For Love is Strong as Death

Работать над проблемой ангелов Бобби начал на следующий же день. «Счастье» просмотреть все книги в библиотеке и выбрать те, в которых был хоть намёк на информацию об ангельской благодати, выпало на долю Сэма. После этого оставалось только перечитать всё найденное, не отрывая зад от кресел и умирая со скуки. Сэм ни разу в жизни не видел, чтобы Дин добровольно и с таким энтузиазмом занимался исследовательской работой - хотя на этот раз была весомая причина: старшему Винчестеру не терпелось вернуть архангельские силы законному владельцу и спровадить того куда подальше как можно скорее. Да, благородства тут мало, однако достаточно, чтобы Сэма замучила совесть – он то не пылал желанием изучать «свою» кучу книг. Ведь он успел...привыкнуть к навязчивому и раздражающему присутствию Габриэля. Было бы странно больше не видеть его поблизости каждый день. И они читали. И читали. И читали. Когда всё было прочитано и перечитано по нескольку раз, Бобби решил позвонить паре знакомых, чьи знания по данной теме могли оказаться полезными, а Дин пару дней спустя забрал из города несколько новых фолиантов из книжного магазина. Окончательно отчаявшись что-либо найти, компания умудрилась припахать к полезной деятельности даже Кроули, и тот отправился расспрашивать демонов. Поначалу, несмотря на всё неудержимое обаяние Бобби, направленное на его персону, он категорически отказывался. Но Габриэль тихо прошептал что-то ему на ухо, и демона как ветром сдуло. Чуть позже Сэм отвёл Габриэля в сторону с очередными подозрительными расспросами. - Только не говори, что ты продал ему душу. - Я ангел. Технически, у нас нет души. - ...Только не говори, что ты продал ему одну из наших душ! - Вообще-то я пообещал рассказать ему все (известные мне) грязные подробности жизни твоего брата. Его влюблённость в Доктора Секси возглавляет список. У Сэма камень с души упал. - Знаешь, если от Кроули действительно будет толк, я готов поделиться воспоминаниями о том, как Дин на моих глазах до полусмерти испугался кота. Но Кроули не принёс хороших вестей. Никто из демонов не знал ровным счётом ничего об ангельской благодати. Выбора не было - пришлось продолжать исследование по книгам. Единственное, что можно было сказать с абсолютной уверенностью - ни с кем из ангелов такого прежде не случалось. А даже если случалось, свидетелей уже не было. Так что им несказанно повезло: Кас и Габриэль оказались особенными. - Может, вам просто нужно больше времени на восстановление? - снова принялся твердить Сэм, когда все возможные варианты отпали. Он внимательно оглядел всю компанию. Габриэль восседал на рабочем столе Бобби, мерно постукивая каблуками о деревянную столешницу. Кастиэль стоял, прислонившись к стене, и буравил взглядом спину вращающегося в компьютерном кресле Дина: охотник пытался удержать без рук книгу на макушке. Энтузиазма у всех здорово поубавилось. Не получив ни от кого ответа, Сэм решил попытаться снова, беспомощно взмахнув руками. - А вдруг Благодать просто не может так быстро...регенерировать. Дин скептически хмыкнул и, наконец, выпрямился, ловя падающую с головы книгу. - Или они теперь просто люди, и нет тут никакой загадки. Стоящий позади Кастиэль невольно вздрогнул. Габриэль не удержался и пустил в ход своё остроумие: - Отлично, Дино. Что же случилось - ты так уповаешь на тупое везение, что забыл даже про банальную тактичность? Похоже, Дин и сам осознал, что перегнул палку, потому коротко и сдержанно извинился. Сэм тяжело вздохнул. - Значит так, давайте оторвём задницы и головы от напряжённого поиска, раз уж всё равно толку никакого. Лады? Вообще было сродни чуду то, что Габриэль и Дин смогли работать бок о бок так долго и ни разу не попытаться задеть друг друга. Так что Сэм разумно решил не искушать лишний раз судьбу. - Ладно, как скажешь, - промямлил Дин, тяжело вставая с кресла. - Я буду на улице, если вдруг понадоблюсь. Сэм смотрел вслед ковыляющему из комнаты брату, про себя размышляя, а не рановато ли устал от всех закидонов старшенького. *** Дин добрых два часа провёл во дворе, ковыряясь в моторе Импалы. Разумеется, он абсолютно не нуждался в ремонте. Дин обращался со своей деткой как с сокровищем - там в принципе ничего не могло выйти из строя. Но время от времени машина позволяла ему побыть наедине с собой. Хотя, по правде сказать, охотнику вовсе не нужно было уединение. Он пять месяцев всем сердцем желал возвращения тех, кто только вчера переступили порог этого дома (ну, кроме, может, Габриэля). Просто теперь... Оказалось, что слова "Разлука для любви - что ветер для огня: слабую она гасит, а сильную раздувает" - не просто глупые телячьи нежности, как Дин всегда считал. А с Касом очень долго был разлучён. Так что проводить с ним все дни напролёт, как раньше, стало немного...трудно. Во всяком случае, если он вообще надеялся провести хоть один вечер, не подкатывая к ангелу. Перебирая мотор, охотник пытался разобраться, что же с ним не так. Да ради всего святого, он же даже не гей! Его никогда в жизни не тянуло к парням. Он просто...просто переосмысливал свою жизнь, и всё. Ну так уж и быть, ладно - возможно, в его прошлом и были некоторые интересные моменты (в памяти всплыл инцидент с трусами, а за ним и лёгкая влюблённость в некоторых актёров), но тут совсем другое. Сейчас речь идёт о Касе, единственном настоящем друге, который у него был, не считая Сэма. И охотник ухитрялся каким-то невообразимым способом портить эти дружеские отношения. Особенно в самом начале, когда Кас ещё так странно наивно следовал везде за своим человеком. Он заслуживал гораздо большего, чем то, что Дин мог ему дать. Боже ты мой, парень был всё ещё девственником... ...Если, конечно, он не предпринял что-нибудь и не изменил этого за прошедший месяц, в течение которого только Сэм и Габриэль приглядывали за ним (которые и в подмётки не годились надзирателю-Винчестеру-старшему). Он сверлил взглядом движок Импалы, стараясь отогнать острый приступ ярости от осознания того, что эти двое могли позволить Касу переспать с какой-то тупой девкой, которая совершенно ничего о нём не знала (попытка самого Винчестера совершить примерно то же самое, отведя ангела в бордель, не в счёт, разумеется. Хотя.... О чём он вообще тогда думал? И думал ли вообще?) Устав сам от себя, Дин хлопнул капотом гораздо сильнее, чем нужно, и, принеся искренние извинения своей детке за такую грубость, сдался, направляясь обратно в дом. И по счастливому и немного ироничному стечению обстоятельств, в гостиной, куда вошёл охотник, кроме Каса, не было ни души. Ангел уютно устроился на краешке дивана, подобрав под себя ноги, и читал очередную книгу. Дин и не думал, что доживёт до дня, когда Кастиэль настолько расслабится и позволит себе так сидеть. Это было до безобразия соблазнительно. - Эй, - стараясь держать себя в руках, позвал охотник. - А где все? Кастиэль сосредоточено взглянул на него. - Вопреки всем предостережениям, Бобби сейчас играет в шахматы с демоном в своей спальне. А что касается твоего брата, Габриэль говорил что-то про «гугл» и «ютюб», и они вдвоём сидят наверху. Они забрали с собой ноутбук. Дин на автомате сделал шаг к лестнице, уже мысленно готовясь ну очень дружелюбно напомнить Габриэлю, что ему нельзя оставаться наедине с Сэмом - но вовремя опомнился, понимая всю бессмысленность задуманного. И не только потому, что Габриэль был мелким долбаным пакостником, который всегда всё делал наперекор Винчестеру-старшему. Гейб уже провёл один на один с Сэмом целый месяц. Если бы архангел всерьёз решил развратить его брата, то давно бы это сделал. - А, хрен с ними... - тихо выругавшись, он огляделся по сторонам, чтобы отвлечься. Развлечений в гостиной было не много, потому он взял пульт от телевизора и стал бездумно переключать каналы, разваливаясь на диване рядом с Касом. Ангела чуть подкинуло на упругих подушках, но он не придал этому особого значения, спокойно вернувшись к чтению. К счастью Дина, книга была не об ангелах (а значит и поиски ответов на какое-то время закончились). Это было что-то из «классики», которую иногда он видел у Сэма. Дин сделал себе мысленную пометку как-нибудь познакомить Каса с миром телевидения. Охотник пролистывал каналы один за другим, не обращая никакого внимания на передачи. Ему хотелось просто немного посидеть. Одну руку он закинул на спинку дивана и распрямил по направлению к Касу, но очень аккуратно, чтобы ненароком не задеть. Кастиэль всё так же невозмутимо смотрел в книгу. Спустя некоторое время молчание начало угнетать. - Эй, Кас. Слушай….Извини за то, что я…ну, знаешь, за то, что я наговорил. О том, что ты можешь остаться таким навсегда. Кастиэль взглянул на охотника, обдумывая каждое слово, а затем покачал головой. - Это не имеет значения. Такая вероятность действительно существует, и мне следует примириться с ней. - Да, но я не должен был… - Правда, Дин. Всё в порядке, - Кастиэль снисходительно кивнул. – Ты говорил куда более обидные вещи раньше, и я прощал тебя даже без извинений с твоей стороны. Винчестера словно громом поразило. - Ооо… Да, от этих слов ему сразу так полегчало! - Однако, есть кое-что, что я хотел бы у тебя спросить, - ангел закрыл книгу и заметно напрягся, опуская ноги с дивана. Дин пожал плечами, продолжая издеваться над телевизором. - Валяй. - Мы можем остаться с тобой? Охотник чуть не упал и недоумённо уставился на ангела. - Что? Кас пристально изучал собственные ладони. - Габриэль и я. Если это состояние окажется…неисправимым. Просто я не уверен, что нам есть куда пойти… Дин медленно повернулся лицом к ангелу, закидывая колено на диван. - Кас, да брось. Серьёзно? Вам не нужно просить об этом, - тут Винчестер чуть замялся. – Ну, нет, Габриэлю, конечно, стоит попросить. Габриэлю следует даже умолять, если он не хочет доживать свои смертные деньки на обочине какой-нибудь дороги. Но ты… Ты часть нашей семьи, чувак. Само собой ты останешься с нами. Казалось, ангел не ожидал такого ответа. Выглядел он очень удивлённым, но лицо светилось невероятной теплотой (хотя при этом не двинулся ни единый мускул). - Спасибо. Дин залился краской и отвернулся. - Пустяки. Ничего особенного. И вообще, - добавил охотник, придавая тону неестественную живость, - если это наихудшее, что может произойти, то всё не так уж плохо. Верно? Мы могли бы начать показывать тебе приятные стороны человеческой жизни… Винчестер замолк, встретившись взглядом с ангелом. - Дин. Пожалуйста, больше никаких борделей. Услышать это оказалось облегчением, хоть бордель и был последним в списке предложений. Охотник сделал вид, что соглашается через силу, покивав в ответ и возвращаясь к просмотру Топ модели по-американски. - Ладно, если ты так хочешь… - Хочу. Кроме того, - добавил ангел, наблюдая за тем, как Дин рассматривает кошачью походку моделей, - я не уверен, что я также…увлечён женщинами, как и ты. Дин моргнул, пытаясь оторваться от красивых дурёх, которые даже сейчас приковывали его внимание, и на мгновение бросил озадаченный взгляд на ангела. Однако до него быстро дошло то, что Кас пытался сказать, и его глаза попытались выскочить из орбит. - Погоди. Ты, это…. То есть ты…? Кастиэль виновато улыбнулся, а затем чуть заколебался. - Это проблема? Я знаю, что люди иногда не приемлют отклонений в некоторых вопросах. - Проблема…? Нет! Нет. Боже, нет, - ещё некоторое время охотник тупо хлопал ресницами. Неужели он действительно…слышит это? Кастиэль ведь имел в виду именно то, о чём Дин подумал? Тот только что признался, что парни его привлекают больше, чем девушки, а Дин вовсе не ломал себе голову над тем, как так вышло, что его желание исполнилось, верно?! Медленно, но верно, охотник впадал в истерическую панику. Кас по-прежнему не мог разобраться в реакции Дина, поэтому Винчестер собрал остатки мужества и разума в кучу и кое-как выдавил: - Правда, это, эм…. Это нормально. Я потратил целых два года на убеждение Сэма вернуться к традиционной ориентации, когда мы были подростками. Так что с подобными откровениями я смирился ещё тогда. Кастиэль снова улыбнулся, но на этот раз со странным пониманием, словно нашёл ответ на какой-то вопрос. - Тебе лучше не забывать об этом в преддверии грядущих дней. - Чего? - Ничего важного. Вероятно, в любой другой момент Дин выяснил бы, что именно ангел не договаривает, но сейчас он был слишком занят, разглядывая Каса, словно видел его первый раз в жизни. Он был невероятно доволен тем, что ангел рассказал ему, будто удостоился особого доверия, а не попал в очередную сопливую сценку (хоть это она и была). И вот так просто, в минуту лёгкой слабости, все благие намерения Дина вылетели в окно. На секунду он полностью забыл всю ту муть о том, что Кас являлся его лучшим другом, и что глупо портить эти отношения. У него абсолютно вылетел из головы тот факт, что вообще-то сам он геем не был. Он забыл даже своё благородное решение не покушаться на невинность ангела. За пару секунд он выкинул из головы всё то, что могло сказать ему: «Твоё намерение - совершенно идиотская затея!!!». Рациональное мышление отключилось, Дин не колебался, когда до сих пор неосознанное желание наконец утвердилось в его голове: он резко вздохнул и наклонился к ангелу, стремительно сокращая расстояние между ними. Возможно, это был самый смелый поступок, который он когда-либо совершал – и, как обычно, он не мог не повлечь за собой определённых последствий, как и все предыдущие геройства. Как только их губы встретились, Кастиэль вздрогнул от шока, а затем просто застыл под довольно настойчивыми ласками Дина. Он не знал, как вести себя в подобных ситуациях, потому просто замер, не уверенный, как же ответить. Мысли о том, что же от него хочет Дин, проносились с бешеной скоростью одна за другой. Конечно, за всё время пребывания на Земле, он видел поцелуи; наблюдал за людьми, нежно касающимися друг друга. Но это не значило, что он мог представить себя на их месте. Поцелуи, как он понял, включали в себя прикосновения губ, языков, обмен дыханием и слюной, и, честно говоря, он не понимал, что в этом приятного. По правде сказать, это казалось безумным, нелогичным и совершенно негигиеничным, и, раз уж на то пошло, должно было служить прелюдией к сексу. А вот с этой мыслью ангела накрыла паника. Из тех знаний о сексуальных связях, которые были у маленького Кастиэля (а они основывались лишь на наблюдениях за поведением Дина с женщинами и кратком разъяснении Габриэля в целом о сексе), он мог сказать лишь, что они являлись логическим завершением мимолётных и быстро забывающихся интриг. Секс казался чем-то ужасно гадким: напряжённым, изнуряющим, нацеленным на насилие. И ангел ни в коей мере не мог соотнести всё это со своими чувствами к Дину. Перегруженный такими мыслями и недостатком личного опыта, он резко отвернулся, разрывая момент единения. Дин хрипло выдохнул и тут же отстранился, глаза его расширились, а сам он сильно побледнел. Охотник сокрушённо помотал головой и тихо просипел: - …Прости. Он отдёрнул руку, лежащую на плече Кастиэля, и отодвинулся ещё дальше. - Я, я подумал…. Не важно. Не бери в голову. Прости. - Дин, - ангел сочувствующе наклонил голову, желая сказать что-нибудь, что убрало бы выражение мучительной боли с лица охотника; желая объяснить, что это не было отвержением: нет, только не Дина! Ведь он искренне любил сидящего перед ним человека, любил больше, чем вообще было положено людям. Он просто не мог принести это в жертву физическому удовлетворению. Но было поздно что-либо объяснять. Дин ушёл, не проронив ни слова, не оглядываясь, снова чувствуя себя в безопасности в машине и оставляя Кастиэля в неведении, что же всё-таки произошло.