Терпкий запах лилий

Тэхен выползает из-под пресса конечностей Чонгука и укрывает его получше одеялом. На улице начинает рассветать, а это значит, что пора собираться обратно в больницу. Тэ почти всю ночь не спал. Удавалось уснуть на несколько минут, а потом опять мучительные попытки, плотно прижавшись к Гуку. Тот не выпускал старшего из объятий всю ночь. Тэ было жутко неудобно, нечем дышать, а еще чесалась спина, но разве он мог сам прекратить это? Самая сладкая пытка. Бывали в жизни Тэхена более счастливые моменты? Вряд ли. Но именно поэтому Тэ Чонгука не разбудит. Уйдет сам тихонечко, ничего не говоря. Если младший проснется и скажет, что это случайно получилось, или он представил, что Тэ – это какая-нибудь его девица, тэхеново счастье разобьется, как хрустальная ваза: бесповоротно и на тысячи осколков. Гораздо удобнее и приятнее думать, что это было искренне, просто потому что Гуку так захотелось. А выспится Тэ в больнице. Там для этого предоставлены все условия. В шкафу Тэхен находит свои вещи, кладет одежду, которую дал Гук, на одну из полок и, стараясь не хлопнуть дверью, закрывает шкаф. Пряжка от ремня на джинсах громко звенит, и Тэхен морщится, предвкушая надвигающийся фэйл. Но Гук только переворачивается на другой бок и продолжает беззаботно сопеть. Тэхен бесшумно выдыхает и натягивает джинсы. Стоя посреди комнаты Чонгука, без майки и со спящим хозяином рядом, Тэхен думает: это вообще он? Его жизнь? Надевая майку все-таки приходит к выводу, что вряд ли. Наверное, это сон, и скоро Тэ проснется у себя дома под привычные звуки будильника, соберется на работу в цветочный и как всегда будет собирать букеты своим постоянным клиентам. И никакого Чонгука, никаких чувств – ни-че-го. – Ты куда собираешься без меня? Почему не будишь? Тэхен стоит спиной к кровати, и Гук не видит лица Тэ, но на нем сейчас весь спектр негативных эмоций: от обиды до ярости. "Ну пять утра, какого черта ты не спишь?" – проносится в голове у Тэхена. Чонгук начинает быстро копошиться, вылазит из-под одеяла, нащупывает телефон на столике и полураскрытыми глазами пытается разглядеть время. – Пять утра, Тэхен. Чего так рано? – Гук кладет телефон на кровать и смотрит в спину Тэ. Старший медленно разворачивается и замирает на несколько секунд, глядя Гуку прямо в глаза. Своими объятиями только раздразнил. Чонгук сейчас такой домашний. Такой, каким вряд ли многим удавалось его увидеть, и Тэхен ощущает свою значимость. Гук смотрит вопросительно, ожидая объяснений, а Тэ боится разговор начать. – Не хотел тебя будить, я сам могу добраться. Спи, – говорит Тэхен, хотя прекрасно понимает, что теперь от Гука он не отделается. – Ложись доспи, – говорит Гук и падает обратно на подушку. Он закрывает глаза и хлопает ладонью по месту рядом с собой, не понимая, что всем этим Тэхена доведёт скоро. – Потом вызовем такси и быстро доедем. – Нет, я пойду, Гук, – Тэхен молча натягивает носки и поправляет волосы, глядя в зеркало, а затем тянется к ручке двери. Бух. Тяжелая подушка неприятно ударяется о затылок и падает на пол. Тэхен закатывает глаза и бросает недовольный взгляд через плечо, но Гук глаз и не открывал. – Я говорю поспи еще немного, – в полудреме произносит Гук. И старший не может ничего сделать. Тэхен возвращается в кровать, подобрав подушку. Накрыв свою половину постели пледом, укладывается сверху прямо в одежде, закинув руки за голову. Чонгук, кажется, опять заснул, а Тэхену дурацкие мысли в голову лезут, мешая хоть на чуть-чуть задремать. Ни слова не сказал. А скажет ли вообще? Прошло, кажется, минут пятнадцать, Тэ только удалось заснуть, а телефон Гука уже разрывается от громкого звука будильника. Очень противного, кстати. Еще и с вибрацией, из-за которой хочется выбросить телефон за окно. Чон вполне спокойно выключает назойливый гудок и откладывает телефон, поднимаясь с кровати. Он потирает глаза и лениво потягивается, а потом смотрит на Тэхена и смеется. – Ты в пять уже готов был идти, а теперь даже глаза открыть не можешь, – Чонгук аккуратно кладет руки на плечо Тэ и слегка тормошит его, а старший только устало мычит и поворачивается спиной к Гуку. Но Гук не был бы Гуком, если бы дал старшему поспать, ничего не сделав. Поэтому рука Чона ловко пробирается под майку старшего и, быстро перебирая пальцами, Чонгук начинает его щекотать. Стандартное оружие против Тэхена. Действует безотказно, а еще это весело. Тэ тут же подскакивает и пытается отбиться от Чонгука, но младший, как минимум, выспавшийся и не чувствует себя будто его переехал танк, так что попытки Тэхена сбежать с поля боя (если конкретнее – кровати) остаются тщетными. Тэхен громко смеется до того, что совсем не остается сил отбиваться, а Гук шипит "чшшш", чтобы родителей не разбудить. – Перестань, я начну кричать! – сквозь смех говорит Тэхен, а Чонгук сверху на Тэ подушку кидает, чтобы молчал, и продолжает щекотать. Беспомощный мучающийся Тэхен – такая же слабость для Гука, как для самого Тэ щекотка. И опять же, это весело. Когда до Гука доходит, что они так опоздают в больницу, обессиленный Тэхен уже пластом лежит на кровати, уткнувшись лицом в матрас, а Чонгук добивает сверху подушкой. – Чонгук, слезь с меня, – еле-еле говорит Тэхен куда-то в кровать и Чонгук, понимая, что хватит со старшего, успокаивается. Тэ с трудом поднимается на локтях, и осматривается по сторонам. Ну улице уже совсем светло, и в комнате приятный розовый свет. А рядом растрепанный, глупо улыбающийся Чонгук, которому Тэхен врезал бы, если бы силы были. – Ты достал. В следующий раз я начну кусаться, – Тэ поправляет челку, я переворачивается на спину. – У меня есть время поспать, пока ты будешь собираться, – и старший отворачивается опять, подмяв под себя подушку. Чонгук, уже натягивающий джинсы, недовольно смотрит на хена, но заново нападать не собирается. Пусть спит. Гук выходит на кухню, где у пустой миски уже сидит кот. В комнате на ночь не закрыли окно, и теперь здесь так приятно свежо пахнет. Чон насыпает корм для Ви, и довольный кот, виляя хвостом, приступает к поеданию, а Гук достает турку и варит свой ежедневный кофе. По кухне расходится ненавязчивый кофейный запах, отчего падкий на ароматы Гук прикрывает глаза. "Сегодня такое потрясающее утро", – думает про себя Чонгук, а потом чуть подумав добавляет: "Наверное, из-за погоды". Когда кофе готов, и маленькие белые чашечки из фарфора аккуратно расставлены на столе, Чонгук тихонечко, чтобы не разбудить родителей, возвращается в комнату и снова будит старшего, присев на корточки перед Тэ. – Тэхен-а, я приготовил кофе, – шепчет Гук, и вот такое пробуждение Тэхену нравится. – Поднимайся и выходи на кухню, – младший встает и выходит из комнаты, а Тэхен на лицо подушку кидает, чтобы не закричать от всего происходящего. Заправляя кровать, Тэхен слышит, как Гук вызывает такси, как играет с котом, и Тэхену трудно сдержаться. Хочется выйти, обнять, все рассказать и никому не отдавать. И Тэ решает, что все-таки скоро это сделает, но сейчас рано. Кофе пахнет уже в коридоре. Напоминает рекламу, когда шлейф аромата тянется по всей квартире и ты идешь на запах. На кухне Гук сидит за столом, держит в руке чашку и медленно потягивает свой утренний напиток. Тэхен ежится оттого, что в комнате прохладно, а Гук сидит без майки и ему, кажется, все равно. Младший, уставившись в одну точку, о чем-то задумался, и Тэхен не говорит ничего, просто тихо садится напротив, и делает первый глоток кофе. – Я заказал такси, – отвиснув, сообщает Гук. – Я слышал. Гук кивает и больше они ничего не говорят. Молча пьют кофе. Каждый думает о своем и не хочется нарушать эту тишину. От теплого кофе Тэ согрелся. Делая последние глотки, Тэхен про себя просит всех богов, чтобы это утро не заканчивалось. Оно такое теплое. И это не о температуре. С Гуком очень тепло. Старшему с ним нравится дурачиться, нравится, когда тот его будит, нравится просыпаться рядом, пить кофе вот так вместе. Даже молчать с ним нравится. И обниматься ночью тоже. Телефон Гука вибрирует на столе и вырывает из раздумий обоих. Тэхен готов сесть где-нибудь в уголке, как ребенок, скрестить руки и сказать, что никуда не пойдет. Но Чонгук забирает пустую чашку, молча моет посуду, вытирает руки и кивает головой на выход из кухни. Тэхен тяжело вздыхает, но все же плетется в прихожую. Только в такси Тэ решается спросить, почему Гук такой грустный вдруг стал. Еще утром как ребенок детсадовский бесился, а теперь чернее тучи. На что Чон только молча отмахивается и отворачивается, разглядывая проносящиеся за окном улицы. Тэхен больше не лезет. Когда Чонгук передает Тэхена в руки врача, мужчина смотрит на Гука с укоризной, хватает Тэ за запястья и рассматривает его руки. – Что за синяки? – спрашивает врач, широко раскрыв глаза. Тэхен смотрит на Чонгука а-ля "Вот ты дебил", а Гук понимает, что слишком сильно он хватал хрупкого Тэхена. Ну баловались ведь просто. Правда врачу это не объяснишь. – Я еще в больнице ударился о тумбочку, когда уезжали – пытается выкрутиться Тэхен, но продумал он свой ответ явно плохо. – Обеими руками? – поднимает одну бровь врач. – На левой я не знаю откуда, – Тэхен улыбается, как слабоумный. Если бы ситуация позволяла, Чонгук сфэйспалмил бы, но он просто опускает голову и надеется, что дальше с расспросами врач не полезет. Лучше бы правду сказал. – Я пойду тогда, – говорит Чонгук, когда в кабинете врача повисает тишина. – До свидания. Пока, Тэхен-а, – Гук аккуратно касается плеча Тэ и направляется к выходу. Тэхен оборачивается, провожая младшего взглядом, а когда тот выходит, уходит в палату и сам Тэ, еще раз поблагодарив врача за то, что отпустил. – Не забудьте, у вас скоро процедуры, – не отрываясь от своей писанины, кричит вслед врач. Тэхен непонятно зачем тихо мг-кает и, еле поднимая ноги, идет в свою палату. Завалившись на свою кровать, которая уже кажется прогнулась под тело Тэхена, он закидывает руки за голову и ногу на ногу. За дверью слышаться чьи-то быстрые шаги, крики медсестры, которая просит какого-то больного вернуться в палату. Эти стены опять так давят, как будто в коробку посадили. Тэхен тянется рукой к тумбочке, достает блокнот, который в прошлый раз привез Чонгук, и карандаш. Неосознанно Тэхен начинает делать какие-то наброски, прорисовывает линии, затеняет, тушует. Он всегда любил рисовать, но практики давно не было: работа не оставляет времени ни на что другое. Из-под карандаша выходит небольшой аккуратный рисунок. Лилия. Тэхен разглядывает получившийся скетч и слабо улыбается. Так хочется поскорее вернуться в цветочный, разложить свою коробочку, как всегда, и собрать какой-нибудь потрясающий букетик, опять увидеть улыбку на лице покупателя и услышать слова благодарности. Когда в жизни творится полная херня, работа – лучший способ не забивать голову ненужными мыслями. Сейчас бы это так помогло. А так... напиться бы. Тэ откладывает блокнот в сторону и подходит к окну. Он опирается о подоконник бедром и машет детям из отделения напротив. Они как всегда улыбаются, тычут пальцами в окно и показывают Тэхену свои новые игрушки, а Тэ показывает им большой палец и так же лучезарно улыбается. Золотой шар солнца почти полностю выкатился из-за горизонта и повис над землей. Пробирающиеся в палату лучи хоть немного настроения добавляют, но острое желание напиться не исчезает. Тэхен подбрасывает одной рукой яблоко, которое вчера не съел за завтраком и вспоминает, как точно так же совсем недавно мучился по поводу Чимина. Сейчас это таким глупым кажется, а тогда была трагедия. Тэхен думает о том, как у него вкусы все-таки поменялись. Раньше он таких людей, как Гук, терпеть не мог – самовлюбленных, не слишком открытых, обычных. Чимина он любит как раз за то, что он не такой. Чимин яркий, веселый, легкий. Нет, Гук тоже веселый, но как-то по-другому. В общем, идеалы сменились на сто восемьдесят градусов. Все, финиш. Тэхен оставляет яблоко в покое и откусывает кусочек. Громко хрустя фруктом, он возвращается в кровать. В последнее время обыденная прогулка – от кровати до окна и обратно. Продолжая жевать яблоко, он включает все ту же серию Бесстыжих и уже через минуту засыпает, а недоеденное яблоко остается валяться на кровати. // Чонгук возвращается домой с таким же дерьмовым настроением. Он идет пешком с The Weeknd в наушниках и полной мешаниной в голове. This ain't the right time for you to fall in love with me Well baby, I'm just being honest. * Чонгук недовольно хмыкает и переключает песню. Почему в моменты самобичевания начинаешь вдумываться в тексты песен и связывать их со своей жизнью? Дурацкая человеческая психология. Хотя скорее человеческие заебы. And I know she'll be the death of me, at least we'll both be numb And she'll always get the best of me, the worst is yet to come.** Твою-то мать. Хочется о землю разбить телефон. А на наушниках повесится. Мозг непроизвольно заменяет слово "она" на "он" и добивает, словно молотком по голове. Чонгук глубоко выдыхает и решает не думать про всякую чушь. На самом деле нет никаких проблем, все это надумано и вообще, пора бы уже поразмыслить, где работу искать – Гук дает себе такую установку и продолжает шагать. But at least we'll both be beautiful and stay forever young This I know, yeah. Тhis I know.*** Нет, в задницу все. Чонгук достает наушники и прячет их в рюкзак. Под утреннее пение птиц тоже приятненько пройтись. Зайдя домой, Гук быстро проскакивает мимо комнаты родителей, бросив мимолетное "Доброе утро" маме и папе, и заперевшись в комнате, падает лицом в подушку. Пахнет Тэхеном. Бррр. Чонгук трясет головой из стороны в сторону, отгоняя от себя все это. Он принципиальный натурал. Был. Гуку самому от себя тошно. Он давно себе поставил цель. Точнее – наметил образ. Образ успешного бизнесмена в брэндовом костюме, с дорогими часами и автомобилем, а главное – с красивой девушкой на соседнем сидении этого авто. Таким Гуку всегда хотелось быть. Кем-то вроде этих парней с обложек мужских журналов. Тэхен эти планы уверенно рушит. Уже разрушил. Это точка невозврата. Бархатистый голос, песочного цвета кожа, очаровательная улыбка, длинные пальцы – все это сделало свое дело. Хотя скорее склад ума, образ мыслей, отличное чувство юмора, потрясающий стиль и куча талантов. А если поразмыслить еще лучше – херня все это. Это просто Чонгук влюбился в Тэхена. ВЛЮ-БИЛ-СЯ. Не в его части по отдельности, а просто в Тэхена. Целиком. В шикарного Тэхена. И значит не таким уж он натуральным натуралом был, раз так просто в парня втрескался. // Тэхена будит медсестра и зовет на процедуры. Побегав по всем кабинетам, и еще заскочив в столовую за обедом, он без сил возвращается в палату. Ноутбук окончательно разрядился, и Тэ ставит его на зарядку, а сам заваливается в кровать со смартфоном. Чонгук онлайн. Тэхен смотрит на фотографию, улыбается. Сверху экрана выскакивает оповещение "1 Новое сообщение", и предположив, что это Чимин, Тэ открывает диалог. Чонгук: Ты как? У Тэхена опять что-то екает внутри. Непонятно почему. Тэхен: В порядке. Чонгук ловит себя на мысли, что он скучает, что хочет, чтобы Тэхен сейчас снова был здесь. Рядом, на кровати. Гук подбирает под себя тэхенову подушку. Чонгук: Без тебя кот скучает. С ним некому играть. Тэхен смеется. Тэхен: Погладь его за меня. Чонгук прочитал и молчит. Ну, в принципе, а что писать. Диалог зашел в тупик. Он отбрасывает телефон в сторону и поворачивается на бок, поджав под себя ноги. Тэхена ломает уже. Неужели дальше все и будет так продолжаться? Вот просто так. С переписками о котах и иногда совместными просмотрами сериалов. Нет. Пора что-то менять. После непродолжительного перерыва телефон Чонгука вновь вибрирует. Тэхен: Ты ведь не спал? Чонгук понимает о чем он. Именно сейчас стоит сказать что-то. Чонгук: Нет. Тэхен так и знал. Тэхен: Зачем тогда? Тэ зажмуривается и не хочет смотреть на экран. Не хочет читать ответ. Все же решается. Чонгук: Захотел. У Чонгука пульс сейчас за сто переваливает точно. Тэхен: Приедешь завтра? И тишина. Чонгук не отвечает. Тэхен готов рвать на себе волосы, потому что какой же он дурак. +1 в диалогах. Чонгук: Да. Чонгук: Сегодня. Чонгук: Я тебя заберу. Пользователь Чон Чонгук вышел из сети. Тэхен не понимает до конца, что произошло. Чонгук лежит на спине и закрывает лицо руками. Если раньше все было неточно, то сейчас они пронеслись мимо чекпоинта, и черт знает, что ждет впереди. . . . . . . . . . . Тексты песен: *Сейчас неправильное время для твоей влюбленности, Что ж, детка, я просто говорю честно. **Я только знаю, что она моя смерть. По крайней мере, мы оба онемеем. Она всегда возьмёт у меня лучшее, а худшее оставит впереди. ***Во всяком случае, мы оба останемся прекрасными и вечно молодыми. Я знаю это. Да, я знаю это.