Дополнение к "Случайностям"

Что такое «болит», он узнал от людей. Может быть давно, а может понял из бесконечных расспросов своих новых неправильных хозяек, что неприятное беспокоящее чувство сопровождающее отчет о повреждениях и потерю работоспособности органов, а также усиление нагрузки на имплантаты, называется «болит». (Ему редко удавалось установить откуда появлялись знания, не те, что были прописаны в его программе. Почти никогда. Вот и с этим знанием, не мог сказать точно.) И все же от отчета системы «болит» отличалось. И повреждениям с работоспособностью соответствовало не всегда. Он так привык к нему, что, когда оно начало исчезать, ему стало страшно, будто он сам прекращал существование, к тому же это тоже было знакомо, когда он почти умирал и время бодрствования системы не совпадало с тем, которое он помнил, «болит» он тоже переставал чувствовать. Когда он начал подолгу думать сам, без системы, он боялся исчезнуть одновременно с «болит», но хозяева трогали его, и он сам себя трогал, и не исчезал. От прикосновений хозяев чувство, ощущение было почему-то совсем другое, чем от своих, оно беспокоило, как и «болит», только совсем иначе, может быть потому что никак не было связано с отчетами системы о состоянии. Оно называлось «нравится». «Болит» относилось к «плохо», а «нравится» — к «хорошо». В «хорошо» и «плохо» киборг разбирался. Так ему казалось. Раньше он всегда понимал, когда правильно и хорошо, а когда неправильно и плохо. А потом он попал к неправильным хозяевам, сам. И все запуталось. Он перестал успевать понимать. Сейчас, у неправильных хозяев ему было хорошо. Только он боялся, что это может кончится. С ним так уже было. И Это боялся. Это очень не хотел перестать существовать. Он не знал почему, но боялся перестать быть. Зато откуда-то знал, что это неправильно — что это дефект. И все равно он боялся, что «хорошо» может смениться на «плохо», и тогда он перестанет быть. Потом страх перестать быть куда-то делся, и Это, больше чем перестать быть, стал бояться оказаться ненужным своим хозяевам, что они опять отдадут его кому-нибудь, потеряют или где-нибудь забудут… Остаться без хозяев было плохо, неправильно. Потому что без хозяина Это уже оставался и чуть не перестал существовать — так плохо ему стало. А сейчас… Это вдруг понял, что сейчас он боится совсем-совсем неправильно, ни того, что он сам закончится, ни что его отдадут или забудут, или бросят, сейчас он почему-то стал бояться, что с хозяевами может что-то случиться. Что они могут куда-нибудь деться. Ведь с его прежним хозяином так было. Это началось не сейчас, это началось несколько дней назад, когда их корабль стоял на планете, и как часто было, хозяева ушли, а Это остался на корабле, чтоб его нигде не забыли и случайно не потеряли. На корабле было тихо, спокойно, программа не требовала от него никаких действий, и не было других людей, которые могли отобрать Это у хозяев, так с ним тоже уже было… Это поел, поспал, посмотрел мультики, но быстро устал от быстрых картинок. Он снова поспал, потом выключил робота и сам помыл полы везде, и все протер, разными тряпочками, как учила Строгая хозяйка. А потом ему вдруг показалось, что прошло очень-очень много времени, и хозяев нет и нет, и они никогда не вернутся. Это проверил таймер, времени прошло немного, хозяевам было еще рано возвращаться. Но ему казалось совсем другое. Он испугался, что совсем поломался. Он позвал хозяев, через искин корабля по коммам, сразу всех, и сел ждать около шлюза. Он ждал очень-очень долго и совсем мало времени по таймеру, они вернулись. Только Это не нашел, что и как им объяснить. Сказал, что поломался, болит и ему плохо. Только это он сначала сказал, а голова и живот стали посылать системе сообщения о спазмах потом, когда сказал. Но люди не заметили. Строгая хозяйка дала ему лекарства и уложила спать, осталась с ним. А вот сейчас Это совсем-совсем сломался. Его хозяева были на корабле, они летели, и система знала, что хозяева на корабле и не могут никуда исчезнуть, но Это все равно казалось, что их нет, он здесь совсем один, и ему было страшно. Система проснулась давно. Киборг тоже. Он лежал на койке, слушал спящий корабль, осматривал свою каюту и понимал, что совсем сломался, потому что система говорила, что люди не могли покинуть летящий корабль, а он уверен, что остался тут совсем один, а хозяева исчезли. Это знал, что должен спать, как и хозяева. Но он не мог заснуть, он будто переходил в боевой режим, только как-то неправильно — сам, без команды программы. Это полежал на спине, погладил тканый ковер с узелками и ворсом разной высоты, ковер на стену у кровати повесили хозяева, специально, чтобы Это гладил его ладонью, как ему нравится. Он потрогал себя, убедился, что существует все чувствует, но неправильное беспокойство не исчезало. Повернулся на бок, обнял мягкую плюшевую лягушку и тут же вспомнил, как ее выбирали в магазине с хозяевами. Оттолкнул игрушку, перевернулся на другой бок, прижал колени к груди, стиснул в пальцах край одеяла, но неправильный страх только усилился. И на животе было неудобно. Прошлую ночь Это провозился так до корабельного утра, а потом увидел, как из своих кают выходят Умная хозяйка и Веселый хозяин, которые поговорили с ним и его потрогали, и Это успокоился. Весь день он следил за хозяевами, но они никуда не исчезали и были рядом. А потом наступило время отдыха, и он тоже ушел в свою каюту. Неправильное беспокойство усилилось. Это было совсем неправдой и вообще было невозможно, но ему начало казаться, что от корабля осталась только одна его каюта, все остальное исчезло вместе с хозяевами, и Это совсем один вместе с каютой висит где-то вдалеке от звездных систем и станций никому ненужный. Это почувствовал, а потом получил сигнал от системы, что самопроизвольно активировались слезные железы. Понял, что ему совсем плохо, встал и решительно открыл дверь каюты. Дверь открылась легко, и вакуума за ней не было. Привычный коридор с тусклыми по ночному режиму световыми панелями. Это потрогал стены. Пол чувствовали босые ноги, но он все равно потрогал его рукой. Каюты были закрыты, но не заперты. Строгая хозяйка говорила, что заходить в чужую каюту без приглашения нехорошо, но если стало плохо, то можно и нужно и заходить в каюту, и будить хозяев. Это сейчас не утрачивал работоспособности и ему не было по-знакомому плохо, с ним было что-то другое, и он это понимал. И понимал, что не сможет объяснить Строгой хозяйке что с ним, и зачем он ее разбудил. Он долго стоял перед дверью трогая ее ладонью, и один раз языком. А потом не выдержал, открыл, и посмотрел. Строгая хозяйка была на месте и спала. Это понял, что ему надо просто проверить каюты всех хозяев. Тогда не надо будет их будить. Потому что будить людей неправильно — они сердятся. Это он знал и давно. Наверное, даже не от этих хозяев. Большая хозяйка спала, скинув одеяло и подушку на пол. Это решил, что может быть полезным, вошел и, аккуратно сложив одеяло, уложил на стул, а подушку вернул на кровать, пристроил рядом с головой Большой хозяйки. Веселый хозяин почти проснулся, когда он вошел. Но сказал что-то, что не разобрала система и не понял Это, повернулся и снова крепко заснул. В каюте у Умной хозяйки Это встретил андроид. Он взял у Это отчет системы и прислал рекомендацию о необходимости приема слабого седативного препарата и сна. Умная хозяйка, которая много говорит с Это и которую лучше всех понимает его система, тоже спала. Андроид сообщил о нежелательности присутствия киборга в ее каюте. Это послушался. Рекомендация по приему седативного препарата не была обязательной, Это ее проигнорировал. Он вошел в каюту Яркого хозяина. Домашнее Животное, спавший на подушке, проснулся первым. И открыл яркие, фокусирующие и отражающие тусклый свет глаза. А после проснулся Яркий хозяин, а Животное зашипел на Это. Яркий Хозяин резко сел на койке, пристально глядя на Это и рукой придержав недовольное, изготовившееся к атаке Животное, и скомандовал киборгу: — DEX, полная самодиагностика и подробный отчет о состоянии. Система откликнулась, пока она проверяла жизнедеятельность, функционирование и работоспособность, Яркий хозяин смотрел на каютном терминале отчет корабельного искина. Просмотрев его и выслушав киборга, Яркий хозяин поморгал и стал сонным, и голос его прозвучал уже не резко и командно, а устало: — Чего ты хочешь? Это растерялся. Доложившись хозяину, система замолчала и правильного ответа на вопрос хозяина не предлагала. А чего он хочет, Это уже не знал, система считала, что он неполоманный, жизненные функции стабильны, уровень работоспособности не снижается. Это почувствовал себя виноватым, что разбудил Яркого хозяина. Он подошел к его койке и уселся на пол. Для всех остальных хозяев этого всегда хватало, чтобы они начали его жалеть, и Это становилось хорошо. — И что? — так же тихо и устало спросил Яркий хозяин, убирая ноги на койку. — Спать? — Это передвинулся ближе к нему, но тот погладил не голову Это, а влезшего на него Животное. Яркий хозяин посмотрел на него, потом встал и оделся. — Пошли. Яркий хозяин привел Это в его каюту и показал на койку: — Ложись спать нормально. Это замотал головой, понимая, что Яркий Хозяин сейчас уйдет, и все повторится. Только он не пойдет снова проверять хозяев, потому что система примет приказ хозяина, и придется быть одному поломанным до утра. — DEX, ложись спать на свою койку. Это почувствовал, что система начала исполнять приказ, и схватил хозяина за незастегнутую рубашку. — Спать, — требовательно повторил хозяин и добавил уже устало, и зевнув: — Я с тобой посижу. Подчиняясь системе, укладываясь и засыпая, Это все же сумел подсунуть свою голову Яркому хозяину, усевшемуся на край койки, под руку и получить механическое поглаживание. На следующую ночь, удостоверившись, что хозяйки спят на местах, хозяев Это нашел в рубке, куда ему можно было входить, только когда там люди, и так как система требовала не мешать им работать, спать Это улегся на полу. Хозяева его заметили, но не прогнали. А когда вечером расходились на ночной отдых, Большая хозяйка велела Это ложиться спать с ней на диване кают-компании. Проснувшись среди ночи рядом с ней, Это просто укладывал ее руку на себя, успокаивался и засыпал снова. Через несколько дней хозяева договорились с Это, что спать он будет у себя. И все равно иногда Это просыпался и ходил проверять все каюты, чтобы убедиться, что хозяева на месте. Не разбудить Яркого хозяина и устроиться спать в его каюте на полу получилось только однажды. Хотя это было совсем необязательно — вернувшись к себе, Это переставал бояться. Но в тот день Животное ушел из каюты, а хозяин не проснулся, когда пришел Это, и Это остался с Ярким хозяином вместо Животного. Спать на полу в других каютах почему-то не хотелось.