Эбигейл: Антиутопия

— Знаешь, мне лично посмотреть на этого человека интереснее, чем на Потрошителя, — Ганнибал мягко улыбается. — Почему ты думаешь, что все это существует в реальности, а не только в твоей фантазии? Серенады, подражатели, влюбленность — возможно, никто из них не способен быть увлеченным кем-либо, помимо себя. Уилл выныривает из своих запутанных теорий в реальный мир. — Потрошитель играет на публику, ему нужен отклик, нужны поклонники. Даже если он не снисходит до ответа, а подобно богу принимает подаяния. Вот и Джек пляшет под его дудку — готов обнародовать в прессе данные по последнему убийству, якобы с целью найти свидетелей. Ну если исключить вариант его причастности к представлению. — Я понимаю, почему тебе не нравится эта идея — в прошлый раз с Абелем все окончилось не наилучшим образом. Уилл презрительно кивает: — Ага, у меня в последнее время ощущение, что я работаю не в ФБР, а в службе знакомств для нетрадиционно ориентированных маньяков. — Уилл, ты никогда не предполагал, что Потрошитель — сильная женщина в изящных туфельках? Даже Мириам говорила, что в этом убийце есть нечто экзотическое. Любовь к эстетике, проницательность, никаких следов сексуального насилия, большинство жертв — мужчины. — Кхм, поверю твоему чутью, оставим на это… скажем, несколько процентов. Хоть полностью не буду отрицать. — Он чувствует, что разговор зашел в тупик, встает и тянется за своими вещами. — Я и так тут засиделся на час дольше, чем следует, ты не обязан расходовать на меня свое время. Ганнибал тоже вежливо собирает бумаги. Уилл ловит за многочисленными масками на его лице нотку разочарования — явно другие его пациенты более скучные. — Я бы с удовольствием тратил время на общение с тобой не только на тему убийств. Приходите с Эби в гости на следующей неделе — имею слабость пытать всех своими кулинарными изысками. Ганнибалу в его скромной жизни по сути не хватает того же, чего и Потрошителю, только в гораздо меньших масштабах. Хлеба и зрелищ.

***

На пороге стоит одна Эбигейл, когда после короткого звонка Ганнибал распахивает дверь. Ее облегающее пальто усыпано снегом, белые снежинки в темных локонах волос. Она пахнет цитрусами. — Как же я соскучилась по этому уютному местечку. — Ее слова пронизаны небрежной естественностью. Эби поворачивается к нему спиной, расстегивая пуговицы, будто бы этот ритуал тоже обязан быть естественным. Пакет с фруктами она передает Ганнибалу, а сама в это время снимает сапоги, извлекая из другого пакета черные туфельки мери джейн на невысоком каблуке. Они оба понимают, что она не заберет их назад в Вулф Трап. — Уилл знает о частоте твоих былых визитов в мой дом? — Только о том случае, когда за мной приехала Алана. Гордая, довольная собой, с улыбкой Моны Лизы на лице. Только взгляд вызывающий. Она сохранила в тайне его звонок, она не раскрыла секрет Ника Бойла, она не компрометирует его перед Уиллом. Послушной девочке полагаются бонусы. — Позволю себе поинтересоваться, а где, собственно, сам Уилл? — Пошел помогать Алане разбираться с какими-то хозяйственными хлопотами. — Эбигейл делает неодобрительную мордаху. — Неужели он думает, что там ему что-то выгорит? По-моему, очевидно, что она просто использует Уилла как друга, который не сможет ей отказать. Куда в такой момент девается его проницательность? Они проходят в глубину зала, ее фигуру облегает элегантное коктейльное платье с высоким горлом. Простота кроя, сдержанная длина до колен, дорогая ткань — наряд подобран явно под вкус хозяина. Мотивы Эбигейл ясны — она уже не девочка, она желает быть лучшей женщиной для них обоих, и Ганнибалу довольно просто ей подыграть. — Алана для Уилла всего лишь спасение от тех чувств, которые он испытывает к тебе. — Я просто моложе и ближе? Это вопрос-испытание, вопрос-флирт. Эбигейл хочет услышать ответ шепотом на ушко, желает слизывать ответ с тонких губ Ганнибала или с кончиков его пальцев. Она хочет чувствовать язычком терпкий вкус чужой крови. — Его влечет в тебе тьма. — Тьма ее волос, ее глаз, ее души. — Алана всегда будет только светлой его стороной, доступным удовлетворением запретных желаний. Пока он однажды не сорвется. Ганнибал подходит ближе, касается ее плеч. Следующую фразу он и вправду говорит почти шепотом: — Ты можешь использовать это в свою пользу, но не позволяй себе никаких лишних чувств. Если бы ты вовлекалась в дружбу с теми девочками искренне, ты никогда не могла бы их убить. — С Уиллом играть тяжелее, он все чувствует, все понимает. Скажи мне, он знает, что ты…