Часть 7
22 августа 2017 г., 10:15
Большое пуховое одеяло позволяет согреться и расслабиться, отчего усталость наваливается с двойной силой. Чимин прячет кончик носа в складках и прислушивается к копошению Чонгука на полу, который возится уже полчаса в поисках удобной позы. Парень так и не пустил оборотня к себе, расстелив постель под удивленно-непонимающий взгляд на полу.
Что делать со своими чувствами — неизвестно. Чимин впустую пытается раздуть в себе ту обиду, что была до появления Чона. Но стоило только взглянуть в родные глаза и оказаться в теплых и нежных объятиях, как все переживания и обиды просто улетучились. Чим не собирается так просто прощать Гука, поэтому строит из себя невесть что и прячет довольную улыбку в одеяле, слыша недовольное сопение с пола.
Чонгук давит на совесть, прекрасно чувствует, что Пак уже на грани. Он тихо скулит, просится на постель, но Чим продолжает лежать к нему спиной и игнорировать любые звуки. Потому что он чертовски гордый и все еще немножко обиженный.
В голове все еще неразбериха. До сих пор непонятно, как дедушка согласился на это и почему так легко отпустил Чона, да к тому же одного. Но на эти вопросы не сможет ответить никто, кроме самого Юнги, поэтому Пак отодвигает их на второй план и переключается на более важные. Как Чонгук сдаст вступительные экзамены и сможет ли ужиться с людьми? Чимин не сомневается в своем оборотне, ни сколько, но ему будет очень сложно, а это уже проблема. Потому что Гук уже натерпелся в своей жизни, он перенес и пережил слишком много боли и разочарования. Он давно привык к отвержению и страху. От этого Чимину больно, он не хочет, чтобы Гук страдал еще больше.
Неожиданно горячая грудь, что прижимается вплотную к небольшой спине, и тяжелая рука на талии отрывает парня от мыслей. Неровное дыхание щекочет где-то за ухом, ероша слегка влажные волосы Чимина, и от этого по коже бегут приятные мурашки, заставляя парня вздрогнуть и невольно податься назад. Чонгук прижимается вплотную и крепко обнимает, предварительно забравшись под одеяло.
— Что ты делаешь? — с наигранным возмущением шипит Чим, едва ощутимо шлепая оборотня по руке.
— Ты замерз, я хочу согреть тебя, — уверенно шепчет Чон, но Чимин ему совсем не верит. Хотя бы потому, что в доме душно, а под одеялом жарко — по спине уже пот течет, а теперь еще и с удвоенной силой.
— Ничего я не замерз, — буркает Пак, дергаясь в объятиях оборотня, но тут же замирает, стоит только волку тихо рыкнуть куда-то в основание шеи.
— Ты совсем не соскучился по мне? — немного раздраженно рычит Чонгук, сильнее сжимая хрупкое тело Чимина.
Этот жест немного смущает Пака, поскольку он не хотел так злить Чона. Все вышло из-под контроля, ведь управлять эмоциями оборотня куда сложнее, чем эмоциями человека. Не угадаешь, в какой момент может подключиться волк, который одним появлением ломает весь план легкой мести Чимина.
После недолгой тишины Чонгук тяжело вздыхает и ослабляет хватку, боясь сломать молчащего Пака. Заминка Чимина немного напрягает. Чон проделал такой путь, перетерпел столько издевательств со стороны деда, а наткнулся на стенку, которую хрен знает, как преодолеть. Чимин куксится на ровном месте и эмоции свои прячет, а это оборотню ни к чему.
Чимин продолжает молчать и играть обиженного, откровенно издеваясь над Чонгуком. Он совсем не понимает, что лишь усугубляет ситуацию, и что совсем скоро это может перерасти из легкой ссоры в перевоплощение и крушение, как минимум, половины дома.
— У меня кроме тебя никого ведь нет больше, — как-то надломлено шепчет Чон, тычась носом в плечо вздрогнувшего парня. — Я был там совсем один, без поддержки и веры. А ты здесь отвлекался хотя бы на учебу и друзей.
После тихих слов оборотня Чим прикусывает внутреннюю сторону щеки, чтобы не сказать ни слова лишнего, и ненадолго задерживает дыхание. Ему хочется знать больше, но сердце уже предательски ноет от жалости и понимания собственной ничтожности. Было слишком эгоистично с его стороны думать только о своих чувствах.
— Я здесь только ради тебя, — продолжает Гук, прикрывая глаза и прислушиваясь к учащенному сердцебиению человека. — Потому что теперь только ты моя семья.
От услышанного Пак широко распахивает глаза, невольно выдохнув весь воздух из легких, и весь покрывается холодным потом. Осознание того, что Гук страдал из-за него, Чимина, накрывает с головой, оглушая и отключая на несколько секунд от реальности. Чону было даже сложнее, чем ему, ведь он, будучи обязанным деду, не мог ничего сделать. Он проходил жестокие тренировки и испытывал прессинги со стороны деда, при этом находясь в такой же дезориентации, как и сам Чим.
— А как же дедушка с бабой? — шепотом спрашивает Чимин, чувствуя лопаткой горячее дыхание оборотня.
— Они мне стали родными. Но ты совсем иное. Потому что только мое, ведь ты разделяешь мои чувства, — Чон пытается объяснить то, что чувствует, но у него это плохо получается. — С тобой я хочу строить планы на будущее, хочу проводить каждый день рядом и знать, что у меня есть человек, который во всем поддержит. Ты…
— Я понял, — тихо смеется Чим, замечая, что Чон немного запутался в своих словах и мыслях. Он прекрасно понимает, что имеет в виду оборотень, поэтому не просит никаких объяснений. Потому что чувствует то же самое.
— Вот, — тихо сглатывает Чон, мысленно благодаря Чимина за его понимание. — Я сильно скучал и рвался сюда, а ты так холодно относишься ко мне. Близко не подпускаешь, эмоции прячешь и обижаешься.
— Потому что я думал, что ты с дедушкой сговорился, — бубнит Чим, опуская взгляд и касаясь подушечками пальцев руки Чона. — Я же не знал ничего.
— Теперь знаешь, так что перестань издеваться надо мной, — выдыхает Чонгук, оставляя короткий, влажный поцелуй под ухом парня, отчего тот слабо ведет плечом и пытается вжать голову в плечи.
Чим тихо хихикает и жмется спиной вплотную к волку, наконец отпуская все свои переживания и обиды. Чонгук приехал сюда подготовленным, он смог уговорить дедушку. Так что он сможет социализироваться и ужиться с людьми. Гук не стал бы рисковать, если бы не был уверен в своих силах, вот и Чимину не стоит сомневаться в нем.
— Можно я кое-что спрошу? — тихо шепчет оборотень, поднимаясь короткими поцелуями по скуле парня.
Чимин млеет от приятных прикосновений, прикрывая глаза, и послушно откидывает голову в сторону, прекрасно понимая, чего добивается Чонгук. Горячие губы спускаются обратно на чувствительную шею, с нежностью касаясь мягкой кожи и ведя кончиком влажного языка по пульсирующей венке.
— Мм? — только и выдавливает из себя поплывший Пак, нервно цепляясь за руку Чона, что уже во всю ласкает подтянутый живот под домашней футболкой.
— Ты не обижаешься за тот случай… в лесу? — рвано выдыхает Чон, на секунду замерев в ожидании ответа.
Ненадолго задумавшись, а точнее — пытаясь включить мозг, Чимин закусывает нижнюю губу и сдерживает тихий стон после возобновления ненавязчивых ласк оборотня.
— Нет, — честно отвечает Чим, поджимая пальцы на ногах из-за подкатывающего возбуждения.
Внизу живота все сводит от прилившего жара, что через секунду разливается по всему телу, а довольный волк шумно втягивает изменившийся аромат человека, наслаждаясь его состоянием и вжимаясь крепкими бедрами в упругие ягодицы.
— Я даже рад, что в тот день пошел к тебе, — сглатывает Чим вязкую слюну, извиваясь в крепких руках. — Ах… Теперь можно не бояться твоего состояния во время гона, потому что я верю твоему волку. Я люблю его.
— Он тебя тоже, — тихо признается Чон, ощутимо кусая тонкую шею и приглушая вскрик Чимина ладонью. — Ему понравилось твое послушание.
Чимин тихо шипит из-за неприятного жжения на месте укуса, и содрогается в полу-объятиях Чона, втягивая живот из-за ощущения подушечек пальцев в самом низу.
— Мы сделаем это прямо сейчас? — едва слышно, в ладонь Чона, что накрывает его губы, шепчет Чим, прекрасно чувствуя возбуждение Чона даже сквозь ткань одежды.
— Твои родители давно спят, — с нескрываемым намеком и откровенной надеждой шепчет Чон, мягкими толчками потираясь пахом о ягодицы парня. — А я соскучился.
— Тебе нравится со мной только физическая близость, — цепляет колкими словами Чим, слабо ухмыляясь в ладонь волка. Тот тихо рыкает и вжимает его грудью в кровать, нависая сверху.
— Благодаря физическому контакту можно познать настоящую духовную близость, — шепчет взбудораженный Гук, стаскивая одежду с человека.
Чимин лишь улыбается, шумно выдыхая, и помогает Чонгуку, желая этого точно так же, как и Гук. Он каждую ночь вспоминал об этих прикосновениях, восстанавливал в памяти все до мелочей и мечтал об этом. И сейчас ему совсем не хочется останавливать Гука, даже несмотря на то, что утром рано вставать, и он точно не выспится.
***
Госпожа Пак с улыбкой наблюдает за смущенным сыном и приглядывается к чересчур довольному Чону, который совсем не похож на человека, что спал на неудобном и холодном полу. Брюнет поглядывает на Чимина и не может сдержать улыбку, иногда тихо хихикает в кулак, когда Чим отчего-то шипит сквозь зубы и бросает в его сторону молнии глазами. — Чонгук-и пойдет с тобой? — удивляется она, выходя с ребятами в коридор и наблюдая за тем, как оба обуваются. — Он захотел посмотреть на университет, заодно спросим про экзамены и дополнительный набор студентов, — мрачно отвечает Чим, закидывая на плечо лямку рюкзака. — А он найдет дорогу домой? Может, вас отец отвезет? — взволнованно спрашивает женщина, беспомощно глядя то на хмурого сына, то на улыбающегося Гука. — Он? И не найдет? — усмехается Чим, бросая очередной колкий взгляд на оборотня. — Ты его недооцениваешь. — Не переживайте, я хорошо ориентируюсь и запоминаю дорогу, — уверяет Чон, выходя вслед за Паком и закрывая входную дверь. Женщина тихо хмыкает и возвращается на кухню, где глава семейства Пак допивает свой чай и досматривает утренние новости. — Тебе не кажется, что Чонгук напоминает того парня, с которым ты встречался по молодости? — как бы невзначай бормочет женщина, убирая посуду со стола. Мужчина ненадолго задумывается, безучастно глядя в телевизор, и через несколько секунд давится чаем, выплевывая его обратно в кружку. Он во все глаза смотрит на ухмыляющуюся жену и нервно сглатывает, вытирая подбородок салфеткой. — Да быть не может, — нервно шепчет он. — Тебе, наверное, показалось. — Ты же знаешь, что я запомнила его на всю жизнь, — женщина смотрит с вызовом и немного осуждающе, припоминая мужу его промах и ошибку молодости. — Где, говоришь, его нашел отец? — спрашивает Пак, заглядывая в глаза своей жены. — По официальной легенде они его нашли на улице. Он сбежал из детдома, — напоминает женщина, с прищуром глядя на побледневшего мужа. — Он точно сын твоего люб- — Прекрати, — резко обрывает ее нахмурившийся мужчина, на секунду поджав губы. — Это все в прошлом. Я выбрал тебя и нисколько об этом не жалею. — Не ты выбрал, а твой отец решил все за тебя, — поправляет его женщина, хмыкая. — Я был его истинным, так что отец сыграл незначительную роль. — Все равно ушел ты от него не по своей воле, — не унимается женщина, складывая руки на груди и прислоняясь к кухонному столу. — Ты снова хочешь это обсудить? — немного злится Пак, поднимая на жену раздраженный взгляд. — Зачем ты вообще начала весь этот разговор? — Сегодня утром я без стука вошла в комнату Чимина, — начинает свою историю женщина, ловя взгляд мужа. — И увидела, как Чонгук целует и обнимает моего сына. — Но с чего ты взяла, что Чонгук… Тот самый? — не подобрав нужного слова, пытается уточнить Пак, но женщина смотрит непонимающе, изгибая вопросительно бровь. — Если бы он был волком, то услышал бы твои шаги. — Может, он не обратил внимание из-за того, что был увлечен Чимином? — пожимает плечами женщина, находя логическое объяснение. — Хорошо, допустим, все так, как ты сказала, — кивает Пак, хмуря густые брови. — Ты собираешься прогнать Чонгука? — Нет, он мне понравился, — тут же тушуется она, опуская взгляд. — Но я не уверена в выборе Чимина. Ему бы милую девушку, а не этого… — Ты прямо, как мой отец, — усмехается мужчина, опуская ладонь поверх ладошки жены. — Не повторяй его ошибок. Женщина ненадолго замолкает, пытаясь обдумать слова мужа, а после смотрит на него преданно и улыбается как-то грустно. — Как думаешь, твой отец понял свои ошибки? — с намеком спрашивает она, замечая замешательство в глазах мужа. — Он ведь отпустил Чонгука к Чимину не просто так. Наверное, мальчики познакомились еще летом, по реакции Минни несложно было догадаться. Он чужих в свою комнату не пускает, и уж тем более — не ходит с ними в душ. Неужели твой отец все понял и принял Чонгука? Он решил искупиться таким способом? — Я не знаю, что на уме у моего отца, но какая теперь разница? Если Чимин счастлив с этим парнем, то почему мы должны мешать им? — Хотя бы потому, что Чонгук не просто человек, — язвит женщина. — Но я не собираюсь им мешать. Чимин уже не маленький, сам разберется. — Обычный Гук-и или нет — надо еще убедиться, — подытоживает мужчина, поднимаясь и нежно целуя жену в подставленную щеку. — У меня все еще есть сомнения, что он может быть сыном… Мужчине не дают договорить любимые губы, что с нескрываемой нежностью затыкают его, хоть и ненадолго. — Я знаю, как сильно вы любили друг друга, поэтому знаю, как больно тебе вспоминать о нем, — шепчет госпожа Пак, заглядывая в глаза мужа. — Поэтому не воспринимай Чонгука, как его сына. Пусть все остается на своих местах. Растерянный мужчина лишь кивает на слова жены и мягко ей улыбается, вновь потянувшись за новым поцелуем. Это личный выбор Чимина. И никто не может ему перечить, потому что связываться с тем, кого любит оборотень, опасно.***
Тяжелая рука давит своим весом на хрупкие плечи Чимина, заставляя его морщиться и недовольно брыкаться. Все тело ноет после ночного марафона, губы слегка щиплет, а ниже поясницы отдает тупой болью. Парень честно пытается не прихрамывать и уже невесть в какой раз материт Чонгука за его нетерпение и спешку. После третьей пары становится еще хуже, двигаться не хочется от слова совсем, и Пак позволяет себе немного опрокинуться на болтающего над ухом Хосока, который с подозрением осматривает вымотанного и не выспавшегося друга. — У тебя точно все в порядке? Выглядишь паршивее обычного, — хмыкает он, скидывая руку с друга и пытаясь заглянуть в его глаза. — Все просто прекрасно, — улыбается уголками губ, отчего-то вспоминая счастливую улыбку Чонгука. — Просто устал немного. — Ты проспал две пары, — напоминает ему Хо, хохотнув. — Выкладывай, что произошло этой ночью, отчего ты весь светишься и одновременно материшься. — Ты, как специалист по анальному сексу, давно должен был просечь всю ситуацию, — почти неслышно бурчит Чим, чувствуя, как кровь приливает к щекам, отчего они начинают гореть и краснеть. — Ты нашел себе кого-то? — воодушевляется Хосок, подпихивая смущенного парня в плечо. — Где? Как? Познакомишь? — Если я скажу, что это тот самый тип, из-за которого я страдал, ты поверишь? — Чимин осторожно поднимает взгляд на удивленного друга и слабо улыбается. — Он приехал ко мне, живет теперь в моей комнате. — В это и правда сложно поверить, — немного растерянно бормочет Чон. — Не поверю, пока лично не увижу. — Тогда готовься удивляться еще больше, — усмехается Чим, но Хосок не сразу понимает его. Лишь когда короткий палец указывает куда-то в сторону, Чон тихо присвистывает и сглатывает вязкую слюну. — Сейчас подойдет. Хосок внимательно осматривает крепкое телосложение приближающегося к ним брюнета и мечтательно-удрученно вздыхает, вспоминая свое тощее тело. Сколько бы он не пропадал в залах и сколько бы не тягал железок, нарастить мышечную массу ему так и не удалось. А Чимин падок на сильных и подкаченных. — Узнал все? — сразу же спрашивает Пак у подошедшего парня, послушно отдавая ему свой рюкзак. — Это кто? — хмурится Гук, осматривая замершего от удивления Хосока. Он прекрасно узнает его запах, от которого щекочет в носу и тянет чихать, но ему нужно, чтобы Чимин расставил все по местам раз и навсегда. Потому что Чонгуку не нравится, что от одежды Пака снова пахнет чужим. — Мой друг — Чон Хосок, — представляет Чим, улавливая в голосе волка недовольные нотки. — А это — Чонгук. — Приятно познакомиться, — тут же отмирает Хо, широко улыбаясь и протягивая руку Гуку. Чон в замешательстве смотрит на раскрытую ладонь, сглатывая, и переводит испуганный взгляд на вздохнувшего Чимина, не понимая, что пытается сделать Хосок. Если бы Хо не был другом Чимина, Гук принял бы этот жест враждебным, но спокойствие Пака заставляет притупить свои инстинкты. — Оу, — неловко улыбается Хо, собираясь убрать ладонь. — Парень проявил уважение, пожми ему руку, — с укором произносит Чим, наблюдая за тем, как Чонгук виновато опускает взгляд и тут же цепляется пальцами за ладонь Хосока, из-за смущения сжимая ее сильнее нужного. Хосок жалостливо скулит, вовремя выдергивая руку из хватки Чонгука, и смотрит на обоих с подозрением. — Прости, он просто еще не привык, — пытается оправдать Чонгука Чим, притягивая оборотня, который сейчас больше похож на нашкодившего щенка, к себе. — Ему еще многому нужно научиться. — Думаю, ты быстро его научишь, — сквозь зубы проговаривает Хо, пытаясь улыбаться как можно шире, и потирает ноющую руку, подозревая наличие, как минимум, трещины в костях. — Он знает обо мне? — с удивлением бормочет Гук, тут же получая сильный удар локтем под дых. Чимин невинно улыбается ошарашенному Хосоку, что во все глаза смотрит на неожиданно скрючившегося от боли Чонгука. Чим прекрасно знает, что оборотню не настолько больно, поэтому добавляет ему, ощутимо наступив на ногу. — Вы такие странные, — нервно хихикает Хо, разглядывая переглядывающихся парней. Пак выглядит грозно со сведенными на переносице бровями, а Чонгук озорно улыбается и злит старшего еще больше, получая новые тычки под ребра. — Я вам не мешаю? — Нет, просто его, кажется, совсем не воспитывали, — буркает Пак, тут же переключаясь на своего друга. — Я воспитан получше твоего, — огрызается возмущенный Чонгук, негодуя с того, что Чим выставляет его перед другими глупым деревенщиной. Чим бросает очередной злой взгляд, и здесь Хосок уже не выдерживает. Он громко хохочет, похлопывая улыбающегося Чона по плечу, и показывает ему большой палец. — Ты мне уже нравишься, — признается Хо, приобнимая довольного собой Чона. — Так отвечать Чимину еще уметь надо. — Я же говорю — никакого воспитания! — возмущается задетый Чим, дуя губы. — Я, между прочим, старше него! — Правда? — удивленно вскидывает брови Хо, взглянув на кивнувшего на его вопрос Чонгука. — Воу, да ты смелый. Чимин не любит, когда младшие его ни во что не ставят. — Я знаю, — подмигивает Хосоку Гук, ловя его ответную коварную улыбку. Издеваться над милым Чимином одно удовольствие. Его эмоции яркие и забавные, Чонгук просто не может сдерживаться рядом с ним. Пак обиженно сопит и пытается отстраниться, но Гук притягивает его обратно, незаметно для остальных опуская ладонь на талию парня. Вокруг много студентов, и Чонгуку это не особо нравится. Большое количество различных ароматов путают волка, отчего ему хочется уткнуться носом в мягкие волосы Чимина, но неожиданно едкий аромат забивается в самые ноздри, заставляя оборотня замереть на месте. Замешательство Чона замечают и Чимин с Хосоком, переводя взгляд в ту же сторону, куда напряженно смотрит Чонгук. — Ты чего? — тихо шепчет Пак, тут же цепляясь за рукав рубашки волка. Он невольно пугается из-за странной реакции парня, прижимаясь к нему плотнее, чтобы остановить его в любой момент, если понадобится. — Кто этот парень? — хрипло спрашивает Чон, чувствуя волнение своего человека и приобнимая его сильнее. Гук ловит ответный взгляд и замечает ухмылку на красивых губах, тут же сглатывая. — Это? — уточняет Хо, указывая в сторону первокурсников. — Кажется, Ким Тэхен. Я плохо первашей знаю, но этот — звезда. За ним девочки толпой ходят. Чонгук непонимающе смотрит на Хосока, а после вновь поднимает взгляд на толпу напротив, но никого там уже не находит. Тело мелко дрожит и покрывается мурашками, пока по спине стекает холодный пот. Волк внутри мечется и воет, а в животе неприятно тянет. Чон впервые испытывает такие странные ощущения, оттого прижимает Пака к себе крепче, переключая внимание на его сбитое из-за испуга дыхание и учащенное сердцебиение. — Нам пора домой, — выдыхает Гук, легким движением головы отгоняя от себя наваждение. — А мне пора на тренировку, — улыбается Чон, отстраняясь от Чонгука. — До завтра, Чимин? Пак заторможенно кивает на слова друга и машет ему ладошкой. Маленький нос тычется куда-то в грудь оборотня, пока Хосок неспешной походкой направляется в противоположную от парней сторону, спрятав руки в карманы. Чонгук мягко отстраняет от себя парня, поправляя его рюкзак на своем плече, и тянет Чимина за собой. — Что произошло? — все же решается узнать Чим, когда они отходят от университета на приличное расстояние. — Мне, скорее всего, просто показалось, — хмыкает задумчивый и мрачный Чон, игнорируя обиженное сопение парня. — Ты так замер, словно увидел жертву и готов был сорваться к ней, — бормочет Пак, разглядывая свою обувь и пытаясь поспеть за быстро идущим оборотнем. — Это реакция не на жертву, — хмыкает Чон, злясь на себя. Как можно было так реагировать на какого-то странного парня, когда рядом жался Чимин и сходил с ума от беспомощности, при этом ничего не понимая? Инстинкты, что так не вовремя включаются, раздражают и выводят из себя, отчего Чон затыкает волка внутри себя, не желая его слушать. — А на кого? — тихо спрашивает Чим, пытаясь заглянуть в глаза Чона. — На омегу, — не задумываясь, отвечает Чон и не сразу замечает реакцию Пака. Чимин понимающе кивает, отводя взгляд, и лишь через несколько секунд понимает сказанное волком. Он замирает на месте от осознания произошедшего и неверяще смотрит в спину Чонгука, чувствуя, как внутри что-то обрывается, а в переносице начинает щипать. — Омегу? — шепотом переспрашивает Чим, морщась от боли в груди. Чонгук продолжает идти вперед, не замечая ничего вокруг, пока Чимин где-то позади пытается справиться со своими чувствами, отгоняя непрошенные слезы. — Твой омега? — М? — наконец реагирует Гук, оборачиваясь на дрожащего парня и непонимающе хмуря брови. — Омега, — повторяет Чим, замечая замешательство на лице оборотня. — Твой? Чонгук задумывается над словами Пака и неоднозначно пожимает плечами, не в силах ответить на вопрос. — Там было слишком многолюдно и он ушел слишком быстро. Я не смог понять, — пожимает плечами Чон, совсем не понимая реакции Чимина. Пак грустно улыбается и слабо кивает на слова Гука, пытаясь заглушить раздирающее чувство боли в груди. — Ты дойдешь один? Мне нужно в аптеку заглянуть, — нагло врет Чим и делает это с такой уверенностью, что верит сам себе. — Я с тобой, — тут же отзывается Чон и делает шаг к Чимину, на что человек отшатывается, отрицательно качая головой. — Нет, я быстро, — слабо улыбается Пак, отступая от оборотня еще на несколько шагов. — Скажи маме, что я скоро вернусь. — Чимин? — тихо зовет Чон, на что Чим тут же оборачивается и быстрым шагом направляется подальше от этого места, уже не в силах сдерживать слезы. Через несколько метров он срывается на бег и испуганно прислушивается, не бежит ли Гук за ним. Потому что если побежит, то Чимин не сможет объяснить свои эмоции. В груди ноет и колется осколками, к горлу подкатывает тошнота, но Пак не останавливается. Хочется убежать от себя и своих чувств, хочется забыться и перестать думать о словах Гука. Это невыносимо и сложно. Все не должно быть так, потому что Чонгук единственный в своем роде. И откуда здесь взялся омега — сложный вопрос, на который не сможет ответить даже Юнги. Но все это не так важно, как то, что у Чимина теперь конкурент, да к тому же, имеющий превосходство. Все же Чимин обычный человек, а тот парень — оборотень. Пак определенно проигрывает в этом ему, и реакция Чонгука это лишь подтверждает.
