Сборник имейджинов

Часть 1, где автор кинул небольшой камень в огород Ватсона.               — Уберите его отсюда! — собрав все силы, истошно закричала Т/И, прекрасно зная, что сейчас в её прихожей слишком много людей.       Дин и Сэм первыми отреагировали на крик и побежали вперёд, пока Шерлок флегматично удерживал Джона, как удерживал и пару дней назад, когда Ватсон планировал драку с женщиной, что сказала, что из Лондона они смогут выбраться лишь на следующий день. «Т/И любит драматизировать», — заявил Холмс, как и в тот раз. Джон, слегка пристыженный собственным воспоминанием о том, как девушка сломала ногу, а ему сказала, что находится при смерти, стал снимать свои ботинки, невольно посмеиваясь над тем, что даже его друг готов надеть тапочки, чтобы не мыть за собой полы. Да, что-что, а убеждать Т/Ф умеет.       Между тем братья Винчестеры уже добрались до спальни девушки и замерли на пороге, не зная, как реагировать на то, что побледневшая Т/И с мешками под глазами слабо отбивалась от Доктора, не позволяя ему подобраться со странным устройством слишком близко к её голове. — У вас ролевые игры, да? — усмехнулся Дин, но его шутку не оценил один Сэм, отвесив ему подзатыльник. — Да почему ты не даёшь мне взять всего лишь маленький кусочек на анализ? — сердито бормотал Доктор. — Это ведь для твоего блага, Т/И. Ты должна знать, что Могильник, который долгое время находится в мозгах человека… — Уберите его! — снова взвыла Т/Ф, и на этот раз её послушали: Сэм выдернул из рук Доктора странный прибор, а инопланетянин, посмотрев на него с недовольством, бессильно скрестили руки на груди. — Нет, ну это невозможно. И как я теперь пойму, чем ты больна? — Вызови доктора. — Я Доктор. — Не такого, — устало отмахнулась Т/Ф и слабо улыбнулась Винчестерам, показывая этим, что рада их видеть, но они, кажется, этого не поняли: Дин перекрестился, а Сэм натянуто улыбнулся в ответ. — Может, в неё кто-то вселился? — предположил Винчестер-старший. — Скорее всего обычная простуда, которой Т/И решила воспользоваться, чтобы снова собрать нас вместе, — отозвался Шерлок и, протиснувшись между братьями, подошёл к девушке, лежавшей в постели. — Грим, — уверенно бросил он, но, мазнув пальцем по нижнему веку, поджал губы и замолчал, надеясь, что его провала не заметят. — Вы все дураки, — бросила Т/Ф, ударив Холмса по руке. — Все, кроме Джона, — поспешно добавила она, слабой улыбкой поприветствовав Ватсона. — И Сэма, — прибавила она ещё. — Чего? — недовольно спросил Дин. — Т/И, вообще-то… — начал Доктор и тут же закончил. — Вообще-то, интеллект Джона ниже, чем у всех… — Шерлок, заткнись, — требовательно бросил Ватсон и подошёл к Т/И. — Давай, я осмотрю тебя? — предложил он. — На последнем нашем деле ты перепутал детские кости с костями собаки. О чём ты? — Шерлок, заткнись. Ох, Джон, я и забыла, что ты доктор, — облегчённо вздохнула Т/И. — Выйдите все. — Да что я там незнакомого найду? — удивился Дин. — Что? — недовольно бросил Доктор. — Вот за дверью и разберётесь, — вставил своё слово Сэм, помогая всем, кроме Джона и Т/Ф, покинуть комнату.       Дверь хлопнула, и девушка облегчённо вздохнула, смотря на Ватсона, который, оказавшись предусмотрительным, уже доставал стетоскоп из маленького чемоданчика.

***

Часть 2.              Когда Джон осмотрел Т/И и сообщил, что у него несколько вариантов диагноза, но ни один не может порадовать, Доктор мог бы тронуться умом, если бы не сделал это давно-давно. Он, пока Шерлок со своим заоблачным умом сказал «чего и следовало ожидать», намекая на несостоятельность Ватсона, как доктора, пока Дин штурмовал чужой холодильник, а Сэм дергал его за рубашку, объясняя, что тот совсем не вовремя решил утолить свой голод, пока, наконец, сам Джон взволнованно вспомнил о дочери, оставленной на попечительство Молли, и стал звонить, снова ощутил всю пройденную им боль такой, какой она была в первый раз. Доктор в один миг вспомнил всё, что было: он видел Розу Тайлер, которая плакала перед ним, как он думал, в последний раз; он видел Марту Джонс, которая пыталась доказать, что она тоже существует, что она тоже заслуживает внимание; он видел Дженни, которая умерла, ещё незнакомую Ривер, которая умерла, чтобы не отнять у него и себя их будущее; он смотрел на Донну, которая смотрела на него, не помня его, смотрел на её дедушку, который плакал; он снова потерял Пондов… Все воспоминания, сравнительно свежие, яркой волной ударили в голову. — ТАРДИС, — нервно посмеиваясь, произнёс Доктор и указал пальцем в сторону гостиной, — мне… стоит в ней… кое-что…       Пришелец сбежал от людей на ватных ногах и взошёл на свой корабль, чувствуя слёзы. Всегда слёзы. Постоянно слёзы. Почему именно слёзы? Потому что именно слёзы делают тебя живым. Слёзы — это память. Ведь Эми плакала, когда говорила, что не знает, кто такой этот римлянин перед ней…       Слёзы — это память. И именно сейчас Доктор вспоминает, что и не стоило его путешествие того, что случилось с Т/И. Уудов вечно порабощают, их вечно делают слугами, и то, что Доктор снова спас лишь малую часть этого вида, оставив Т/Ф одну, теперь не радовало его от слова «совсем».       ТАРДИС залилась звуками, которые понимал только один Повелитель времени, когда тот сел подле консоли управления, привалившись к ней спиной, и продолжил плакать. — Ты ведь знаешь, что это всегда грустно, — проговорил Доктор. — Не мешай мне. Ты ведь помнишь их всех, ты всё помнишь… Ты должна понять меня. — Ты намекаешь на то, что уже заранее хоронишь меня?       Мужчина удивлённо посмотрел на Т/И, которая с тем же болезненным видом стояла в дверях и усмехалась. — Эти дураки не знали, как тебя успокоить, и подняли меня на ноги, — объяснила девушка. — Почему это дураки? — голова Дина показалась совсем рядом с Т/Ф, которая едва успела отступить от двери. — Ты просто его лучше знаешь. — Закрой дверь с той стороны. И не подслушивай, пожалуйста.       Доктор улыбнулся и, поднявшись, помог Т/И добраться до консоли, на которую она с удовольствием и усталостью смогла опереться. Винчестер, говоря Шерлоку, что в ТАРДИС сейчас всё его нелюбимое и сентиментальное, закрыл дверь. — Джон что, напугал тебя каким-то страшным диагнозом? — улыбнулась девушка, касаясь ладонью чужого лица. — И что значит, что ТАРДИС помнит их всех? — Мои спутники, — ответил Доктор, грустно улыбаясь. — Многие из них…       Мужчина не продолжил, и Т/Ф поджала губы, поглаживая ладонью его щеку. Смотря ему в глаза, она, не сдержавшись, тихо произнесла: — Я могу спасти мир, но потерять тебя. — Откуда ты…? — ТАРДИС, — пожала плечами Т/И. — Всё будет хорошо, Доктор. Я думаю, что у нас получится что-то сделать с моим состоянием, — улыбалась она. — Я верю тебе. Но кусочек мозга на анализ давать не буду, — добавила девушка поспешно. — Даже маленький.       Повелитель времени лишь шумно вздохнул и обнял Т/И, прижимая её к себе и развеивая все её сомнения о том, что она может упасть.

***

Часть 3 (Последняя).               — Мозг я на анализ не дам, — произнесла Т/И, поднявшись из-за стола, и тут же уселась обратно, подпирая лицо руками и рассматривая друзей. — Вообще-то мы записали тебя на обследование, — ответил Шерлок. — То есть мне вы всё-таки не доверяете, — недовольно произнёс Джон. — Просто нам нужен точный диагноз, — сказал Дин, пережёвывая булочку, которую Т/Ф любезно отдала ему, после того, как он сам быстрее неё разрешил себе съесть её.       Девушка шумно вздохнула, взяла за руку Доктора и стала с усталой улыбкой наблюдать за Сэмом, который согласился побыть личным поваром и сейчас варил для хозяйки дома бульон. Джон, надувшись, пробормотал что-то и вышел, но все и без его невнятных объяснений поняли, что он будет звонить Молли и просить её дать Рози трубку, чтобы та снова сказала заученное «па-па». Не сдержавшись, он ещё вчера похвастал новым учением дочери перед друзьями.       Сейчас был самый лучший момент из всех тех, что были за эти дни. И не только Т/И так думала. Доктор тоже думал так, держа девушку за руку и считая, что обследование в больнице непременно пойдёт девушке на пользу. Шерлок тоже так думал, считая, что совсем скоро он сможет вернуться в Лондон и продолжить свои дела. Дин тоже так думал, но перспектива снова кочевать туда-сюда и воевать с нечистью вместо того, чтобы самозабвенно и лениво коротать время в квартире Т/И, не очень его радовала. Здоровая Т/Ф, он знал, точно выкинет его сразу же, как поймёт, что Винчестер-старший один способен проесть дыру в её бюджете. Сэм тоже думал, что именно этот момент спокойствия был идеален: ему нравилось снова вернуться в обычный и приятный быт. И Джон, слушая неумелое «па-па», был рад данному моменту. Он, наверное, уже век не знал такого спокойствия.