжав пальцами руку Альи и не ослабляя хватки, пока та не посмотрела на неё. — Ты ведь всё ещё любишь его, правда? — Я, наверное, слишком редко и как-то не так демонстрирую ему свои чувства, но да… люблю, — усмехнулась Алья. — И я точно знаю, что он всё ещё любит тебя, — сказала Маринетт. — Пойми, как бы классно мне ни было вдвоём с Адрианом, те отношения, ребят, которые есть у вас гораздо круче наших, потому что они именно те, какими и должны быть настоящие отношения. Да, похоже, между вами наступил кризис, но я даже не сомневаюсь, что вы легко преодолеете его, надо только немного поднапрячься и поработать над этой проблемой. Смотри на это всё, как на «лежачего полицейского» на пути к вашему счастью. Ведь глупо поворачивать назад при первых же незначительных трудностях, даже не попытавшись как-то исправить ситуацию, согласна?       Алья прикусила губу, когда они свернули на ту улицу, где находился дом Адриана. — Мне бы хотелось, чтобы между мной и Нино всё было так же легко и просто, как тогда, когда мы учились в старших классах. Если бы только можно было всего лишь по щелчку пальцев вернуть то, что было раньше, не прилагая никаких особых усилий… — вздохнула Алья. — Знаешь, когда он предложил переехать к нему, я согласилась практически сразу же; мне тогда казалось, что если мы станем жить вместе, то всё в наших отношениях станет только проще, но… после моего переезда нам с ним пришлось столкнуться с целой кучей совершенно новых проблем, с которыми нам вообще никогда прежде не приходилось иметь дело. — Только не сдавайся, — сказала Маринетт, поглаживая руку Альи. — Уверена, что ты и Нино вместе сможете справиться с любой проблемой, что бы там ни было. Ну, а пока, судя по тому, что я от тебя узнала, ему попросту нужно будет уяснить, что его девушке время от времени бывает необходимо побыть в одиночестве, чтобы отдохнуть, расслабиться и восстановить силы, а тебе в свою очередь придётся стиснуть зубы и хотя бы иногда заниматься тем, чем хочет Нино, ведь не так уж и трудно пару раз в неделю позволить себе с головой окунуться в романтику. На худой конец, если всё это не сработает, просто надень эротичный бэби-долл и дождись в таком виде его возвращения домой.       Алья фыркнула, но Маринетт успела заметить блеск в глазах своей подруги, что означало, что Алья всерьёз задумалась над её последним предложением. — Ладно… так и поступлю, — сказала Алья, остановившись перед домом Адриана. — Итак… раз уж я раскрыла тут перед тобой все свои карты, то, может, и ты поделишься со мной своими секретами? Например, что вы там с Господином Любителем «Китикэта» запланировали на эти выходные? — Без понятия, — сказала Маринетт, таинственно улыбаясь. — Я попросила его удивить меня на этот раз, и он сделал несколько завуалированных угроз в адрес моей задницы, поэтому думаю, что в понедельник нам с тобой лучше сходить пообедать туда, где можно поесть стоя. — Какие же вы странные… — вздохнула Алья, покачав головой. — Не понимаю, как вообще можно получать удовольствие от боли? — Ну вот, например, тебе ведь тоже наверняка нравится ощущение ​​приятной боли в мышцах после тренировок в фитнес-клубе? — спросила Маринетт, потянувшись за своей сумкой. — Нет, не нравится. Ненавижу фитнес, — сказала Алья, — И если бы у нас в семье не было наследственных заболеваний сердца, то хрен бы кому удалось затащить меня в спортзал. — Ну… видимо, это просто не для тебя, каждому своё, — Маринетт пожала плечами и, поцеловав Алью в щёку, вылезла из машины. — Спасибо за то, что подбросила с ветерком! — Спасибо, что дала мне выговориться, — сказала Алья, махнув на прощанье отступившей на несколько шагов Маринетт. — Позвони мне, если тебе понадобится моя помощь. — Непременно позвоню! Ни за что не пропущу твой рассказ о том, как сработал наш план с комбинацией в стиле бэби-долл! — прокричала Маринетт, стараясь быть громче звука заведенного двигателя.       Не в силах сдержаться, она рассмеялась. Алья же тем временем улыбнулась в приоткрытое окно и, показав своей чересчур развеселившейся подруге средний палец, тронулась с места, оставив ту стоять на безлюдной улице перед домом Адриана с покачивающейся сумкой в руках.       Так легко и непринужденно, как сейчас, Маринетт не чувствовала себя уже довольно давно. Проводив взглядом машину Альи, она в приподнятом настроении, бодрой походкой направилась к входной двери и, поднявшись на крыльцо, собиралась уж было позвонить… Однако её рука так и повисла в воздухе, когда она заметила, что к двери прилеплена слегка влажная записка: «Привет, Маринетт, Я в душе. Проходи пока, располагайся, чувствуй себя как дома. PS Если вы не Маринетт, пожалуйста, не обращайте внимания на то, что здесь написано, и не входите, чтобы обокрасть меня».       Маринетт закатила глаза и, сняв записку, прошла в прихожую. Из глубины дома до её слуха доносились звуки льющейся воды, отчего на мгновение у неё даже возникла идея раздеться догола и залезть под душ к Адриану, но, поразмыслив и напомнив себе, сколько времени она провела в поисках идеального наряда для встречи с ним, Маринетт решила всё же дождаться его в гостиной за журнальным столиком. Ей не хотелось, чтобы большая половина её обеденного перерыва была потрачена впустую, хотя увидеть реакцию Адриана на её неожиданное появление под струями воды в костюме Евы было бы, конечно, забавно.       «По крайней мере, не сегодня. Возможно, в другой раз», — подумала она.       Зайдя первым делом на кухню, Маринетт глубоко вздохнула и, раскинув руки в стороны, немного покрутилась вокруг собственной оси, чтобы прочувствовать то, как здесь было просторно. Пожалуй, даже если бы она засунула в эту кухню весь свой офис, в ней всё равно осталось бы ещё полно свободного места. Да что уж там, наверняка даже гардеробный шкаф Адриана был больше того пространства, в котором ей приходилось жить в последнее время. Но, в конце концов, это был её личный выбор, так что не было смысла жалеть себя.       С небольшим довольным вздохом Маринетт открыла бутылку минеральной воды из холодильника Адриана, а затем побрела к дивану и плюхнулась на валяющуюся на нём большую, чёрную подушку… — Мрррмяу!       …которая оказалась и не подушкой вовсе.       Маринетт резко вскочила и, ударившись коленом о столик, стоящий перед ней, приземлилась на пол, схватившись за ушибленную ногу, в то время как крупный пушистый чёрный кот, первоначально показавшийся ей подушкой, лениво открыл глаза и, бросив на неё хмурый, сонный взгляд, полный презрения, перевернулся и возобновил свой сон на диване. — Какой милый котик… — сказала Маринетт, привстав и протянув палец, чтобы почесать пушистого «милашку» за ушком. — И откуда ты взя… Ах ты тварь!       Кот резко повернул голову, и слегка прикусил палец Маринетт, заставив её отдёрнуть руку и отступить. — Вот ведь гадёнышшш, сссукин сссын, — прошипела она, прижав бутылку воды к маленькой красной отметине, и, нахмурившись, злобно посмотрела на продолжавшего как ни в чём не бывало лежать на диване котяру с мыслью похоронить его под кучей подушек, валяющихся рядом. Но прежде чем она смогла осуществить задуманное, у неё за спиной раздались звуки шлепающих по паркету босых, влажных ног. — О, вижу, вы уже познакомились! — сказал Адриан, откинув мокрые волосы назад, когда вошёл в гостиную. — Только береги пальцы; а то он иногда кусается. — Надо же, а по нему и не скажешь. С виду сущий ангел, — пробормотала Маринетт, повернувшись и встав лицом к лицу с Адрианом. Он вышел к ней в чёрной спортивной майке и шортах для бега и выглядел даже чересчур сексуально, настолько, что его выбор одежды для встречи с Маринетт можно было назвать не чем иным, как расчётливым ударом по её либидо. Несколько капель воды, стекающих по внутренней поверхности его бедра, буквально на пару секунд привлекли её внимание, прежде чем она подняла свой взгляд и их глаза встретились. На мгновение ей показалось, что она увидела дразнящий блеск в его глазах, но он слишком быстро развернулся и направился в сторону кухни, так и не дав ей возможности убедиться в этом.       «Решил подразнить меня?», — подумала она с небольшой усмешкой. Конечно же, он был тут не единственным, кто делал ставку на внешний вид. Свободный топ с портретом Джаггеда Стоуна и ультракороткие джинсовые шорты на ней тоже были выбраны вовсе не из-за их функциональности, удобства или потому, что они были супермодными. И, судя по тому, как Адриан то и дело косился на её бледные, веснушчатые ноги, пока снимал мокрое полотенце с шеи и вешал его на откидную сушилку, её наряд работал точно так, как и было задумано. — И когда это он у тебя успел появиться? — спросила Маринетт, указав большим пальцем на огромный чёрный комок шерсти, который с грохотом спрыгнул с дивана и неуклюже засеменил в сторону спальни, издав на последок недовольное «мррмяу». — Несколько дней назад, — сказал Адриан, мотнув головой, чтобы встряхнуть свои влажные волосы, когда заглянул в холодильник. — Забрал его из Приюта Святого Франциска после окончания смены. — Постой-ка, постой-ка… какой ещё «смены»? — сказала Маринетт, подойдя к барной стойке, в то время как Адриан открыл выуженную из холодильника банку с газировкой. — Оу… разве я не говорил? — широко улыбнулся Адриан, потирая затылок. — Я тут на прошлой неделе устроился волонтёром в приюте для бездомных животных. Приезжаю туда два раза в неделю, чтобы помочь с кормлением и ещё много чего. Просто подумал, что это будет лучше, чем просто сидеть дома без дела…       Он на секунду замолк, заметив отрешённую улыбку на лице Маринетт, а затем спросил: — Ты думаешь, что это странно? — Нет-нет, это… просто отлично, — сказала Маринетт, слегка рассмеявшись. Образ Адриана, окружённого очаровательными бездомными зверушками, маячил у неё перед глазами, и это было так мило, что она просто не могла не улыбнуться. — Звучит как идеальная работа для тебя на неполный рабочий день… плюс, бонусы в виде бесплатных котов… — Ну, не таких уж и бесплатных; для того, чтобы забрать Тикки из приюта, нужно было оформить кучу документов, всё это и так стоило кругленькую сумму, а я ещё и за срочность доплатил, — сказал Адриан, сделав несколько глотков, в то время как незаметно вернувшийся на кухню Тикки, потеревшись мокрым носом о его лодыжку, вскочил на барную стойку между ним и Маринетт. — Тикки? — сказала Маринетт, взглянув на сердитого кота с приподнятой бровью. — Довольно странное имя… для кота. — Не я дал ему эту кличку, он получил её ещё в приюте и успел привыкнуть к ней. Правда, некоторые волонтёры ещё звали его «Уголёк», и он откликался, но мне всё же больше нравится «Тикки», по крайней мере, звучит не так банально, — сказал Адриан, поставив банку с остатками газировки на барную стойку, а затем, сняв оттуда кота, осторожно опустил его на пол, предварительно поцеловав за ушком. — А вообще, он довольно долго жил там, и по какой-то непонятной причине никто не хотел его брать.       Маринетт отдёрнула руку, когда Тикки, встав на задние лапы, опёрся на неё и игриво хлопнул передней лапой по её пальцу. — Даже не представляю, почему, — пробормотала она.       Адриан засмеялся, покачав головой, и направился обратно в гостиную. — Если хочешь, я могу отнести его в гараж; у меня там для него выделена отдельная комната с разноуровневыми лежанками, всевозможными игрушками из зоомагазина и мисками с несколькими видами корма, плюс, оттуда есть доступ во внутренний двор. В общем, настоящий кошачий рай. — О… хорошо, но пока не надо, — вздохнула Маринетт. — Вообще, я, конечно, его люблю, но, когда у него начинают проявляться охотничьи инстинкты и он пускает в ход свои коготки и зубы, у меня с ним разговор короткий — сразу за шкирку и в гараж. Так что, если он будет тебе докучать, то только скажи… — усмехнулся Адриан, плюхнувшись в кресло, и кивнул в сторону кушетки напротив. — Как там дела на работе? — Знаешь, я даже не ожидала, что с недавним крупным заказом всё пройдёт настолько гладко, — ответила Маринетт, расположившись на кушетке, закинув ногу на ногу. — Но мы смогли сделать всё быстро и, главное, качественно. — Заказчик доволен? — спросил Адриан. — В полном восторге, — пробормотала Маринетт, наблюдая за тем, как майка Адриана задралась, оголив его пресс, когда он лениво потянулся. — Сказал, что в следующем сезоне непременно обратится к нам снова… — Классно, — кивнул Адриан, облизнув губы, в то время как Маринетт прижала бутылку воды к затылку. — Это… просто отличная новость. — Да, отличная… — сказала Маринетт, нервно кивнув. Неловкая пауза повисла в разговоре между ними, пока она, блуждая взглядом по гостиной, пыталась придумать новую тему для их дружеской беседы. На ум приходила только тема «секса», но этот вариант был в данный момент совсем не к месту, ведь ей бы не хотелось, чтобы он подумал о том, что её интересовала только эта часть их отношений; и что единственной причиной, по которой она хотела бы провести с ним время, было желание получить оргазм. Вот только думать сейчас о чём-либо ещё, когда Адриан находился практически в нижнем белье перед ней, было неимоверно сложно. — Итак… — сказала Маринетт через пару минут, сведя ноги вместе и взглянув через гостиную на Адриана. — Какие у тебя планы на эти выходные?       Адриан подавил улыбку и, стараясь не выглядеть взволнованным, беззаботно пожал плечами: — Даже не знаю, если честно. — Правда? — спросила Маринетт, подняв бровь. — Неужели нет… совершенно никаких планов? — Ну… Могу остаться дома и провести все выходные на диване перед теликом… — сказал Адриан, постукивая ногой. — …или встретиться с кем-нибудь из друзей в кафе, Хлоей например. Я ещё не решил. — Серьёзно? — спросила Маринетт, нахмурившись. — А ты ничего не забыл? — …Да вроде бы нет, — сказал Адриан через мгновение, постукивая пальцем по подбородку. — Думаю, что это будут самые обычные выходные, ничего интересного.       В сердце Маринетт небезосновательно закралась обида, но только на долю секунды, а именно до тех пор, пока она не заметила лёгкую дразнящую улыбку, появившуюся на губах Адриана, когда его блуждающий по комнате взгляд остановился на её коленях. — Разве что… Может, у тебя есть какие-нибудь предложения получше?       …Больше у неё не осталось никаких сомнений: он определенно хотел втянуть её в свою долбанную игру.       Поборов желание закатить глаза, она медленно встала, стараясь успокоить свои расшатанные нервы, и неторопливо преодолела расстояние между ней и Адрианом под его пристальным взглядом, внимательно изучающим то, как её бедра покачивались с каждым целенаправленным шагом к креслу, на котором он сидел. — Отлично… — сказала Маринетт, прикусив губу, и, скинув шлепанцы, стала заползать на кресло. — Я имею в виду… что мне не хотелось бы, чтобы у моего друга были очередные скучные, ничем не примечательные выходные…       Сев на колени Адриана, она улыбнулась и обняла его за шею, в то время как он инстинктивно обхватил руками её бёдра. — Поэтому, чтобы скрасить для тебя этот уикенд, я предлагаю тебе в качестве развлечения… себя. Как ты на это смотришь? — спросила Маринетт, глядя на Адриана сверху вниз, и её губы задрожали в улыбке. От неё не ускользнуло ни то, как он издал лёгкий вздох, когда она забралась ему на колени, ни то, как его руки сжали её бёдра ещё сильнее, когда она слегка наклонилась вперёд, прижавшись к его груди. Взгляд Адриана опустился ниже, на её топ, и она подумала, не заметил ли он того, что под ним у неё ничего нет. — Правда? — пробормотал Адриан, в то время как его пальцы, скользнув вверх, добрались до пояса на её шортах. — Это очень заманчивое и даже, можно сказать, весьма щедрое предложение… но ты должна знать, что у меня довольно своеобразное представление о развлечениях и иногда во время своих забав я могу быть довольно грубым. — Ничего страшного, я сейчас в отличной физической форме, — сказала Маринетт, тяжело дыша, в то время как руки Адриана оказались под её топом. — И уверена, что смогу справиться с любым испытанием, которое вы подготовите для меня, мой господин. — Уверена, говоришь? — произнёс Адриан, скользя пальцами по её коже всё выше и выше. — Ну что ж, посмотрим…       Маринетт наблюдала, как выражение его лица резко изменилось, когда его руки добрались до её груди. Теперь он всматривался ей в глаза пытливым взглядом, на его щеках появился довольно заметный румянец, а на губах заиграла ухмылка. — А ты ничего не забыла? — Да вроде бы нет, — ответила Маринетт, стянув с себя топ над головой и бросив его за спину. Её обнажённые, усыпанные веснушками груди слегка подпрыгнули, когда она, положив ладони Адриану на плечи, попыталась устроиться на его коленях поудобнее. — Но если ты об этом… то просто все мои более-менее приличные лифчики были в стирке, так что я подумала, а почему бы не пойти прямо так. А что? Удобно, ничего не меша… Аау!       Маринетт тихонько взвизгнула, когда Адриан, наклонив голову, осторожно и неторопливо втянул один из её сосков в свой горячий рот, отчего по её коже пробежали мурашки. Наслаждаясь теми ощущениями, которые он дарил ей, она потеряла счёт времени и уже не могла разобрать, как долго он посасывал её сосок до того момента, как его губы перешли на её мягкую, обнажённую кожу. Её рабочие будни были полны стресса и разочарований, и у неё практически не было времени на то, чтобы удовлетворить свои сексуальные потребности, а то редкое мимолетное облегчение, что она могла себе позволить, только ещё сильнее разжигало в ней желание встречи с Адрианом. Но она и подумать не могла, что даже такие незамысловатые, банальные ласки от него смогут оказать на неё настолько интенсивный эффект. Наверное, это было из-за того, что они уже давно не были вместе и она успела позабыть те чувства, которые пробуждали в ней прикосновения его рук, губ, языка…  — Ах! — вскрикнула Маринетт, сжав пальцами его плечи.       …и кончиков зубов. — Это было не слишком грубо для тебя? — пробормотал Адриан, взглянув на неё из-под ресниц во время поцелуя красноватой отметины от укуса. Маринетт отрицательно покачала головой, так что её заплетённые во французском стиле косички подпрыгнули, в то время как Адриан, оставив линию поцелуев на её груди, приблизился к ареоле другого её соска. На этот раз, впившись зубами в её кожу неподалеку от ареолы, он непрерывно наблюдал за её реакцией, пока новый след от укуса на её теле, поставленный симметрично первому, не был готов. Она прикусила губу, закрыв глаза, и издала тихий скулящий вздох. Ее руки скользнули вниз к его груди, пальцы сжали ткань его майки, а бёдра качнулись вперёд-назад. Вне всяких сомнений, ей нравились острые ощущения, и это было своеобразным сигналом для Адриана, что он может продолжать свои действия. И каждый раз, когда он посасывал или слегка покусывал её грудь, она тёрлась о его пах, ерзая на нём и явно чувствуя, как напряжён его член, а ее всё более хриплые стоны сливались со звуком его влажных, небрежных поцелуев.       Грудь Маринетт поднималась и опускалась с каждым дрожащим вздохом, и к тому времени, как Адриан отстранился от неё, он оставил целый ряд нежно-розовых засосов и следов от укусов, которые приятно побаливали, когда прохладный воздух комнаты попадал на них. — А ты по прежнему хороша на вкус, принцесса, — промурлыкал Адриан, облизнув губы с усмешкой. Она уже давно просекла фишку: чтобы заставить его быть плохишом, нужно как-то его стимулировать. И, видимо, самым быстрым способом активировать «Агреста-Доминанта» было заползти Адриану на колени и сунуть свои сиськи ему в лицо. Да уж… если бы она знала это раньше, то на их первую встречу у него дома она надела бы только пальто и улыбку, а не мучилась бы, тратя кучу времени на выбор наряда. Как бы то ни было, на данный момент она уже видела перед собой полный желания взгляд Адриана, а это означало, что он уже переключился на свою роль и никаких проблем с переходом к игре у него уже не возникнет. — Но на этот раз у меня другие планы на твой счёт… — сказал Адриан, опустив руки ей на бёдра и сжав её ягодицы через шорты. — Догадываешься, на что я намекаю? — Даже не представляю… хах, — хихикнула Маринетт, попытавшись пошевелить своей задницей в руках Адриана, в ответ на что тот сжал её ещё сильнее. — Ах ты дерзкая маленькая дразнилка, — усмехнулся Адриан, одной рукой притянув её к себе за косичку до тех пор, пока их лбы не прижались друг к другу. — Ты ведь прекрасно знаешь, на что обрекла меня, отправив мне те фотографии, не так ли? — Я думала, что вы порадуетесь увидев их, мой господин, — пробормотала Маринетт, прикусив губу и прищурившись, в то время как Адриан продолжал щупать её. — Вам ведь нравилось смотреть на мою пятую точку, если мне не изменяет пам… бл… ять!       Звук шлепка, приглушенный денимом, обтягивающим её задницу, заставил Маринетт смутиться. Она выругалась и её пальцы вцепились в спинку кресла, когда Адриан сжал ту ягодицу, которую он недавно ударил. — Мне нравится твоя хорошенькая маленькая задница, когда она здесь, прямо передо мной, и я могу поиграть с ней, — сказал Адриан, в то время как его руки пробрались к пряжке ремня на шортах Маринетт и расстегнули его. — Картинки сами по себе не могут принести мне удовлетворения; всё, что они могут, это лишь помочь в поисках вдохновения и… идей.       Маринетт вздрогнула, когда Адриан, разобравшись с ремнем, медленно потянул застёжку-молнию на её шортах вниз. Она слегка переместилась у него на коленях, чтобы дать лучший доступ к своей расстёгнутой ширинке, и немного отклонилась назад, когда он приспустил её шорты, позволив ему рассмотреть своё нижнее бельё «во всей красе». Маринетт, конечно, могла бы прийти в сексуальных кружевных трусиках или в тоненьких стрингах, но для этой встречи с Адрианом выбрала самые обычные чёрные трусики-шортики, и неспроста, ведь именно в них она позировала для фотографий, которые отправила ему пару дней назад. И сейчас, когда он смотрел на её, казалось бы, довольно незаурядный предмет нижнего белья, как на заклятого врага, она мысленно радовалась тому, что теперь то уж он точно выполнит своё обещание заставить её заплатить за устроенное ей маленькое импровизированное телефонное стриптиз-шоу.       …А это ведь было именно то, чего она и добивалась. — Ты, кажется, сказал «идей»? Каких таких «идей»? — спросила Маринетт, в то время как его пальцы подцепили край её трусиков. — Ты правда хочешь узнать об этом? — спросил Адриан, взглянув ей в глаза и широкая улыбка, напоминающая шакалий оскал, медленно расползлась по его лицу. Это был в какой-то мере риторический вопрос, сказанный с долей флирта, однако Маринетт также уловила в нём и скрытый смысл, а именно то, что последнее слово осталось за ней и, несмотря на то, что их встреча с самого начала была её идеей, она всё ещё может отступить и отказаться от запланированной сессии.       Только какое ещё к чёрту «отступить»? Уж этого она точно не хотела. — Ну… Вы ведь будете нежны со мной, мой господин? Правда? — театрально заморгала Маринетт, опустив руки ему на плечи. — Осторожен? Да. Нежен? — Адриан коснулся пальцами её подбородка и, глядя ей прямо в глаза, произнёс: — И не надейся.       Ей стало жарко от его слов, будто тёплая волна окатила её с головы до ног. Она обвила руки вокруг его шеи и улыбнулась ему в ответ. — В таком случае… Мне уже не терпится увидеть, какие же идеи появились у вас после просмотра моих снимков, мой го… — Мрррмяу.       Маринетт вздохнула  и, прищурив глаза, бросила злобный взгляд на пушистое чёрное чудовище, взгромоздившееся на кушетке и наблюдающее за ними оттуда двумя бесстрастными жёлтыми глазами. — Я, вообще-то, не с тобой говорю. А влезать в чужой разговор, тем более перебивая, крайне невежливо, — сказала Маринетт, показав язык Тикки, в ответ на что тот начал вылизывать себя под хвостом. — Котов бесполезно учить манерам, — усмехнулся Адриан. — Им нет никакого дела до вежливости. — Я не хочу, чтобы этот мохнатый зубастый котяра всё время пялился на нас, — проворчала Маринетт, скрестив руки на груди. — Разве в твоём большом доме нет такой комнаты, в которой можно уединиться? Сильно сомневаюсь. Так, может, лучше отправимся туда, где нам точно никто не помешает?       Адриан рассмеялся, обняв её за талию. — Я уж начал думать, что ты никогда не попросишь…       Раньше Маринетт как-то особо не обращала внимание на то, сколько времени Адриан проводил в спортзале, но теперь, когда он подхватил её под бёдра и, встав вместе с ней с кресла, поднял её в воздух, как пушинку, она не могла этого не отметить. Она вскрикнула от удивления, обхватив его руками вокруг шеи, в ответ на что он только ухмыльнулся и уверенной походкой пошёл вперёд. — Да ты, наверное, часами не слезаешь с тренажёра для приседа, — хихикнула Маринетт, слегка прикусив мочку его уха, пока он проносил её мимо своей комнаты, направляясь к лестнице. Она не знала, где именно у них с Адрианом запланирована сессия, но она подозревала, что это как-то связано с «сюрпризом», о котором он упоминал в чате. — Ну что сказать? Это всё заслуги моего личного тренера, — рассмеялся Адриан, поднимая Маринетт вверх по лестнице. — Он просто супер. Если хочешь, могу дать тебе его номер. — Не знаю, что и думать. Ты решил дать мне номер другого парня, чтобы свести нас с ним вместе, — сказала Маринетт, когда Адриан остановился перед дверью в свой тренажёрный зал, — или это был намёк в стиле «неплохо бы было тебе заняться спортом, детка, а то ты стала как-то слишком много весить»? — Занятия спортом ещё никому не мешали, а он и вправду отличный тренер, — сказал Адриан, пытаясь открыть дверь, одной рукой придерживая задницу Маринетт. — Кроме того… что-то подсказывает мне, что в тебе достаточно мазохизма для некоторых его тренировок. — Как тонко подмечено, — хихикнула Маринетт, когда Адриан наконец открыл дверь. — Хотя, по правде сказать, единственная тренировка, которой я сейчас интересуюсь это… твою ж мать, ты и в самом деле создал секс-подземелье? — Это не подземелье, — усмехнулся Адриан, опустив Маринетт на ноги, и, щелкнув рубильником на стене, включил свет. — Комната на втором этаже просто не может быть секс-подземельем, по определению. — Позволь с тобой не согласиться, — сказала Маринетт, озадаченно разглядывая бывший тренажёрный зал, засунув руки в карманы, чтобы придержать норовившие свалиться с неё расстёгнутые шорты. Всё спортивное оборудование было вынесено из комнаты, и, судя по тому что малярный скотч, до сих пор красовался на плинтусах, Адриан только недавно закончил покраску стен в теплый оттенок красного. Практически точно такого же цвета был и плюшевый плед на широком диване-футоне, упирающемся в дальнюю стену прямо напротив большого телевизионного экрана, установленного в стене рядом с дверью. Сделав несколько шагов вперёд по довольно затейливо выложенному паркетному полу, она оказалась в самом центре комнаты; слева от неё были тёмный дубовый шкаф и небольшой мини-бар, справа висело огромное зеркало, а над головой в тусклом свете матовых лампочек, видневшихся из-под плафонов светильников, поблёскивали ввинченные в потолок хромированные рым-болты, через которые была пропущена чёрная верёвка, свисающая до самого пола. — По-моему, это самое настоящее секс-подземелье, — усмехнулась Маринетт, немного смущённо скрестив ноги, в то время как Адриан, прислонившись к стене, наблюдал, как она осматривает проделанную им работу. — Тебе не нравится? — спросил Адриан, приподняв бровь. — Я этого не говорила, — сказала Маринетт, слегка сжав верёвку в руке. — Просто… мне как-то неудобно от того, что ты сделал всё это всего лишь для меня. — Почему это «лишь для тебя»? — фыркнул Адриан. — Я сделал это в первую очередь для себя, чтобы я мог с комфортом наслаждаться видом хорошеньких связанных девушек. — Так вот, чем ты занимаешься здесь, пока меня нет… — улыбнулась Маринетт, поглядывая на Адриана через плечо и обматывая верёвку вокруг пальцев. — Похищаешь невинных девушек и запираешь их в своём извращенском секс-подземелье? — Ну… во-первых, это всё же не подземелье, — сказал Адриан, подняв руку и начав загибать пальцы. — Во-вторых, я пока что никого не похищал… И, наконец, в-третьих, я никого никуда не собираюсь запирать… потому что сегодня это твоя работа. — Что, прости? — спросила Маринетт, когда Адриан кивнул в сторону слегка приоткрытой двери. — Прежде чем мы чем-либо займёмся, — сказал Адриан, — мне нужно, чтобы ты заперла дверь.       Маринетт хотела уж было сказать ему, что он в конец обнаглел и что раз он стоит ближе к двери, то пусть сам её и запирает, но она не стала этого делать, осознав, что он не просто так из прихоти просит именно её закрыть их в этой комнате. «Он хочет убедиться в том, что я на самом деле хочу начать сессию и не передумала, увидев место, где всё будет происходить, хочет ещё раз получить моё согласие на свои действия. Адриан просто осторожен, и он будет таким и дальше… даже если в его планах на этот вечер нет пункта быть нежным со мной». Последняя мысль, по правде говоря, заставила её сердце пропустить удар.       В ответ на просьбу Адриана Маринетт отпустила верёвку и направилась к двери, вышагивая с важным видом, не обращая внимание на то, как с каждым шагом её расстёгнутые джинсовые шорты всё больше сползали вниз по её ногам. Она вышла из шорт, когда подошла к двери, и теперь была одета только в чёрные трусики-шортики, выгодно подчеркивающие её подтянутые, упругие ягодицы. Встретившись взглядом с Адрианом, она протянула руку и, немного поколебавшись, хлопнула дверью так сильно, что даже качнулись светильники на потолке. Всё ещё не отводя взгляда от глаз Адриана, она повернула дверной замок, заперев дверь на задвижку, и ухмыльнулась после того, как довольно громкий звук щелчка металла о металл прозвучал в полной тишине.       Адриан кивнул с лёгкой улыбкой и, приблизившись к ней, слегка приобнял её одной рукой, в то время как другой коснулся её подбородка. — Я смотрю, ты уже вся горишь от желания начать… Не терпится заняться чем-нибудь эдаким? — пробормотал Адриан, облизнувшись, глядя на неё сверху вниз. — Не я провела капитальный ремонт целой комнаты ради одного вечера, мой господин, — ответила Маринетт, и её губы подёрнулись в нахальной улыбке, в то время как Адриан издал небольшой смешок. — Кто сказал, что это всё всего лишь на один вечер? — сказал Адриан, накручивая одну из её косичек себе на палец. — В последнее время ты была такой озорницей, что я сильно сомневаюсь в том, что одной ночи будет достаточно для того, чтобы научить тебя… дисциплине.       От слова «дисциплина» по телу Маринетт пробежали мурашки, переходящие в лёгкую дрожь, и когда пальцы Адриана коснулись тонкой ткани её трусиков, прикрывающей промежность, она практически по инерции вцепилась в его руку. Она всё ещё не могла понять, как, казалось бы, простые прикосновения, слова сказанные более низким голосом, задумчивое выражение лица и голодный взгляд Адриана могли так завести её. Причём она ясно видела, что помогал ему в этом вовсе не его актерский талант. Он не превращался перед ней в совершенно другого человека, он только несколько гиперболизировал черты своего характера и придавал им некий доминирующий оттенок. Это был всё тот же Адриан; просто в данный момент он демонстрировал ей другую, обычно скрытую от посторонних сторону своей личности…       …сторону, которая ей чрезвычайно нравилась. — Ну ради т-такой цели я согласна предост-тавить вам столько времени сколько пот-требуется, мой господин, — заикаясь, произнесла Маринетт, всхныкнув, когда Адриан сунул руку в её трусики и слегка сжал её ягодицу. — Что ж, мне это по нраву, — промурлыкал Адриан, наклонившись и поцеловав Маринетт в лоб, продолжая заигрывать с ней, поглаживая и пощупывая её пальцами под нижним бельём, в то время как она переминалась с ноги на ногу. — Мы так давно не были вместе, что я успел изрядно соскучиться. Думаю за ожидание мне положены соответствующие компенсации. Как насчёт того, чтобы ты была в моей власти всю ночь… напролёт. Звучит неплохо, да? — Да, мой господин, — кивнула она в ответ, печально вздохнув, когда его рука выскользнула из ее трусиков. Маринетт расслабилась… вот только напрасно, потому что уже через мгновение последовал резкий шлепок по её левой ягодице, от которого она взвизгнула. — И я думаю, что лучше всего мне начать с твоей прелестной маленькой задницы, — сказал Адриан, нежно поглаживая то место, на которое пришёлся шлепок, в то время как Маринетт тихонько заскулила. — Похоже, ты тоже этого хочешь, не так ли? — Да, мой господин, — не раздумывая сказала Маринетт, ухватившись за край его майки. — Кажется, ты уже ко всему готова, что бы я не предложил, — засмеялся Адриан, поцеловав её в висок. Убрав от себя её руки, он завёл ей их за спину, где она сцепила пальцы в замок, и продолжил: — Готова… но пока что кое-чего на тебе не хватает.       Адриан начал задумчиво разглядывать Маринетт, вышагивая вокруг неё, будто пытаясь понять, чего же именно ей недостает, в ответ на что она тихонько хихикнула и наклонила голову назад, чтобы выставить напоказ свою обнажённую шею. — Ах да, — сказал Адриан, остановившись перед ней, и стукнул себя по лбу, как будто внезапно осознал какого именно атрибута ей не хватало. — Конечно… моей маленькой киске нужен свой собственный ошейник, не так ли? — Это один из моих самых любимых аксессуаров, мой господин, — ответила Маринетт, стараясь не придавать особого значения тому, что он назвал её «моя». — Это точно придаст твоему образу завершенности, не правда ли? — сказал Адриан, направившись к шкафу. — Чувствую, что мы на пороге создания новой модной тенденции… — Трусики и кожаные ошейники? — спросила Маринетт с приподнятой бровью, неторопливо последовав за ним и остановившись посреди комнаты под свисающей верёвкой. — Не думаю, что мир моды готов к этому. — Не стану спорить, всё равно ты разбираешься в моде лучше, — рассмеялся Адриан, добравшись до полированной деревянной шкатулки и вынув из неё чёрный кожаный ошейник с хромированными кольцами, тот самый, который Маринетт носила в их первый игровой вечер. — Но ты ведь не против надеть его ради меня? — Конечно, всё ради вас, мой господин, — сказала Маринетт, когда Адриан, подойдя к ней, осторожно развернул её так, чтобы она оказалась лицом к зеркалу.       Там в зеркальном отражении щёки её горели алым пламенем, но её это даже не удивило, как ни удивило и то, что её сердце с удвоенной силой забилось в груди, когда Адриан расстегнул ошейник позади неё. Возможно, это было немного глупо, но кожаный ошейник для Маринетт был не просто очередным аксессуаром, не просто частью тематического антуража, он имел для неё гораздо большее значение, являясь фактически залогом исполнения её желаний и потаённых фантазий. Без него она бы не смогла в полной мере ощутить себя в чужой власти.       Зато, когда мягкая кожа ошейника обхватила её шею, она действительно почувствовала, что принадлежит Адриану, что теперь она «его», пусть и ненадолго. — Так намного лучше, — сказал Адриан, коснувшись губами её макушки, и, услышав тихий вздох от Маринетт, проверил, не слишком ли туго затянут ошейник. — В моих вещах ты выглядишь просто потрясающе, принцесса. — Спасибо, — пробормотала Маринетт, прикусив губу, когда его пальцы скользнули вниз по её рукам. Она уже давно заметила, что чем дальше они погружались в свои игры, тем смелее становились его прикосновения, и теперь, решив делать всё возможное для того, чтобы поощрять блуждание его рук по своему телу, ухватилась за пояс его шорт позади себя, когда он мягко сжал её грудь. — Эй-эй, полегче… Я не разрешал тебе прикасаться ко мне, — усмехнулся Адриан, а затем дождавшись момента, когда Маринетт прижала ладони к своим бёдрам, оттянул пояс её трусиков и отпустил его, отчего тот щёлкнул по низу её спины. — Ты получишь свой шанс развлечься с моим телом завтра… сегодня моя очередь.       Маринетт демонстративно вздохнула, закатив глаза: — Я тебе это ещё припомню. — Конечно, припомнишь, но только завтра. А сейчас… — Адриан замолк, и, потянув за верёвку, протянутую через рым-болты, спустил её на пол. Маринетт с тревожным ожиданием наблюдала за сосредоточенным выражением на его лице, в то время как он оценивал длину верёвки у себя в руках. Наконец, он кивнул и, сложив веревку пополам, подошёл к ней спереди. —…запястья, — скомандовал Адриан, в ответ на что она протянула ему свои руки. Он обхватил сложенной верёвкой её запястья, сведя их вместе, и протащил концы верёвки через образованную петлю, в то время как Маринетт непрерывно следила за всем, что он делал. — Этот узел называется «голова жаворонка», да? — спросила она. — А у тебя глаз-алмаз, — усмехнулся Адриан, затянув получившийся узел покрепче и сделав ещё около семи витков вокруг её запястий. — Ну, я же дизайнер, — сказала Маринетт, наблюдая за тем, как Адриан просунул палец между намотанной верёвкой и её запястьем. — К тому же у меня есть скаутский значок за завязывание узлов. — Даже значок есть? Тогда ты легко научишься связывать нижних, бывшие скауты всё схватывают на лету, — пробормотал Адриан, пропустив концы верёвки между её запястьями, и начал обматывать ими находящуюся там верёвку. — А пока… не беспокойся об этом.       Но, как бы ей ни хотелось сейчас просто отключить мозги и полностью расслабиться, она не могла этого сделать и продолжала пристально следить за тем, как он связывал её, запоминая каждый оборот, каждое переплетение веревки и то, как он был сконцентрирован на своих действиях. Пожалуй, среди всех прочих практик БДСМ именно верёвочный бондаж вызывал у неё наибольший интерес, особенно после довольно рискованной коллекции одного её однокурсника из дизайнерского колледжа в Нью-Йорке, использовавшего на моделях чулки из переплетённых верёвок в стиле «а-ля шибари». Маринетт тогда, должно быть, провела чуть ли ни большую половину дня, пытаясь повторить то же самое на своих ногах, правда успеха в этом она так и не достигла и в конце концов, изрядно помучившись и окончательно запутавшись в верёвках, бросила свои попытки (после чего ей, кстати говоря, пришлось ещё прыгать за ножницами со связанными лодыжками).       Маринетт не знала, было ли плетение чулок в репертуаре Адриана, но, скорее всего, ему всё же было бы легче смастерить их на ней, чем ей пытаться сделать это на самой себе. — Не слишком туго? — спросил Адриан, затянув узел, и встал на цыпочки, чтобы пропустить свободный конец верёвки через рым-болт. — Нет, мой господин, — ответила Маринетт, глядя на простые, но элегантные наручи, которые Адриан сплёл вокруг её рук. — Хорошо, — сказал Адриан, поймав её взгляд в зеркале и ухмыльнувшись, когда неторопливо потянул за конец верёвки до тех пор, пока руки Маринетт не вытянулись прямо над её головой. Поразмыслив, он потянул верёвку ещё немного, отчего Маринетт слегка взвизгнула. И хотя её реакция была больше от удивления, чем от страха или боли, он всё же ослабил натяжение, сделав так, чтобы её локти висели на уровне глаз, а затем прикрепил конец верёвки ко второму рым-болту. Обойдя вокруг Маринетт, он оценочным взглядом обвёл результат своей работы: она не была подвешена, её ступни всё ещё находились на полу и никакой особой нагрузки на запястья не было, зато она была зафиксирована как раз там, где и было нужно Адриану, а это его вполне устраивало, так что он остался доволен тем, что у него получилось. — А теперь как? Нигде не жмёт? Нет каких-либо болезненных ощущений? — спросил он, постукивая по её рукам. — Нет, мой господин, — ответила Маринетт, в то время как Адриан направился к шкафу. За своими руками она практически не видела отражение Адриана в зеркале, и в попытке подсмотреть, за чем он пошёл, слегка наклонила голову набок. Только вот, взглянув в зеркало, чтобы узнать, чем в настоящий момент занят Адриан, она случайно столкнулась взглядом с собственным отражением и уже не смогла отвести от себя глаз. Связанная, полуобнажённая она томилась в ожидании посреди комнаты, где, казалось, каждый светильник на потолке, был нацелен на неё. Стоя так, полностью на виду, не в состоянии самостоятельно сдвинуться с места, она вдруг почувствовала себя куклой, предназначенной для чужой забавы, и от этой мысли сердце её забилось чаще, а бабочки в животе дико затрепетали…       Адриан же тем временем как раз вернулся к Маринетт с уже знакомой ей полоской красного атласа, висящей у него на шее. — Прекрасно, — сказал Адриан, пробежав пальцами по её животу и поцеловав в плечо, отчего она вздрогнула. — Потому что я намерен держать тебя здесь, пока ты окончательно не выучишь свой урок. — И какой же урок я должна усвоить, мой господин? — Маринетт издала мягкий вздох, когда почувствовала, как Адриан, пробравшись пальцами под пояс её трусиков, провёл ими по её уже давно изнывающему без внимания клитору, и машинально подалась навстречу его прикосновению. — Мне не нравится, когда меня дразнят…— промурлыкал он ей на ухо. На самом деле это было правдой лишь наполовину: Адриану-сабмиссиву очень даже нравилось когда его дразнили, однако в настоящее время он был в совершено другой роли и получал удовольствие уже от иных вещей. И удовольствие немалое. Да и как можно было не наслаждаться своим доминирующим положением, когда перед ним была столь соблазнительная связанная девушка, которая то вздрагивала, то извивалась от его прикосновений? — А ты, маленькая задира, специально отправила мне кучу фото своей аппетитной попки именно тогда, когда я не мог добраться до неё, — прошептал Адриан ей на ухо, слегка прикусив мочку, когда осторожно ввел в неё пару пальцев, — и заставила мучиться в ожидании нашей встречи.       Шлепок.       Маринетт вскрикнула от неожиданности, когда свободная рука Адриана резко опустилась на её ягодицы, шлёпнув по ним, и тихонько застонала, когда он положил ладонь на то место, по которому только что ударил. — …Ты устроила мне настоящую пытку: смотреть, но не иметь возможности дотронуться, — сказал Адриан, правой рукой поглаживая её задницу, а пальцами левой лениво скользя вперед-назад по её влагалищу. — И я считаю, что по отношению ко мне это было крайне…       Шлепок. — …неучтиво с твоей стороны, — сказал Адриан, вынув пальцы и убрав от Маринетт свои руки, оставив её лишь с ощущением лёгкого жжения на ягодицах. Немного поворчав украдкой, Маринетт повела бёдрами, шлепки Адриана вряд ли можно было назвать более болезненными, чем те, что она получала от Альи, когда у той было игривое настроение, но никогда после шлепков Альи её сердце не начинало биться так часто, что грозило выпрыгнуть из груди. Сейчас же, рядом с Адрианом пульс просто зашкаливал и в унисон ему с каждым ударом сердца внизу пульсировала тупая, ноющая боль, оживляя в памяти смутное воспоминание её мыслей во время их первой сессии: «Ненавижу, когда он заводит меня и оставляет ни с чем». — Я… Прошу прощения, мой господин, — залепетала Маринетт, строя щенячьи глазки. — Я обещаю, что этого больше не повторитс… ау.       «А вот это уже было гораздо больнее, чем получать по заднице от Альи».       Жалящий шлепок заставил её пританцовывать, переступая с ноги на ногу, пока боль от удара не утихла. — Твои извинения кажутся мне неискренними, так что всё-таки придётся преподать тебе сегодня урок послушания, — сказал Адриан, сняв ленту из красного атласа со своей шеи.       Маринетт издала хриплый смешок, когда он завязал ей лентой глаза. С этого момента она практически ничего не видела, только чувствовала: сперва, как его пальцы легли ей на плечи; затем, как его губы коснулись задней части её шеи чуть ниже затылка; потом, как он убрал с неё руки и сделал шаг назад… — А теперь… жди меня здесь. Никуда не уходи, — съязвил Адриан. — Ха. Да, конечно. Не обращайте на меня внимания, мой господин. Я просто буду болтаться здесь, как сосиска… на тот случай, если когда-нибудь вам понадоблюсь, — пробормотала Маринетт, повернув голову туда, где по её мнению он должен был стоять, и покачав бровями над повязкой. — Ха-ха-ха, — сухо ответил Адриан, задаваясь вопросом, нормально ли это, когда тебя возбуждают каламбуры. — Просто подожди немного; я вернусь к тебе через пару минут.       Послышались тихие звуки шагов, щелчок, скрип, будто Адриан открывал входную дверь или дверцу шкафа, и в комнате воцарилась полная тишина. — Ты же не собираешься оставить меня в этой комнате совсем одну? — спросила Маринетт и прислушалась. — Нет, нет! — усмехнулся Адриан. — Я здесь, прямо за тобой. Я только переоденусь сейчас в кое-что… более подходящее и подойду.       Подходящее? Она постаралась напрячь свой слух, чтобы понять, что происходит у неё за спиной, и кое-какие звуки ей удалось разобрать: «Кажется, он открыл картонную коробку… шелест обёрточной бумаги… звук расстёгивающейся молнии…»       Она могла бы незаметно подсмотреть за Адрианом, потерев головой о свои руки и спустив ленту, а затем также вернув ее на глаза, но что-то подсказывало ей, что, убив всю интригу, она испортит удовольствие от их игры прежде всего самой себе. Поэтому Маринетт не стала ничего предпринимать, а просто постаралась расслабиться настолько, насколько вообще можно было сделать это человеку, подвязанному к потолку. Обвив пальцами верёвку и покачивая бёдрами из стороны в сторону, она напевала себе под нос одну джазовую мелодию, которую частенько включали её родители, когда она ещё жила в их доме. А за спиной у Маринетт тем временем раздавалась уйма звуков, которые забавляли её: пыхтение, какие-то шорохи, приглушённые проклятия. — Может, вам нужна помощь, мой господин? — спросила Маринетт с ухмылкой через плечо. — Я бы с удовольствием помогла вам, если бы была чуть более свободна. Но в данный момент к сожалению не могу. — Уж не нотки ли сарказма я слышу? Ты опять решила меня подразнить? — спросил Адриан. — Ну что вы, мой господин, — рассмеялась Маринетт. — И в мыслях такого не бы…