По другую сторону реальности

— Прошу прощения, сэр. Вас желает видеть госпожа Джонс.       Джон оторвался от невероятно скучного доклада одного из младших министров и взглянул на свою секретаршу. За что он ценил свою помощницу, так это за невероятную исполнительность и деловитость. А еще за то, что она относилась к нему как к начальнику, а не денежному мешку или выгодной партии. Она была одной из немногих волшебниц, с которыми Мэндрейк мог нормально разговаривать, не опасаясь в следующую секунду попасть под женские чары (в буквальном смысле — магические) и не стать вдруг женатым. — Хорошо. Пусть войдет.       Кэтлин Джонс хоть и не была волшебницей, но тоже относилась к Мэндрейку чисто по-деловому и абсолютно не скрывала, что недолюбливала его. Иногда Джон находил их словесные стычки… увлекательными, если, конечно, простолюдинка не перегибала палку. Девушка всегда прямо высказывала свои мысли, чем снискала расположение премьер-министра и ненависть многих волшебников. Даже будучи в Уайтхолле белой вороной, она никогда не давала себя в обиду и достойно отвечала на все выпады в свой адрес. Будь они словесными или… силовыми. — Госпожа Джонс, — правила этикета требовали поприветствовать гостью стоя, поэтому, когда девушка вошла, он любезно указал ей на кресло по другую сторону его письменного стола. — Желаете чего-нибудь? Чай, кофе? — Нет, спасибо.       Мэндрейк отрицательно кивнул головой госпоже Пайпер, которая задержалась в дверях, чтобы узнать, не требуются ли ее услуги и, получив от шефа ответ, бесшумно закрыла за собой черную лакированную дверь. — Итак, чем я могу быть вам полезен? — Я пришла узнать, когда вы собираетесь выполнить свое обещание и отменить для простолюдинов комендантский час.       Джон пару секунд «рылся» в своей памяти, силясь припомнить, когда же он успел наобещать нечто столь опрометчивое. Найдя подходящее воспоминание, Мэндрейк едва не поморщился: в тот момент, когда он необдуманно это ляпнул, его волновали куда более важные проблемы, чем вся эта ерунда с простолюдинами — в тот момент он был готов наговорить все что угодно, лишь бы его оставили в покое. М-да, стоило учесть, что Кэтлин Джонс не забудет подобного обещания. В конце концов, здесь, в Уайтхолле она представляла интересы электората. — Точно не в ближайшем будущем, — Мэндрейк откинулся на спинку кресла и переплел пальцы в «замок». — Простите, но сейчас я не могу предпринимать такой радикальный шаг. — Радикальный? — девушка громко хмыкнула и нахмурилась. — По-вашему, позволить людям гулять после заката считается радикальным шагом?.. — Не мне учить вас истории, госпожа Джонс, — сухо отметил Джон, в упор глядя на гостью своими темными глазами. — Я не могу в одночасье поснимать все ограничения, которые навешивали на простолюдинов столетиями — это вызовет массу протестов и негодования со стороны магического населения. Одно то, что вы сейчас сидите передо мной и смеете попрекать моими же обещаниями, говорит о многом — еще год назад вы и мечтать не смели, чтобы зайти в это здание, не говоря уже о работе. Перемены требуют времени, — отчеканил он. — Надеюсь, вы это понимаете. Вы попросили меня убрать следящие шары, и я сделал это с условием, что комендантский час остается в силе, пока я не увижу, что простолюдины умеют себя вести и без надлежащего надзора. Простите, но судя по отчетам Ночной полиции, этого пока не произошло.       Девушка скрестила руки на груди и стиснула зубы — слова Мэндрейка задевали ее, но еще больше она злилась потому, что он был прав — на улицах ночного города действительно было неспокойно в последнее время. Однако это не отменяло того факта, что он ей пообещал. — Я не требую от вас немедленного выполнения вашего обещания — лишь хотела удостовериться, что ваши слова — не пустая болтовня, которой нас изрядно пичкали волшебники до этого, — в тон ему ответила Кэтлин и прищурилась. — Я не слишком-то доверчива, знаете ли. Если вы пойдете по тому же пути, что и ваши предшественники, то уверяю — ваше правление, сэр, окажется весьма коротким.       Джон вскинул бровь, но промолчал. Угроза от какой-то девчонки?.. Воистину жизнь была полна сюрпризов. Лишь бы не рассмеяться сейчас от нелепости ее заявления, а то ведь весь эффект насмарку пойдет. — Я учту, — медленно кивнул Мэндрейк, пристально разглядывая гостью. — Что-нибудь еще?       Кэтлин какое-то мгновение пожевала губы, явно чувствуя себя неловко от реакции премьер-министра. — Это все, — в конечном итоге выдохнула она, насторожено косясь на волшебника. — Отлично. Тогда, с вашего позволения, я вернусь к работе.       Джон снова принялся просматривать скучнейший отчет, краем глаза заметив, как девушка шустро вскочила на ноги и поспешила прочь из кабинета. Возможно, стоило ее припугнуть напоследок, чтобы не забывала свое место. Она здесь, только потому, что он ей позволяет и никак иначе. У Мэндрейка и без того было слишком много врагов — больше, чем у всех предыдущих премьер-министров вместе взятых и большую часть из них он завел себе из-за своего решения дать простолюдинке голос в Парламенте. И теперь она смеет угрожать ему? После того как он буквально отвоевал для нее право говорить среди сотен волшебников? Глупая девчонка. Не доросла еще до того, чтобы тягаться с ним.       Уже схватившись за дверную ручку, Кэтлин услышала тихий, но отчетливый голос, раздавшийся за спиной. — Знайте, я не слишком-то добросердечен, госпожа Джонс. И если вы вдруг решите пойти по тому же пути, что и ваши предшественники…       Кэтлин сглотнула, прекрасно понимая, что он имеет в виду. — …то мое правление будет волновать вас в самую последнюю очередь. Это я вам обещаю. Искренне надеюсь, что мы поняли друг друга.       Девушка на мгновение обернулась. Мэндрейк смотрел на нее так снисходительно, словно она была никем. Ничтожеством, от которого он мог избавиться в любой момент, даже не поморщившись. Раздавить ее как ничего не значащую букашку.       И самое страшное было в том, что он действительно мог это сделать. — Когда будете выходить, передайте госпоже Пайпер, чтобы она зашла ко мне, — волшебник едва заметно улыбнулся краешком губ, от чего у Кэтлин пробежал мороз по коже. — Всего доброго.       Девушка силой заставила себя кивнуть и поспешила покинуть кабинет премьер-министра. Среди простолюдинов о Мэндрейке ходили самые разные слухи. Когда он пришел к власти люди только и судачили что о его молодых годах, неопытности и наивности, но на самом деле, молодой глава всея Британской империи мог дать фору любому взрослому коллеге. Он ни с кем не считался и шел по головам своих врагов, используя лишь свой ум, а не грубую силу. Его боялись, ненавидели и боготворили, им восхищались и его презирали за «любовь» к простолюдинам. Самый молодой премьер-министр в истории за год практически самолично вытащил Британию из хаоса, в который ввергли ее волшебники (не без помощи простолюдинов, разумеется). Его популярность в обществе стремительно росла, а аура таинственности, окружавшая Мэндрейка словно кокон, лишь подогревала к нему интерес. Кэтлин, которой «повезло» знать премьер-министра лично, находила его очень проницательным и невероятно опасным. Собственно, она ни за что бы не захотела становиться его врагом, но иногда ее язык бежал впереди головы. Ей еще повезло, что в этот раз она отделалась лишь ответной угрозой в свою сторону.       Когда дверь за Кэтлин Джонс закрылась, Джон снова отложил бумаги в сторону и какой-то момент задумчиво смотрел куда-то в пространство. — Прошу прощения, сэр, вы хотели меня видеть? — Да, Ребекка. Проходите, — Мэндрейк указал помощнице на кресло, которое так стремительно покинула его предыдущая посетительница всего минуту назад. Госпожа Пайпер присела на краешек, словно была готова сорваться с него в любой момент и внимательно взглянула на начальника. — Знаете, — медленно протянул Джон, по-прежнему глядя куда-то в пространство, — мне кажется, что я совершил одну непростительную ошибку. — Сэр?       Мэндрейк слабо улыбнулся и перевел взгляд на помощницу. — Я ведь тоже человек, верно? Хоть и намного умнее большинства, но это не значит, что я застрахован от ошибок. Правда, в моем случае эти ошибки имеют громадные последствия…       Его улыбка медленно сошла на нет. Джон немного помолчал, обдумывая свои последующие действия, а затем качнул головой, словно пытался вытряхнуть из нее ненужные мысли. Мысли, которые принадлежали скрытой его стороне, которую он почти похоронил под наслоениями честолюбия, гордости и непоколебимой веры в собственную силу и неуязвимость. — Подготовьте для госпожи Джонс отпускные. Сегодня она выглядела очень бледной, — негромко произнес премьер-министр. — И пока она будет отсутствовать, найдите на ее место кого-нибудь более… сговорчивого.       Госпожа Пайпер несколько раз моргнула, и это было единственным, что выказало ее удивление. — Как скажете, сэр.       Помощница быстро поднялась с кресла, но возле двери все же задержалась на какое-то мгновение. Джон уловил это краем глаза, но молчал, полагая, что высказался достаточно ясно. Возможно, он действительно перегибал, но ведь профилактика в таких случаях никогда не бывает лишней, не правда ли?.. — Сэр… Правильно ли я вас поняла?       Мэндрейк вздохнул. — Да, Ребекка. Вы правильно меня поняли.       Еще одну неуловимую секунду госпожа Пайпер словно думала о том, чтобы поспорить (Джон признал, что ему было бы даже почти интересно на это посмотреть), но очевидно рациональная часть разума девушки возобладала над эмоциями.       И к лучшему. Незачем было терзать себя абсолютно нерациональным чувством вины. — Разумеется, сэр. Все будет сделано в кратчайшие сроки.       Премьер-министр дружелюбно улыбнулся секретарше. — Я и не сомневался.       Госпожа Пайпер поспешно кивнула и вышла из кабинета, бесшумно закрыв за собой дверь. — Посмотрим, как вам понравится ваш заслуженный отпуск, госпожа Джонс, — Мэндрейк взял ручку и принялся вертеть ее в пальцах. — Тауэр тот еще курорт…       Он негромко хмыкнул и в очередной раз подумал о том, что пост премьер-министра — лучшее, что случилось в его жизни.

***

— Мне нужны еще демоны, Джон.       Мэндрейк вопросительно приподнял бровь. Джейн Фаррар изящно откинула назад длинную прядь темных волос, очевидно, чтобы это произвело на него какой-то особый эффект. Волшебник решил поддаться — когда еще выпадет шанс сыграть в столь увлекательную игру?       Джон протянул девушке бокал вина, который она приняла без особого энтузиазма. По правде говоря, сегодня с очаровательностью у волшебницы были небольшие проблемы, и она прекрасно это понимала. Но премьер-министр не был бы джентльменом, если бы не сумел это проигнорировать. — А что, Ночная полиция не справляется? Мне казалось, у вас все под контролем, — небрежно заметил Мэндрейк, внимательно наблюдая за ее реакцией. Разумеется, он знал, что у нее проблемы, но ему хотелось посмотреть, как именно она будет это отрицать. Или же не будет. В любом случае ее ответ даст ему необходимую информацию. — С тех пор как вы стали потакать простолюдинам, у нас стало куда больше работы, — недовольно проворчала она, покачивая бокал из стороны в сторону и наблюдая за оттенками красного, которые менялись в зависимости от того, как на них падал свет. — И снова камень в мой огород, — Джон притворно вздохнул, словно сетовал на свою несчастную долю. — Мне кажется, что все волшебники ненавидят меня за то, что я всеми силами пытаюсь предотвратить уже много лет назревающую революцию. — Просто далеко не все видят эту самую «революцию», — тихо фыркнула она, внимательно взглянув на Мэндрейка. — Многие века империя успешно процветала и без вашей благородной идеи объединить всех ее жителей. Со стороны для многих ваших подчиненных кажется кощунством — вот так запросто рушить традиции, которые давно укрепились в сознании многих поколений волшебников. Вы протягиваете простолюдинам руку дружбы, Джон. Смотрите, чтобы они ее не откусили.       Мэндрейк мягко рассмеялся. Иногда он и сам думал о чем-то подобном. — Моя политика по отношению к электорату — всего лишь политика, — он улыбнулся и сделал глоток вина. — Пусть лучше они откусят руку — на какое-то время это немного утолит их голод, не правда ли? Но мы немного отвлеклись от темы.       Премьер-министр поставил бокал на стол и взглянул на гостью. — Вы, кажется, просили еще демонов, госпожа Фаррар? — Да, — девушка последовала его примеру и тут же немного посерьезнела. — В основном для охраны крупных исторических объектов — мои волки просто физически не успевают быть везде. Мы оба знаем, что простолюдины склонны к кражам, а поскольку вы отменили следящие шары…       Это снова был явный намек, но Джон решил благополучно его проигнорировать. — …нужно хотя бы поставить демонов патрулировать все мало-мальски важные объекты с магическими предметами. — Думаете, простолюдины, получив полную свободу действий, первым делом пойдут грабить Вестминстерское аббатство? — Мэндрейк негромко хмыкнул, представив себе эту живописную картину. — Представляю, какое их ждет разочарование, если, например, они попытаются ограбить гробницу Глэдстоуна. — Вам бы все шутки шутить, — недовольно произнесла Фаррар, гневно зыркнув на юношу своими зелеными глазами. — А между тем, это не вам, Джон, приходится каждый раз выезжать на вызовы и разбираться с проблемами немагического населения. — Ну ладно, — Мэндрейк поднял руки в примирительном жесте, — я все понял. Свяжитесь завтра с госпожой Пайпер, и она вам все организует. — Нижайше благодарю, — саркастически произнесла Джейн, едва не закатив глаза. — Вы со всеми столь добры или это только мне так повезло? — Если так будет везти только вам, меня обвинят в фаворитизме, а мне бы этого очень не хотелось, — усмехнулся Мэндрейк. Он взглянул на часы — был почти час ночи. А ведь он еще хотел сегодня попасть домой… — Думаю, мне пора, — словно прочитав его мысли, госпожа Фаррар поднялась с кресла, поправила свою стильную юбку-карандаш и завела за ухо длинную прядь волос. — Спасибо, что уделили время. — Всегда пожалуйста, — Джон улыбнулся и проводил гостью до двери. — Если у вас будут ко мне еще какие-нибудь просьбы… — Вообще-то, — Джейн повернулась к премьер-министру и неуверенно закусила губу. Смотрелось это так, словно она действительно размышляла над тем, чтобы попросить его о чем-то, но Мэндрейк был куда проницательнее и знал, что все это «сомнение» разыгрывалось специально для него. — Мы могли бы помочь друг другу.       Мысленно Джон вздохнул — он должен был предвидеть это. Джейн была словно пиявка — если уж вцепилась, то намертво. Лучшим способом избавиться от нее, было выполнить ее требования. Благо она не так часто их выдвигала, чтобы глава всея Британии начал думать о ее замене. — Я вас слушаю.       Фаррар придвинулась чуть ближе — Мэндрейк сразу же ощутил аромат ее духов. Джейн была слишком умна, для того чтобы пытаться заполучить его расположение флиртом, поэтому он немного насторожился, с некоторым интересом ожидая продолжения. — Я не хотела говорить раньше, потому что была уверена, что разберусь, — быстро заговорила она, серьезно глядя на Джона. — Впрочем, мое расследование зашло в тупик, а с этим я могу обратиться лишь к вам. — О чем это вы? — нахмурился Мэндрейк. Разговор стал принимать неожиданный оборот. — Может быть, вы помните Саймона Лавлейса?       Джон какое-то мгновение прокручивал в голове это имя, пока на ум не пришли некоторые факты. — Это которой пытался учинить переворот? — с сомнением произнес премьер-министр, будучи не до конца уверенным в своих выводах, но Джейн поспешно кивнула, подтверждая его слова. — Я бы сказала, что ключевое здесь слово «пытался», — поморщилась она. — Но не суть. У Лавлейса была обширная коллекция всяких древностей — в основном, просто исторические безделушки, однако среди них затесалась и парочка любопытных магических вещиц. — Впервые об этом слышу, — признался Мэндрейк. Фаррар шумно выдохнула, качая головой. — Ничего удивительного. Вы, Джон, среди своих соплеменников особую популярность не снискали. Вы не спрашиваете — вам не отвечают. Коллекция Лавлейса была изъята после его смерти и помещена в одну из специальных комнат в хранилище под Уайтхоллом. О нем-то хоть вам известно, я надеюсь? — сразу же уточнила Фаррар и Джон утвердительно кивнул. Он был там лишь раз около года назад, когда занял пост премьер-министра. Но ему и в голову не приходило осматривать в нем каждый угол — ему сразу был передан список хранившихся вещей, с которым Джон внимательно ознакомился и задвинул куда-то на задворки сознания за ненадобностью. — Так вот, — продолжала Джейн, — несколько месяцев назад я случайно заметила, что некоторые артефакты из коллекции Лавлейса исчезли. — Надо полагать, ключевое здесь слово «случайно», — не удержался Мэндрейк, вскинув бровь. Джейн раздраженно выдохнула. — Иногда вы просто невыносимы, Джон, — бросила она, одарив собеседника недовольным взглядом. — Я пыталась выяснить, кто и зачем вынес артефакты из хранилища, но так ничего и не узнала. Такое ощущение, что они просто растворились в воздухе. — Что это были за предметы? — поинтересовался Мэндрейк, скрестив руки на груди. — Амулет Самарканда, Глаз Голема, ножной браслет Нефертити, — Джейн пожала плечами, — возможно, что-то еще, но я не уверена. Опись всех артефактов подделана, это единственное, что я установила точно. Я говорю это вам к тому, Джон, что если пропажа обнаружится, то большинству будет выгодно спихнуть все это на вас. — Потому что непосредственный допуск к артефактам из хранилища официально есть только у меня, — хмуро подытожил Мэндрейк, понимая, какая угроза над ним нависла. — Именно, — Фаррар закусила губу. — Не мне вам объяснять, чем это чревато. У вас много врагов и любой из них, получивший эту информацию, не преминет шансом ей воспользоваться. — Значит вас, Джейн, мне к своим врагам относить не стоит? — хмыкнул Джон, недоверчиво глядя на гостью. — Хотя, думается мне, вы сами хотели узнать, кто стоит за этим похищением и планировали таким образом сместить меня, поскольку относитесь к волшебникам, которые не очень-то довольны моими действиями. Вам было бы выгодно избавиться от моей скромной персоны, но, к сожалению, вы так и не узнали личность вора, поэтому рассказываете мне всю эту историю с артефактами только сейчас. Вы решили, что раз не удалось сбросить меня с поста, то можно с помощью этой информации купить мое расположение.       Говоря все это, он намеренно сделал несколько шагов по направлению к гостье, пристально глядя в зеленые глаза. Эти игры иногда могли быть очень опасными. Джейн сглотнула, но сумела "сохранить лицо". — Браво, Джон, — фыркнула волшебница, мастерски строя из себя оскорбленную невинность. — Должно быть, паранойя прилагается вместе с должностью. Вы ищете подвох там, где его нет. — Осторожнее, госпожа Фаррар, — вкрадчиво произнес Мэндрейк и ухмыльнулся — вся напускная обида Джейн стала постепенно сходить на нет, стоило ей задержать свой взгляд на лице премьер-министра дольше, чем на пару секунд. — Мне совсем не хочется напоминать вам, сколько еще в Тауэре свободных мест.       Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но так и не выдавила из себя ни звука. Она лихорадочно пыталась что-то придумать, но премьер-министр уже отвернулся от нее не собираясь слушать оправданий. — Я предоставлю вам демонов, как и обещал, госпожа Фаррар. Что касается остального, — он на мгновение задумался, а затем повернулся лицом к волшебнице. — Я вам крайне… признателен за информацию. Надеюсь, этого будет для вас достаточно?       Джейн стиснула зубы. Мэндрейк пару секунд для приличия ждал ответа, но его так и не последовало, что было вполне ожидаемо. Фаррар была не глупа, но изящества в действиях ей все же не доставало. Она могла бы успешно разыграть эту партию, и Джон бы остался в дураках, поскольку действительно не знал о том, что артефакты из хранилища исчезли, но она совершила огромную ошибку, решив сыграть на его порядочности.       У него ее уже давно не было.