Глава 8
26 ноября 2016 г., 23:37
С утра в голове поселились два десятка колоколов. А два десятка звонарей исправно выполняли свои прямые обязанности.
Лицо в зеркале испугало ещё больше, чем перезвон в голове: под глазами залегли чёрные круги, веки припухли от слёз, губы потрескались и выглядели бескровно, став больше белыми, чем розовыми. Дополнило картину воронье гнездо на голове.
— Однако, здравствуйте, — кашлянула я и забралась под прохладный душ.
Водные процедуры привели меня в более-менее приличный вид. Теперь становилось не так жутко, когда я проходила мимо зеркала и смотрела на своё отражение.
Джанин уже улетела на работу, оставив на столе несколько оладий с изюмом.
От запаха еды замутило — последствия пережитого стресса. Выпив стакан холодной воды, на секунду замерла. Схватила телефон и набрала номер психолога.
Дмитрий ответил после первого гудка.
— Привет, — коротко сказал он.
— Привет. Как Морген? — скороговоркой произнесла я.
— На удивление, хорошо, — расслабленно ответил мужчина. — Я думал, будет хуже.
— Отличная новость, — наконец, я смогла выдохнуть.
— А как ты, Роуз?
Я ждала этого вопроса, но, услышав его, оказалась не готова ответить.
— Нормально, — выдавила с трудом.
— Нормально, — повторил мужчина. — Не хочешь составить мне компанию и выпить чая?
— Не очень хочется, если честно, — из груди вырвался тяжелый вздох.
От хороших новостей стало легче, но немного.
— Тем более, разве у тебя сегодня не выходной? — уточнила я.
— Это не мешает мне пить чай и вести беседу, — я будто видела, как он улыбается одними уголками губ, а вокруг его глаз расползается сеть чуть заметных морщинок.
— Не хочется, правда, — пожала я плечами, будто Беликов видит мой жест.
— Роуз, послушай, — начал он.
Но я его сразу же перебила:
— Ой, Дмитрий, сорян, но у меня городской телефон звонит! Мне пора! — протараторила я, а затем тихо добавила: — Спасибо тебе. Покеда! — крикнула в трубку, когда мой психолог попытался что-то возразить.
Чёрный экран телефона не внушал оптимизма. Но желания выползать из дома и говорить о переживаниях не больно-то и хотелось. В морозильной камере нашлось початое ведерко со смородиновым мороженым, а на полке с DVD в гостиной — парочка дисков со слезливыми фильмами.
Лучшее средство для добивания шаткой психики — годная драма.
Я бездумно смотрела на экран, механически отправляя в рот мороженое. Ложка за ложкой, не чувствуя вкуса. Лишь когда язык онемел, немного сбавила скорость. Но суть фильма я всё равно не улавливала.
Когда мороженое оказалось приконченным ровно на 2/3 ведерка, раздался стук в дверь. От резкого звука я подпрыгнула на месте.
Сердце лихорадочно заколотилось о рёбра, а в голове мелькнула мысль о том, что неожиданно приехал Морген. Может, Беликов ему рассказал о моём состоянии?
Видеть никого не хотелось.
Осторожно ступая по полу, словно дикий зверь на охоте, я начала красться к двери. Но, проходя мимо тумбочки, увидела на ней ключи, снова забытые Джанин с утра. А теперь мать стояла под дверью и наверняка уже триста раз выругалась на свою дырявую голову.
Улыбнувшись, начала громко ворчать, чтобы ма меня услышала, стоя за дверью:
— Я же говорила, мам: тебе давно пора попить таблетки от склероза! В целях проф…
А, распахнув дверь, я замерла на полуслове. Передо мной стояла не Джанин, а Дмитрий Беликов собственной персоной.
— В целях профилактики, — закончил он мою фразу и слегка улыбнулся.
Пребывая в лёгком ступоре от увиденного, я высунулась на улицу и осмотрела подъездную дорожку.
— А где Джанин? — тупила я.
— Не со мной, это точно, — усмехнулся мужчина.
Припёрся тут ко мне на порог, да ещё и насмехается, нахал!
— Какими судьбами? — скрестив руки на груди, возмутилась я.
Взгляд Дмитрия скользнул по моей фигуре, остановившись в районе груди. Мужчина несколько раз моргнул, а затем как-то сдавленно произнес:
— Отличная… футболка.
И только после этого я поняла свою ошибку.
Несколько лет назад Джанин ездила в командировку в другой Штат и в качестве сувенира привезла мне футболку: на тонкой ткани красовались огромные кошачьи глаза, точно на месте моей груди, а чуть ниже — кошачьи усы, делая футболку похожей на мордочку кошки.
Вот только с размером мама не угадала: футболка оказалась мне на 2 размера меньше и сидела, мягко говоря, в обтяг.
На улице я в ней бы не показалась, а вот ходить дома — самое оно. Тем более, ткань футболки приятно холодила кожу, а сама вещь отлично сидела.
И мало того, что Беликов увидел меня в домашней облегающей футболке, так я ещё по привычке скрестила руки на груди. А благодаря легкому морозу на улице, мои соски сжались и стали весьма эротично просвечивать сквозь невесомую ткань футболки.
Мне кажется, я впервые в жизни покраснела. По крайней мере, лицо заполыхало огнём после осознания произошедшего фэйла.
— Так это… Как ты здесь оказался? — пряча глаза и, словно крабик, отползая за дверной косяк, переспросила я у Беликова.
Мужчина кашлянул и спокойно сказал:
— Решил навестить тебя, раз ты не хочешь выползать из своего логова. Ну, и у меня к тебе есть дело, от которого ты не сможешь отказаться, — заговорщическим тоном добавил он и, увидев мой вопросительный взгляд, продолжил, — ведь я принес очень вкусный чай, который не оставит тебя равнодушной.
Карие глаза Дмитрия лучились теплом. Обычным, непритворным и человеческим теплом. Знакомое чувство тоски всколыхнулось во мне. Отчего-то оно всё чаще и чаще беспокоит меня рядом с этим сильным мужчиной.
Я глубоко вздохнула и заворчала:
— Ладно. Заходи уж, шантажист.
Пока Дмитрий снимал верхнюю одежду, я пулей рванула в свою комнату и надела поверх футболки бесформенный свитер. Он оголял лишь одно плечо, и так-то скрытое футболкой, зато прикрывал грудь, зад, да и надежно скрывал фигуру от глаз.
Внимание Дмитрия льстило, как и его реакция на моё тело. Но это внимание и пугало, быть может, даже больше, чем льстило.
Не позволяя заниматься самокопанием, сбежала вниз.
Дмитрий по-хозяйски поставил чайник на плиту и, обернувшись на звук моих шагов, сказал.
— Я нашёл чайник и воду. А вот заварника не видел.
— Правый шкафчик, верхняя полка, — хмыкнула я, наблюдая за действиями мужчины.
Сейчас, стоя у плиты на кухне в моём доме, Дмитрий Беликов меньше всего напоминал крутого психолога. Домашности ему добавляла чёрная облегающая футболка с ярким принтом и классические серые джинсы.
Мой психолог снова пробежался по мне взглядом и ухмыльнулся.
— Что не так? — я мгновенно нахмурилась, пытаясь оглядеть себя с ног до головы.
— Чёрный верх, серый низ, — отозвался мужчина, насыпая чай в заварник.
Затупив на мгновение, я поняла, о чём он говорит: серые джинсы Беликова и его чёрная футболка оказались под стать моим серым леггинсам и чёрному свитеру.
— Есть такая поговорка — «у дебилов мысли сходятся», — съязвила я и с гордым видом прошла к шкафу за чашками.
— По-русски это звучит, как «два сапога — пара, и оба левые», — со вздохом сказал он и покачал головой.
Я повернулась к Дмитрию и спрятала улыбку. Русская поговорка пришлась мне по душе.
Забравшись с ногами на стул, заключила горячую чашку в ладони и вдохнула пряный аромат напитка.
— Корица, кардамон, мята… и что-то ещё, — прикрыв глаза, предположила я.
— Анис, классический чёрный чай и перец, — добавил Беликов, поднося чашку ко рту и осторожно отпивая пряный чай.
— Перец? — я подумала, что послышалось.
— Перец, — кивнул Дмитрий.
— Вкусненько, — резюмировала я.
Мужчина кивнул.
Решив, что лучшей защитой было, есть и будет нападение, я начала разговор первая:
— Так чем я обязана сегодняшнему визиту, Дмитрий? И как ты узнал мой адрес?
— Контакты оставила миссис Хэзевей при первой встрече. Когда ты эпично удалилась, — уточнил он. — А сегодня я решил тебя проведать.
— Из-за Моргена, — я не спрашивала, а утверждала. Внизу чашки клубились специи, а несколько листьев чёрного чая затеяли среди них пресловутый танец.
— Из-за тебя, Роза, — ровным голосом сказал мой психолог, своими словами заставивший меня оторваться от созерцания содержимого чашки в руках.
— Со мной всё в порядке, — отмахнулась я по привычке. — Как Морген? Он… не обиделся? Не злится?
Беликов отставил чашку и вздохнул.
— Мистеру Тайресу намного лучше, чем когда он в первый раз пришёл ко мне, — начал мужчина. — Но, как сейчас модно выражаться, его ещё не до конца отпустило. Воспоминания расплылись, чуть стёрлись. Мне удалось вернуть Моргена в рабочую колею. И это подействовало, чему я очень рад. — Дмитрий замолчал и, взяв печенье, задумчиво покрутил его в руках. — Самое опасное в консультировании таких людей, как Морген Тайрес — откат. Когда ты работаешь с человеком долгое время, а затем одно неправильное слово… И ты мгновенно возвращаешься к начальной точке.
— Как у аутистов, — ляпнула я.
— Прости? — переспросил собеседник удивленно.
— Ну… у детей с аутизмом такие черты… Знаешь, когда работаешь с ними изо дня в день, а затем сильный стресс, и они будто возвращаются в тот день, когда вы только познакомились и будто никакой работы ты с ними не проводил, — еле слышно закончила я, съёживаясь под пристальным взглядом Дмитрия.
— Богатые у тебя познания в области психологии нарушений, — отметил он удивленно.
— Волонтерствовала пару месяцев в школе, — я пожала плечами и опустила глаза. — И очень подружилась с несколькими детьми с аутизмом.
— Да, Роза, ты полна сюрпризов, — казалось, что мужчина ошарашен моими словами.
Но этого не могло произойти. Ведь передо мной непрошибаемый Дмитрий Беликов.
Я хотела ответить очередной колкостью, но мысли о Моргене не давали покоя.
— Но зачем ты мне всё это рассказываешь… Про Моргена, — сдавленно пробубнила я, готовясь к худшему.
— Потому что после разговора с тобой, Морген воспрянул духом.
Слова Беликова потрясли до глубины души. Мои глаза округлились, а рот приоткрылся, выдавая искреннее изумление.
— Я подумала… Подумала, что всё, пипец, — на бóльшее моего красноречия не хватило.
— После твоего звонка я тоже так подумал, — кивнул абсолютно спокойный Дмитрий, подливая чай в чашку. — Но когда я связался с Тайресом, то удивился не меньше твоего.
— Но… почему? — я не шевелясь смотрела на моего психолога.
— Пока я могу только предполагать, — ответил он. — Скажи, как вы познакомились с Моргеном?
— Я точно не знаю, — нахмурившись, начала я. — Мать никогда в подробностях не рассказывала. Мне было шесть или семь лет, когда Джанин вышла на Моргена. Он помогал маме в разборке по какому-то сложному делу, но подробностей я не помню, это же было более 10 лет назад. Я была совсем ребенком.
— Не уверен, что он когда-либо упоминал о миссис Хэзевей или о тебе, — в голосе мужчины звучало сомнение.
— Не хотел в прошлое, где у него была семья и счастье, — глухо произнесла я.
Беликов чуть заметно кивнул.
А на меня вновь набросилась беспросветная тоска. Казалось, что с появлением в жизни Беликова, тоска стала моей незримой спутницей, появляясь с завидной периодичностью.
Мужчина спокойно смотрел в окно, разглядывая снежинки, неспешно падающие на землю. Осень только вступила в свои законные права, а её уже вовсю теснила зима.
Рассматривая своего гостя, я только сейчас поняла, что не так. Его волосы не были привычно стянуты в хвост. Они мягкими прядями касались плеч.
Сейчас передо мной сидел не тот мужчина, которого я видела в кабинете бизнес-центра каждый раз, когда приходила на сеанс. Этот человек был расслаблен и спокоен. Но спокойствие в эти мгновения не казалось притворным. И оно не являлось следствием ношения профессиональной маски психолога.
Это было то спокойствие, что испытываешь только с давно знакомым человеком. С тем, кто знает тебя, понимает и принимает.
Дмитрий тряхнул головой, отгоняя какие-то свои мысли, и перевёл взгляд на меня.
Я резко опустила глаза, поняв, что мой невольный шпионаж обнаружился.
— Как на счёт прогулки? — раздался тихий бархатный голос с русским акцентом.
— В смысле? — тупо спросила я, отрываясь от созерцания почти пустой чашки.
— Сегодня выходной. Тебе не надо идти на учёбу, мне не надо на работу, — констатировал факт психолог. — Я предлагал тебе прогуляться. Есть одно место, которое тебя заинтересует. И я настоятельно рекомендую взять с собой фотоаппарат. Там очень красиво, хотя уже осень.
Я непонимающе хлопала глазами.
— Это часть терапии? — нахмурилась, подсознательно ожидая подвоха.
— Будем считать, что да, — легко согласился Беликов.
— Я не знаю, — пальцы нервно перебирали край пёстрой скатерти. — Джанин забыла ключи от дома… Да и мне надо сделать два реферата.
— Японский сад, — коротко произнес мой психолог. — Весной он прекрасен. Осенью чуть менее, но всё равно там нужно обязательно побывать.
— Я не умею снимать природу, — заворчала я.
— Не притворяйся, — на лице Дмитрия появилась лукавая улыбка. — Я видел твои работы. У тебя есть потенциал. А если что-то не будет получаться, я помогу. Поехали.
Дмитрию с его природным обаянием, которым, видимо, он пользовался только в особых случаях, на роду написано стать психологом и проникать в разум жертвы. Ох, пардон, клиента, конечно же. Но сути это не меняло.
— Хорошо, — сдалась я. — Тогда через десять минут я буду готова.
Беликов удовлетворенно кивнул и снова уставился в окно. А я выскользнула из кухни и направилась в свою комнату. Поведение Дмитрия всё больше и больше запутывало и выбивало из колеи. Не такими я привыкла видеть психотерапевтов и психологов.
Через четверть часа я спустилась вниз в полной боевой готовности. Дмитрий уже ждал.
— В этой штуке не холодно? — удивленно спросила я, осматривая длинный кожаный плащ мужчины.
— Пыльник, эта штука — пыльник, — снисходительно отметил он, заставив меня фыркнуть. — Нет, не холодно. Я закаленный и холода не боюсь.
Подмигнув, этот странный человек вышел за дверь, приглашая меня последовать его примеру. А мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
Дорога до Японского сада заняла от силы полчаса. Но за эти полчаса снег сначала превратился в ливень, а затем в мелкий дождь.
— Погода не балует, — мужчина покачал головой.
— А когда ты покажешь мне свои работы? — решила поинтересоваться я.
На самом деле хотелось удовлетворить собственное любопытство и взглянуть, под каким углом загадочный Дмитрий Беликов смотрит на мир. А, кроме того, я надеялась, что это знание сможет хоть на каплю приоткрыть завесу его характера и показать реальный облик человека, который копается у меня в голове.
— Как придёшь на чай, напомни, — ровным голосом ответил он.
А моё подсознание сразу подкинуло парочку неприличных картинок моего пребывания в доме Беликова.
— Однако, — протянула я задумчиво, обращаясь, скорее, к своим неожиданным фантазиям, чем к собеседнику.
— Однако, что?
— Однако, я не ожидала приглашения к тебе домой, — парировала я. — На чашку чая тем более.
— Я же не предлагаю тебе ехать ко мне домой на ночь глядя, — сказал он. — Нет, если очень хочешь, то я буду рад видеть тебя у себя дома в нерабочее время. Но это немного не принято между психологом и клиентом.
Я благодарила небо за то, что Дмитрий вёл машину и не видел моего лица. И я ещё никогда не была так близка к тому, чтобы спалиться на, так сказать, горяченьком.
— Принесёшь их в офис? — стараясь держать эмоции под контролем, пролепетала я негромко.
— Принесу, — Беликов коротко кивнул и вновь переключил всё внимание на дорогу.
Будто по мановению волшебной палочки, дождь прекратился, а из-за туч даже выглянуло унылое осеннее солнце. Но, даже несмотря на его холодность, окружающий мир заиграл пёстрыми красками осени.
Дмитрий припарковал машину недалеко от входа в сад. Затем, выйдя из автомобиля и обойдя его, открыл пассажирскую дверь и подал мне руку, помогая выйти. Галантный сукин сын!
Необычный парк встретил нас приветливо. И кроме нас в нём, казалось, больше никого не было: пустынные дорожки, свободные лавочки и ни одного человека.
Под ногами шуршала сорванная ветром листва. Воздух пах Осенью — запах, который можно почувствовать только раз в году, да и то, непродолжительное время. Вдохнув полной грудью, я улыбнулась. Не зря я согласилась на авантюру Беликова. Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть.
— Ты часто здесь бываешь? — я нарушила молчание, висевшее между нами с момента приезда на парковку.
— Не так часто, как хотелось бы, — с чуть слышной досадой в голосе ответил Дмитрий. — Тебе здесь нравится?
— Да, — кивнула я. — Хотя для меня такие места не типичны.
— Должно же в жизни находиться место разнообразию, — улыбнувшись, заметил Беликов.
— Я страдаю моногамией, — из вредности я чуть было не высунула язык.
— Бедняга, — искренне сказал мужчина. — В этом я тебя понимаю.
— Только в этом? — съязвила я.
— Нет. Во многом, — кратко бросил он и увлек меня на аллею с огромными дубами по обе стороны дороги.
Вековые деревья склонялись ветвями друг к другу и образовывали причудливый тоннель.
Взглянув на мощные кроны дубов, я задала Дмитрию вопрос, который прочно засел в голове:
— Ведь с Моргеном всё будет в порядке?
Я не видела лица Беликова, но шестым чувством поняла, что он напрягся.
— Надеюсь, что да, — расплывчато ответил Дмитрий.
— Неуверенность в голосе такого известного психолога, как ты, пугает, — честно призналась я.
Листья под ногами тихо шуршали и старались отвлечь внимание, но я слишком переживала о Моргене, чтобы отвлекаться сейчас на что-то иное.
— Я не бог, Роза, — резко сказал мой психолог. — Я такой же человек, как и все, со своим прошлым, со своими проблемами и жизнью.
— У тебя есть проблемы? — я притворно удивилась не в силах сдержать улыбку.
— Более того, у меня даже есть собственный психолог, — заговорщически проговорил он, подмигнув.
— Бедный, — искреннее отметила я, с удивлением взглянув на Беликова.
Мужчина лишь улыбнулся в ответ.
Немного в отдалении, под небольшим дубом, я приметила скамейку, скрытую несколькими кустарниками. Мозг сразу отозвался радостью: я видела почву для красивого снимка.
— Пойдём туда, — заявила я и, схватив Дмитрия за руку, потянула к нужному месту.
Несмотря на солнечный свет, парк дышал прохладой. Закутавшись поплотнее в пальто, я плюхнулась на скамейку и похлопала по ней, приглашая Беликова сесть.
Когда мужчина соизволил приземлиться рядом, я сразу же спросила:
— А зачем тебе личный психолог, если ты сам психолог?
— Чтобы не допустить профессионального выгорания, — отчеканил он, будто произнёс давно заученную фразу.
— Это как? — искренне удивилась я.
— Когда часто и постоянно пропускаешь чужие проблемы через себя, то начинаешь сам испытывать трудности, — неохотно отозвался он.
— Ты и трудности — это вещи не совместимые, — фыркнула я скептически.
— Не стóит меня обожествлять, Роза, — пожурил Дмитрий. — Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо, — процитировал он римского писателя Теренция.
Я только хотела возразить и в очередной раз возмутиться, как услышала знакомый голос и смех.
И, как я и предполагала, через несколько секунд мимо нас проплыла сладкая парочка, состоящая из моей подруги, Василисы, и симпатичного парня, держащего её за руку. Драгомир скользнула по нам невидящим взглядом, а затем её мозг подал сигнал о том, что где-то тут подвох. Лисса вздрогнула и остановилась. А её удивленные глаза остановились на мне и Беликове.
— Ой, — выдохнула блондинка тихо.
— Привет! — радостно сказала я. — Тоже гуляете? — спросила, кивнув на спутника подруги.
— Привет, Роуз, — растерянно промямлила блондинка. — Здравствуйте, мистер Беликов, — ещё тише добавила она.
— Добрый день, Василиса, — официальным тоном поздоровался Дмитрий и перевёл взгляд на спутника Драгомир.
— Это мой парень, Кристиан Озера, — быстро сказала Лисса, поняв взгляд начальника. — Крис, это Розмари Хэзевей, моя подруга, и мистер Дмитрий Беликов, мой начальник, — чуть запнувшись, добавила она тихо.
Все присутствующие замолчали.
— Я Роуз, а не Розмари. Не люблю своё полное имя, — нарушила я затянувшееся молчание.
— Вы типа встречаетесь? — в глазах Кристиана горело любопытство вперемешку с сомнением.
— Нет! — одновременно с Беликовым воскликнула я.
— Жаль. Неплохо смотритесь, — хмыкнул Озера, а затем охнул, получив удар в рёбра от Лиссы.
— Пожалуй, нам пора, — блондинка выдавила из себя улыбку.
— Да, пожалуй, вам пора, — а вот в голосе Дмитрия послышались стальные нотки.
Парочка резво попрощалась и так же резво исчезла среди деревьев.
Я смотрела им вслед и завидовала белой завистью.
— Что такое? — раздался вопрос Дмитрия.
— Я вот думаю, и почему Лео так не делает? — задала я риторический вопрос. — Почему не может быть таким милым и адекватным, как Кристиан с Лиссой?
— Возможно, потому что у Лео другой характер, темперамент и воспитание? — предположил мой психолог. — Быть может, он не привык показывать свои чувства. Или не считает это необходимым. А, может, такого рода проявление чувств для него чуждо.
— А, может, ему просто плевать, — сказала я вслух, понимая в глубине души, что права.
— Если ему было бы плевать, то он не стал бы с тобой встречаться, согласись, — постарался подбодрить Беликов.
— Просто пока его всё устраивает, поэтому он со мной, — я покачала головой, не соглашаясь с мнением Дмитрия. — И если ему было бы НЕ наплевать, он давно вышел бы на связь.
Дмитрий молчал. Видимо, признавая поражение. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
— Любишь ты загоняться, — вздохнул он, как мне показалось, расстроено.
Обернувшись на мужчину, я увидела маску спокойствия на его лице.
— Ну, знаешь ли… — начала возмущаться я, но поток недовольства прервал громко завопивший телефон в моём кармане.
«Мама» — гласила надпись на экране. Чертыхнувшись, взяла трубку.
— Дочь, ты далече от дома? — поинтересовалась Джанин. — Я ключи забыла утром. А сейчас под дверью.
— Я скоро буду, мам! — крикнула в трубку и, завершив вызов, повернулась к Беликову: — Мне срочно надо домой!
— Конечно, — мужчина кивнул и встал со скамейки вслед за мной.
Дмитрий нёсся, как угорелый. Но я не уставала мысленно благодарить его за спешку. Мужчина подъехал к подъездной дорожке моего дома и остановил автомобиль. На пороге сидела грустная Джанин. Я вылетела из машины и бросилась к матери.
— Мам, прости! Я знала, что не стоило уезжать! — виновато проговорила я.
— Брось, Роуз. Ты и так постоянно сидишь дома. А как Лео уехал, так совсем в затворницу превратилась. А кто это тебя подвёз? — вдруг встрепенулась родительница, оглядываясь на машину Беликова.
Я искренне надеялась, что Дмитрий вот-вот уедет. И он целиком и полностью оправдал мои ожидания: мотор заурчал, машина моргнула фарами, видимо, на прощание, в следующий момент белоснежная ауди моего психолога уверенно выехала на проезжую часть и скрылась за поворотом.
— Мне показалось, или это был мистер Беликов? — мама смотрела на меня, удивленно подняв брови.
— Был и сплыл, — заворчала я и в спешном порядке ретировалась в своё убежище — комнату.
А когда соизволила включить комп, то снова зацепилась взглядом за какое-то фото, притаившееся в правом углу рабочего стола монитора. Два щелчка мышью, и передо мной знакомый профиль моего психолога.
— Опять ты! — рыкнула я и нажала кнопку выключения питания на системном блоке. — Вездесущий, как вселенское зло!
В расстроенных чувствах легла на постель и отключилась от реальности.
