Красное против Черного

7 ноября 1276 года. Королевство Редания, село Пышная Хвоя, шестью верстами севернее реки Понтар. Орденский гонец. Ими пользуются или Орден Пылающей Розы, или Церковь, без исключений. И для любого человека в Редании и занятом ею Каэдвене он теперь важнее королевского гонца — коль скоро бесплодная и безумная королева Адда нуждается в опеке и защите Вечного Огня. И очень мало кому в последнее время визит орденского гонца приносил что-то хорошее. Реданской армии — вообще никогда. Однако до сих пор Церковь Вечного Огня и ее верный Орден Пылающей Розы редко жаловали своим вниманием удаленные гарнизоны, и даже приграничные. Ёбаные хуем сифачным в жопу… Феликс Грюн, капитан реданской приграничной заставы, ошалело перечитал приказ новиградского иерарха, переданный гонцом Ордена. Видел он и больший идиотизм на своем веку, но теперь такое — «благодать» пламенная. До недавнего времени Вечный Огонь неохотно освещал реданские войска по причине их хорошей организации и высокой боеспособности (спасибо за то покойному королю Радовиду Свирепому). Что ж, все когда-то приходит в упадок… — Вы поняли приказ, господин капитан? — Так точно! — Тогда исполняйте его немедленно, ибо я обязан засвидетельствовать его и сегодня же отправиться в Новиград с подтверждением! «Выблядки гнид, шлюхи пидарасов, приказ-то я отдам, не сомневайтесь — знаю, что иначе поджарите живьем, а до того жену с дочками посадите пёздами на Пламенный Крест. Но чем вы мне, суки сраножопоблядские, замените дипломированную медичку?! Молитвы ваши сраные будут сшивать солдатам раны, крестные ходы уберегут заставу от заразы?! Эх, Шани, прости, не суждено тебе послужить Редании… » — Есть! Медичку взяли быстро, прямо в воротах лагеря, когда она возвращалась из деревни. Двое солдат заломили ей руки и засунули в рот кляп, отволокли на гауптвахту. За всем этим пристально наблюдал орденский гонец, так что не было возможности схалтурить. Посланец Новиграда отбыл после приставления к лагерной тюрьме двойного караула, взяв лучшую лошадь на заставе. Перед отбытием солдат Вечного Огня повторил приказ о строжайшей охране и предписание искалечить ноги при малейшей попытке побега. Этот приказ был исправлен братом Григорием, ибо брат Игнаций требовал в таком случае убийства, а для недопущения оного — перерезать медичке сухожилия на обеих ногах… — Шани! — сказал капитан Грюн у двери сарая-гауптвахты после отъезда орденца, отослав караульных солдат — Я не знаю, зачем ты нужна Церкви или Ордену. Единственное, что я могу тебе точно обещать — те четыре дня, пока их конвой будет сюда добираться, я не дам тебя в обиду и буду нормально кормить… *** Тот же день. Вольный город Новиград, бордель «Пассифлора». — Как говорят в Туссенте — дежа вю! — протянул Геральт. И в самом деле, он уже бывал в этой потайной комнате на третьем этаже самого роскошного дворца разврата в мире. Так же сидел за этим же столом и так же вел тайные переговоры с главарём шайки. Только здесь не было Вернона Роше, а напротив ведьмака сидел Франциск Бедлам, Король Нищих. Вместо Сигизмунда «Сиги Ройвена» Дийкстры. И собеседник ведьмака пребывал в аналогичном настроении. Где Флора-нильфочка сейчас? Где рок, красу губящий рьяно, Юстиниану скрыл от нас? Ушла Хельдис в какие страны? Где Эхо, чей ответ так странно Звучал в безмолвье рощ и рек? Где эти девы без изъяна? — Где ныне прошлогодний снег? * Геральт не подал виду, но внутренне остолбенел. Еще ни разу на его памяти глава банды не читал стихи, да еще с такими интонациями и выражением. Да еще и… — Твои? — тихо спросил ведьмак, глядя на письменный прибор и толстую нильфгаардскую тетрадь на столе перед Королем. Такую же, в которой он вел свой дневник, пока был без памяти… — Мои, — спокойно подтвердил Франциск Бедлам. — Каждый человек выражает себя, как может. Стихи — достойная альтернатива фисштеху и водяре, не находишь? — Нахожу, даже вполне. Но большинство их обычно слушает или читает… — А я пишу! — кротко улыбнулся Король Нищих. — Со времен обучения в славном городе Оксенфурте. Окончить университет мне не позволил мой же язык, не в меру длинный в то время. Что ж, я не жалею об этом: ученый-историк хоть и имеет большую власть, но материальными благами он обеспечен гораздо скуднее вора. — Большую власть? — ухмыльнулся ведьмак, присаживаясь за стол напротив Короля Нищих, — Я знал нескольких ученых-историков, включая университетского профессора. Бесславная смерть последнего от рук мародеров дает мне повод усомниться в твоих словах. — Скажи мне, Геральт, чем руководствуются короли в принятии решений? — спросил Франциск Бедлам в свою очередь. — Советами советников, чаще всего чародеев, хотя сейчас… — А чем руководствуются, в свою очередь, чародеи? Они ведь вне вопросов магии соображают не больше, чем я в кузнечном деле. Они просто идут в библиотеки и ищут в трудах по истории и летописях нужные аналогии… — Я понял, к чему ты клонишь, однако все равно не соглашусь с тобой. Для того, чтобы получить власть ученому, необходимо ждать сотни лет. А люди не эльфы… — Конечно. Но я надеюсь, ты усвоил главное: управляют чаще всего не короли, а советники, ибо это проще для всех. В самом деле, зачем его величеству вникать в финансовые сметы и юридические тонкости, если есть умные люди под боком? Поохотиться да фрейлин похендожить намного приятнее. А что советники? Редко кто из них мыслит действительно сам. Ergo, истинная власть не в руках короля, не в руках советника, но в руках ментора советника. — Интересная философия власти! — протянул Геральт, потирая подбородок, — И весьма красноречивая. Однако, как ты знаешь, моя просьба к тебе предельно конкретна. А люди твоей профессии, как правило, весьма деловые. — Я не купец и не грабитель, я лишь бедный бывший школяр! — ответил глава человеческой преступности Новиграда. — И зарабатываю на хлеб насущный тем, что боги в голову вложат. Вот и сейчас я изложил тебе свое видение решения твоей проблемы. — Как-то очень уж метафорично, милсдарь Бедлам! Не могли бы пояснить, как связано устройство высшей власти с похищением Лютика и Присциллы? — Это не в моих правилах, Геральт, но для тебя я сделаю исключение. Кто похитил Лютика и его девушку? — Церковь Вечного Огня. — Верно. Что есть Церковь Вечного Огня в Новиграде? — Верховная власть. Погоди, постой-ка… — Да, ведьмак. Все что я изложил выше применимо к нашей Святейшей Церкви. Иерарх жрет и ширяется**, а управляют за него архонты. Те, в свою очередь, не читали ничего, кроме Священной Книги и житий святых. Как же им обойтись без образованных советников? — А что, если советник архонта — свой человек? — Тогда ты получаешь самое ценное сокровище мира — информацию о противнике. Разве покойный Сиги Ройвен не научил тебя сей простой истине? — Научил. И даже большему, чем ты думаешь! — проворчал ведьмак. — Итак, я смогу точно узнать, где и как держат Лютика и Присциллу… — Ошибаешься в меньшую сторону! — безмятежно улыбнулся Король Нищих. — В моей власти освободить пленников. Но, к сожалению, не сразу. — Потому что оплата вперед? — Нет. Потому что ключ к свободе наших друзей лежит немного выше нашего доступа. В кармане некоего человека в красной рясе и тяжёлых веригах. Однако человек этот чудовищно слаб и буквально ждет наших стальных рукавиц. Читал чародейское предание о Личе Корам Агх Тэра? Смерть его в яйце утки, что сидит в ларце, а ларец тот на дне морском… — Причем в яйце вместо желтка ядовитая игла. И кто же у нас в роли Короля Мертвых? И где его игла? — Кто? Имя его ничего тебе не скажет, но в знак доверия назову: брат Игнаций. А «игла» его здесь, вокруг! — Франциск обвел руками вокруг себя. — Этот монах прячет что-то в «Пассифлоре»? — ухмыльнулся ведьмак. — Гораздо проще. Есть один анекдот. В Цидарисе, как известно, борделей поболе, чем в Новиграде. И вот однажды путник зашел в один из них, перепутав с трактиром. К нему подходит маман: «Что вам угодно, милсдарь?». Голодный путник отвечает: «Мне бы жареную курочку!». «О-ля-ля!» — говорит потрясенная маман. — «Милсдарь знает толк в извращениях!». После пяти минут дружного хохота, Франциск Бедлам продолжил: — Так вот, Геральт, жареная курица — это школа ученой девы Мирабеллы по сравнению со вкусами нашего святого мужа. Но то знаю я и мой… фактотум. А нужно знать наверняка. Ты будешь коронным свидетелем, ведьмак, поскольку тебе наплевать и на Орден Пылающей Розы, и на Храмовую стражу. То есть свидетелем будешь не ты один, но гарантируешь безопасность других свидетелей. При таком раскладе брат Игнаций будет готов засунуть себе зерриканскую петарду в гузно и улететь на ней из Новиграда, если мы ему это скажем. Я гарантирую это! — И я должен ждать его здесь, в «Пассифлоре»? — Конечно. И жить ты тоже будешь здесь — бардак есть идеальное прикрытие. Маркиза Серенити тебя обустроит, не волнуйся. Единственное что — выходить из здания ты не сможешь даже на балкон — увы, слишком приметен. Информировать тебя и вообще помогать будет маркиза же: она, поверь, не в восторге от церковной власти. Не переживай, дело не займет много времени… — Хорошо, Франциск, я тебя понял. У меня остался единственный вопрос — а что с Золтаном? С ним я могу связаться? — Геральт, какая связь между соперниками на скачках? Твой друг обратился к Тесаку, а значит, будет действовать сам. Я надеюсь, что они наломают не таких дров, за которые выпускают кишки на месте. Так что свидитесь только после дела, увы. — Более вопросов у меня нет. — А у меня более нечего и сказать. Ступай вниз к маркизе, Геральт, и располагайся в Доме Любви «Пассифлора» как дома, хе-хе… *** — ЭЭЭХХХ ВООООО!!! — не всякий краснолюд сможет проглотить стакан махакамского дистиллята бесстрастно. Из людей его и пригубить могут единицы, а эльфов он в любых дозах сражает наповал вернее стрел Белой Райлы. Не стали исключением и Золтан Хивай с Карлом Варезе. Гостеприимство гостеприимством, алкоголь алкоголем, но встреча была деловой. Поэтому после приветственной чарки под краснолюдскую полукопченую Золтан рассказывал своему собутыльнику о цели его внезапного визита в вольный город Новиград, еще недавно им навсегда покинутый. И с каждым словом Хивая лицо Тесака становилось все трезвее и жестче. — Золтан Хивай! — сказал предводитель лихих нелюдей Новиграда по окончании рассказа — Ты куда пришел? К жрице матери Земли или ко мне?! — Что за вопрос, Карл, конечно… — А ты в курсе, кто я такой и чем занимаюсь? Ты ротой Добровольной Армии командовал, Хивай, не идиот, стало быть. Однако приперся к пахану с сопливой просьбой помочь в самим тобой устроенном блудняке. Разбежался! Делать мне и моей братве больше нехуй… — Хорошо! — уже так же трезво и твердо произнес Золтан. — Если ты не желаешь… — Еще раз прервешь пахана — не посмотрю, что гость и земеля. Блядь, Хивай, один раз я тебе помог, но не успел ты обустроиться и отблагодарить за помощь — так просишь снова. Так дела не делаются. Ты понимаешь, во что влезаешь? Немного переведя дух, Варезе продолжил: — Если бы не то, что рассказали мне ты и Валентино, то твоим трупом уже ужинали бы утопцы из клоаки. Уж извини за честность, братан. Но ты нарисовал мне интересную тему. И то, что ты просишь, в нее хорошо вписывается. Так что я тебе помогу, но на своих условиях. — На каких условиях? — На двух: ты будешь действовать по моему плану, а если спалитесь — то будешь пиздеть, о том, что вас с ведьмаком нанял Король Нищих и Шлюх. Давно пора немного сбить спесь с этого образованного ррррреволюцанэра, блядь! За прошедший со встречи час Золтан успел десяток раз пожалеть, что он решил обратиться к Тесаку, а не отправиться с Геральтом, или остаться с Трисс у Вегельбудов. Перспективочка быть подставленным Храмовой Страже краснолюда не вдохновляла. Однако смысла в размышлениях о настоящем и будущем не было ни на шелонг — в настоящем бы не утонуть. — Что я должен буду делать? — коротко и с достоинством спросил Золтан Хивай. — Ползать в самом говнище Новиграда — в катакомбах. Помимо слива ссак и дерьма со всего города, эти туннели хороши тем, что сообщаются чуть ли не с каждым подвалом старого здания. Храм Вечного Огня не исключение. Кроме того, известно, что самая охраняемая яма храмовников находится аккурат в подвалах Храма. Ставлю сраный медяк против ста крон, что певунов держат там. У меня есть карта городских подземелий, так что ты найдешь нужную дверку, через которую и выведешь дружков. Не будет дверки — не беда, меня кореша в Махакаме не забывают. Так что фунт-другой барбарита всегда найдется… — Эээ, ты не боишься, что я обрушу нахуй Храм с половиной острова?! Барбарит мощнее черного пороха не меньше чем втрое, в Махакаме его применяют только для проходов на самых твердых участках… — Бояться, Хивай, надо тебе — ты же шахтером был, тебе и проход проделывать. Если обычный вход не найдешь. Короче, с завтрашнего дня, ты будешь разведывать подземные ходы. Потому как имеющийся у меня план рисовали лет десять назад, а под землю в Новиграде никто не лезет без о-о-очень большой нужды. Дам я тебе помощничка, не переживай. Как дойдете до Храма — там видно будет, что конкретно делать. Но поторопись, ибо надо успеть до того, как начнет действовать Король, что бы он там не напридумывал. — Диспозиция понятна. Разреши тогда идти на боковую, а то работенки будет… — Верное решение, братан! И у меня дел по горло, причем еще сегодня. Веришь ли, у пахана серьезной братвы свободы меньше, чем у цехового бригадира! Разбирайся тут с косяками всяких дурней, отвечай на малявы, предъявы, причем не только из своего города, мотайся по стрелкам хуй знает куда…. *** Несколько дней спустя. Канализационные стоки города Новиграда. Судьба, как качели, летит вверх-вниз. Иногда буквально: вчера ты, как четкий пацан, да и всякий низушек, ходил по земле под солнышком, а сегодня тебя за проеб бригады и «малины» загоняют под землю. К счастью, не навечно, но риск упокоиться и «забальзамироваться» в этих коллекторах ощутим. Не считая темени, грязи и вони, как у зерриканского кочевника в жопе, табунов шмыгающих крыс, непризрачной возможности встречи с этим самым призраком (а банальные утопцы тут в каждом третьем коллекторе), работенка была непыльной. Помогать тому самому краснолюду, которого в корчме надо было встретить (его, как оказалось, Золтаном звать). Держи фонарь, таскай узелок с планами, да смотри, чтобы все это добро не утонуло в испражнениях. Самое главное — сам туда не ухни, ибо твой спутник не намного выше тебя. А чего ради этот хрен лезет по самому отвратительному после чумного кладбища месту в Новиграде — не твоего ума дело. Как пел Валентино, «скажи еще спасибо, что живой». Канализация представляла собой извилистый лабиринт стоков, труб и шлюзов. Сугубо практическое сооружение, даже известные любовью к прекрасному эльфы, прокладывавшие в свое время эти туннели, не подумали ничем их украсить. Помещения были настолько однообразны, что без карты и компаса ориентироваться по памяти здесь было невозможно. Только при одном условии — если карта нарисована прямыми руками при участии головы с мозгом… — Во имя дырки Блеменмагде, какой тролль с лапами утковола малевал вот это?! Да в Махакаме за такой план подземных ходов спускают в шахту без фонаря, а как чертежник вернется — ничего, кроме украшения сортиров, не доверяют! Блядь, уже второй раз тупик, но хрен тут обойдешь! — Золтан Хивай завершил свою тираду коротким пинком толстой каменной кладки. Краснолюд и низушек тупо пялились перед собой. Ход-то на самом деле был и находился прямо перед искателями. Но кто же захочет лезть прямиком в сточную трубу, из которой льется все, от чего горожане стремились избавиться? Если бы на карте значился, глаза видели, а компас показывал иной путь на север… Впрочем, сколько мёд не поминай, соты во рту не окажутся. Краснолюд еще разок смачно выматерился, плюнул, поправил свой фонарь и ухватился за край трубы. — Короче, Валентино, щас слазаю я в эту трубу, разведаю, где и когда она заканчивается. Тебя не беру, потому что за потерю твоих планов Тесак меня на фарш пустит. Потом пометим и решим, что делать дальше. Тааак, давай… Упфффх… Фуу, хорошо, что хоть на карачки встать можно! Дювельшайсс, а это что за говно такое?! Весь проход залепило! Валентино зря поднял голову вверх. Из трубы на низушка полетели комья какой-то бурой глиноподобной субстанции. Франьо Сухтелен успел прикрыть карты канализации, но сам уклониться от всего сброшенного громко раскашлявшимся краснолюдом не успел. Неизвестная дрянь (по-видимому, полуразложившиеся от дикой смеси помоев с алхимией водоросли со мхом) быстро отправилась в сток, а лицо вытерто предусмотрительно захваченной тряпкой. Не очень удачно — кусочек зацепился за усы и заставил низушка нехило почихать и покашлять. Как в известной эльфской присказке, что-то только начиналось. Только Низушка Без Ушек отпустил чих, как он услышал бульканье в стоках. Зря он не обернулся сразу — возможно шок был бы меньше, чем от внезапного похлопывания по плечу нелегкой руки. Обернувшись, Валентино от неожиданности заорал. Видал он, конечно страховидл на своем веку, но здоровых зеленых черепах, с разноцветными тряпками на мордах, стоящих на задних лапах, ростом с легендарного эльфского героя Ле Голиаса и вооруженных кистенями и саблями, вряд ли кто-то вообще имел сомнительное счастье лицезреть. «ЧТО ЗА ЖОПА?!» — раздался мощный рев краснолюда Золтана из трубы, что свидетельствовало о том, что измученный разум не подвел низушка. Или подвел не его одного. — То-то! Мы вам не жалкие букашки, бандюки сраные! — с такими словами монстр в оранжевой повязке вразвалочку пошел на Франьо, махнув перед самым носом низушка одним из двух своих кистеней. — Спокойно, Микель! — осадил товарища черепах в синей повязке, вооруженный двумя саблями. — Вы чего делаете в стоках Новиграда? Только не надо нам заливать, что вы золотари, мы не первый год в канализации живем и честных трудяг от лихих парней отличим сразу! — Эээ… — только и смог прохрипеть Валентино. В таких переделках Низушек Без Ушек еще не бывал. Понятно, что делать если столкнулся с враждебной братвой, мусорами легавыми или обычными страховидлами. А чего нужно этим зеленым переросткам? — И не финти нам тут, а то Раффо и Дон твоего дружка быстро отправят к праотцам! — процедил сквозь зубы агрессивный Микель. Тем временем, «синий» черепах убрал свои сабли в панцирь за спиной и вырвал у Валентино карту. Фонарь низушка разбился, но мутант, похоже не нуждался в свете. И был вполне грамотен. — Учитель был прав! — сплюнул «синий» в сток. — Ворье все чаще будет использовать канализацию для своих делишек. Вы чего, под банк Вивальди подкопаться хотели, шахтеры недоделанные? Хотя нет, тут на карте Храм помечен. Похоже, наши друзья решили лапы в церковную казну запустить! — Курва, и что с ними тогда делать? — почесал затылок Микель. — Бандюков и церковников Учитель велел кончать на месте, а эти вроде как враги наших врагов получаются… — Стойте-стойте!!! — заорал осененный идеей Валентино. — Мы подкапываемся не под сокровищницу, а под тюрьму Храма! Хотим вызволить жертв поповского произвола! — В самом деле?! Лео, зря мы тогда этих субчиков, получается, тормознули?! — озадаченно спросил Микель. — А откуда нам знать, правду ты говоришь, низушек, или нет? — протянул Лео, рассматривая отнятые у Франьо Сухтелена планы подземелий. — Дак вот же тут правда Храм отмечен! Тут должны девушку держать, что в ереси облыжно обвинили! Нас наняли проходы разведать и вывести ее через подземелья! Пожалуйста, милсдари черепашки, дайте нам пройти, а то бедняжку уже могут во все дыры дерибанить… — Мэтр Шплинтер велел нам пресекать зло, что в новиградских катакомбах творится! — прервал низушка Лео. — И, коли так, нам помочь вам надо. Но смотри, если ты соврал, мы тебя найдем и в мелкую лапшу нашинкуем. От Черепах еще ни утопец, ни человек не уходил! — А вот заплутали вы сильно, спасатели! — сказал Микель, взяв у Лео карты. — Так, есть у тебя чо-нить, чтоб нарисовать? О, свинцовый карандашик, ништяк! Короче, идти вам надо тут, тут и здесь. Тут сухие тоннели, но они решетками закрыты, вам замки ломать придется. И вот так аккурат к тюрячке красножопых выйдете. Правда и тут для вас дерьмовые новости: там стенка без дверей и проходов. Но кладка старая, авось и расковыряете. Мы б туда сами давно визит нанесли, да стенку продолбить нечем. Ее бы рвануть хорошо, так что порохом запасайся, понял, брателло? — П-понял! — ответил Валентино, принимая назад свитки с чертежами подземных ходов, исчириканные черепашками. — Все, нам пора дальше канализацию патрулировать. А вам удачи, и мазельке своей передавайте привет от Черепах и Учителя Шплинтера! — Эй, Дони, как там краснолюд, вы его не утопили?! — заорал Лео в трубу, из которой все это время доносился шум, стук, плеск и брань. — Не, мы его просто утихомирили, — донеслось в ответ. — А он крепкий боец, уважаем! — Ну гоните его назад, мы все вопросы уже решили! Поплыли дальше патрулировать! — А вы нас тут не забывайте! — погрозили толстыми пальцами черепахи, прежде чем нырнуть в канализационную жижу. Уроды, все же. Забудешь такое, как же. Это сколько ж медовой горилки выжрать придется, чтобы хоть засыпать спокойно…