Инкубатор

      Конечно, я оказался прав: Акс забрал меня из бокса в пятом часу утра. Оставив для Мио голографическую записку на стене, я вместе с врачом спустился на тридцать пятый этаж. Там находился один из рабочих кабинетов Акса — с большим гинекологическим креслом, эхоэкранами, застеклёнными шкафчиками. Было неуютно, даже зябко, а беловато-голубой свет резал глаза, но я не подал виду и плюхнулся на кушетку рядом со столом доктора. Акс сделал несколько кругов по кабинету, и показалось, он собирался занять своё место за столом, но вместо этого сел рядом.       — Ты не подумай, что мне совсем наплевать на тебя, но я слишком переживаю за Нокса! Он так истощён, даже боюсь его обследовать. Что бы ты там ни задумал, ему надо отдыхать, хорошо питаться и никаких стрессов!       — Хотел бы я без стрессов, только не получится. Думаешь, я не волнуюсь за него? У Мио нет чипа омеги, и либо всё будет очень плохо, либо о нём позаботится кто-то вроде меня, — я постарался сказать это твёрдым тоном, но Акс поглядел странно, а потом вдруг захохотал.       — Какой же ты смешной омега, а! — он похлопал ладонью по колену. — «Вроде тебя»… А что у тебя есть? Деньги, связи, статус? Я даже о такой семье — Сол — никогда не слышал.       — Это не семья, а моё имя. Ты же не пользуешься номером гаммы — не хочешь быть никем? И не кредиты и статус помогли тебе остаться врачом, а знания. Мио сделал кое-что, что омега не должен делать, и если он вернётся, то сначала его очень больно накажут, а потом превратят в гамму. Но у него нет знаний — разве что о моде двухмесячной давности и как обустроить случку, чтобы альфе понравилось, — распаляясь, я говорил всё громче, и Акс отодвигался, будто спасая уши.       — Вот как. А ты-то чем отличаешься от Нокса? Сломанным носом? — снова приблизившись, бывший альфа навис надо мной, чем-то напомнив Фредо, и в голове сразу созрел ответ:       — Да! Сломанным носом! Я сопротивлялся до конца, потому что не хотел становиться вещью!       — Вещью, — повторил за мной Акс и вдруг сокрушённо вздохнул. — Хоть кто-то из омег это понял. А ведь вас столько перевидал — с тупыми лицами и заплаканными глазами. Сделаю я тебе аборт — не такая сложная работа. Но я всю голову сломал ночью, пытаясь понять, как ты собираешься улететь отсюда. Давай-ка, рассказывай.       Откинувшись назад, бывший альфа сложил руки на груди, но усидеть спокойно не мог и принялся дрыгать коленями. Через сиденье передавалась неприятная дрожь, я и сам задрожал от напряжения и вдруг понял, что не хочу ему ничего говорить. Мои планы были слишком хрупкими и сокровенными, чтобы их озвучивать. Когда я сделал это в прошлый раз, всё кончилось плохо. Ни обещания, ни слово альфы, ни вроде бы искреннее участие не помешали Фредо предать меня. Больше такую ошибку совершить нельзя.       — Я и не собираюсь улетать. Просто играл как-то в стратегию для бет про космос, вот и выдумал историю для Мио. Понимаешь, он сказал, что хочет умереть. Потому что боится следующей течки, голода, одиночества, вот я и решил… Знаю! — оборвал я открывшего было рот Акса. — Знаю, что плохо его так обманывать, но пока мы «готовимся к полёту», он выйдет уже из этого состояния, и, может, не захочет никуда лететь. А у меня есть кое-какие познания в электронике, я научу его разбираться в технике, и мы не пропадём.       — Ох… Ты прав, — Акс вскочил с места и сделал круг по кабинету, чуть не напоровшись на кресло. — У тебя совершенно не омежье мышление! Скорее бетанское… Или нет, почему? Может, такими были омеги до внедрения каст. Ты же учил историю? А, стой, омеги не проходят этот курс… О чём это я? Жить в гамма-ярусе можно, и вполне здорово, особенно с познаниями в электронике. Откуда они у тебя? Не важно. И вы с Мио иногда сможете обращаться за помощью ко мне — я не откажу.       Всё складывалось удачно. Заикнись я всё-таки про свои выдумки со взломом системы космопорта и угоном корабля — Акс поднял бы меня на смех и вообще отказался сотрудничать. А теперь будет время спокойно подготовиться.       — Только есть одна проблема: меня ищет альфа. Даже в транспортерах мои голограммы. И он не успокоится.       — Юный беременный омега сбежал в гамма-ярус… Я на его месте тоже искал бы, — врач с задумчивым видом остановился напротив эхоэкрана и набрал несколько команд. — А если он тебя найдёт?       — Ничего хорошего. Поэтому я найду его первым и заставлю прекратить. Отомщу ему, — стоило подумать о Фредо, как запершило в горле и зачесались кулаки.       — А-а-а, вот оно что! — на лице Акса отразилось внезапно глубокое понимание проблемы. — Ты хочешь уничтожить зародыш его ребёнка, а потом объявить об этом! Думаю, этот альфа сочтёт тебя сумасшедшим и сразу отстанет. Зачем ему дети с возможными отклонениями, в конце концов?       — Д-да, наверное, отстанет, — я покивал, а на самом деле обнаружил ещё одну недоработку в плане. Я придумал, как добраться до Фредо, но вот как заставить его дать мне альфа-доступ и вообще не попасться?       — Какой у тебя срок? — отвлёк меня от мыслей Акс.       — Беременности? Сегодня третий день. Я сбежал сразу, как только мне сделали тест.       — Значит, тебе нужно сейчас принять гормоны, — он залез в шкафчик и выдал мне пластинку с одной-единственной таблеткой, — а вечером сделать орошение матки, даже вакуумное очищение не понадобится. Всё ясно? Тогда возьми эту карточку и на вашем этаже в автомате купи себе и Мио еды. Отдыхайте, а у меня скоро смена. Я загляну к вам вечером и позову тебя. Хорошо? Таблетку, главное, не забудь!       Конечно, я о ней не забыл: так сжимал блистер в руке, что даже чуть-чуть порезался. Мио, увидев на ладони кровь, тут же отобрал таблетку и отвёл меня в ванную, чтобы промыть ранку. Он уже давно проснулся и весь извёлся в ожидании, и теперь был даже рад, что мне понадобилась его помощь.       — Ты выпьешь?       Мы сидели за откидным столиком, между нами — окровавленный блистер с таблеткой и стакан воды.       — Да.       Выдавив небольшой белый кругляш себе на порезанную ладонь, я различил надпись на нём: «ТТ-Ω-89». Не важно.       Таблетка оказалась безвкусной, на секунду застряла в горле и была смыта глотком воды. Всё. Основная работа сделана, останется только вечером убрать погибшую яйцеклетку и прочую грязь.       — Если бы я знал, — Мио запнулся и посмотрел на меня как-то странно, — что можно быть таким, как ты… Я напивался там, потому что мне иначе не хватало решимости. Хотел прыгнуть под монорельс. Хорошо, что я потратил решимость на тебя. И мы здесь. С тобой. Я волнуюсь и чувствую… это.       Он говорил, а мы сближались, пока не соприкоснулись лбами. Тёплое чуть прерывистое дыхание, мягкие щекочущие белые волосы, почти такие же светлые глаза совсем рядом.       — Хочу улететь отсюда с тобой, — шёпотом, почти касаясь его губ. — Очень далеко. И я всё сделаю.       — А я не умею мечтать, — на его лице появилась лёгкая улыбка.       — Ничего, я научу. Представляй: мы с тобой сначала доберёмся до данных космопорта и проложим примерный маршрут, куда лететь; потом подберём подходящий шаттл — я придумаю, как его модифицировать; я покажу тебе, как управлять кораблём, а сам буду механиком и вторым штурманом. Мы хорошо подготовимся, всё продумаем и улетим.       Мио слушал, плохо понимал, почти не представлял, но его пальцы постепенно переплелись с моими, ресницы подрагивали, а улыбка не исчезала. Хотелось, чтобы она осталась навсегда — такую я ни на одном постере не видел, ни одна голограмма не могла такую изобразить.       Мы целый день ничего не делали, и это было так приятно — просто поговорить, нормально познакомиться. Мио оказался будто бы с какой-то другой Инегры: где есть кастинги омег высокого статуса, где за твою девственность платят огромные деньги, где ты отрабатываешь каждый кредит своим телом и сам пишешь инструкции, чтобы потом их неукоснительно исполнять. Где омеги работают — украшениями вечеринок, развлекают альф и делают им уколы разрешённых наркотиков, где есть мода на «истинные пары» и контракты на детей. А я рассказал о встрече с землянином, перевернувшей мою жизнь, как однажды решился и с отцовского планшета залез в поисковик для бет, как нашёл статьи об опасности взлома поисковой системы и сам решил стать взломщиком. Как в бетанской сетке обнаружил странную карту и вышел-таки на подполье.       Про интегрированный в потерянный кем-то планшет чип погибшего беты, сотни скачанных игр и обучающих программ, разоблачение и наказание шокером трижды по три секунды.       — Не могу этого понять, — Мио поёжился. — Меня никогда не наказывали так — болью. Не помню даже, как смог выжечь свой чип. Но ты другой. Наверное, даже когда альфа избивал тебя, ты терпел. Сегодня твой синяк под глазом уже светлее, кстати.       — Это хорошо, — я кончиками пальцев потрогал нижнее веко — оно уже не отзывалось болью. — Да, я терпел. Вернее, нет, не терпел, а бил в ответ и совсем ничего не чувствовал. И шокер тоже не такой страшный был — больше, чтоб испугать.       Мио посмотрел на меня с восхищением, а я опустил взгляд, стараясь скрыть гордость и удовольствие. Но тут раздалось мелодичное пиликанье дверного звонка, и домофон вывел голограмму Акса, усталого и с выбившимися из-под шапочки врача волосами.       — Привет, Нокс, то есть, Мио, дорогой! — войдя, он тут же кинулся к Мио и погладил его по хрупкому плечу. — Прости, что не заглянул раньше — денёк сумасшедший, столько пациентов! Ох уж эти гаммы с их дефектами половой системы, даром, что стерильные… О, Сол, а у тебя как самочувствие?       — Немного в жар бросает, — я на всякий случай потёр живот, хотя никакого особого недомогания не ощущал. — Таблетку я принял сразу, как сюда пришёл.       — Умница. А температура и должна повыситься, всё правильно. Ну что же, нам с тобой нужно пойти и закончить начатое, а потом у меня пациент с верхнего яруса. Если у него снова случится выкидыш, то статус бедняжке уже будет не поднять. Идём, Сол, а ты, Нокс, то есть, Мио — отдыхай. И купи ещё еды! Смотреть не могу. Ты же ему покупал еду? Только не говори, что забыл…       — Покупал, покупал, — ответил я уже на ходу.       В резко дёрнувшемся вниз лифте меня чуть не вырвало, голова немного кружилась, но Акс продолжал трещать на какие-то свои врачебные темы, и его ровный голос успокаивал. Вполне решительно я разделся и покрутился в ионизаторе, так же уверенно расположился в гинекологическом кресле и обнаружил на потолке экран — там крутили руководство по модному макияжу. Омега-фемина с розовыми волосами постепенно из обычного человека превращалась в подобие игрового персонажа. На подкачанных с помощью трёх инъекций губах рисовали красными блёстками звезду.       — Ввожу ороситель, — прозвучал вдруг голос Акса откуда-то между ног, и в анус что-то ткнулось. Тело тут же свела судорога, пальцы сжались на подлокотниках, а воздух превратился в густой гель, которым невозможно дышать. — Тише, тише, расслабься. Что случилось?       — Н-не… Ничего, — голос сорвался, а сердце заскакало в груди так, будто сейчас вылетит из грудной клетки.       — Да, вижу, были разрывы, но швы очень аккуратные, а ороситель маленький, он тебе не навредит, — сказал Акс и продолжил вводить инструмент, и эта штука была жёсткой и огромной. Меня начало колотить, и всё тело покрылось потом, будто это липкие руки Фредо касаются меня там и тут. А я — беззащитный, с раздвинутыми ногами. — Пожалуйста, успокойся! Если будешь так трястись, то я не попаду в семявод. Обещаю, больно не будет, только немного мокро. Сол, Сол, ты слышишь?       — Нет! Я не хочу, не надо! Не трогай меня! Фредо!       Едва ощутив, что во мне больше нет лишних предметов, я сел, сдвинул ноги и согнулся пополам. Кабинет крутился, живот тоже, анус больно саднило.       — Дыши, дыши медленней, вдох — выдох, вдох — выдох, вот так. Ещё медленней, не спеши. Ты в безопасности, никакого Фредо тут нет, ребёнка его тоже уже нет, а я никогда не сделаю тебе плохо, я же доктор. Вот так, успокаивайся.       Наконец разогнувшись, я всхлипнул и поглядел на Акса, так и державшего в руке ороситель. Он был и правда совсем маленьким и силиконовым. От стыда по телу прокатился жар, и я зажмурился, но слёзы всё равно потекли.       — Когда я ещё работал в верхнем ярусе, у меня был пациент. Его привёл альфа и сказал, что там явно какая-то проблема с гормонами, потому что тот омега не испытывал должного влечения в течку. Пока они сидели рядом в кабинете, я так и не смог поставить диагноз. Но когда я спровадил альфу, омега рассказал мне, — Акс помолчал, кусая губу. Сейчас он будто перестал быть собой — вся суета куда-то улетучилась. — Конечно, он не хотел, потому что ненавидел этого альфу, и каждая их случка напоминала пытку. Просто потому, что альфа был отвратительным человеком с его точки зрения, и настолько, что это отвращение пересиливало инстинкт размножения. Я расчувствовался и предложил перебить ставку в поисковике, но омега отказался — мой статус был гораздо ниже, чем у того альфы. И попросил выписать ему гормоны, усиливающие влечение. Ты — молодец, Сол, что не стал терпеть.       — Мне так больно было… Да будь он хоть тысячу раз мой истинный, так нельзя. Почему у этого даже названия нет? Это же насилие, он изнасиловал меня! — выкрикнул я и замер, тяжело дыша.       — Вот теперь есть название. Это преступление, которое у нас таковым почему-то не считается. Восемь лет назад я вместе с несколькими другими альфами подал петицию, призывавшую дать омегам свободу выбора партнёра. Но здесь нельзя делать такие вещи. Мы боялись и действовали анонимно, только это не помогло. Нас терпели недолго. Сначала двое моих друзей якобы разбились на машине. Потом третьего выслали на Инегру-9. А меня дома дожидалась полиция. Так я и стал стерильным гаммой. Ты не один такой, Сол, кому всё это не нравится. Только штука в том, что ничего мы не изменим. Этот мир построен очень умно — покорность в нас заложена генетически, и касты выдуманы не просто так. Омеги и альфы — одна и та же мутация, разница в хромосомах, только вас с рождения начинают превращать в тупых рабов, а альф — в рабов поумнее. Я ненавижу этот мир, Сол, но улететь не могу. Во флот берут только психически устойчивых рабов, мы с тобой не подойдём, — вдруг перестав быть серьёзным, Акс одёрнул халат и помахал оросителем. — Может, продолжим? Время, время поджимает.       — Я постараюсь. Буду трансляцию смотреть.       Снова откинувшись на кресле, я вернул ноги на подставки и уставился в потолок. Раздетый догола омега в соблазнительных позах демонстрировал сверкающий наклеенными стразами боди-арт. Он напоминал Мио. Только тот был лучше, особенно после душа — без всякого сверкания, такой естественный и настоящий. И тоже переживший изнасилование. Надо будет сказать ему, что у этого кошмара теперь есть имя, а если знаешь имя — уже не так страшно.       — Готово, — Акс разогнулся и похлопал меня по голени. — Слезай. В боксе сходишь в туалет, и о беременности можешь забыть. Давай, одевайся скорее, а то у меня уже планшет разрывается от звонков. Вечно всё не вовремя!       — Ещё хотел спросить… — начал я, застёгивая комбинезон, но Акс уже схватил дрожащую рамочку, дважды чуть не уронив её, и начал ожесточённо набирать сообщение.       Когда я вернулся в наш бокс, то Мио едва не сбил меня с ног, накинувшись с объятиями прямо у входа:       — Ты так долго! У меня это занимало десять минут с переодеванием. Что случилось? Ты в порядке?       — Всё хорошо. Мы с Аксом просто разговаривали. Он сказал, что тоже хочет улететь, но не знает, как, и не очень верит, что это возможно. А ещё назвал Фредо преступником. За то, что тот со мной сделал.       — Это точно. Если бы я мог, то наказал бы его. У нас же есть шокеры. Тысячу раз по три секунды! Пока ты был у Акса, я размышлял об этом — нужно наказать Фредо за то, что он сделал! И он даст нам свой доступ, иначе я и его убью, — в светлых глазах на мгновение мелькнула такая ненависть, что я испуганно отстранился.       — Мио, у меня всё в порядке, зачем ты так злишься? А доступ мы получим обязательно, для этого не нужно никого убивать. Ой… Прости, — схватившись за низ живота, я метнулся в ванную и плюхнулся на унитаз, едва успев расстегнуть комбинезон.       С несколькими лёгкими спазмами из меня вылилась вся та дрянь, что осталась от Фредо, а потом нажатием кнопки отправилась в канализацию, к другим био-отходам. Всё, окончательно свободен.       Не было больше давящей тяжести, с которой я жил последние дни, даже дышать стало легче, и в голове сразу зародилось несколько новых идей.       Вернувшись, я обнаружил Мио сидящим на кровати спиной к ванной. Он сильно сгорбился, так что даже сквозь ткань комбинезона выступила цепочка позвонков.       Я подошёл к нему и аккуратно опустился рядом, нежно обнял и уложил, подставив плечо вместо подушки. Мио, всё так же отворачиваясь, уткнулся носом мне в локоть и шумно вздохнул.       — Мы с Аксом говорили о том, что если альфа принуждает омегу к случке — это преступление против личности. Я назвал его «изнасилование». Только на Инегре нет меры наказания за него, и мне сейчас подумалось, что правильнее всего было бы лишать альф-преступников возможности сделать такое снова. И это — то, чего они боятся сильнее всего. Если Фредо будет знать, что я могу превратить его в гамму, то сделает всё, чтобы остаться в своей касте. Нужно только спросить у Акса, что там был за неудачный эксперимент, и повторить. Как тебе такое?       Мио повернулся и моргнул пару раз, давая полюбоваться своими ресницами, аккуратным носом, маленькой родинкой на подбородке, которую я раньше не замечал.       — Пока ты не сказал, что я — личность, я и не знал. Но неужели мы должны сначала стерпеть ужасную боль, и только потом понять? — он снова вздохнул и прикрыл глаза. — Да, это именно так. Я запомнил ту надпись над автоматом с лекарствами: «Пока тебе больно — ты жив». У гамм даже нет имён, но они больше личности, чем мы. У каждого из них свои патологии, а мы все одинаковые, я видел себя на огромных голограммах в альфа-ярусе, а внизу проходили тысячи меня. Все одинаковые. И это было так просто.       — Знаешь, что самое смешное? — я убрал прядку белых волос за идеальное ушко и улыбнулся, а Мио вопросительно кивнул. — Это Фредо назвал меня первым именем. Думал, что его ждёт забавная игра, а на самом деле превратил меня в личность.       — Надо сделать ему больно, может, тоже станет человеком, — Мио засмеялся неожиданно низким и даже чуть жутковатым голосом. — Шучу. Прости, у меня бывают такие настроения перед течкой…       — Ох, не успел спросить о тебе у Акса. Завтра — обязательно. А ещё нужно будет решить, где мы будем жить, пока разбираемся со всеми делами.       — Я не хочу назад на свалку. Есть другое место. Я был там однажды, чтобы снять фотосет, но сейчас оно точно совершенно заброшено. Только понадобится машина. Мы же сумеем украсть какую-нибудь?       Услышав обещание, Мио натянул на нас одеяло, ласково коснулся моей руки и отвернулся. Я тоже потянулся и поудобнее устроился с ним рядом. Всё-таки сон определённо шёл нам на пользу.       — Какие вы с утра свеженькие и красивы-ы-е, — Акс широко зевнул. В отличие от нас, он явно не выспался, но всё равно забежал с утра. — Как там, спазмов не было, Сол? Температура больше не поднимается?       — Нет, всё отлично. Ещё раз спасибо тебе. Огромное, даже не знаю, какое большое, — решив, что это будет к месту, я сложил пальцы в «омегу» и наклонил голову. Акс улыбнулся было, но снова зевнул и потёр глаза.       — Полночи решал проблему бедняги, и всё-таки придумал, что делать! Вот, глядите, осталась ещё парочка, — достав из кармана прозрачную плоскую коробочку, он показал её нам с Мио. Я тут же невольно поморщился — в каком-то растворе копошилось два отвратительных на вид нано-робота с длинными хвостиками. — У этих нет заряда, а больному я внедрил в плаценту несколько таких с дозами спазмолитика. Если у него снова начнутся преждевременные схватки, «головастики» тут же среагируют и впрыснут в стенки матки лекарство. Ребёнок будет спасён, как и пациент!       — Ты — гений, точно, — впечатлённый Мио сделал несколько хлопков в ладоши, и Акс гордо подбоченился, но потом снова зевнул. А вот мой мозг уже работал вовсю.       — А если сделать так, что роботы будут подчиняться командам с пульта?       — Можно, конечно. Только нужно перепрограммировать. Но я в коде не очень, писал его так долго, обложился руководствами, и то пришлось проверять на себе. Я самоотверженный врач, да, — снова похвалился он, и Мио снова похлопал.       — А если я попрошу у тебя этих двух роботов? Чтобы отомстить Фредо, — объявил я, и Акс сразу же скинул пелену сна.       — Что это ты задумал, а? — он прищурился и опасливо спрятал коробочку назад в карман. — Уж не подкинуть ли ему «головастика» с ядом в коктейль, а потом шантажировать с пульта?       — Ну, почти. Только не совсем с ядом и не в коктейль. Если есть гормоны, которые могут убить зародыша, то должны быть и такие, которые могут сделать альфу бесплодным, и… и он перестанет быть альфой. Фредо сломал мне жизнь, и я считаю, что он тоже должен ощутить подобное. Потому что если не я, то он найдёт себе кого-нибудь другого. Мало, чтобы он отстал. Нужно, чтобы он сначала помог нам, и, во-вторых, понял, что сделал.       — Да, существуют такие гормоны. Только их нужно синтезировать. У меня не так много времени, на это потребуется несколько дней. Я создам препарат и заряжу «головастиков». Но планшет с открытым кодировщиком тебе нужно раздобыть где-то самому.       — Не знаю, где взять такой планшет, но у меня есть знакомый, который сможет взломать любой, — вдруг предложил Мио.       — Ну вот и славненько, — вернувшись в обычное состояние, Акс кинулся к двери, вернулся, чмокнул Мио в макушку и убежал — только халат мелькнул.       — Но чтобы встретиться с ним, тоже понадобится машина, — Мио вздохнул и опустил плечи.       — Значит, пойдём и займёмся этим!       Чтобы выйти на бета-ярусе, нам понадобилась помощь Акса: он заранее отправил секьюрити сообщение, чтобы те пропустили нас, не проверяя на идентификаторе. Так и оставаясь инкогнито, мы покинули клинику через пятидесятый этаж.       Верхний город выглядел слишком ярким, каким-то почти ненастоящим. Наверное, это из-за того, что за несколько дней внизу произошло очень много событий, и я успел отвыкнуть от жизни своей касты. От презрительно-удивлённых взглядов тоже, и от предписанной инструкциями суеты. А у Мио и вовсе постоянно было хмурое и даже злое лицо.       — Тут как обычно всё, — сдвинув светлые брови, он почти с ненавистью посмотрел на огромную голограмму омеги, посылавшего в воздух поцелуи.       — Прости, но чего ты ждал? Что твоё исчезновение всё перевернёт? Или что на бунт гамм внизу обратят внимание? — я взял его за руку и чуть пожал. — Не обратят. И на нас не обратят, так что пока мы в безопасности.       Жилых корпусов в бета-центре почти не было, а цвета тут главенствовали холодного спектра — голубой, зелёный металлик и фиолетовый. Офисы и торговые центры стояли бесконечной чередой, один другого выше, и даже уходили за перекрытие в альфа-ярус. Парковочные полки рядом с ними были забиты машинами, но толпы народа делали мой план угона неосуществимым.       — Эти не подходят, да? — просил Мио, когда мы прошагали мимо очередного паркинга.       — Нет. Двухместные беспилотники. Запрограммированы на перелёты от работы до дома и ближайшего маркета. В них даже ручное управление не предусмотрено, слишком простые, там нечего ломать в «мозгах». Нужно что-то более высокого класса, — увидев на углу рекламную голограмму с бетой и омегой в очень дорогой на вид одежде, я свернул к этому магазину.       На тротуаре загорались голографические стрелочки, регулирующие движение, и мы в потоке бет и других омег шли строго по ним. И разбавляли эту безликую толпу: они запинались, оступались, оборачивались на мой синяк под глазом и крепкую фигуру, на лицо Мио без грамма косметики и его потёртый белый комбинезон. На нас смотрели, нас видели. Мне это нравилось и одновременно пугало: а что, если узнают и отправят сообщение в патрульную службу? Но пока этого, к счастью, не произошло, и мы добрались до того магазина, который я заприметил.       На 3D вывеске сверкало кристаллами название: «Секрет совершенства», но на витрину я даже не взглянул: куда больше интереса представляла полупустая полочка для машин, где среди нескольких обычных машин затесалась золотисто-фиолетовая «Сирока-89». Это было как раз то, что нужно! Явно принадлежавшая кому-то из посетителей бутика модель самого высокого из доступных бетам класса, с возможностью ручного управления и ёмким аккумулятором. Большая, красивая, сверкающая. И которую можно было вскрыть, не залезая в салон.       — Мио! — позвал я, но тот даже не обернулся. За бликующим стеклом стояли манекены омег, одетых в переливающиеся голубым и розовым комбинезоны. Мио смотрел на них, раскрыв рот.       — Красивые, да? — с трудом оторвавшись от витрины, он подошёл и, согнув руку, поковырял пальцем дырочку на локте.       — Точно. Но тебе такой не подошёл бы, — на самом деле Мио смотрелся бы в такой одежде идеально, только говорить об этом не стоило. — Смотри лучше, какая машина! Я сейчас испорчу в ней кое-что, а потом починю.       Чтобы было чем работать пришлось позаимствовать у Акса набор для регулировки гинекологического кресла. Самое лучшее, что в нём нашлось — это микроотвёртка. Попросив Мио следить за обстановкой, чтобы никто не увидел моих манипуляций, я залез на парковочную полку и по ней добрался до передней части машины. За фигурной решёткой радиатора прятались охладитель и сплетение разноцветных проводков. Напрягая память изо всех сил, я щипцами из набора стал оттягивать по отдельности каждый, силясь разобраться и вспомнить, какой куда ведёт.       — Поторопись, они уже на терминале оплаты, — прозвучал рядом голос Мио.       — Сейчас, сейчас! — потянув за сиреневый проводок, я решительно выдернул его из патрона и начал прикручивать решётку назад, но один из шурупов-«невидимок» никак не желал вставать в гнездо. А потом, когда я попытался всё-таки запихнуть его туда, просто выскочил из пальцев и укатился куда-то вниз. — Дерьмо!       Ловить шуруп было уже бесполезно, а двери магазина издали мелодичный прощальный перезвон. Нужно убираться быстрее!       От спешки нога соскочила с перекрытия парковки, и я едва не упал, набор мешал передвигаться, а убирать его было некогда, да и тот ли проводок я вытащил? Если вдруг нет, то план провалится и в патруль поступит жалоба с моей фотографией.       — Простите, можно узнать? — Мио пытался задержать владельца машины. — Вы не подскажете? Я потерялся…       — Мы в Эклионе-73, ты можешь просто спросить поисковик, — ответил кто-то высоким голосом, явно омега.       — Не надо говорить с этим оборванцем, Виен. Идём, — бета был настроен не так дружелюбно.       — Я потерял планшет. Можно попросить ваш на минуту? — не отставал от них Мио, а я, наконец, выбрался из паркинга с другой стороны и спрятался за соседней машиной.       Довольно высокий бета без видимых недостатков во внешности пиликнул брелком от «Сироки» и закинул пакеты с покупками в багажник, а его омега всё-таки потянулся в карман за планшетом. Заметив это, бета метнулся к нему и загородил собой:       — Ты меня плохо понял, оборвыш? — может, он хотел оттолкнуть Мио, но тот оказался быстрее.       В маленькой ладони мелькнул шокер, раздался треск, а ещё через секунду бета вскрикнул, упал и задёргался на земле. Его омега посерел и замер в ужасе, и Мио просто протянул к нему руку и отобрал рамочку планшета, вырвав её из трясущихся пальцев.       — Садись, Сол! Быстрее! — подобрав брелок, который выронил бета, Мио первым оказался в машине.       — Ты зачем так?       Едва справляясь с удивлением, я сел за руль и взял ключ. Стоило вставить его в специальную выемку, как «Сирока» ожила, плавно загудела мотором и показала ошибку навигатора. Я рассчитывал, что бета увидит поломку, а я смогу предложить ему свою помощь и вместо этого угнать машину. Но Мио решил проблему по-своему.       — Какая разница, как? — он поглядел со смесью ярости и страха. — За нами всё равно погонятся. Включай ручное управление, и летим в гамма-ярус.       — Ладно.       Закрыв на тачскрине извещение об ошибке, я быстро перевёл машину в новый режим и дал авто-парковщику команду вытащить нас с полочки. Длинные металлические лапы подняли «Сироку», а потом вытолкнули в воздух. В ужасе я едва успел нащупать под правой ногой педаль тормоза и вдавил её до упора. Машина качнулась, а Мио налетел грудью на переднюю панель и ойкнул.       — Ты в порядке? — я наклонился к нему, но Мио толкнул меня назад и показал пальцем вперёд. Прямо на нас летел транспортер. — А-а-а!       Выкрутив руль влево, я надавил на газ. «Сирока» ушла с пути транспортера, но накренилась и дёрнулась, а потом с отвратительным скрежетом зацепила бампером какую-то вывеску. Она заискрилась и грохнулась на землю. Внизу кто-то закричал от ужаса.       — Не умеешь водить! Дай мне сесть! — с неожиданной силой схватив за комбинезон, Мио вытащил меня с водительского сиденья и перебрался туда сам. — Ремни пристегни.       Едва я успел это сделать, как машина рванула вперёд, вдавив в сиденье. Вывески и голограммы мелькали так быстро, что превратились в сияющие ленты, но Мио держал руль крепко и уверенно, плавными лёгкими движениями регулируя полёт «Сироки» и уклоняясь от любых препятствий. Похоже, водить настоящую машину — это не то же самое, что крейсер в игре.       — Прошу предпринять остановку. Прошу предпринять остановку, — конечно, угон машины не мог остаться незамеченным, и рядом с нами появился патрульный беспилотник.       — Ты вроде выключил навигацию, — Мио заставил машину прибавить скорости, но и патруль не отставал.       — Выключить мало, маячок всё равно связан со спутником. Попытайся, чтобы не догнали, а я займусь этим, — снова достав набор инструментов, я принялся откручивать приборную панель. В памяти ещё осталось несколько паролей общего технического доступа для разных машин, какой-то должен подойти!       — Прошу предпринять остановку, или будет применена импульсная сеть, — беспилотник крепко сел на хвост и не желал отстать, хотя Мио старался оторваться изо всех сил: меня кидало на сиденье то влево, то вправо, то прижимало к спинке, не давая двинуться.       — Сол, что делать? Если нас поймают… — Мио обернулся ко мне, заставив отвлечься от настройки «Сироки». Сирена патруля орала на весь ярус, привлекая внимание.       — Ещё немного, я почти нашёл, как отрубить маячок. Пусть поймают сеткой кого-нибудь другого, — закинув идею, я вернулся к «мозгам» машины. Один из паролей подошёл, но без подсоединённого к порту планшета сделать что-то было в три раза сложнее.       — Держись крепче! Держись, говорю! — крикнул Мио, и я инстинктивно послушался, вцепившись в ручку на крыше.       Перед нами был оживлённый перекрёсток с кучей машин и транспортеров, летящих прямо наперерез, а улицу преграждала красная голограмма. Остальные машины смирно зависли в воздухе, ожидая разрешения лететь дальше, но Мио вместо этого наклонил руль вперёд, и мы поднырнули под большой транспортер, пробились сквозь пелену голограммы и выскочили на перекрёсток. Даже не притормозив, Мио вывернул руль с наклоном вперёд. «Сирока», взвыв мотором, вошла в вертикальный штопор, а импульсная сеть, предназначавшаяся нам, сковала другую машину. Она резко остановилась, в неё влетели ещё несколько, поднялись скрежет, визг и грохот.       — Оторвались? — Мио выправил «Сироку» и поморщился, как от боли.       — Вроде да. Ещё немного, пока не останавливайся, — сердце грохотало, дышать было тяжело, но я заставил себя успокоиться и вернулся к своему делу.       Наконец, на командной строке высветилось разрешение на техобслуживание систем авто-навигации, и я их все со спокойной душой выключил. Теперь «Сирока» должна была пропасть со всех радаров и пеленгаторов, как и мы с Мио.       Сейчас мы летели очень высоко, почти под крышей бета-яруса, который одновременно был и основанием альфа-яруса, но нам требовалось спуститься куда ниже. Оказывается, до встречи со мной Мио частенько захаживал в бар Иффе, чтобы выпросить у других посетителей еды и выпивки, и познакомился там с одним бетой. Жакрэ обслуживал пищевые синтезаторы в точках быстрого питания для гамм, а ещё отлично разбирался в планшетах и этим заработал себе прекрасную репутацию в подполье.       Облетев бета-ярус по кругу, мы пробили голографическую сетку и по спиральному тоннелю спустились к основанию Иддипеи. Облик города тут же изменился на уже знакомый серо-смоговый, и можно было вздохнуть с облегчением. Мио включил кондиционер и повёл машину куда спокойнее.       — У тебя раньше была своя машина? — всё-таки он был отличным пилотом, тогда как я оказался полным неумехой.       — Не моя. Роккси сажал меня за руль раньше, когда мы ещё… В начале. И тоже однажды улетали от патруля. Это было весело. Тогда было, — Мио вздохнул и дал крен влево.       Спустившись, мы пролетели по нескольким безликим улицам, заставляя гамм внизу оборачиваться на гул двигателя, а затормозили в неприглядном тёмном тупике. Поставив «Сироку» на шасси, Мио отстегнул ремень и выдохнул.       — Пройдём немного пешком, не стоит привлекать внимание, — он вытащил из кармана украденный планшет и вручил его мне. — Пошли?       Я кивнул и первым выбрался из машины, а Мио немного замешкался, морщась, но потом всё же откинул дверцу, встал с сиденья и тут же рухнул назад, согнувшись.       — Что случилось?! — я бросился к нему и взял за плечо. Но Мио отвернулся, а между его бёдер на белой ткани проступили кровяные пятна. Кажется, его течка началась раньше, чем предполагалось.