Инкубатор

      — Прости! Должно быть, из-за стресса цикл сбился. Или потому, что я не принимал гормоны, — забормотал Мио, краснея и сжимая бёдра. Его дыхание участилось, а у виска запульсировала жилка.       — Стоп! Только не паникуй, пожалуйста. Ничего такого не случилось, сейчас что-нибудь придумаю. Открой-ка багажник.       Эти слова немного успокоили Мио, и он, повернувшись к панели управления машиной, коснулся нужной иконки на тачскрине. «Сирока» издала мелодичное пиликанье, и крышка багажника плавно поднялась, предлагая заглянуть внутрь и покопаться в чужих вещах. Правый отсек занимали глянцевые коробки с синтезированными обедами и коктейлями. Немного, зато еда качественная и сытная, пригодится. А слева валялся целых ворох цветных пакетов. Я никогда не видел, чтобы кто-то покупал столько одежды, косметики, сменных кассет для хозяйственной техники и прочего расходного хлама. Наверное, эти бета и омега жили за городом, потому и машина такая, и закупки сразу на месяц, а то и больше. Да уж, мы с Мио сегодня их порядочно разорили. И напугали. Бету ждёт больница, а омега, наверное, нескоро оправится от шока. Но не извиняться же перед ними, в конце концов! А среди прочих вещей нашлись несколько кассет со средствами гигиены для омег, а ещё — пакет со сверкающим логотипом магазина «Секрет совершенства».       — Смотри, что я откопал! — подойдя к Мио, я медленно вытащил за вешалку комбинезон, переливающийся голубым и розовым, точь-в-точь как те, что ему понравились.       — У-ух, ты… — только и смог протянуть Мио, и в его светлых глазах будто отразились цветные блики. — Но ты сказал, что мне не пойдёт…       — Какая разница, что я сказал, если тебе нравится? Тампоны и салфетки я тоже нашёл, так что спрячься за машину, вытрись и переодевайся. Говорил же: всё будет хорошо!       — Правда, — кивнув с благодарностью на лице, Мио забрал у меня коробочки и комбинезон.       Сквозь затенённые сиреневым окна «Сироки» я видел, как он стаскивает испачканную одежду, потрошит запечатанные кассеты, чтобы достать средства гигиены, вытирается и, присев, вставляет тампон. Раньше эти неприглядные действия вызывали только отвращение, но только не в его исполнении. Может, из-за контуров тела и гибкости или сосредоточенности на красивом лице. Или это течка сделала его притягательным? Но я же не альфа, чтобы млеть от запаха выделений, которого даже не чувствую!       — Я готов. Спасибо тебе большое, — Мио вышел из-за машины и встал рядом.       — Как же я был не прав… Тебе невероятно, очень сильно идёт! — голографический узор переливался на его груди и плечах, белые полосы вдоль вытачек подчеркнули талию, а стразы на нижней части выделяли плавную линию бёдер. Только торчащий из кармана неказистый шокер портил картину.       — Тебе правда нравится, как я выгляжу? — он улыбнулся в ответ на несколько быстрых кивков. — Но я ведь такой, ну, весь по инструкции? Я думал, ты терпеть не можешь мой типаж.       Вдруг опешив, я только открыл и тут же захлопнул рот. Несколько дней назад я действительно ненавидел типаж Мио и заодно его самого. Приторного, как энергетический батончик, ограниченного, идеализированного. А сейчас он вдруг превратился в самого лучшего омегу Инегры. Лучшего человека. Что изменилось? Я сам, наверное.       — Да нет, почему… Идём, может? — только бы он не подумал, что я вру сейчас или тогда врал о своих чувствах. Нажав на брелок, я запер машину и догнал Мио, направившегося к выходу из тупика. — Я просто, наверное, немного завидую. Или много. Я ведь рождён в семье бет, у меня с гормонами куча проблем и низкий статус, хоть в лепёшку разбейся, я не стану похожим на тебя. Потому я решил, что уж лучше стать совсем «не таким», чем стремиться к твоему идеалу и всё равно быть посмешищем.       — А что у тебя с гормонами? — тут же спросил Мио. — Ты сказал об этом Аксу? Аборт ведь очень вреден.       — Да так, цикл слишком длинный и боли в течку. Сыпь там всякая… Ничего серьёзного! Скажи лучше, а у тебя как с этим? Бывает больно? — стоило вспомнить свои ощущения в менструацию, когда казалось, будто матку сначала разрывают, а потом скручивают, по спине прокатилась дрожь. Оставалось лишь уповать, что с Мио такого не происходит.       — Нет, я переношу всё отлично. Раньше переносил. Сейчас — не знаю, но я справлюсь. Только вот слабительное мне точно понадобится. Те коктейли же были обычными. Ладно, попрошу Жакрэ купить полностью усвояемые и лекарства… Мы пришли.       Сосредоточенный на Мио и попытках разобраться в своих чувствах к нему, я и не заметил, как мы дошли почти до конца улицы. Серый и неприглядный, как и всё остальное в гамма-ярусе, там торчал Центр Технического Обслуживания. В Анакорде я с отцом однажды носил в местный ЦТО забившийся минерализатор питьевой воды. Прибор забрали в починку, нам выдали новый по гарантии, и на этом история завершилась. Хотя меня всегда интересовало, куда же делся старый минерализатор, и вот сегодня я получил ответ: после ремонта техника спускалась ниже на ярус и продавалась тут. Одну из стен холла занимала витрина, забитая разнообразной и явно видавшей виды техникой и электроникой. Действительно, если в твоём планшете сломался голо-проектор, то можно вообще не чинить его, а выдать гамме — кажется, инструкция запрещает им пользоваться такой функцией гаджетов. Но парочка гамм рядом со мной обсуждала эти планшеты с таким восторгом, будто они — последний писк моды и эксклюзив.       Оставив меня рассматривать подержанные вещи, Мио отстоял небольшую очередь и добрался до информационного экрана. Я подошёл к нему и увидел, как автомат помигал жёлтым смайлом, обрабатывая запрос, а потом со скрежетом попытался извергнуть талончик, но бумажка застряла. Нахмурившись, я подёргал за неё, но не тут-то было, машина не желала отдавать своё «сокровище».       — Сломался! Вот тебе и ЦТО! — раздражённо ткнув в экран, я хотел было открыть дверцу для замены печатного полотна, но Мио почему-то остановил меня.       — Не надо. Это специальный запрос. Жакрэ сейчас придёт, — прошептал он заговорщицки и улыбнулся.       Впечатлённый изяществом задумки, я отошёл к стене вместе с Мио.       — Только прошу: говори с ним осторожно, — Мио немного посерьёзнел. — Может, ты подумал, что он будет вести себя примерно как Акс, но нет, не будет. Не давай ему лишней информации и повода нас сдать.       — А он может? — эти его слова пропустили между лопаток неприятный холодок.       — Ага, — вздохнув, Мио вытащил шокер из кармана, где он был слишком заметен, и попытался запихнуть его в бедренный чехол для планшета. Увы, но оружие не помещалось.       Пришлось ему, как и мне, засунуть шокер за пазуху. Под новым комбинезоном мелькнули сбившаяся грязноватая майка и розовый ореол соска. Скоро из-за течки он станет слишком чувствительным. Мне это доставляло много неприятных ощущений. И тут же представилось, как Мио, прикусив губу, трёт пальцами грудь. Я выдохнул и попытался вернуться мыслями к взломщику. Интересно, как он выглядит? Такой же безликий, как и большинство бет, или, может, похожий на моего отца?       Но все предположения разбились о неожиданную действительность: к нам вышла высокая фемина в грязном рабочем комбинезоне с сотней карманов, оттянутых разными деталями и инструментами. Её кожа была в больших коричневых пятнах с рваными краями, а лысую голову украшали светящиеся синим неоном импланты.       — О, Жакрэ! — Мио тоже не удержался от изумления. — Ты теперь фемина?       — Привет, Нокс! — теперь-она улыбнулась, заставив пятна заскакать по лицу. — Да вот, созрел для ребёнка. Уже на второй неделе! Сейчас, разберусь с автоматом…       — Ничего себе! И кто у тебя будет? — тут же включился в разговор Мио, заставив меня поморщиться.       — Пока что гамма, но довольно высокого класса. У меня есть шанс вытянуть его на бету. Не посоветуешь какой-нибудь курс гормонов?       Стараясь не фокусироваться на ненавистной теме, я следил, как Жакрэ работает с недовольно попискивающей машиной. У неё были шикарные удобные инструменты, а отвёрткой и щипцами она пользовалась с ловкостью, до которой мне было расти и расти. Не прошло и нескольких минут, как автомат довольно зашуршал и выплюнул-таки талончик. Жакрэ подхватила его на лету и кивком головы позвала нас за собой.       А вот её мастерская как раз оказалась именно такой, какими были в моём воображении все мастерские подпольных хакеров, инженеров и техников. У одной стены — несколько мощных компьютеров, на экранах которых помигивали индикаторы состояния автоматов питания (я был уверен, что это — просто маскировка), у другой — длинный стол, заваленный полуразобранной электроникой, деталями, инструментами и разным хламом. Конечно, без дроида-помощника тоже не обошлось. Он приветственно замигал лампочками и предложил нам сесть немного гнусавым голосом. Я тут же устроился на крутящемся табурете с замызганным пластиковым сиденьем, а вот Мио Жакрэ схватила за руку и вытащила в центр мастерской.       — Ну-ка, покрутись! Ты такой красивый! — бета всплеснула исцарапанными руками с грязными ногтями. — Такой комбинезон, наверное, стоит уйму кредитов.       — Не знаю, мне в подарок достался, — Мио спрятал глаза. Кажется, вот и начались скользкие вопросики! Нужно переводить разговор в нужное русло.       — Ага, ему очень-очень идёт. Но мы на самом деле пришли, чтобы попросить тебя кое о чём, — сгорбившись, я опёрся локтями о колени. — Меня зовут Механик. Может, ты и слышал обо мне когда-нибудь в баре у Иффе, мы с Мио там познакомились. А ты, говорят, взломщик? У меня есть планшет омеги и доступ беты, и нужно, чтобы это всё работало, но не выдало нас.       — Хм-х, — Жакрэ свела размашисто нарисованные брови к переносице и протянула руку. — Дай посмотреть на гаджет. Где вы его взяли?       — Кто-то забыл в транспортере, — тут же соврал Мио, и глазом не моргнув.       Глянув на него и мгновение поколебавшись, я отдал планшет. Бета раздвинула рамочки, вызвав тач-полотно, и начала тыкать в него — то очень быстро, то замирая почти на минуту, чтобы подумать. Мы с Мио, затаив дыхание, ждали.       — Мощная игрушка. Я могу сделать из неё полезную вещь, конечно, но не бесплатно, — Жакрэ показала в усмешке редко посаженные зубы.       — Что ты хочешь в плату? — похоже, этот знакомый Мио оказался не таким альтруистом, как Акс. — Кредитов у нас нет.       — У-у-у, нет ничего гаже официальных транзакций. Давай лучше бартер: товар за услугу. Я хочу три обычных планшета и в обмен дам вам один взломанный. Идёт?       — Но у нас больше нет! — выражение её цветного лица было таким противным, что в животе заклокотало. — Давай что-нибудь другое. Я… умею чинить машины, например. И автоматы тоже, дроидов немного.       — Это я и сам умею. А вот находить планшеты — это уже не моя сфера. Поищите ещё, если уж вы такие везучие, заодно гардероб обновите…       Взломщица, развеселившись ещё сильнее, повернула к нам планшет. Там красовалось фото ограбленной нами парочки в магазинной примерочной, и омега, конечно, был в том самом комбинезоне, что сейчас обтягивал фигурку Мио.       — Похоже, эта шмотка и правда обошлась вам в ноль кредитов. Вместе с планшетом, — всё ещё подёргиваясь, бета отскочила в сторону, едва я спрыгнул со стула, сжав кулаки.       — Ну да, я украл его, — Мио, в отличие от меня, оставался спокойным. — Или ты думал, я принесу свой личный?       — Я пока использовал автономный режим, — Жакрэ помедлила, с опаской разглядывая нас. Весь её вид говорил о том, что соверши я одно неверное движение — и она включит обнаружение. — Так что, согласны?       — Три планшета, и ещё ты купишь для меня кое-что из лекарств и еды, — вместо того, чтобы сразу отказаться, Мио решил ещё и поторговаться. Я в полной растерянности открыл рот, но сказать ничего не успел:       — Идёт! Если планшеты будут не хуже этого, я готов потратиться на любые твои нужды, — похоже, Жакрэ очень сильно обрадовалась — аж импланты на голове засияли.       — Нет, любые планшеты. Это же от везения зависит, какие найдём, такие и принесу, — ничего не оставалось, кроме как включиться в торг и попытаться выиграть хоть что-то. Бета скривилась, но всё же кивнула.       Через несколько минут мы уже стояли на улице, морщась от подсвеченного вечерними огнями смога. И впервые за всё время я был зол на Мио.       — Ты зачем так сделал? А если нас поймают? И вообще, это не те инструкции, которые надо нарушать!       — Тебе нужен взломанный планшет, чтобы отомстить Фредо, так? Но других взломщиков, кроме Жакрэ, я не знаю. А ты? — он выглядел так мило и даже инфантильно, но от взгляда Мио меня пробрало мурашками. — И инструкции… Они все не просто так написаны.       — Ладно, но что теперь делать? Не шарить же правда по транспортёрам и вагонам монорельса? — я вдруг ощутил себя глупым и беспомощным перед ним.       — Украдём ещё, — Мио пожал острыми плечами.       ***       — Этот тоже подойдёт, — на подземную парковку пришёл одинокий бета, и Мио тут же оживился. — Идём.       Бета покачивался и выглядел дезориентированным — явно нарушил инструкцию и всё-таки перебрал геонных коктейлей в клубе наверху. Его предшественника мы проводили к машине, я помог включить автопилот и заодно украл планшет, пока Мио отвлекал его разговором. И сейчас мы собирались поступить так же.       — Забыли, где машина? Давайте, мы поможем! — мы окружили предполагаемую жертву. — На планшет должно прийти оповещение.       Бета поглядел на нас с тупым непониманием, а потом вдруг прищурился:       — Ты — омега? Я тебя где-то видел, — сфокусировать зрение ему было сложновато, да и я вырубил на парковке освещение, но вопрос мне не понравился.       — Нет, я бета. Мы помогаем посетителям. Идёмте к машине? — я попытался взять его под руку.       — Я точно тебя видел, — бета увернулся пьяным движением. — В рекламе. Или нет, это был розыск! Тебя разыскивает патруль, вот что. Стой, стой, я запрошу поисковик. Сейчас, не уходи.       Он потянулся за планшетом, но Мио резко шагнул к нему и, не дав ничего сделать, ударил шокером. Бета вскрикнул, но не упал: заряд кончился! Ответным движением он оттолкнул Мио от себя и снова закричал — теперь от непонимания, наверное. А от выхода с парковки к нам бежал ещё кто-то.       — Что происходит? Брат?! — этого бету коктейли не свалили с ног, а наоборот, сделали только решительней.       Едва поняв, что его брат угодил в какую-то переделку, он сразу бросился на Мио, всё ещё державшего шокер. Но и в этот раз оружие только извергло несколько искр, и Мио просто швырнул им во врага, уклонившись от удара в грудь. Шокер разлетелся на детали, стукнувшись о плечо беты, и ещё сильнее разозлил его. Ничего не оставалось, как вступить в схватку.       С разворота толкнув пьяного, чтобы не мешался под ногами, я сцепился с бетой. Удар! Из его носа брызнула кровь. Но бета поднялся: он был выше и крупнее меня. С яростным воплем подскочив ближе, так ударил в плечи, что я споткнулся и упал на капот какой-то машины. А стоило бете попытаться схватить меня, как он получил в живот ногами и попятился назад. Там его встретил оскаленный Мио и пинком под колени повалил. Воспользовавшись моментом, я прыгнул вперёд, прижал врага к полу и стал бить. Но удалось сделать лишь три удара — его братец начал трезветь. Обхватив поперёк туловища, он дёрнул меня назад и даже успел приложить об бампер стоявшего рядом беспилотника. В глазах заскакали мушки, во рту стало солоно.       — Сол, помоги!       Вкус собственной крови и голос Мио вернули в действительность. Бета с разбитым носом обхватил его поперёк груди и поднял над полом. Мио извивался, но всё же был слишком слабым, чтобы освободиться, а кровь с шеи беты грозила вот-вот запачкать его прекрасный комбинезон. Именно эта мысль заставила рвануться вперёд. Апперкотом под челюсть я откинул одного бету, а второй, вдруг испугавшись, ослабил хватку. Тут же вывернувшись из неё, Мио ткнул его локтем в солнечное сплетение. Подоспев, я ударил почти обезвреженного врага в скулу, и он, покачнувшись, упал.       Несколько секунд мы стояли, тяжело дыша, над двумя распростёртыми на полу телами. Костяшки пальцев немного саднило, кровь на языке почему-то казалась очень вкусной, сердце бешено стучало. Было радостно, весело. И Мио чувствовал то же самое: его грудь вздымалась, глаза сверкали, а улыбка становилась всё шире и откровеннее.       — Обнаружено недопустимое поведение. Обнаружено недопустимое поведение. Сохраняйте спокойствие, — у выхода с парковки появилось три патрульных робота. Всё-таки наши выкрутасы не прошли незамеченными.       — Ну, что стоишь? — усмехнувшись, Мио пихнул меня в грудь. — Забирай их планшеты и летим, пока не схватили!       — Точно!       Спохватившись, я наклонился, ещё разок вмазал начавшему приходить в себя бете, забрал их с братом гаджеты и побежал к нашей машине. Вслед мне дроид выпустил заряд из импульсного ружья, но промахнулся. Едва я успел прыгнуть в «Сироку» и захлопнуть дверь, как Мио со всей силы вдавил педаль газа.       — Прошу предпринять торм… — начал патрульный, перегородив дорогу, и осёкся: Мио, захохотав, направил машину прямо в него и сбил.       Перекувырнувшись в воздухе, робот обрушился куда-то на другие машины, а мы, едва вписавшись в подъём и протаранив опускающуюся шторку ворот, вырвались на волю. Вверх, вниз, разворот, по спирали на площади, мимо других машин, кверху днищем между транспортерами, прямо сквозь огромную голограмму цветущей гиориты. «Сирока» вонзилась прямо в багровый зёв великолепного цветка, прошла между лепестками в красно-фиолетово-розовом калейдоскопе и вынырнула в снопе индиговых искр. С воплем восторга я рванулся к Мио и прижал его к себе, прикрыв глаза, губы к губам. Мягкие, потрескавшиеся, а дыхание очень горячее. И сладко так, прямо до дрожи. В горле, груди и в паху. Почему только… О, нет, что же я сделал?       В шею вонзилось осознание, я дёрнулся назад, отпихнув Мио. Прямо перед лобовым стеклом встал сверкающий торговый центр. Целая башня, покрытая твёрдым стеклопластиком!       Вскрикнув от ужаса, Мио выкрутил руль. От свиста и скрежета заложило уши, а «Сирока», прочертив на нежно-розовой поверхности здания уродливую чёрную полосу, ушла от удара. Из-под капота повалил дым, мотор передавал в салон сильную дрожь, но Мио справился. Выправив болтающуюся в воздухе машину, он повёл её к спуску в гамма-ярус. Оттуда было уже недалеко до мастерской Жакрэ.       Я не мог говорить. Когда Мио припарковал «Сироку» в том же тупичке, заглушил мотор и повернулся ко мне, я чуть не умер от страха и стыда. А Мио взял и улыбнулся, будто всё у нас отлично вышло.       — Сол, что случилось? — он потянулся ко мне, но я убрал руку. Уши и лицо пекло так, будто вышел в летний полдень прямо под наше злое солнце.       — Я… Ну, починю! — вырвалось из пересохшего горла.       — Испугался? Может, я переборщил немного, но как же давно я так не развлекался! — светлые глаза загорелись восторгом. — Если нарушать инструкции, то только так!       — Мне тоже понравилось. Не думал, что ты решишь врезаться в этого патрульного, — от сердца немного отлегло. Может, Мио и поцелуй не заметил? Да это и не поцелуй был, а просто прикосновение.       — И ты обязательно покажешь мне, как сделать мышцы лучше, помнишь, ты обещал? Шокера недостаточно, он может не сработать, — Мио саданул кулаком по приборной панели и тут же зашипел, болтая ладонью в воздухе. Поймав его за кисть, я подул на ушиб, чтобы успокоить, и погладил по тыльной стороне.       — Хорошо. Но я бы не прочь после такого отдохнуть. Давай отнесём планшеты, вдруг Жакрэ разрешит поспать где-нибудь у неё? — жар и азарт битвы постепенно отступали всё дальше, а эмоции уступали желанию просто закрыть глаза и провалиться в сон.       Мио кивнул. Потирая рёбра, он поднялся первым, и мы, бросив побитую машину, потащились к ТехЦентру, вздыхая и иногда зевая. А ЦТО, оказалось, уже закрылся на ночь. Работал только дежурный автомат, благо он тоже реагировал на секретный запрос.       Жакрэ пришла не так быстро, как в прошлый раз, тоже зевая и потирая глаза. Увидев нас, она недовольно заворчала, но стоило сказать, что «товар» уже у нас, оживилась. Даже не став исправлять зажевавший талончик автомат, Жакрэ привела нас в уже знакомую мастерскую.       — Ничего себе! Вы мне на всю ночь работки подкинули. Пеленгаторы на них не срабатывали, надеюсь?       — Один звонил пару раз, но я пропускал звонок, — я кивнул на планшет с зелёной рамочкой в руке Мио. Отдавать гаджеты мы пока не спешили. — А что с нашим? Его не начали искать?       — Я занялся им, как только вы ушли. Мне нужно сейчас разобраться со связью на этих трёх, иначе ко мне заявится патруль. А я как-то не спешу стать гаммой и сдохнуть на обработке химикатов, у меня ребёнок в животе. Так что давай их уже! — вытащив из секретной заначки в столешнице плоский поддон, забитый деталями, Жакрэ достала оттуда знакомый планшет и отдала мне. Только после этого Мио протянул ей рамочки, но в последнюю секунду отдёрнул руку:       — За тобой ещё поход по магазинам завтра. И нам бы вымыться и переночевать где-нибудь, — он посмотрел на Жакрэ с таким видом, что та сразу поняла: «где-нибудь» — это у неё.       — Ну, ладно. У меня валялась где-то надувная кровать, — вздохнув, она взяла вожделенные планшеты, убрала в тайник, а потом отправилась куда-то в недра ЦТО. — Давайте за мной, покажу душ.       Там Мио впервые познакомился с водосчётчиком. Я обещал ему, что буду следить за шкалой, но на самом деле ловил взглядом его силуэт за матовой дверцей с потёками. И никак не мог понять, хочу я поцеловать его снова или боюсь этого больше всего на свете. А может, одновременно? Вдруг такое тоже бывает? Если вспомнить альф, которых я встречал раньше, то я хотел скорее потереться о них, а не целовать, и это — нормальная реакция. Родителям целовать детей тоже нормально. Но омеге омегу?       — Ты такой задумчивый, — Мио отодвинул дверь кабинки и вышел, а у меня парализовало лёгкие. Из-за облака пара и стекающих по его шее и ключицам капелек воды. — Я становлюсь похожим на тебя: видишь синяки? Забавно.       Он показал на свой бок, но я не посмел опустить взгляд ниже груди и только пожал плечами.       — Ладно, иди, а я попробую кровать надуть.       Улыбнувшись, Мио прошёл к сушке, задев влажным плечом. Случайно он это сделал или нарочно, но шокер меня и то сотрясал меньше, чем это прикосновение. Сжав зубы, я шмыгнул в кабинку и не выходил, пока вода не кончилась.       Но мытьё всегда действовало успокаивающе, и снова захотелось спать. Тем более в какой-то комнатушке, которую выделила нам Жакрэ, Мио уже разложил кровать. Она была древней и чем-то пованивала, да и автонасос не накачал её до конца, но сейчас это всё казалось не важным. Мы почти упали на пружинистую лежанку и закопались в плед. Мио коснулся моей руки, как это было заведено, отвернулся и засопел. Я догнал его во сне через минуту. Там всё заполонила собой пушистая дымка, а в ней летали цветки гиориты, большие и маленькие, разных оттенков. Там я мог поцеловать Мио снова, и это даже не было странным.       — Красиво вы спите, в обнимочку, — недовольный голос Жакрэ разогнал дымку, а её импланты мигали красным. — Только у меня тут не жилые корпуса. И я тоже хочу спать! Так что подъём, подъём!       Мио вставал неохотно и зло скалился, мыча сквозь зубы, но я не дал ему спать дальше: их с Жакрэ ждали магазины, а меня — испытание взломанного планшета и починка несчастной «Сироки». В ЦТО был ангар, а взломщица разрешила воспользоваться её инструментами. Такая щедрость объяснялась неожиданно высоким классом двух планшетов, на которых оказались и какие-то полезные данные. Какие — нам, конечно, не сказали, но их продажа явно сулила большую прибыль. Только меня это мало волновало. Попросив Мио быть осторожным, я вернулся к машине и тут же взял перекусить. Коктейль оказался очень вкусным — жаль, что Мио придётся сидеть на спецдиете. Но зато мне больше достанется!       Усмехнувшись сам себе, я устроился на удобном заднем сиденье и включил планшет. Поправив почти отклеившийся биопластырь на запястье, я приложил чип к углу рамочки, и бета-доступ сработал, сразу пригласив в меню выбора пользователя. На заставку противная Жакрэ поставила ту самую компрометирующую фотографию из примерочной. Нужно удалить это всё, пока не нашёлся ещё какой-нибудь ловкий умник, да и Мио будет неприятно нарваться на эти картинки.       Знакомые стандартные каталоги. Поисковик для омег, популярные игры, тесты по инструкциям, ссылки на любимые шоу… Ничего интересного. Зато фотографий оказалось столько, что я сразу потерялся в них. Тому омеге проще было б снимать бесконечное видео о своей скучной жизни, чем столько раз тыкать пальцем на кнопку камеры.       Я удалял каталоги один за другим, будто окончательно стирая личность бывшего владельца планшета, пока не остался всего один. Там были фото детей, бет, красивого альфы, омеги преклонного возраста. Они то сидели на большом диване, то обедали, то праздновали чей-то день рожденья, отдыхали где-то в молле, бродили удивлённые по заповеднику… Это была его семья. Хотя, почему «была»? И сейчас есть. Они, наверное, помогают бедняге отойти от шока и заботятся о его пострадавшем брате, разыскивают машину и дружно пишут жалобы на грабителей. Делают, как положено, по инструкции, и всё у них будет хорошо, даже сомневаться не приходится. Но ведь и у меня тоже есть семья!       Да, я не любил братьев, смеялся над сестрой, отец тоже иногда меня бесил. Но они не виноваты, это ведь я не такой, а не они. И я сбежал, бросил их, забыл на время! Отец даже и не знает, жив ли я — Фредо наверняка сказал ему, что пеленгатор потерял меня.       Пальцы сами потянулись к меню контактов. Жакрэ сказала, что номер стал динамическим и потерял привязку к базе, так что выходить в сеть и звонить теперь безопасно — каждые полторы минуты сигнал будет менять частоту, и никто нас никогда не обнаружит. Всё равно нужно проверить это, а на ком ещё, кроме отца?       — Доброе утро. Вы по поводу розыска? — спросил отец устало, одобрив соединение.       — Нет, пап, это я. Хотел сказать, что у меня всё нормально. Знаю, уже неделю молчу, но это не потому, что забыл! Просто не мог позвонить. А сейчас могу, вот. Я не умер, наоборот, в полном порядке, а ты? Как вы там? — я говорил, а отец молчал, даже дыхания не было слышно. — Пап? Всё хорошо?       — Не очень, — вдруг проговорил он надломленным голосом, и у меня внутри что-то сжалось.       — Фредо с тобой что-то сделал? Он разблокировал счета? Или искать меня заставляет? Что он ещё натворил?! — подскочив на сиденье, я чуть не ударился головой о крышу.       — Да при чём здесь он… Джойс, вернись, пока Фредо ещё готов нам помочь. Ты должен вернуться! Скажи, где ты? Я приеду.       — Стой, я… Я не могу вернуться! И не смогу жить с Фредо, я же объяснил тебе, и ты сам меня отпустил, — это было совсем не похоже на тот диалог, который я себе представлял, набирая номер. Стало жарко, да так, что комбинезон прилип к спине.       — И до сих пор не могу понять, зачем пошёл у тебя на поводу! — не выдержав, закричал отец. — Где ты, что с тобой? Нас каждый день допрашивает Инспектор, они подняли все твои дела, нас всех могут наказать, Джойс, и они это сделают! Узнают, что ты набросился на альфу, и всё, конец. Ты нарушал инструкции, чтобы учиться, а в итоге стал каким-то… Преступником каким-то! И это моя вина!       — Я не преступник, это Фредо виноват, это он изнасиловал меня, почему бы тебе не рассказать об этом? — как? Неужели даже отец теперь на их стороне?       — Что сделал? Он просто оплодотворил тебя. Нужно было лечь и потерпеть, просто хоть раз поступить по инструкции. Что же я натворил, зачем разрешал тебе всё это? Я тебя слишком любил, Джойс, и вот что из этого вышло. Возвращайся немедленно! Где ты находишься, чей это номер?       — Прости, пап, — только и смог выдавить я и закрыл соединение.       Все мысли спутались, застряли и замерли. Отзвучавшие слова ещё отдавались эхом в затылке, но я будто не понимал их значения. Пересев вперёд, я завёл машину и медленно, на самой низкой скорости повёл её к ангару. «Сирока» всё ещё тряслась и фыркала, но хотя бы уже не дымила. Робот-помощник встретил меня, открыл ворота и пытался показать, как припарковаться, но я всё равно поставил на бампер ещё одну вмятину.       Инструменты у Жакрэ и правда были прекрасными. Автоотвёртка всасывала в себя болтики и складывала их в специальный держатель, чтобы не потерялись. А у меня больше не было семьи. Ночью ещё была, а утром — уже нет. Мы говорили минуту, меньше? Охладительная система немного задета. Антифриз потёк, и кулер разбился — мотор сразу начал перегреваться, и потому задымился. И значит, отец подумал немного и пожалел? А что было б, позволь он Фредо забрать меня, он не подумал? Показалось, что отец понял, а на самом деле просто пошёл на поводу. Это машину можно починить, а меня — уже нет! Я бы дрался с Фредо, пока мы друг друга не убили бы. Что, так лучше?!       Немного подрегулировав держатели, я поднял машину и лёг под неё. Хренова пробоина. Нужна лазерная сварка. Ещё немного, и совсем разбились бы — ага, так было б в самый раз. Как Мио хотел: просто сдохнуть, чтобы не мешать никому и не страдать. А чтобы выживать, нужно нарушать инструкции. Ничего, буду преступником, но умирать не собираюсь и Мио не дам умереть. Пусть отец думает, что хочет, пусть хоть сейчас Фредо перезванивает! Жалко только, что я не успел сказать про аборт. Вот бы они обрадовались! Или нет, нет, я лучше скажу это Фредо в лицо, глядя в глаза. Так и скажу: «Я смыл твоего ребёнка в унитаз»! Пусть ужасается и плачет, а я посмотрю и посмеюсь. «Просто оплодотворил»… Зачем отец вообще сказал такое?       — Сол? Сол, ты что, плачешь тут? — Мио наклонился над машиной и посмотрел на меня сквозь её замысловатые внутренности.       — Нет, пыли просто вдохнул, — услышав свой голос, я понял, что ответ прозвучал неубедительно.       — Я бы тоже плакал, если б такую тачку покалечил, — пробурчала где-то рядом Жакрэ, и Мио цыкнул на неё:       — Уйди! Ну, ты скажешь, что произошло? Не из-за машины же, в самом деле, — он наклонился над открытым капотом и лёг на сложенные руки.       — Ничего такого. Опробовал планшет, позвонил отцу, — я шмыгнул носом. — И он попросил вернуться. Пожалел, что помог.       — Сол, это бесполезно — злиться на него. За один день никто не может измениться, твой отец — тоже. Это вина не его, а системы. Да, он тебе помог, потому что ты очень страдал, но так поступать — это не логично и не нормально.       — Знаю! Что ты мне рассказываешь? — я выбрался из-под машины и встал рядом с Мио. — Просто отец сказал это так, как будто мне было бы лучше, заставь он меня остаться с Фредо!       — А он не прав? Ну, потерпел бы ты насилие, зато были б деньги, квартира, еда, шмотки, игры…       Неясно, на какую реакцию рассчитывал Мио, но я решил на всё плюнуть: пусть отец исполняет все эти хреновы инструкции, а я — не буду!       — Не прав, потому что я не стал бы терпеть. Ни за что, ясно тебе?!       Снова потекли слёзы. И как нас угораздило родиться в этом мире, где инструкция важнее, чем даже семья, и все люди такие слабые и никчёмные? Но я подчиняться не буду, сделаю всё не так, абсолютно всё!       Тело повело, я схватил Мио за плечи, перевернул и вдавил в бок машины, а потом поцеловал. Быстро смял его губы своими, успев почувствовать только жаркую влагу да противный привкус ополаскивателя для рта. И сразу обнял Мио за плечи, положив подбородок на жёсткое плечо и ощущая во всём теле приятную дрожь. Это уже нельзя было спутать с нечаянным прикосновением, и я стал самым ужасным нарушителем инструкций на Инегре. Не потому, что поцеловал омегу, а потому что мне слишком понравилось. А Мио? Ему было приятно?       Я с опаской отодвинулся и, пересилив себя, посмотрел ему в лицо. Полуприкрытые глаза, чуть приоткрытые губы и румянец звёздочками на белых щеках. Кажется, ему понравилось. Наверное. Немного.       — Тебе лучше? — проговорил он шёпотом, и я кивнул. — Если бы не твой папа, мы бы не встретились. Так что не злись на него. Давай починим машину и улетим поскорее? Я так хочу показать тебе то место!       На мои вопросы Мио не отвечал, потому что решил устроить сюрприз. Попытки вызнать секрет отвлекали от мыслей о предательстве отца. И я понимал, что Мио сделал так специально, чтобы облегчить моё состояние. Поэтому и поцелуй стерпел, наверное. А я поцеловал бы снова, ещё, если он не будет против, и если представится удобный случай — как сегодня или вчера. Ну, и что такого? Раз мы пошли даже на грабёж, то целоваться и подавно можно.       Отправив Мио справляться с последствиями внезапно начавшейся течки, я пошёл выпрашивать аппарат для ручной лазерной сварки. Жакрэ оказалась на удивление сговорчивой и даже решила помочь. Как выяснилось — просто потому, что сама мечтала о такой машине и во время ремонта всеми способами пыталась подбить нас угнать для неё подобную тачку. Я не отказывался прямо, постоянно оставляя надежду на согласие, и Жакрэ нашла подходящий кусок пластика, чтобы заварить бачок с антифризом, отыскала где-то замену для разбитых лопастей кулера и показала, как управляться со сваркой. Сам-то я знал только теорию, и потому работал очень медленно. Уже настал вечер, когда несчастная «Сирока» перестала мигать индикатором аварийного состояния.       — Прости, я так не скоро научусь тебе помогать, — вздохнул Мио, пытаясь подсоединить полностью заряженный аккумулятор.       — Ничего, ещё успеется, — я переткнул клеммы правильно и улыбнулся. Бедняга полдня провёл в туалете и душе, а остальное время отходил после процедур в кровати. — Ты поел? — кивок. — А Аксу дозвонился?       — Да. Он сказал, что препарат будет готов только через неделю, не меньше. Но он очень увлёкся твоей идеей, так что управится гораздо быстрее, это точно, — поспешил он заверить меня, а я уловил в интонации что-то неладное.       — Мы всё равно не будем заниматься этим во время твоей течки. Ты проконсультировался по поводу неё? Если будут какие-то проблемы, то говори сейчас! Раз мы будем, как ты сказал, за городом, надо позаботиться об этом заранее. Мио?       — Акс сказал, что блокираторы в моём состоянии пить нельзя. Гормональный сбой получу, а в больницу лечь не выйдет. Впервые теку без альфы… Но ты меня тогда немного успокоил, да и фаллоимитатор я купил. Переживу.       Он усмехнулся, а у меня снова запылали щёки. Почему-то всё, что не по инструкции, я воспринимал нормально, а вот самые обыденные вещи вызывали совершенно не подходящие эмоции. Я никогда не мастурбировал, а Мио говорил, что мог делать это даже перед зрителями.       — Ты выглядишь так, будто с тобой сцепилась парочка альф одновременно, — подслушавшая конец разговора Жакрэ захохотала, и огоньки на её голове устроили целое светопредставление.       — Перестань уже, а? — неожиданно суровым голосом одёрнул её Мио, и я посмотрел на него с благодарностью. Едва не захватившее мысли воспоминание о боли отступило. — Нам пора лететь.       — Ну, куда вы на ночь глядя? Может, побудете ещё денёк, подумаете? Я мог бы забрать эту машину, а себе вы найдёте не битую, новенькую? Хотите, даже кредитами могу заплатить. Но не рыночную стоимость, конечно, — поспешно добавила Жакре и скорчила улыбочку.       — Нет, прости, но я подумал, что нарушений и так уже много, лучше мы на время спрячемся и подождём. Но ты оставайся на связи, ладно? Спасибо за помощь.       Я занял кресло пассажира, а Мио сел за руль. Оказалось, он неспроста решил лететь ночью: город можно было покинуть только через специальные ворота, считывающие с машин опознавательные знаки, а прорыв сквозь занавес в любом другом месте вызывал патруль. Но нам очередная погоня была ни к чему, и Мио привёл машину к грузовым воротам. Они открывались только ночью, чтобы пропустить поток огромных переполненных транспортеров. Несмотря на впечатляющий размер, они двигались очень быстро, нагоняя благоговейный ужас. А по-настоящему сильно я испугался, когда Мио вдруг прибавил скорости, вклинился в череду транспортеров, а перед самыми воротами резко увёл «Сироку» вниз. Мы проскочили под днищем грузовика, подкрылками чиркнули по рамке и вылетели за занавес.       Оставив вереницу уродливых ящиков по правому борту, полетели в сторону вздымавшейся на фоне тёмно-лилового неба чёрной цепи острых горных отрогов. Внизу раскинулись поросшие карликовыми деревцами холмы, а сверху накрыло куполом небо. Как же редко я его видел! Не днище верхнего яруса, не искусственные желтовато-розовые облака, смягчающие солнечное излучение, не серую смоговую дымку, а звёзды. Красные, жёлтые, белые, синие, собравшиеся в туманности и отдельные, яркие. Мигающие, спокойные, падающие… Мерцающие огоньки спутников, зелёные треугольные группировки дрейфующего инегрианского флота. Тревожные, далёкие и зовущие, и где-то там — моя мечта, маленькая голубая планета, которой я совсем не нужен и которая так нужна мне.       — Я бы улетел прямо сейчас, — прошептал Мио и протянул вверх руку, но его пальцы лишь коснулись треснувшего лобового стекла.       — Надо верить, и у нас всё получится. Хорошо?       В светлых глазах будто отразилось тёмное небо, потянуло меня к нему, как в чёрную дыру, спрашивая: поцелую ли ещё раз? И я поцеловал бы, но Мио опустил голову и наклонил штурвал вперёд.       — Почти прилетели. Надеюсь, там всё осталось таким, как раньше.       Свернув к горному отрогу, мы облетели его с левой стороны, и я увидел на склоне какие-то строения. Они были тёмными, нигде ни единого огонька, и явно заброшенными.       — Гору неудачно террасформировали, и почва начала обваливаться. Тут хотели сделать базу отдыха для альф, но ничего не вышло, как видишь, — пояснил Мио. — Но это не самое главное, что я хотел показать.       К большому строению под плоской крышей когда-то вела то ли дорога, то ли посадочная полоса, но она почти вся обвалилась и сползла, так что плиты растрескались. Больше здесь никто не мог приземлиться на чём-то больше нашей «Сироки» — слишком опасное предприятие. Довольно жуткое местечко отыскал Мио, чтобы спрятаться, но зато нас здесь никто не найдёт, это точно.       — За мной, — припарковавшись, Мио первым выбрался из салона и с загадочной улыбкой поманил меня за собой.       Темнота будто охотилась за нами, и я превратил планшет в фонарик. Его луч немного подрагивал вместе с моей рукой, но никто не подстерёг нас за углом, не выскочил из-за двери со сломанным замком, широкий коридор пустовал. Я даже не сразу понял, что он кончился и вывел нас в какое-то просторное помещение. И там явно что-то было!       Яркий жёлтый луч выхватил огромное шасси, скользнул по плоскому крылу, осветил панорамное стекло капитанского мостика наверху и блеснул на остром носу. Тут стоял корабль. Настоящий. Космический. Корабль.