Наложник Повелителя

Старая дубовая дверь с проржавелым замком издала протяжный стон и отворилась. Юный янычар вжал голову в плечи, ожидая, что сейчас проснётся брат Серман и тогда не избежать наказания и отстранения от тренировок на несколько недель, но в помещении не проявились признаки жизни, Искандер двинулся вглубь комнаты, освещая свой путь огарком свечи. Проверив все углы, юноша успокоился. Во всей огромной кухне он был один, значит, брат Серман сегодня спит в своей келье и никто ему не помешает. Искандер, как и все новички, не раз дежурил по кухне, поэтому ему не составило труда найти ингредиенты. Он достал арахис, сахар, масло и муку. Закатав рукава повыше, он начал смешивать продукты по давно известному рецепту. Хозяйка на ферме была неравнодушна к сладкому и, узнав о таком таланте Искандера, часто просила его приготовить тот или иной десерт. Юноша облизывал палец, попавший в сахар, как вдруг кто-то резко положил ему руку на плечо. От испуга Искандер чуть не вскрикнул, но все же собрал мужество в кулак и обернулся. Позади стоял ухмыляющийся Али. - Зюльфикер ага только уехал, ты уже пустился во все тяжкие, - воскликнул юноша, толкая Искандера в плечо. - Нужно сделать одну вещь, не кричи так, пожалуйста, - с мольбой в голосе обратился Искандер. - Аллах-Аллах, я и слова никому не скажу, если ты поделишься со мной четвертиной от этого блюда, - самодовольно проговорил Али и сложил руки на груди. Искандер приподнял бровь и многозначительно посмотрел на друга. - Да, не смотри на меня так. Тебя за это не перестанут любить, а мне будет приятно. - Хорошо, тогда помоги мне немного и все будет готово ещё быстрее, - с наигранным спокойствием произнёс Искандер, но Али видел вопрос, что давно стоял в глазах его друга. - Я никому не скажу, даже не думай. Такое иногда случается, кто угодно может стать бочой. Это вовсе не значит, что ты красивее меня, - усмехнулся юноша, картинно откидывая волосы назад. Искандер отложил арахис, подошёл к Али и крепко обнял его. - Не забудь кафтан постирать, ты весь пропах халвой. Искандер улыбнулся. Али помог другу вымесить массу, разделить на мелкие кусочки, придать форму. Оба юноши вспотели от жара, что поднялся на кухне. - Спасибо, без тебя бы не успел, - искренне поблагодарил Искандер - Иди спать, я все здесь вымою. - Нет, готовили вместе, и убирать будем вместе. Али ловко собрал разбросанные по столам деревянные плошки и приборы. Все новички изучают сперва азы братства на кухне. Юноша опускал тарелки по очереди в бочку с водой, намыливал, окунал вновь. Искандер стёр все крошки со столов и обернул горячую, ароматную халву в белый отрез ткани, служивший полотенцем. - Тебе пора, уже почти рассвело. - А ты не идешь? Ты понесёшь во дворец, пока горячее? - Да, - замявшись ответил Искандер. Ему, как обычно хотелось отвести глаза от неловкости вопроса, но вдруг промелькнула мысль, что он впервые в жизни по-настоящему любит и любим, поэтому выдержал взгляд Али напрямую. - Сумасшедший, - с кошачьей полуулыбкой ответил Али и вышел из кухни. Искандер взял халву, плотнее прижал свёрток к груди и вышел во двор, где, не смыкая глаз, дежурил бостанджи. Первые лучи солнца были готовы пронзить небо в самое ближайшее время. Бостанджи стоял у ворот, по приказу Падишаха. Он не мог заходить на территорию корпуса, потому что не являлся частью янычарского полка. - Доброе утро, ага, мне нужно попасть во дворец, - проговорил Искандер. Он пытался вложить больше уверенности в свой голос, но нервозные нотки все же проскальзывали. Рослый бородатый ага лет тридцати пяти смерил юношу оценивающим взглядом. Презрение так и сквозило в этих уставших каре-зелёных глазах. Искандер тут же почувствовал себя капризной наложницей, что просит постоянные холодные щербеты в жаркий день. Ага ничего не сказал, его рука все так же покоилась на поясе, на рукоятке кинжала. Он повернулся и пошёл в сторону дворца. Искандеру ничего не оставалось, как последовать за ним. Размашистыми шагами бостанджи шёл впереди. Хоть он шёл медленно, юному янычару приходилось плестись ещё медленнее, чтобы не встречаться больше взглядом с угрюмым стражем. Когда они вошли в ворота Топкапы, ночная тьма окончательно рассеялась. Бостанджи остался стоять у входа, Искандер же прошёл внутрь. Он широким шагом стремился быстрее добраться до покоев Повелителя, может быть даже застать его спящим. - Скажите Повелителю, что я пришёл или лучше впустите, если спит, он не будет против, - тяжело дыша, выпалил Искандер. - Повелителя нет в покоях. Он вышел на рассвете и до сих пор не возвращался. Юный янычар развернулся и пошел обратно, петляя по длинному лабиринту коридоров. Он все понял и был даже рад такому исходу. Зная дорогу, без труда нашёл тайный сад, в котором все началось. В свете восходящего солнца все выглядело ещё нежнее и величественнее, чем днём. Цветки жасмина светились, словно восковые. Искандер прохаживался средь вьюнов, что подчинили себе мраморные колонны, пышнейших кустов самых разных цветов и мастей, явно привезённых из других континентов. Солнце поднималось все выше. Юноша не мог разглядеть, сидит ли Султан в беседке, либо бродит по искусственным развалинам. Он плотнее прижал к себе халву и подошёл ещё ближе к бетонному выступу. Приставив ладонь над глазами, он различил две фигуры, Султана и девушки. - Повелитель, - склонился янычар в приветственном поклоне. - Икандер, не ожидал увидеть тебя в столь ранний час. Утро, начатое в окружении моих любимых цветов, сулит отличное продолжение дня. Прекрасная девушка в цветочном венке, с растерянной улыбкой, внимательно изучала представшего перед ней юношу. Ей раньше не доводилось видеть мужчин столь совершенной красоты, она невольно им залюбовалась. - Я приготовил для вас халву, Повелитель, если позволите, - смущённо произнёс Искандер, выставляя вперёд сверток. - Ахмед подошёл ближе, наклонился над тарелкой и втянул в себя аромат сладости. Длинными пальцами он выудил верхний кусочек и протянул девушке. - Отведай и ты Настя, какие повара из янычар. Настя взяла кусочек в свою ладонь, понюхала и запихнула целиком в рот. Ахмед отщипнул ещё кусочек и погрузил себе в рот. - Очень вкусно, Искандер. Ты не перестаёшь удивлять и радовать меня! - Я живу ради вашего блага, Повелитель, - с поклоном ответил янычар. - А ты, что скажешь, Настя? Тебе понравилось? - воодушевленно спросил Султан. - Весьма не дурно, - сдержанно ответила девушка - Только наш греческий лукумадес гораздо вкуснее будет. Ахмед весело рассмеялся этому уколу ревности. - Как скажешь, Настя. Теперь оставь нас, - мягко приказал он, взмахом руки указывая на дверь. - С вашего позволения, - произнесла девушка и с поклоном попятилась назад, разворачиваясь у самой двери. - Повелитель, простите мне мою дерзость, угодно ли вам сейчас потренироваться? - с надеждой в голосе, спросил Искандер. - Хорошая идея! Я нападаю! - крикнул Ахмед и резко в прыжке повалил янычара на землю. Искандер глухо простонал от удара. Султан завис над ним. Пальцы в дорогих перстнях, с печатью, решающей судьбы государств, гуляли по юному лицу, изучая его на ощупь. - Если бы я мог рисовать, то запечатлел бы тебя, как неизвестный художник запечатлел Настю, - задумчиво проговорил Падишах. - Я всегда буду рядом. Даже если тело мое будет далеко, но душа, мысли - непременно с вами. Ахмед крепко прижал к себе голову юноши и поцеловал в губы. - Мне не отпущен долгий век. Я так чувствую, просто знаю. Жаль, что наш с тобой век, Искандер, будет ещё короче, - полушёпотом горько произнёс Падишах на мгновение зарываясь лицом в волосах фаворита, затем резко встал и подал руку Искандеру. - Мне давно пора заняться государственными делами. Ты можешь посидеть ещё в саду, если хочешь. - Мне нечего здесь делать без вас, - проговорил Искандер с поклоном - С вашего позволения. *** - Меня весьма беспокоит состояние сына, - ломая кисти рук, воскликнула Валиде Султан. Хандан Султан сильно переживала за сына. Ахмед всегда был доверчивым, ласковым ребёнком и легко мог попасть под влияние какого-либо Паши, Улема или Наложницы. Вчера до Султанши дошли слухи о Фаворите и Дервиш ага был вызван в Гарем ранним утром. - Дервиш ага, я доверила тебе самое дорогое, что у меня есть. Своего сына, - Султанша выпучила глаза и в знак угрозы нацелила указательный палец на стоящего перед ней Дервиша. Выдерживая паузу, Хандан проверяла его реакцию, но ага остался так же холоден, и молчалив, так что ей пришлось продолжить. - Почему о новых увлечениях сына, я узнаю из гаремных слухов? Судя по всему, он всерьёз очарован каким-то мальчишкой, да ещё и будущим янычаром! Это грозит нам большой бедой! - взвизгнула Султанша, но тут же опомнилась, и погладила одну свою руку другой в знак успокоения. - Наш Повелитель очень молод и горяч. Им обуяла страсть к этому мальчишке, он не мог ни о чем думать. Это я приказал подготовить юношу к первой ночи. - Ты? - снова взвизгнула Хандан и даже поднялась с тахты, но тут же опомнилась и села обратно. - Позвольте мне все объяснить, Султанша. Хандан жестом приказала продолжать. - Если отнять от Повелителя желанный объект, он может чего доброго влюбиться в Искандера. Как известно, человек стремиться к обладанию, тем более Падишах. Он любит Анастасию, я вас уверяю. Юноша лишь временная забава. - Откуда в тебе столько уверенности, Дервиш ага? - Если постоянно есть лишь яблоки, они могут надоесть. Наложник ему надоест ещё быстрее. Нужно позволить пресытиться. Хандан прикусила губы и смерила агу оценивающим взглядом. - В любом случае нужно попытаться заинтересовать его другими девушками. Приказываю, сегодня во время ужина устроить для моего сына вечер Саломеи. Выбери лучшую дюжину и отправь к моему льву. Как прикажете, Султанша. *** Покинув тайный сад, Искандер отправился к Бюльбюлю, чтобы продолжить обучение танцами. Ага был воодушевлен рвением юноши, однако не упустил момента подшутить на счёт того, что Искандер меняет военное мастерство на танцевальное. - Твои движения стали плавными и ритмичными! Хей-Валлах, как же быстро ты учишься, - восклицал Бюльбюль, наблюдая, как извивается юноша. Раздался стук в дверь. Искандер притаился за резной ширмой. - Войдите, - проговорил Бюльбюль, поправляя тюрбан. В покои зашёл Джазир ага. Рядовой ага на побегушках. - В чем дело, ага? Что-то срочное?- нетерпеливо простонал Бюльбюль. - Срочное, ага. Хандан Султан приказала устроить для повелителя вечер Саломеи. Дервиш ага лично отберёт лучшую дюжину для этого, - отрапортовал Джазир ага. - Хорошо, что сообщил. Ступай, - приказал Бюльбюль и ага тут же удалился. - Что это значит, Бюльбюль ага? Что за вечер? - встревоженно вопрошал Искандер, выходя из-за ширмы. - Это значит, лучшие гурии гарема будут ублажать своими танцами нашего Повелителя, - заключил ага. - Невозможно! - воскликнул юноша - Я тоже буду танцевать! - Хэй-Валлах, как ты будешь танцевать среди девушек? Ты хоть и фаворит, но не евнух ведь! Тебе по обычаю даже видеть их лица нельзя. Да и потом, в чем ты танцевать собрался? В этой серой рубахе, янычарских обносках? - вскинулся Бюльбюль ага. - В чем хочешь, ага. Сегодня я буду танцевать! - решительно заявил Искандер. - Первани ага!!! - взревел Бюльбюль. *** После вечернего азана в султанских покоях был накрыт стол со всеми любимыми блюдами Падишаха. Ахмед вместе с Анастасией восседал на тахте. Перед ними на узорчатом персидском ковре, извиваясь в приглушенном свете, дюжина красавиц исполняла танец Саломеи. При виде красавиц никто не мог бы остаться равнодушным. Высокие и статные в разномастных шелковых нарядах, украшенных бисером и камнями, девушки не жалея сил изгибались над столом. Настя охотно наблюдала за причудливым танцем, поглощая деликатесы со стола, и все ближе жалась к Ахмеду. Падишах, с интересом наблюдавший первые несколько минут танца, заскучал и лишь задумчиво перебирал волосы Насти, смотря сквозь толпу Саломей. - Вы свободны, - наконец устало проговорил Ахмед, - Можете идти отдыхать, и ты, Настя, тоже ступай. Султан горячо поцеловал свою любимицу в лоб и обнял. Анастасия с радостью ответила на нежность и легко выпорхнула из покоев. Ахмед встал из-за стола, потянулся, и хотел было выйти на балкон, как вдруг заметил тень и резко обернулся. В углу, к нему спиной, стояла укутаная с головой Хатун. - Ты кто такая? Почему ослушалась моего приказа? - раздражено вопрошал Ахмед. - Прошу простить меня, Властелин, но я слушаюсь только зова своего сердца, - еле слышно произнесла Хатун. Падишах хотел приблизиться, но Саломея резко развернулась и отбросила кончик накидки, прикрывавший лицо. Султан ахнул и медленно опустился на тахту. В широких, цвета слоновой кости, штанах, с повязанным на поясе платком с бубенцами, в батистовом жилете на голое тело, в феске, перед Ахмедом предстал его фаворит. И как он двигался! Каждое движение рук, бёдер, были наполнены страстью и сулили райское наслаждение. Глаза юноши были так же подведены, как в первую ночь. Искандер подходил все ближе, бёдрами ни на мгновение, не давая бубенцам замолкнуть. Как только Ахмед протягивал руки к желанному телу, янычар снова в ритме танца отходил подальше. У молодого Султана появилась испарина на лбу, ему все труднее становилось наблюдать за происходящем. Искандер наконец развернулся в последний раз и отбрасывая платок с бубенцами, бросился на Повелителя. Платок упал на подсвечник и комната погрузилась во мрак.