Когда рушатся мосты

Под утро мы поспешили покинуть город. Точнее, поспешил я. Василиса же безвольно, с отсутствующим выражением последовала за мной. День был не лучше ночи. Туман так и не развеялся и продолжал окутывать склизкими грязно-белыми щупальцами все, что двигалось. Противно моросил дождь, невидимыми осколками рассекая лицо и заставляя вздрагивать от холода. Лес по левую сторону от нас тихо шелестел, как будто насмехался над двумя несчастными подростками, которые брели в такую 'собачью' погоду куда глаза глядят. По правую руку от нас по трассе, не обращая ровно никакого внимания на дождь, быстро проезжали автомобили разных мастей. Мне оставалось только надеяться, что никому из этих водителей нет дела до почти совершеннолетних камикадзе. Под вечер дождь усилился, сумрачное небо начало темнеть. А мы с Огневой, уставшие и опустошённые, добрались в какой-то посёлок. Я хотел плюнуть на всё и хотя бы сегодня позволить себе отдохнуть - снять номер в каком-нибудь отеле. Но потом передумал. Что-то внутри неприятно посасывало под ложечкой, а на самом дне сознания слабо мерцали восклицательные знаки. Но почему? Что такое? Откуда у меня это плохое предчувствие? Эти вопросы так и остались без ответов. Купив два стаканчика ароматного чая, я вручил один Василисе и повел её между домов, тёмными переулками, которых я никогда не видел. Внезапно я поймал себя на мысли, что мне совершенно всё равно, где мы сейчас, как называется этот городок. Вскоре мы вышли к какому-то одноэтажному зданию с высокими стенами, облупленной краской, из-под которой виднелись щербатые кирпичи, и с давно разбитыми окнами. Наверное, из-за того, что сейчас было темно и мрачно, казалось, что из этих чёрных отверстий, обрамлённых мелкими осколками, которые крушитель не удосужился выбить, на нас пялятся безликие и бестелесные призраки, когда-то бывшие жителями этого дома. Огнева быстро нашла ветхую дверь, и мы без затруднений вошли в обиталище. Внутри было чуть-чуть темнее, чем снаружи, поэтому мне понадобилось всего несколько секунд, чтобы глаза полностью привыкли к сумраку. Я разглядел дом, который раньше наверняка был жилищем какого-то богача. Стены, когда-то делившие здание на множественные комнаты, были полуразрушенные, а некоторые и вовсе напоминали о себе только несколькими кирпичиками у самого пола. Деревянный или покрытый линолеумом пол был изъеден жуками и червями, пропитан дождевой водой, которая придавала помещению ещё большей сырости и гнилого запаха, и покрыт кучей мусора - кусками штукатурки, осколками из окон, сухими ветками и листьями, полусгнившими трупиками небольших животных типа насекомых, ящериц или маленьких птичек. Я хотел включить фонарик на телефоне, но с досадой обнаружил, что он вырубился. Люблю свой мобильник. Василиса, видимо, заметив мою неудачную попытку молча зажгла свой телефон и пошла вперёд. Мы осторожно ступали коридором, заглядывая в комнаты, и старались как можно меньше шуметь. Но получалось не очень, потому что под ногами был мусор. Один раз я даже ловил рыжеволосую, потому что она споткнулась об уже задубевший труп черной облезлой кошки. Вау. Наконец мы в самом конце дома обнаружили комнату, стена которой была почти целая, а окно - залеплено скотчем. Под ногами можно было даже различить погнившие доски - это значит, что прочего мусора в комнате было намного меньше, чем в остальной части здания. Я скинул рюкзак и осторожно поставил его и стаканчик с теплым чаем в одном углу, а потом начал ногами рассовывать те немногие ветки, трупики, грязь и крошенную штукатурку в другом углу. Огнева стояла и с пластиковым стаканом чая в одной руке, телефоном с включенным фонариком - в другой, помогая мне лучом искусственного света. Когда я закончил, она всё так же молча подала мне плед из своего рюкзака, и я расстелил его на более-менее расчищенном полу. - Прошу, - без намёка на юмор я жестом указал на плед, и Василиса измученно плюхнулась на него, опершись спиной об стену. Я примостился рядом с ней. Мы долго молчали, слушая грохот дождевых капель и шум моторов машин, проезжавших где-то вдалеке отсюда, ближе к центру городка. Время от времени эту идиллию прерывали то я, то Огнева, сёрбая чай, но вскоре тишина восстанавливалась вновь. Чувство непонятной тревоги медленно, но явственно давало о себе знать. Блин. - Прости, - тихо прошептала Василиса. Я вернулся в реальность и обернулся к девушке. Можно было подумать, что она тихо плачет, но это было не так. Лицо Огневой сохраняло каменное, отчуждённое выражение, когда каждый мускул был напряжён, но одновременно казался расслабленным. Глаза смотрели в прострацию. - Извини? - не понял я. - Прости, - повторила девушка пустым, словно у куклы голосом. Он даже не был треснутым, как тогда, когда она высказала мне всё. Он был просто лишён каких-либо чувств, красок. - За что? - удивился я, и почему-то это мне показалось очень неискренним, как будто я был актёром, который переигрывал и выглядел на сцене через чур неестественно. - За всё, - тем самым серым голосом ответила девушка. - За время, которое ты убил со мной. За нервы, которые ты вымотал со мной. За то, что из-за меня ты уже месяц не видел друзей. За деньги, которые ты потратил на меня. За моё вмешательство в твою жизнь. - Василиса... - я оцепенел. Что она такое говорит?! - Фэш, не надо, - она легонько взмахнула пальцами, останавливая меня. - Это не слова жалости, или тому подобное. Просто мне кажется, что вряд ли мне ещё когда-нибудь выпадет такая возможность. - В смысле? - Предчувствие плохое. По хребту у меня пробежался легкий мороз. Нет, не тот собачий холод, что снаружи, на улице. А внутренний. Не только у меня плохое предчувствие. К чему это? - Василис, не надо просить прощения, ведь ... - я внезапно замолк, поняв, что ей не понравится то, что я собирался сказать, ведь она уже предупредила меня. Значит, я скажу по другому. - Ведь я всё равно никогда не прощу. Я услышал, как Огнева шумно выпустила воздух, а потом увидел, как она расплылась в грустной улыбке. Впрочем, в следующую секунду уголки её губ опять опустились. - Твое право, - пожала она плечами и положила голову мне на плечо. - Поцелуй меня, - после некоторой молчанки произнесла она. Это меня полностью выбило из колеи. - Зачем? - что творится у неё в голове? Но Василиса, видимо, поняла моё удивление совсем по другому, и смущённо отвернулась. - Да нет, это я просто так сказала, - тихо произнесла она. В бесцветном голосе я всё же учуял нотку разочарования. Стоп-стоп-стоп-стоп! Это ... Серьёзно?! О Господи! Огнева ... Влюблена в меня?! - Извини, малыш, - я осторожно обернул девушку лицом к себе и немедленно накрыл её губы своими. Они были холодные и обкусанные, и я бережно подминал их. Василиса сначала сидела столбом, а потом робко и осторожно начала отвечать мне. Она, наверное, неосознанно положила свои ладони мне на шею, и я вздрогнул от этого ледяного касания, одновременно нечаянно укусив её нижнюю губу. В мой рот моментально проник железный вкус крови, и я хотел отпрянуть, испугавшись того, что наделал, но Василиса притянула меня за шею к себе, не желая размыкать поцелуй. Вот так мы и сидели. За окном грохотал дождь и рычали моторы автомобилей. Наш поцелуй так и оставался таким же осторожным, и одновременно таким родным. Он был пропитан какой-то приятной горечью, как будто после крепкого кофе. Он был наполнен воспоминаниями. Воспоминаниями о былых временах - первой встрече, знакомстве, начальной враждебности, первом поцелуе и сексе, шутках, об Ордене Дружбы. Когда Василиса разомкнула его, отклонившись, по её подбородку потекла тоненькая струйка крови. Я хотел поднять руку и вытереть её, но девушка переплела пальцы своих рук с моими, и теперь держала крепко и не выпускала. И я клянусь - этот момент был бесконечностью... Конец POV Фэшиар POV Василиса Фэш разбудил меня, и как только я открыла глаза, он закрыл мне рот ладонью. Я тихо поднялась и села, а проследив за взглядом Драгоция, тоже обернулась в сторону двери. Внезапно послышались шаги. Они были разные и громкие, из-за чего было совершенно невозможно понять, кто там. И, судя по скорости, они торопились. Но потом я поняла, что они не торопились, а искали. И нашли. В освещённом утренними лучами солнца проёме, где когда-то была дверь, появилась тонкая, длинная и ссутуленная, словно у ворона, фигура. По черным лохматым бровям, горбатому длинному носу и бездонным глазам я узнала Рока Драгоция. Мы с Фэшем моментально вскочили на ноги, как раз тогда, когда в комнату зашёл Астрагор. Он не изменился - высокий и ссохшийся, словно старая трость, желтоватая и тонкая, как бумага, кожа и уродливая сетка морщин; клочок редких жирных волос, леденящие душу чёрные, будто заброшенные колодцы, глаза и тонкая линия губ, изогнута сейчас в ужасающей гримасе, которая, наверное, была улыбкой. Чёрт побери, что этот красавчик здесь делает?! - Здравствуй, Василиса, - неприятным, скрипучим голосом молвил Астрагор, и мне показалось, что мое сердце пропустило удар. Почему-то в голову мне влез тупой мем с сердцем в шляпе и надписью "Моя остановочка". Меня собираются убить, а я мемчики из ВК вспоминаю. - Ты заставила нас побегать, и, честно признаюсь, тебе почти удалось пропасть, - с той самой гадкой ухмылкой Астрагор медленно двинулся ко мне. - Не тронь её! - сквозь зубы прошипел Фэш, стоящий у меня за спиной, и я почувствовала, как он положил руки на мои предплечья. - И ты здравствуй, племянник, - не сводя с меня взгляда, еще более хищно усмехнулся Астрагор, - или это была твоя идея убегать? Ах, ну да, конечно. Это ты подслушал разговор родителей, и решил защитить свою любовь. Сама бы она не потянула тебя за собой, да и вряд ли она вообще бы додумалась до побега, - он говорил обо мне так, как будто меня самой здесь не было. - Не так ли? - Не так, старый ты пень, - рыкнула я на него. Какое-то время он молча смотрел на меня, а потом разразился ужасным квакчущим смехом. - Деточка, так у тебя уже зубки прорезались?! - его хохот прервался так же резко, как и начался. - Совсем как у твоей мамочки. Мама. Внутри у меня разлилась кипящая лава. - Заткнись, ты вонючий старик! Не смей даже вспоминать её, придурок! Фэш сжал мои предплечья, а я старалась не подскочить к этому старому дедугану и не врезать ему хорошенечко. - Так ты защищаешь свою мамочку? - удивился Астрагор, а в его голосе проскользнула угроза. - А что ты вообще знаешь о ней? Думаешь, она была нормальным родителем? - Не тебе судить, - прошипела я. - Идиотка! - внезапно разгневался он. - Да здесь кто хочешь увидит, какая была Лисса. Такой дебилки мир не видал! - воскликнул он, театрально взмахнув руками. Я рванулась вперёд, чтобы нокаутировать Астрагора, но Фэш крепко сжал меня одной рукой, а другой - прикрыл рот. Да что он делает?! Астрагор опять противно хохотнул. - Правильно делаешь, племянник. Она и так в дерьме по уши. - Замолчи, - словно выплюнул, сказал Фэш. - На чём я остановился? - как будто ничего не было, вернулся к рассказу Астрагор. - А-а, вспомнил. Так-вот, Василиса, ты думаешь, что твоя горячо любимая мамочка была хорошей? А ты сможешь назвать хорошей маму, которая рождает ребёнка, зная, что по карьерному договору он будет мешать всем - и ей самой, и всему делу, и его хозяину отдельно? Я прекратила ворочаться и замерла. В смысле, по договору? Астрагор, увидев мою реакцию, едва заметно довольно хмыкнул и продолжил говорить, разглядывая свои ногти на правой руке. - Вот она и поплатилась за твоё рождение своей жизнью. Но ведь проблема как появилась, так и осталась - малышка Василиса всё ещё жива, и теперь она связывает меня и всё моё агентство по руках и ногах. - Так что же тебе мешало раньше убить её? - вырвалось у Фэша. Он, наверное, тоже не знал всего этого. - Ну, фактически, Огнева начнёт мешать только с момента своего совершеннолетия, - со скучающим взглядом ответил Астрагор, - и оно уже не за горами. А когда ещё выпадает такая возможность, когда причина всех твоих проблем сейчас находится у твоего брата, без круглосуточного наблюдения заботливого папочки? Я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. - Ну, да всё же хватит разговоров, - притворно зевнул Астрагор и, посмотрев на свои золотые наручные часы, сунул руку в карман. - Часики-то тикают. Тик-так, тик-так, - он вытащил из кармана руку с небольшим черным револьвером и поднял его на уровень моей груди. Внезапно мне показалось, что это нереально. Это ... Всё настолько банально! Злодей, парень, который наконец-то ответил взаимностью, чёрный револьвер. Как будто какой-то дешёвый боевик-мелодрама. Это до слёз смешно. Я сошла с ума. Конец POV Василиса POV Захарра - Захарра, поосторожней! - взвизгнула мама, когда я влетела в очередной поворот, не сбавляя скорости. Месяц назад Астрагор вместе с Роком, Войтом и другими своими воспитанниками явился к нам домой и хотел увидеться с Василисой, но её не оказалось дома. Как и братца. К вечеру они не вернулись, и дядя, брызгая слюной и хрустя косточками, покинул наш дом на полной скорости на своей серой Ламборджини. Папа с мамой рассказали мне правду о маме Василисы и о договоре с агентством дяди. В тот же вечер Ник отдал мне свой мобильник, который мог отслеживать местонахождение телефона братца - это он когда-то решил побаловаться и встроил в оба смартфона специальные датчики. Он и подумать тогда не мог, как это поможет в будущем. А на следующее утро мы с родителями отправились в погоню. Мама не могла разобраться, где на телефоне обозначается маршрут, поэтому мы с отцом водили попеременно. Но вот день назад сигнал пропал. Это могло означать только две вещи - либо батарея села, либо телефон разбит в дребезги вместе с датчиком. Так или иначе, дела стали паршивыми - мы не могли отслеживать беженцев. Нам осталось только следовать за серой Ламборджини Астрагора. Внезапно я увидела одноэтажный дом с высокими, облупленными стенами и выбитыми окнами. Возле него была припаркована хорошо нам всем знакомая машина. Я изо всех сил ударила по тормозах и, чтобы не врезаться в мусорный бак, резко крутнула руль. Наш автомобиль задрефтил, а в следующий момент я открыла дверцу и выпрыгнула из машины, игнорируя восклицания родителей. Непонятно от чего у меня по спине пробежался мороз. Я добралась до дома и влетела вовнутрь. Сначала я растерялась, увидев множество комнат и жуткий срач, но потом услышала скрипящий голос и побежала вперёд, в самую последнюю комнату. В дверном проеме я изо всех сил пнула фигуру Рока, и когда он упал, я увидела ужасающую картину. Астрагор, стоящий ко мне спиной и с выпрямленной перед собой рукой. Фэш резко отпустил растерянную Василису, стряхнул левой рукой, а в следующий момент, одновременно со звуком выстрела, взмахнул ею, и воздух пронзило что-то, отбивающее свет. Высокий короткий крик - в воздухе мелькнули огненно-рыжие волосы, а потом Василиса упала на спину. Я кинулась вперёд, наступив нечаянно на руку присевшего дяди, который другой ладонью держался за метательный нож, подаренный мной Фэшу на его четырнадцатый день рождения. Братец склонился над беспомощной, хрупкой фигуркой Огневой, которая сейчас мирно лежала, как будто просто отдыхала, и что-то горячо шептал девушке в самое лицо, одной рукой держа её за ладонь, а второй отчаянно прижимая слева, под грудью Василисы. Сквозь его пальцы сочилась ярко-красная кровь. Я упала на колени и тоже склонилась к подруге. Фэш немного поднял голову и кинул на меня мимолётный взгляд, который я не поймала, потому что смотрела на Василису. Огнева лежала и смотрела на Фэша. Её лицо приобрело цвет белой эмали, губы тоже понемногу ставали серыми, а расслабленные синие глаза были полуприкрыты. Потом девушка посмотрела на меня, её губы тронула лёгкая улыбка. - Привет, - еле слышно произнесла она. Из моих глаз брызнули слёзы. - Не плачь, - она попыталась поднять руку, но сил не хватило, - и успокой Фэша. Я всегда с вами. Она хотела ещё что-то сказать, но так и застыла - с лёгкой ухмылкой. Только вот глаза её опустели.