Сильный духом

      Первое, что захотелось сделать Мириэлю после затянувшейся брачной ночи — изучить замок. Тилеон предложил себя в качестве экскурсовода, и они вместе отправились осматривать покои омеги.              Далеко ходить не пришлось. Тилеон не хотел отпускать от себя Мира, но понимал, что тому нужна свобода… Ещё в день совершеннолетия Леон переселился из «детской», и именно тогда он узнал о смежной комнате, к которой вела дверь слева от его кровати. Эта комната была предназначена для будущего супруга правителя, однако тот был абсолютно уверен в том, что ни за что не подселит так близко к себе кого бы то ни было. Он так и думал… До встречи с Мириэлем. Юный эльф не только изменил всё представление Леона об омегах, но и смог заставить того полюбить…              Сказать, что Мир был в восторге от своей новой обители — не сказать ничего. Его новый дом был полон уюта и тепла, которых парню так не хватало всё это время. Все покои, что он видел в Элиосе до прибытия в Дор Финьоне, отличались своей помпезностью и роскошью. Здесь же повсюду летала непередаваемая атмосфера: от запахов фруктов, стоящих в вазочке у балкона, до нежно-голубого балдахина над кроватью (огромной и мягкой на вид), развевающегося на ветру.              Белый пушистый ворс ковра так и манил пройтись по нему босиком, почувствовать его мягкость и тепло. Подсвечники, подвешенные к стенам на уровне макушки, светили мягким, даже интимным светом. Однако этого освещения было вполне достаточно для того, чтобы отлично видеть всё помещение. Кремовый шкаф был вмонтирован в стену так, что от входа его не было видно… Лишь подойдя вплотную Мир увидел всю эту красоту и даже не удержавшись провёл пальцем по серебряной ниточке, тянущейся вдоль всего шкафа.              — Тебе нравится? — задал Леон самый волнующий его вопрос. — Если что-то не по душе, ты можешь изменить всё так, как тебе хочется. Только скажи слугам, и они всё тот час же…              — Мне нравится, — Мириэль ответил с мягкой улыбкой на нежных губах, и это успокоило правителя. — Правда, очень нравится, спасибо.              Дальше было решено осмотреть всё левое крыло. Во время подготовки к свадьбе центральное крыло стало настоящим домом для Мира. Там он готовился к свадьбе, там же находилась его гостевая комната, в которой он ночевал в те дни.              «А что находится в правом крыле? Везде всё так роскошно, а там — голые стены…» — подумалось Мириэлю.              Правитель на долю секунды запнулся и даже, казалось, поперхнулся воздухом.              — Эм, Мир, как бы тебе сказать… Ты с детства должен это знать, и я, честно говоря, растерян этим твоим вопросом…              — Я что, в слух спросил? — Тилеону показалось очень милым то, как его омежка сложил ладошки на губах, вот только вопрос был слишком… странным, чтобы о нём забыть.              — Да, и я всё ещё не понимаю…              — Ну… Моя амнезия подействовала и на эту сферу жизни? — Мир скорее спрашивал, чем утверждал, с растерянной улыбкой на лице. Всё это было очень подозрительно, но раз его супруг пока не хочет делится своими секретами, Леон был готов ждать.              — Всё правое крыло всех пяти поместий Элиоса никогда не украшается, не бывает никаких цветов, кроме белых. Там живут Знахари, что могут исцелять людские тела и души. Там же проводятся три важнейших ритуала в жизни каждого эльфа: рождение, венчание и погребение. Вот, например, ты. Ты родился в «Белом крыле» в Аренгоне, здесь же, три дня назад, ты принял окончательное решение вступить в брак со мной, там же ты будешь рожать наследников…              — И там же меня будут готовить к похоронам… — закончил за Леона Мириэль.              — Ну, до этого тебе ещё жить и жить, — правитель откровенно смеялся. А смеяться и правда было с чего. Срок жизни эльфов — тысячелетия. Почти вечность. — Вот мы и пришли.              Рассказ альфы был так интересен, что Мир заслушался и упустил тот момент, когда они с Леоном отошли от покоев так далеко. Пред взором эльфа предстала красиво расписанная дверь, украшенная резьбой и даже алмазами.              — Где это мы? — почему-то шёпотом спросил Мир.              — Я хочу тебя кое с кем познакомить, — подойдя сзади, Тилеон обхватил ладонями хрупкие плечи и подтолкнул омежку ближе ко входу в чужие покои, — не бойся, он тебе понравится.              Мир не успел ничего возразить, двери уже открылись, пропуская его вперёд.              Покои, вопреки «сине-серебряному» стилю Дор Финьоне, были выполнены в молочных и кофейных тонах. Это было всё, что успел заметить Мир, так как его внимание сразу же переместилось на эльфа, стоящего у окна. Тот выглядел намного старше Тилеона, и уже зная, сколько эльфы могут жить, Мириэль не решился бы угадать его возраст. Волосы цвета серебра резко контрастировали с персиковой кожей и огромными карамельными глазами. Одежда эльфа была чем-то похожа на японское кимоно, а обувь — на римские сандали. Смотрелось странно и даже немного дико, но, как ни странно, весьма гармонично.              — О, Тилеон, неужели ты привёл своего супруга, чтобы наконец-то познакомить нас. Я уже было думал обидеться на тебя… — если бы не хитрая улыбка и какой-то даже ребяческий блеск в глазах, Мир подумал бы, что эльф говорит на полном серьёзе. В присутствии Тилеона мало кто смел говорить в подобном тоне (Мириэль вообще ни разу не видел, чтобы кто-то так с ним разговаривал), и это наводило на мысль, что они были очень близки.              — Прости, дядюшка Аман, ты же знаешь, как было не просто организовать празднование за несколько дней… Не хотелось делать этого в суматохе, вы мои две самые близкие омеги, и я хотел бы, чтобы вы поладили, — нежно приобняв Мира за плечи, Леон подошёл вплотную к пожилому эльфу.              Сам Мир ещё не всегда точно мог различить пол того или иного эльфа, и потому уверился в своих догадках лишь после того, как Тилеон подтвердил их. Подойдя ближе, Мир и правда заметил, что дядюшка Аман, как Леон его называл, был одного с ним роста и телосложения.              — Мириэль, это мой дядя Амандиль, он заменил мне О-папу, когда того не стало… Дядюшка Аман, а это и есть мой избранник — Мириэль, — альфа поочерёдно представил омегам друг друга.              — Очень приятно познакомиться с тобой, Мириэль. Я рад, что такой чудесным эльф стал супругом Тили. Зови меня просто дядюшка Аман, хорошо?              — О, конечно, — Мир немного растерялся, но быстро взял себя в руки. — Мне тоже очень приятно с вами познакомиться. Можете звать меня Мир.              — Я запомню, Мир, — Аман потрепал Мириэля по растрёпанным волосам так по-отечески, что у того даже появился странный порыв расплакаться и броситься на грудь абсолютно не знакомому эльфу…              — Ну что ж, дядюшка, я ещё не закончил показывать Миру наше поместье, но я уверен, вы сможете пообщаться чуть позже.              — Конечно, Тили, конечно.              После недолгих прощаний Леон взял Мира за руку и повёл дальше вглубь поместья.              — Твой дядюшка очень… милый, — смущённо улыбаясь Мир решил начать разговор.              — О да, особенно если не сокращает моё имя как Тили, — посмеиваясь ответил Леон. — А вообще, я и правда рад, что он тебе понравился. Надеюсь, вы неплохо поладите, для меня это важно.              — Я тоже так думаю, — со всей искренностью уверил Мир своего мужа. — Куда мы идём теперь?              — Думаю, стоит показать тебе кухню, столовую, тронный зал, комнаты слуг, в случае чего, и, пожалуй, наш сад.              — Звучит здорово.              И это и вправду было здорово. Просто потрясающе! Поварята оказались очень добры и милы, по их глазам было видно: они ведут себя так любезно не потому, что Мир стал мужем правителя, они всегда такие. Шеф-повар накормил его плюшками до отвала, мотивируя это тем, что ослабленный организм после течки должен восполнять силы. Мириэлю было непривычно, что столь интимные темы обсуждались так непринуждённо, будто разговор шёл о погоде, но, по крайней мере, он уже не краснел (надеялся на это). Когда им с Леоном всё же удалось выкатиться, а иначе это и не назовёшь, из кухни, живот омеги буквально разрывался от еды. Надо заметить, очень вкусной еды.              Столовая в левом крыле ничем не отличалась от той, что он уже видел в центральном, так что долго они в ней задерживаться не стали. А вот тронный зал Мира впечатлил. Большой, светлый, с отдающимся эхом… Омега сразу вспомнил о обещании правителя поручить ему вести некоторые государственные дела, и у него аж руки зачесались от желания посмотреть хоть какие-то бумажки и разобраться с поставками, договорами или что там ещё делают его советники. Даже если бы сфера для Мира оказалась незнакомой, он бы справился. Ведь он всегда любил учиться, просчитывать возможные варианты и подмечать несущественные, но такие важные, детали.              — Я, помнится, хотел поручить тебе кое-какие обязанности… — начал было правитель.              — Ты умеешь читать мысли? — не смог скрыть своего удивления Мириэль.              — У тебя и так всё на лице написано, малыш, — подцепив пальцами нежный подбородок, Леон играючи потёрся носом о щёку мужа и сразу же отстранился. — Завтра я тебе всё покажу и расскажу, не переживай. Я понимаю, что для тебя это важно. Тем более, ты и вправду не глуп, чтобы зарывать твой талант.              На такое внимание Мир ничего не ответил, лишь покрылся лёгким румянцем, который говорил всё за него.              Следующим пунктом их с правителем совместной прогулки оказались покои слуг. Они были расположены недалеко от кухни и их было очень много, Мир даже представить не мог, сколько прислуги там живёт. Тилеон повёл своего супруга к одной из этих комнат и, коротко постучав, отворил дверь.              — Здравствуйте, правитель Тилеон, господин Мириэль, — к ним обратился средних лет эльф, почтительно склонив голову. В первую очередь Мир подметил его шикарную каштановую косу и огромные, как у оленёнка Бэмби, глаза. До того, как к нему пришли «посетители», эльф поливал цветы, сейчас же, оторвавшись от своего занятия, он с нескрываемым интересом смотрел на прибывшую королевскую чету.              — Мы не надолго, Аилинь, я лишь хотел представить тебя своему супругу, — легко улыбнувшись Леон перевёл взгляд на Мириэля. — Это старший лакей этого замка, к нему ты можешь приходить с абсолютно любой просьбой по части бытовых проблем. Он всё покажет и расскажет…              Мир слушал всё это в пол уха, так как сейчас был занят абсолютно другим. Он разглядывал просторные покои слуги и не мог поверить в то, что видит. У них на Земле и богачи не всегда могли себе позволить такую роскошь. Нет, пол не был усыпан алмазами, но выглядело всё просто чудесно. Шелковые простыни, огромное окно во всю стену с маленьким балкончиком, уставленным цветами, искусно выполненный платяной шкаф и невероятно красивые барельефы на стенах и потолке. Последние заинтересовали Мириэля так сильно, что он упустил ответ слуги.              — Простите, я задумался и не слышал, — пристыженно сказал он, глядя на тёплую улыбку Аилиня.              — Я сам делал эти барельефы, это моё хобби, и мне очень приятно, что они так вам понравились, господин. Я могу и у вас такие сделать, это совсем не трудно, — ослепительная улыбка не давала ни единого шанса отказаться, как бы не было неудобно просить об этом.              — С радостью!              — Ну, а теперь мы пойдём, у вас теперь будет много времени пообщаться, — взяв супруга под руку, Леон повёл омегу на выход.              — Спасибо, — сказал Мир Аилиню и перед тем, как двери закрылись, услышал пропитанное теплотой «пожалуйста».              — Ну что, он тебе понравился? — задал Леон вопрос своему супругу.              — У него просто золотые руки, если он сам делал всю ту лепнину. Да и сам он очень мил и приветлив. В твоём замке все милы и приветливы.              — Нет, Мир, это не так. Просто всё дело в тебе. Ты такой чудесный, что тебе невозможно не улыбаться в ответ.              Слова правителя так засмущали Мириэля, что он протопал вперёд Леона, лишь бы альфа не видел его пылающих огнём щёк.              — Хватит меня уже смущать, — пробурчал он себе под нос, на что Тилеон лишь мягко по-доброму рассмеялся.              Последним пунктом их вылазки по замку на этот день стал сад. По всей его площади были высажены красивые кустарники, деревья и цветы, большинство из которых Мир уже знал благодаря вечерним посиделкам с Эйлиром. Вспомнив о друге, Мир захотел написать тому письмо, и сделал в своей голове пометку заняться этим сразу же после прогулки.              — Здесь очень красиво, — восхищённо протянул Мир. Он наклонился, чтобы понюхать уже распустившийся бутон сиреневого цветка, однако Леон одёрнул его, смотря с ужасам в глазах.              — Ты что, нюхать его собрался? — Мир стушевался под его взглядом, но всё же кивнул. — Он не пахнет, но вот его пыльца ядовита, она отгоняет вредоносных насекомых, а для эльфа может быть сильным аллергеном. Ты и этого не знал?              — Нет, — покаялся Мир, понимая, что очередная глупая ошибка из-за не знания этого мира могла для него плохо закончиться.              Тилеону же это начало казаться ещё более подозрительным. Эльфов с раннего детства учили ни в коем случае не трогать этот цветок. Его муж не знал о белых покоях левого крыла — это было странно, сейчас выяснилось о незнании ядовитого цветка, и это уже было подозрительно. Вопросов и тайн становилось всё больше и больше…              — Прости, я просто… я расскажу тебе всё, но позже, хорошо? — эти слова ещё больше насторожили Тилеона, но он решил пока что не лезть с расспросами, справедливо полагая, что у его омеги пока совершенно нет причин полностью ему доверять свои секреты.              Спустя пять минут прогулки эльфы вышли к просторной полянке, которая была усеяна мягкой травой, на которую хотелось повалиться. Мир не стал отказывать себе в этом удовольствии и опустился на землю. Леон последовал примеру супруга, и они уже вдвоём лежали, щурясь от мягких солнечных лучей и наслаждаясь тёплым ветерком, ласкавшим их лица.              — С завтрашнего дня мы можем начать здесь тренировки с магией. Твой отец рассказал мне, как в последние месяцы ты рвался заниматься боевыми искусствами, и я решил, что ты захочешь…              — Спасибо! — с искренним счастьем на довольной мордашке Мир полез обниматься к опешившему альфе, однако, быстро сориентировавшись, тот обхватил хрупкую талию, прижимая юношу к себе, и вдохнул свежий запах волос любимого, стараясь запомнить эти мгновения.              Спустя полчаса ничегонеделанья Мир и Леон всё же решили вернуться в покои. Альфе ещё предстояло решить кое-какие вопросы с советниками, а Мириэлю нужно было обжиться на новом месте.              Идя по коридору, эльфы столкнулись с одним из служек, и тот быстренько отдал правителю и его супругу по одному письму, поклонился и убежал дальше по своим делам. Те синхронно развернули каждый своё послание и после минуты изучения повернулись друг к другу, как бы спрашивая, что написано в их письмах. Первым начал Мир.              — Мне написал Эйлир. Оказалось, младший сын Старфайджа, Эстель, выходит замуж за того самого посла гномов, Рихана, представляешь? Мне казалось, Рихан не был заинтересован в Эстеле… Вот оно как бывает… А у тебя что?              — Тоже о свадьбе… твоего брата омеги и Фирраила, правителя чёрных земель. Он всё-таки нашёл себе достойную партию…              — Да… — Мира совсем не трогало это известие, из рассказов Эйлира он сразу же понял, что прежний Мириэль с братьями не ладил, а потому кроме сухих «привет» они с Лариэлем никогда ничего друг другу не говорили.              — Вижу, ты не очень рад этому известию, — от альфы не ускользнуло настроение его омеги, но он не хотел давить, потому решил больше ничего не говорить.              — Да нет, я рад, просто… Мы не были с ним очень близки…              — Понятно, — Тилеон сделал вид, что поверил, и в его голове появилась очередная пометка, о чём он должен будет спросить Мириэля, когда тот, наконец, будет готов отвечать.              За время разговора они подошли к дверям опочивальни омеги.              — Спасибо тебе за этот день, мне очень понравилось, — омежка мягко улыбнулся, а его глаза светились спокойствием и умиротворённостью, — без тебя я бы долго бродил по замку и, учитывая его размеры, мог бы потеряться, — в глазах эльфа играли чертята, и это игривое настроение передалось и правителю.              — С удовольствием проведу для тебя ещё не одну экскурсию, — улыбнувшись, Тилеон поцеловал мягкую щёчку и, не дожидаясь ответа, ушёл по своим делам.              Мириэль же стоял у своей двери ещё с минуту и держался за щёку, думая о том, как он относится к произошедшему. Всё это его неимоверно смущало, но вместе с тем вызывало приятные бабочки в животе. Однако, хоть омеге и было приятно чувствовать себя любимым и нужным, но к большему, Мир был уверен, он точно не был готов.              Осознавал это не только омега, но и Тилеон, потому не позволил себе ничего большего. Но это только пока… Ведь у них всё ещё впереди.