Опасная игра

Несколько мгновений Аня просто молчала, слушая, как Иван пытается дышать ровно, в надежде не показать свое волнение. Девушка была в замешательстве, для нее это внезапное предложение оказалось более неожиданным и сбивающим с толку, чем снег в июле. Репутация Ивана и его поведение говорили ей о том, что если он когда-либо и пойдет на подобный шаг, то не так скоро. Да и она, хотя и задумывалась о свадьбе, как любая девушка, но видела это событие лишь в отдаленной и туманной перспективе, до которой им обоим предстоял немалый путь. Тем не менее, пусть предложение и случилось столь внезапно, оно было ей приятно. – Ты скажешь что-нибудь? – подал голос Иван, говоря со смесью кипящей у него внутри злобы и настороженности. – Извини, – пролепетала Аня. – Просто это так странно... Я никак не ожидала подобного сейчас. – И? – Иван повернулся на бок и уставился прямо на нее. – Что ты скажешь? – Я скажу да, – она смущенно прикусила губу и закрыла лицо руками. Правда, вскоре ей надоело прятаться и она, убрав ладони от лица, улыбнулась Ивану и погладила его волосы. – Или ты надеялся на другой ответ? Иван лишь снисходительно усмехнулся и поцеловал ее, Аня никогда не видела мужчину столь неуверенно взволнованным, разве что перед первым выходом в «Джекилле», но то была работа, в их отношениях все волнения доставались обычно ей, Иван же всегда знал, что он делает и чего хочет. Ане подумалось, что он ведет себя столь странно, потому что для него эта ситуация так же нова и необычна, как и для нее, в остальном же он был несравнимо более опытен. – Можно задать вопрос? – нерешительно попросила Аня. – Попробуй, – Иван, кажется, уже расслабился. – Почему ты решил сделать мне предложение сейчас? – в тусклом свете, идущем от открытого окна, она пыталась рассмотреть его лицо. – Не то, чтобы я была не рада, но я и правда очень удивлена. – Я и сам не знаю, – Иван пожал плечами. – Слишком много народу в последнее время спрашивало меня о том, чего я хочу от наших отношений, и я стал задавать этот вопрос себе. Я хочу, чтобы они никогда не заканчивались. – Я тоже, – Аня прижалась к нему. – Это очень хорошо, что в этом деле наши устремления совпадают.

***

– Сделал предложение? – всплеснула руками Алиса. – Обалдеть можно. Вот от кого я точно такого не ожидала, так от Ивана. – Я сама до сих пор поверить не могу, – Аня смущенно улыбнулась и принялась крутить соломинку в своем свежевыжатом соке. – Первую пару дней я думала, что мне это все просто приснилось, а потом он спросил, когда мы пойдем подавать заявление. – И когда? – спросила Алиса. – После Нового года, – Аня опустила глаза, но продолжала улыбаться. – Ты уже думаешь о платье, гостях и всем таком? – лицо Алисы приобрело мечтательное выражение, словно бы это она выходила замуж. – Совсем нет, – Аня покачала головой. – Мне бы просто свыкнуться с мыслью, что я выхожу замуж. Пока мне кажется, будто это не я, а какой-то совершенно другой человек. – Но ты не сомневаешься в своем решении? – Нет, ничего же не изменится, это просто штамп. – Во всяком случае, при разводе ты сможешь претендовать на совместно нажитое имущество. Девушки рассмеялись, так что на них стали оборачиваться другие посетители музкомовской столовой, и Аня стыдливо прикрыла рот рукой. Ей казалось, что так радоваться просто неприлично и как минимум опасно, ибо всегда есть люди, которые с радостью найдут чему позавидовать и кого облить ядом. – Дамы, вас ждут на репетиции, – над их столиком возвышался Сергей. Аня вздрогнула, а Алиса, одарив их бывшего товарища недобрым взглядом, поднялась и, пробормотав «Спасибо», двинулась к выходу. Аня одним глотком допила свой сок и последовала за подругой, в присутствии Сергея она чувствовала себя физически не комфортно. – Как думаешь, он слышал? – взволнованно спросила Аня, когда они входили в зал. – Не знаю, – Алиса разочарованно покачала головой. – Господи, я очень надеюсь, что нет.

***

С Иваном о свадьбе они больше не заговаривали, и хотя он часто повторял, что его замкнутое поведение было обусловлено именно раздумьями о дальнейшей судьбе их отношений, он не выглядел успокоившимся. Иван по-прежнему впадал в странную задумчивость и проводил много времени в одиночестве. Аня устала от попыток достучаться до него и предпочла оставить его в покое, хотя состояние Ивана ее беспокоило. – Опять ты все время молчишь, – пожаловалась она, рассматривая запоздавшие первые снежинки, которые превращали грязную землю во дворе в черно-белое поле, похожее на шкуру зебры. – Ты хочешь поговорить? – отстраненно спросил Иван. – Ты же знаешь, я всегда хочу поговорить, – Аня развернулась к нему и улыбнулась. – Я обдумываю следующий концерт, – сообщил Ожогин. – Это же здорово! – обрадовалась Аня. – Есть предложения? – Нет, это только моя идея, я сам все организую, – Иван поджал губы. – Серьезное дело, – Аня подошла к нему сзади и обняла, он слегка откинулся, облокачиваясь на нее словно на спинку мягкого кресла. – Тебе понадобится помощь? – Нет, я все сделаю сам, – неожиданно резко ответил Иван. – У тебя и так дел полно, и экзамены скоро. – Хорошо, – Аня слегка опешила, ибо она совершенно не ожидала такого ответа. – Как хочешь... – Извини, – Иван сжал ее руку. – Я сам не думаю, что говорю, просто в последнее время как-то слишком много всего навалилось. Я не хотел тебя обидеть. – Ты меня испугал, – призналась Аня. – Ты тоже прости меня, иногда я забываю, что ты не любишь, когда я тебя вот так расспрашиваю и лезу в твои дела. Завтра у нас репетиция Хитов, помнишь? – Я не пойду, – вдруг сообщил Иван. – Интересно, что еще нового я узнаю сегодня? – Аня отошла и села на стул напротив Ивана. – Ты не заболел? – Нет. – Почему тогда пропускаешь репетицию? – Потому что я устал, к тому же у меня есть другие дела. – Ваня, что происходит? – Аня схватила его за руку. – Ты никогда не вел себя так. – Но очень хотел. – Я не знала об этом. – Да, я не говорил тебе, – Иван высвободил руку. – Чтобы ты снова не начала меня допрашивать. – Я не понимаю... – Аня захлопала глазами. – Но все же было так хорошо. Там Света, чем ты недоволен? – Меня не ценят, ставят на один уровень с бездарностями, у которых и половины моей популярности нет. Я стою гораздо дороже, чем они меня оценивают. Да и Нефедов мечтает сделать популярное шоу без Ожогина, и я думаю дать ему такую возможность, – яд фонтаном прыскал из его слов, и даже несмотря на то, что говорил он тихо и размеренно в своей привычной манере, можно было понять, что он обижен. – Бездарности это кто? – девушка резко повысила тон. – Я, например? – Нет. Нет, не ты. Конечно же, нет. Аня хотела спросить, кого он имеет ввиду, но решила не продолжать. Она силилась понять являлись ли его слова следствием какого-то единичного конфликта, который выбил его из равновесия, или эта отрава годами копилась и загнивала в нем? Казалось бы, на что злиться и кому завидовать Ивану Ожогину, популярному, востребованному артисту, с армией поклонниц, готовых за него порвать любого. Девушка не знала, как ей повести себя. Она не могла согласиться со словами Ивана, но и возражать сейчас у нее не было желания, ибо это бы все равно было бесполезно, он бы только огрызнулся на нее и все. Он и так уже был достаточно раздражен. – Ваня, ты не в себе, – произнесла она. – Я пойду спать, поговорим завтра. Ты со мной? Он молча кивнул, будто бы устыдился своего поведения. Потом поднялся и крепко обнял ее, все так же молча. Аня же была на грани паники, совершенно не понимая, что с ним происходит. Он то злился, то прижимался к ней, словно ребенок, закативший истерику и теперь пытающийся таким образом извиниться за это. Иван упорно ничего не говорил, и Ане оставалось надеяться, что все это временно и скоро само собой разрешится. Дни стояли серые и холодные, наполненные летящей в лицо изморосью и мокрыми снежинками, похожими на лепешки, снег выпадал и тут же таял, оставляя за собой лужи и делая землю похожей на болото. Аня купила новую шапку – модную, без помпона – и новый пуховик, в обновках она стала выглядеть взрослее, и даже из глаз исчезло по-детски озорное выражение, которое теперь возвращалось лишь изредка, его место заняла женская хитрость и проницательность. Выпускной год стал для Ани тяжелым: много дел по учебе, бесконечные занятия, которые перемежались спектаклями и репетициями в Музкоме. Более того, коллеги по сцене приглашали ее в свои проекты, платили там немного, но Ане нравилась атмосфера, и она с радостью соглашалась. Пение в ресторане девушка почти забросила и теперь появлялась там лишь изредка, пару раз она видела там Виктора. В первый раз он не подошел к ней, просто смотрел на нее из своего угла томным, печальным взглядом, но на второй он все же заговорил с девушкой, когда ее выступление подошло к концу. – Привет, – окликнул он ее. – Здравствуй, – Аня склонила голову и выжидательно уставилась на своего бывшего. С удивлением, она поняла, что он больше не раздражает ее, скорее вызывает жалость, как облезлый дворовый пес. В конце концов, когда-то они были парой. – Как твои дела? – спросил Витя, он засунул руки в карманы, а его глаза судорожно бегали в поисках подходящей темы для разговора. – Их много, – Аня улыбнулась. – Но меня все устраивает. Как сам? – В порядке, – Витя неопределенно пожал плечами. – Ты все еще с ним? – Да, с ним. – Ясно, – он как-то странно сник. – Послушай, в последний раз мы расстались не очень хорошо, и мне не по себе от этого. – Не волнуйся, – Аня похлопала его по плечу. – Я не в обиде. А теперь, прости, мне надо бежать. Пока! – Пока! Аня не оглянулась, но она знала, что Виктор смотрел ей вслед. Приближение Нового года означало подписание контрактов на следующий сезон «Джекилла». Аня приехала в театр сразу после учебы, и, заходя в ставшую уже почти родной дверь служебного входа, не могла не вспомнить, какой невообразимый подъем она испытывала чуть больше года назад, когда подписывала здесь свой первый настоящий контракт. Теперь девушке казалось, что это все происходило в прошлой жизни, столько воды уже утекло с тех пор. Взлетая по лестнице, она столкнулась нос к носу с Иваном. Он порывисто чмокнул ее в щеку и бросил: – Жду тебя в машине. Аня улыбнулась про себя и заспешила дальше. Справилась она быстро, чтобы Ивану не пришлось слишком долго ее ждать, да и условия все уже были давно согласованы, и почти не изменились с прошлого раза, однако уже почти у выхода, она наткнулась на Светлану, которая жестом подозвала девушку к себе. – Привет Виноградова, – Светлана дружески улыбнулась. – Здравствуйте, – Аня немного опешила. – К твоему сведению, – помощница режиссера недовольно выгнула бровь. – Я младше Ожогина, а ты говоришь со мной, как с какой-то старой дамой. – Простите, – пробормотала Аня, в присутствии Светланы она всегда чувствовала себя школьницей. – Ладно, проехали, – Светлана махнула рукой. – Расскажи мне лучше, как у вас дела? – Нормально, – Аня рассеянно пожала плечами. – Как обычно. – Когда свадьба? – поинтересовалась помощница режиссера. – Вам Ваня рассказал? – удивилась Аня. – Скажем, ему пришлось рассказать мне, – Светлана улыбнулась. – Ой, не знаю, мы еще не говорили об этом, да я и боюсь сейчас с ним это обсуждать, – осознав, что сболтнула лишнего, Аня резко захлопнула рот, но было уже поздно. – Значит, что-то все-таки не так? – уточнила Светлана. – Ну да, – созналась Аня. – Знаешь, что? Пойдем-ка, выпьем кофе, поговорим. – Не могу, меня там Ваня ждет. – Значит, встретимся вечером. Свободна? – Да, – сдалась Аня, признавая, что в данной ситуации сопротивление бесполезно. – Вот и прекрасно, я заеду за тобой в восемь. Иван, судя по его хмурому выражению, отнесся к перспективе этой встречи скептически, но возражать не стал. Светлана оказалась пунктуальна, и в половину девятого они уже сидели в одном из множеств кафе на Невском. За окном уже начали зажигать яркую новогоднюю иллюминацию, однако Ане она казалась какой-то слишком броской и вычурной, какой-то неправильной. На душе у девушки было тяжело, а Светлана своими вопросами лишь усугубляла это чувство, все глубже вгрызаясь в ее внутренний мир. Аня чувствовала себя будто бы на приеме у психотерапевта. – Я тоже заметила странности в его поведении, – сообщила Светлана, когда Аня рассказала ей о событиях последнего времени. – Какие? – Ваня стал какой-то нервный, злится по пустякам, а иногда совершенно необоснованно заносится, хотя заносился он и раньше, но сейчас это как-то слишком, – Светлана слегка задумалась, будто бы припоминала что-то еще. – И знаешь, что самое странное? Ваня оставил себе лишь один спектакль «Джекилла» в блоке. Он не говорил тебе о причинах? – Нет, он мне вообще об этом не говорил, – Аня была неприятно удивлена. – Хм... – Светлана поджала губы. – Мне он рассказывал, что делится с тобой всем. – Не думаю, что прям уж всем, – улыбка легко скользнула по сосредоточенному лицу девушки. – Но многим, это правда. – Достижение, – Светлана взглянула на Аню с одобрением. – Да, – Аня немного смутилась. – Но, похоже, свои дела он со мной обсуждать больше не хочет. – Как думаешь, в чем причина? Из всего того, что ты мне говоришь, у меня создается впечатление, что он боится тебе что-то рассказать. Не подозреваешь, что у него может быть другая женщина? – Нет, – Аня покачала головой. – Я не знаю... Это странно, но я никогда не задумывалась об этом. Некоторые дамы живописуют мне в личку о том, как они занимаются сексом с Ваней, но я не думаю, что это правда, у него бы на них всех просто не хватило бы времени. Светлана усмехнулась чужой глупости, но тут же вновь посерьезнела. – Никогда не ищи его любовниц среди фанаток, – сказала она. – Во всяком случае, среди обычных фанаток. – Вы думаете, надо искать? – Аня с трудом скрывала свой испуг. – Нет, забудь, – женщина резко отмахнулась. – Это просто мое глупое предположение. Прости, я сказала нелепицу, он же недавно сделал предложение. Я, признаться, просто не представляю, что еще он мог бы скрывать от тебя и зачем. – Вряд ли я теперь это забуду, – Аня опустила голову. – Что-то же заставило вас высказать подобную идею. – Я просто пытаюсь найти причину его поведения. Мне кажется, его что-то гложет, и это вполне могут быть угрызения совести, ну или что-то другое. Прости, что заставила тебя нервничать, все забываю, что ты молодая и впечатлительная, – Аня никогда не слышала, чтобы у Светланы когда-нибудь была подобная интонация, добрая, даже немного успокаивающая. – Вы не виноваты, – Аня была готова разреветься. – Вы же хотите мне помочь, верно? – И тебе, и ему, – Светлана кивнула. – Я, кажется, еще не привыкла, что ты так остро на все реагируешь. – Я глупо себя веду? – Аня смутилась. – Немного, – женщина улыбнулась. – Но это нормально для твоего возраста. Я попробую поговорить с Ваней. – Спасибо, – Аня благодарно улыбнулась.

***

Вернувшись домой, Аня жалела о том, что этот странный разговор со Светланой вообще состоялся. Никакой пользы она из него не извлекла, лишь стала переживать еще больше. Иван определенно что-то скрывал от нее и, кажется, сам этим тяготился. Была ли это другая женщина или все же нечто менее значимое, оставалось разобраться. Всеми силами Аня отметала первый вариант, но эта идея плотно засела у нее в голове. Аня никогда не была особенно ревнивой, и даже наличие у Ивана целой очереди из женщин всех возрастов и размеров, не заставило ее изменить свое отношение к этому вопросу. Она всегда придерживалась мнения, что регулярный секс и уютный дом – это все, что было нужно мужчине, чтобы оставаться рядом. Или же не все? Существовало ли нечто такое, чего Аня не могла ему дать? В конце концов, он говорил, что любит ее, он сделал ей предложение, явно не из-за корыстных побуждений, ведь корысти в Анином случае зацепиться было просто не за что. – Ань, ты чего не спишь так рано? – предмет ее интенсивных размышлений выплыл из спальни и устремился к холодильнику. – Не знаю, проснулась и не могу заснуть, – девушка рассеянно развела руками. – А ты что встал? – Репетиция, – пояснил Иван. – Ясно. – Завтракать будешь? – Угу. Иван принялся жарить омлет, Аня продолжала сидеть на стуле у окна, сжимая в руке телефон и делая вид, что изучает соцсети, а на самом деле исподтишка наблюдала за Иваном. Внешне он казался таким же, совершенно не изменившимся, когда он был спокоен, его движения по-прежнему оставались такими же медленными и плавными, чем-то похожими на медвежьи. Спина совершенно прямая, будто к ней прибили доску, поза открытая, пока он был дома с ней, но Аня знала, что стоит ему выйти на улицу, как все снова изменится, и он тут же отгородится от окружающего мира. – Как ты думаешь, когда нам лучше пожениться? – от ее внезапного вопроса Иван вздрогнул и едва не уронил сковородку. – Что ж ты так пугаешь, – засмеялся он. – Я думаю, летом. В июле или августе, когда тепло. – После Нового года нам надо будет обязательно обо всем подумать, на лето все козырные места разбирают быстро, – Аня радовалась, что он не съехал с темы. – Ты хочешь позвать много народу? – спросил Иван немного испугано. – Нет, у меня не так много друзей и родственников, – успокоила его Аня. – Прекрасно, – подмигнул ей Иван. – Я не хочу, чтобы наша свадьба превращалась в огромное сборище людей. Что касается всего остального, выбор я оставляю за тобой. Я могу помочь только материально. – То есть, если я заявлюсь в черном готическом платье и ботфортах, и покрашу волосы в зеленый цвет, ты не будешь иметь ничего против? – Аня встала и, подойдя к нему ближе, обхватила его за талию. – Ты можешь прийти в чем угодно, – он развернулся и поцеловал ее. – Хоть голая. – Я думаю, этот вариант понравился бы тебе больше всего. – Боюсь, это слишком шокирует маму. Подожди-подожди, кажется, завтрак готов. Иван вскоре ушел, а Аня снова осталась одна. Их утренний диалог немного приподнял ей настроение. Иван будто чувствовал, что ее что-то гложет и снова вел себя, как обычно. Было ли это наигранно или искренне Аня точно сказать не могла, не зря Иван был хорошим актером, играть он умел и в жизни не хуже, чем на сцене. Чувствуя себя уже без пяти минут замужней женщиной, Аня прибралась в квартире, сходила в магазин и поиграла с котом. Сегодня у нее в кои-то веки выдался свободный день, и она была довольна провести его за домашними занятиями, ощущая себя девочкой, которой мама впервые доверила самостоятельно сварить суп. Аня была собой крайне довольна, и когда Иван вернулся, она пребывала в самом благостном настроении, загнав все неприятные мысли подальше и предпочитая их всячески игнорировать. Иван же пришел домой раздраженный, даже Тема издалека почувствовал недовольство хозяина и предпочел ретироваться, испуганно поджав хвост. У Ани забиться в угол возможности не было, и ей пришлось стоически сносить Ванино дурное настроение, а он так же стоически пытался не вымещать его на ней. – Как бы я хотел уехать, Ань, – вздохнул Иван, разделавшись с ужином. – Только с тобой, чтобы у нас был дом и много денег, и никаких обязательств. – Ты же любишь свою работу, – Аня улыбнулась. – Ты действительно тащишься от того, что делаешь. Я знаю, ты устал... – Не в этом дело, – прервал ее Иван. – Я люблю петь, люблю нравиться людям, но все эти дрязги мне так надоели, эта вечная грызня, борьба за место, зависть... – Ваня, к чему ты это говоришь? – Аня взяла его за руку. – Что случилось? Ты с кем-то поссорился? Света сказала... – Вы что обсуждали меня? – взвился Иван, снова не дав Ане договорить. – Нет-нет, – девушка поспешила разуверить его. – Ей твое поведение также показалось странным, она просто волнуется. – Не пойму, почему всем охота лезть в мою жизнь? Что ты ей сказала? – спросил он зло. – Ничего, – успокоила его Аня. – Что ты так разнервничался? – Извини, – Иван тихо вздохнул. – Я просто... я постараюсь оградить тебя от этого. Ты... – он не договорил, его глаза по-хищнически сверкнули и он поцеловал ее властно и требовательно, не признавая отказа, даже не допуская его возможности. Продолжая все также неистово целовать ее, Иван больно схватил ее за волосы, и Аня немного испугалась, но не решилась отстранить его. Ее руки успокаивающе гладили его спину, он же решительным движением отодвинул скопившуюся на столе посуду, освобождая место. Цепляясь за реальность остатками затуманенного страстью сознания, Аня тихонько выдохнула, потому что уже подумала, что Иван собирается сбросить тарелки на пол. Он поднялся, подхватил девушку под попу и усадил на стол, подминая ее под себя и продолжая покрывать ее разгоряченное тело поцелуями, кожа под его губами горела, а его пальцы сжимали плоть до синяков. Аня тяжело дышала, но вырваться из его хватки было невозможно, и она решила тоже поддаться обуревавшему его порыву и забыться, растворившись в животном плотском чувстве и выпуская на волю лишь самые низменные инстинкты, запрятанные обычно где-то в глубине сознания. Со стоном она выгнулась, откидывая растрепавшиеся волосы назад и подставляя ему шею и грудь, в которую он впивался, будто дикий зверь, добравшийся, наконец, до добычи. Иван бесцеремонно раздвинул ей ноги и резко подался вперед, от неожиданности она вскрикнула, но он только крепче сжал руки на ее бедрах. Он двигался грубо и быстро, заставляя ее стонать все громче с каждым новым толчком. Ее руки дрожали, длинные ногти вонзились в его плечи, оставляя глубокие царапины на нежной белой коже. Аня кричала, не сдерживая себя, не думая, что кто-то может ее услышать, в охватившем обоих безумии было нечто первобытное, запретное и оттого сладостное и желанное. Чашка рухнула со стола и со звоном разбилась о плитку, но никто из них не обратил на это внимания. Сейчас можно было не думать о таких мелочах, для них найдется место много позже, когда оба протрезвеют и придут в себя. Сейчас же нужно было впитывать и излучать страсть, ощущать рядом такое горячее и напряженное от возбуждения тело, не думать ни о чем, кроме губ, вонзающихся поцелуями в кожу, отдавать и брать, кричать от наслаждения, оказаться, наконец, в том далеком домике, где никого нет, никто не помешает, и не нужно ни о чем заботиться, раствориться в друг друге, наполниться любовью и закупорить сосуд, надолго сохраняя это сладостное чувство. – Прости, – прошептал Иван, прижимаясь потным лбом к Аниному, такому же мокрому. – Кажется, это было слишком. – Нет, – она помотала головой и обняла его. – Нам обоим иногда нужно... иногда нужна такая разрядка. Но я, признаться, не ожидала, – Аня тихо улыбнулась. – Я тоже, – Иван хмыкнул. – И в первую очередь от тебя. – Ну, знаешь, – томно протянула Аня. – Идем спать, – устало прошептал Иван. Однако заснуть ни у кого из них так и не получилось, Аня лежала, глядя в потолок и ища под одеялом его руку. Иван лежал на боку и разглядывал сквозь полузакрытые глаза ее вычерченный тусклым уличным светом профиль. Устав играть с ней, он схватил ее пальцы, Аня вздрогнула, на ее лицо метнулась улыбка и тут же вновь убежала, оставляя место лишь нежности. – Что будем делать на Новый год? – спросил Иван, и его голос показался в тишине неожиданно громким. – У нас концерт тридцать первого декабря, так что вариантов не так уж много, – пожала плечами Аня. – Да, – протянул Иван слегка недовольно. – Опять со всеми в ресторан? – Тебе не хочется? – Да нет, вполне хорошая идея.

***

Следующие несколько дней выдались у Ани слишком загруженными. Она виделась с Иваном лишь на работе, где едва ли удавалось перекинуться парой слов, и поздно вечером дома, где оба валились с ног от усталости, и это если ни у кого из них не было ночных репетиций, которые были в театральной среде явлением не редким. Иван, правда, не давал Ане забыть о себе, присылая ей смешные сэлфи и фотографии того, что происходит вокруг, снабжая их забавными комментариями в его неповторимом стиле. Казалось бы, от напряженности между ними не осталось и следа. В пятницу у Ани неожиданно отменили занятия, и у нее высвободилось целых три лишних часа. Иван в это время должен был готовиться к концерту, и она решила навестить его в небольшой студии, где он репетировал. Она купила ему пирожков и, довольная своей задумкой, направилась к месту назначения. Во дворе, куда выходила обклеенная старыми афишами дверь студии, Аня встретила Андрея – одного из знакомых музыкантов. Он играл в оркестре Музкомедии, а также сотрудничал со многими артистами, частенько участвуя в их сольных проектах. – Привет, – Андрей помахал ей, сжимая между пальцами дымящуюся сигарету. – Проведать пришла? – Угу, – Аня кивнула. – Отощает, боюсь, без меня. Андрей лишь хмыкнул и покачал головой. Аня попрощалась с ним и вошла внутрь. Уже поднимаясь по лестнице, она услышала Ванин голос, сопровождаемый аккомпанементом Валеры Прудникова. Улыбнувшись про себя, девушка пошла на голос, однако улыбке недолго дано было царствовать на ее лице, ибо у самой двери Аня столкнулась с Оксаной. Опять она, что ли, программки делает? – Здравствуй, – произнесла Оксана вежливо, но чересчур высокомерно. – Здравствуйте, – процедила Аня сквозь зубы и собралась двигаться дальше, но Оксана перегородила ей проход. – Может, пустите меня? – Подожди, пока он закончит, – объявила Оксана приказным тоном. – Ты будешь ему только мешать. – А как это, простите, касается вас? – Аня уже готова была отпихнуть зарвавшуюся дамочку в сторону. – Это наше с ним дело, когда хочу, тогда и прихожу. – Ошибаешься, – поучительно произнесла Оксана. – Теперь это касается и меня, я ведь его директор. – Что? – Аня была так поражена, что кроме этого грубо брошенного местоимения у нее не нашлось никакого другого способа переспросить, не сошла ли ее собеседница с ума. – Он тебе разве не сказал? – Оксана укоризненно покачала головой. – Я так и знала.