Глава 13
19 февраля 2017 г., 18:37
Достучаться до Дмитрия оказалось сродни долбёжке головой о мраморную стену: вроде, долбишься, голова болит, да и череп в крошку, а стене по барабану.
В то же время я стала теснее общаться с Лиссой и её парнем, Кристианом Озера. Лисса и Крис представляли собой странную парочку, но смотрелись вместе на удивление гармонично.
А мне не давал покоя телефонный разговор с Драгомир, когда я стояла на остановке чужого района. Создавалось ощущение, будто я упускаю из вида какую-то важную мысль. Но никак не могла понять, какую именно.
И одна встреча всё расставила по местам.
Беликов улетел на конференцию, но обещал вернуться уже через 5 дней. Первые 3 дня я с неким садистским удовольствием переписывалась с ним, а затем заскучала и решила наведаться к Лиссе, в офис Дмитрия.
К моему удивлению, подруги на месте не оказалось, а её телефон не отвечал. Уже на выходе из бизнес-центра меня окликнул знакомый голос.
— Крис? — удивилась я, рассматривая парня подруги. На нём красовалась форма охраны, а в руке Озёра держал чашку горячего кофе.
— Ты чего здесь? — приветливым тоном спросил он.
— Лиссу искала.
— Она сегодня уехала по каким-то личным делам.
— А ты что тут делаешь?
— Работаю. Точнее, подрабатываю, тусуясь за камерами наблюдения.
И в этот момент в голове застучала знакомая, но пока ещё неосознанная мысль.
— А сколько хранятся записи с камер? — внутренне замерев, спросила я чуть слышно.
— Около месяца, — охотно ответил Кристиан. — Завтра, кстати, плановое удаление. А что такое?
— Ты можешь показать мне одну запись? — я закусила губу, прекрасно понимая, что Криса за это по голове не погладят, если узнают.
— Теоретически, да, — замялся парень. — Но зачем тебе?
— Хочу убедиться, что у меня паранойя, — хмыкнула в ответ.
Озёра с минуту думал, затем огляделся и кивнул:
— Идём. Только тихо.
Кабинет оказался маленьким и душным. Кристиан сел на компьютер и сказал:
— Какое нужно помещение? Ещё нужно примерное время и точная дата.
Лихорадочно соображая, я быстро назвала нужные параметры.
Комп зашуршал, а через несколько секунд на экране появилась приёмная Беликова. Лисса заполняла бумажки и подшивала их в нужные папки.
— Ты решила проверить, была ли моя девушка в этот день на работе? — ухмыльнулся мой сообщник.
— Твою мать! — ругнулась я, когда увидела Дмитрия, подошедшего к столу Драгомир и начавшего ей что-то говорить.
— А звука нет? — с надеждой в голосе поинтересовалась я.
— Нет, — ответил Кристиан. — Но, судя по картинке, мистер Беликов чем-то, я бы сказал, озадачен.
Но это я видела и без Криса: напряженное лицо, тяжелый взгляд, скованные движения. Как тигр, готовый броситься на жертву.
Вдруг Лисса, слушавшая Беликова, приоткрыла рот в немом удивлении, затем стала искать что-то на столе. В её руке показался мобильник. А я тяжело вздохнула. Потому что теперь точно знала: Драгомир набирает мой номер.
Так вот откуда взялось странное эхо в телефоне — громкая связь, чтобы слышал Беликов.
Я стиснула зубы и продолжила смотреть. Не профессионально, мистер Беликов! Подло и ни разу не профессионально!
Примерно на том моменте, когда я сказала про Лео, Беликов ощутимо стукнул кулаком по небольшой тумбе, стоявшей рядом с рабочим столом Драгомир, отчего Лисса вздрогнула и почти с суеверным ужасом воззрилась на начальника, попутно разговаривая со мной по громкой связи.
Когда связь прервалась по моей инициативе, Дмитрий с минуту не шевелился, затем сказал Лиссе «спасибо» и удалился в кабинет. А моя подруга высказала всеобщее мнение о ситуации, покрутив пальцем у виска.
— Не подскажешь, что мы сейчас смотрели? — задумчиво спросил Озёра, оглядываясь на меня.
— Преступление по предварительному сговору, — процедила я сквозь зубы. — С меня пиво, если ты перекинешь запись мне на флешку, — протягивая телефон Кристиану, сказала я.
— Очень много пива, — исправил парень.
— Непременно.
Домой я приехала с желанием убивать. По дороге опрокинула три мусорки и разбила две витрины. В чем они виноваты, я не знала. Просто злость застилала глаза.
Ладно, Лисса. Она не могла ослушаться просьбы Беликова. К тому же Драгомир и не знала, что произошло. Но Дмитрий! Гад! Как он посмел?!
Ночь и утро я провела за компом, сначала скачивая и устанавливая нужную программу, а затем монтируя видео. Когда я добавила на картинку звук записанного телефонного разговора с Лиссой, видео заиграло новыми красками. Ещё месяц назад я скептически относилась к функции записи звонков моего древнего телефона. Теперь же, я ей благодарна.
Через день Дмитрий написал в мессенджер, что вернулся и ждёт меня на сеанс как обычно — к 7 вечера.
Выждав до 5 часов, я отправила ему смонтированный видеофайл со звуком, написав короткое «не хочу тебя больше знать». И, резво подхватив заранее собранный рюкзак, по-быстрому смылась из дома. Помня о прошлых визитах мистера Мудачество, решила не рисковать. И оказалась права: спустя двадцать минут к моему дому подъехала знакомая белая ауди.
И, стоя в укрытии недалеко от дома, я со злорадством наблюдала, как Дмитрий звонит в звонок, стучит в дверь, набирает мне и, не получив ответа, заглядывает в окна. Наконец, понимая, что дом пуст, ругается сквозь зубы и с недовольным видом уезжает.
— Сам виноват, — прорычала я и отправилась в то единственное место, где он меня искать не будет, в бар «Пьяный Патрик».
В баре оказалось людно, что способствовало моему «затерянию» в толпе.
Прошло около часа, как мобильник снова зажужжал. Номер оказался мне незнаком. Я надеялась, что это не Джанин, поскольку из колонок бара громко орали «Сradle of filth».
— Алё? — сказала я в трубку, опасливо озираясь. Мало ли что Беликов придумал.
— Роуз! Привет! — раздался голос, благодаря которому я улыбнулась.
— Морген! Рада тебя слышать! Как ты?
— Я в порядке! На днях собираюсь прилететь на встречу с партнерами по бизнесу. Приглашаю тебя и Джанин на ужин! — отозвался он приветливо.
— Мы с удовольствием!
— Как ты, Роуз? — в голосе друга проскользнула тревога. — Это Крэдлы орут что ли?
— Да, — засмеялась я, только сейчас почувствовав, как в голове загудело от выпитого эля.
— Куда тебя нелегкая занесла? — выдохнул Морген.
— Я заскочила в «Пьяный Патрик» и выпила кружечку эля, — хихикнула я в ответ. — Но уже почти ухожу. Мне сегодня ещё на репетиционную базу надо, затем на прогулку.
— Да, Роуз, — я буквально слышала, как Морген качает головой, — у тебя действительно слишком много свободного времени. И явно не хватает дисциплины.
— Да ладно тебе! — засмеялась я снова, но в душé поселилась смутная тревога. — Не ворчи, старичок!
— Не дерзи, малявка! — парировал мужчина. — Я хоть и далеко, но руки у меня длинные. Ладно, мне пора. Созвонимся тогда!
— Бывай! — хмыкнула я и нажала на красную трубку.
Морген хоть и немного псих, но забавный.
Допивая эль, я раздумывала над неожиданным звонком.
С чего вообще он решил позвонить мне именно сейчас? Почему не завтра? Наверно, это уже паранойя имени Беликова.
«Тебе нужно быть более дисциплинированной, держать себя и эмоции в руках» — вдруг вспомнились слова Дмитрия.
«…но у меня длинные руки» — пролетела в голове фраза Моргена. И смысл её я поняла только тогда, когда увидела знакомую мужскую фигуру рядом с входом.
— Нет, ну блять! — ругнулась я, пригибаясь почти к столу, чтобы вошедший человек меня не увидел.
Дмитрий. В дверях стоял Дмитрий и оглядывал народ в зале. А я, мать его так, даже знала, кого он ищет.
Сползя с лавочки на пол и пригнувшись, я рванула к черному входу, который оказался ближе, чем главные двери вместе с Дмитрием. Поймав с десяток любопытных взглядов и два десятка похихикиваний, я юркнула за дверь черного входа.
У него, как назло, курили несколько огромных мужиков в косухах.
— Вы меня не видели, ясно? — зашипела я, напугав неадекватным поведением курильщиков.
— Ты от закона что ли скрываешься? — хрипло хмыкнул один из компании.
— Нет, от тирана и деспота! — бросила я на прощание и по стеночке рванула к улице, стараясь не выходить из-под покрова переулочной темноты.
На улице Дмитрия не наблюдалось. Поэтому я со всех ног рванула к остановке, тихо матерясь.
Итак, Лисса в сговоре с Дмитрием. Похоже, Морген туда же.
— Уже никому нельзя доверять! — рыкнула я, забегая в первый подошедший автобус.
Мозг начал лихорадочно соображать, как жить дальше. Я сдуру сказала Моргену, что поеду на репетиционную базу. Следовательно, если предположить, что Беликов это знает, на репетицию мне дорога закрыта. Домой заявиться тоже не рискну: Джанин на смене и придёт завтра к вечеру. Драгомир так же не вариант: Дмитрий скажет «фас!», а Лиссе придется меня сожрать. Лео в Испании. Или в Италии. Всё время путаю! Короче, вообще без вариантов.
Я обреченно вздохнула.
Ладно, Беликов, хочешь поиграть в кошки-мышки? Давай поиграем!
Через четверть часа позвонила Лисса и вкрадчиво поинтересовалась, где лазит моя жопа.
Я заявила, что у меня шопинг в крупнейшем торговом центре города. Но заявила таким голосом, будто после шопинга собираюсь убиться всеми возможными способами.
Уверенность, что информация дойдет до Дмитрия в неизменном виде, росла с каждой секундой.
После звонка Лиссы я рванула в строго противоположную торговому центру часть города. Именно там располагалась маленькое уютное кафе — последнее место, где Беликов додумался бы меня искать.
Уютный зал поделился на маленькие кабинки. Резные перегородки, ограждающие столики друг от друга, были оплетены вьющимися лапами растений, что создавали уют и практически полностью глушили звуки соседних кабинок.
Это место казалось нетипичным для моего внутреннего «Я», стремящегося к темноте и тишине. Из колонок лилась тихая музыка без слов, абажуры на лампах отбрасывали причудливые тени на стены, покрашенные в приятный мятный цвет, а столы из светлого дерева, притягивали взгляд и руки — постоянно хотелось гладить теплую деревянную поверхность.
Я редко сюда приезжала. Это место стало некоей отдушиной. Когда мысли разбегались, а голова болела от воза проблем, только здесь я могла вздохнуть полной грудью и выбросить из головы всё ненужное и неважное.
Забившись в самый дальний угол, я села спиной к залу и начала листать меню. Выбрав огромный чайник с зеленым чаем и несколько пирожных, с наслаждением откинулась на мягкую спинку сидения.
Значит, кругом все сговорились и пляшут под дудку Беликова. Не удивлюсь, если и мать в сговоре с мистером Мозгоковырялкой. А если так, то значит, и неожиданные приезды Дмитрия имеют вполне логичную природу: инициатива Джанин.
А ещё эта постоянная фирменная непрошибаемость Дмитрия. Я же видела его эмоции. Я будто могу иной раз к ним прикоснуться. Уверена, он тоже замечает, что во многих ситуациях мы с ним испытываем схожие эмоции. А его участие в моей жизни…
Но с другой стороны, у меня нет гарантии, что он не относится так к каждому, кого консультирует.
Тут я совсем некстати вспомнила слова Лиссы о том, что «мистер Беликов — доктор Хаус, только в области психологии». А это значит только одно: Дмитрий хочет изучить меня. Разобраться в том, почему я такая. Почему определённым образом реагирую на те или иные вещи. Почему в одном случае испытываю эмоции, а в другом случае мне всё равно. Поэтому он уделяет мне столько времени, часто пишет и звонит. Я для него — вопрос времени. Очередная разрешимая рано или поздно загадка. Не более.
В мрачных мыслях я провела ещё почти час. И запоздало поняла, что внимание привлек знакомый голос позади.
Внутренности похолодели.
— Таша, ты преувеличиваешь, — говорил…
— Серьезно?! — тихо выдохнула я и вжала голову в плечи.
Чуть обернувшись, я увидела, как Дмитрий и его спутница заняли соседнюю со мной кабинку. Беликов оказался ко мне спиной, а Таша — напротив него.
— Я считаю, что работа отнимает слишком много твоего времени, — резко заявила женщина.
— Я сделал себе имя. Люди идут ко мне, потому что знают — я хороший специалист, — парировал мужчина. — И ты прекрасно знаешь, что работа приносит неплохой доход.
— Знаю, — досадливо сказала Таша. — Но меня бесит, что у тебя уже как два месяца нет выходных! — в голосе женщины прозвучала обида.
Я же тихо присвистнула. Вот, значит, как. Дмитрий приезжает ко мне, когда у него выходной, а для своей недо-девушки времени найти не может. Плюс один балл в копилку Роуз Хэзевей.
— Ты же знаешь, у меня сейчас есть одна очень проблемная клиентка, — вздохнул мой психолог.
— Та самая, которую я застала в твоей квартире? — я не видела Ташу, но буквально почувствовала, как её лицо скривилось при этих словах.
— Да, та самая. Её зовут Роуз, — устало выдохнул мистер Лживый Ублюдок. — Приходится тратить на неё много времени. Но ей это необходимо. Терапия оказывает положительное действие.
Я тихо фыркнула. Минус полсотни баллов из копилки Роуз Хэзевей.
— Главное — не заиграйся с ней, — вдруг сказала Таша.
— Чтобы заиграться, нужно играть. А она всего лишь мой очередной клиент. Часть работы, — холодно бросил мужчина. — Не усложняй, Наташа. Жизнь и так отнюдь не простая штука.
Минус ещё сотня баллов из копилки Роуз Хэзевей.
— Я не усложняю, — по-доброму сказала женщина, — просто пытаюсь донести простую истину: ты устал. Сколько ты без отпуска? Два года?
— Три, — поправил Дмитрий автоматически.
— Три года, Дим! — с укором воскликнула Таша. — Ты три года нормально не отдыхал! Три года без перерыва слушаешь о чужих проблемах и решаешь их!
— Ты не права, — мягко возразил Беликов, — я лишь подсказываю людям направление, выслушиваю их, подталкиваю к безопасным решениям. А они творят жизнь своими руками. И сами начинают решать свои проблемы.
— Давай только честно, — заворчала Таша, но Дмитрий со смехом её перебил.
— Когда мне говорят: «скажи мне честно», то я с ужасом понимаю, сколько же сейчас придётся врать! — смеясь, заявил он.
Таша искренне рассмеялась, но напор не сбавила:
— Так скажи мне, раз ты только даёшь людям направление, почему носишься с маленькой девчонкой?
— Её зовут Роуз, — устало произнес психолог. — Я никак не могу докопаться до истины. Никак не пойму, почему она такая. В её жизни не происходило ни одного события, которое могло бы привести к её мрачности.
Я задержала дыхание на миг. Вот он, момент истины! Мистер Психолог рассказывает о своих думах на счёт моей персоны. Но, кажется, мне это не понравится.
— Она тонко чувствует красоту, у неё обострено чувство заботы о матери, она неплохо учится. Но, несмотря на все позитивные моменты, она будто пытается запрятать хорошее подальше, — задумчиво рассуждал Дмитрий, казалось, напрочь забывший о Таше.
— Да, странно, — протянула она. — Но ты уверен, что её прошлое чисто в плане психотравмирующих событий?
— Не совсем, — огорошил меня своим ответом Беликов. — Её мать практически не касается прошлого дочери. А сама Роуз почти не помнит себя до 7 лет.
— Согласись, это подозрительно, — заметила собеседница моего психолога.
— Соглашаюсь, — в тон ей ответил он. — Поэтому хочу разобраться и помочь ей обрести ту часть себя, которую она старательно отбрасывает. Но на это нужно время.
— Я уже говорила, что меня бесит твоя работа? — раздраженно поинтересовалась Таша.
— Раз двести точно! — Беликов усмехнулся.
— И что ты будешь делать дальше?
— Искать причину всеми доступными для этого способами.
Делать выводы я умею. Поэтому после подслушанного разговора, я для себя многое выяснила. И самым обидным стал прискорбный факт, что я интересую Дмитрия исключительно в роли Кубика Рубика.
Теперь я точно уверилась в том, что Дмитрий и Наташа — хорошие друзья. Беликов рассказывал ей о своей жизни и планах, Таша постоянно уговаривала его бросить «работу, которая когда-нибудь тебя сожрет изнутри», на что Беликов лениво отмахивался и в шутку предлагал ей самой поехать в отпуск.
Мои внутренности буквально пропитала тоска. Не то, чтобы я на что-нибудь надеялась. Но теперь я понимаю, что между мной и Дмитрием сугубо деловые отношения, без намека даже на дружбу. Он срывается ко мне только из-за профессионального долга. И из-за него же пишет и звонит.
— Сегодня вы — слабое звено, — прошептала я себе под нос, крепко сжимая пальцами стеклянную чашку с чаем. — Прощайте.
И, бросив на стол купюру, не стала дожидаться официанта, по большой дуге прошествовав к выходу.
Прошатавшись с час по городу, решила набрать номер единственного знакомого, который, по моим меркам, к Беликову не питал никаких дружеских или иных чувств. К удивлению, на другом конце провода раздался голос:
— Слушаю.
— Привет, Кристиан, это Роуз, — стуча зубами от холода, сказала я. — Чем занят?
— Привет, Роуз. Я на работе. У меня смена до 8 утра, — удивленно произнес Озёра. — Что-то случилось?
— Да. Мне выпить не с кем, — расстроено пробормотала я. — Как тебе такая идея?
— Я вообще-то на работе, — замялся парень.
— Брось! Ты сидишь и смотришь в мониторы! Бутылка пива тебе не помешает! — в наглую заявила я.
— Ты умеешь уговаривать, — издевательски протянул он. — Заезжай. И имей ввиду, я не пью светлое пиво. От входа позвонишь, и я открою.
А через полчаса я уже сидела в теплом помещении и потягивала прохладный Хольстен, разглядывая картинки на мониторах.
— И не скучно тебе здесь ночами сидеть? — оторвавшись от бутылки, спросила я.
— Вполне весело, — зевнув, пробормотал Крис. — Я вообще тут по ночам сплю.
— Где? — с недоверием спросила я.
— Прямо тут, на стуле, — Кристиан прыгнул на стуле, на котором сидел, и улыбнулся. — Очень удобно, кстати.
— Блин, а где мне уснуть тогда? — перспектива спать на стуле не радовала.
— Ты собралась здесь спать? — непритворно удивился Озёра. — Не пробовала спать дома?
— Ха-ха! — скривилась я. — Я не могу ехать домой сегодня.
Нет, само собой, я понимала, что шанс на присутствие Беликова на подъездной дорожке моего дома крайне ничтожен. А с другой стороны от такого человека, как Дмитрий, можно ожидать всего, чего угодно. Станется с него дежурить всю ночь у моего дома.
Кристиан засмеялся и махнул рукой:
— Оставайся, ходячее недоразумение. Только никому ни слова, что я тебя приютил в этом центре, хорошо!
— Договорились! — кивнула я и потянулась ко второй бутылке.
За разговором с Кристианом я не заметила, как потянулась затем и к третьей бутылке, а следом и к четвертой, при этом упав со стула. Во время четвертой бутылки обнаружила, что Озёра нагло щемит. Решив не будить спасителя, я отправилась гулять по темному и молчащему зданию высотного бизнес-центра.
Гуляла я долго и со вкусом. Но ноги так и несли в кабинет Беликова. Повинуясь порыву, вскоре я оказалась у стола Лиссы.
Чего и следовало ожидать, документы лежали запертыми в шкафу. А вот дверь кабинета Дмитрия с легкостью поддалась.
— Ай-ай-ай, мистер Беликов! — коварно потирая ручки и не менее коварно улыбаясь, пропела я, заходя в святая святых имени моего Хваленого Психолога. — Как опрометчиво!
Алкоголь мешал передвигаться бесшумно. Из-за этого пара упавших цветов создала феерический грохот. Но кроме меня звук никого не заинтересовал.
Стол Дмитрия оказался сродни хозяину: чистый, не заваленный бумагами, с педантично-аккуратно расставленными канцелярскими принадлежностями.
— Как предсказуемо! — скривилась я, но тут заметила фотографию в простой деревянной рамке.
На снимке стояла симпатичная женщина лет 40, три девушки, маленький мальчик и сам Дмитрий.
«Наверно, его семья» — подумала я с трудом. А с трудом, потому что после нескольких бутылок пива я стала крайне туго соображать.
Свалив ещё два горшка с зелеными растениями, я, наконец, увидела то, что всецело завладело моим вниманием.
— Дива-а-а-а-а-анчик! — простонала я и, свалив на ходу что-то с тумбы, доковыляла до места назначения.
Диван оказался мягче, чем я думала.
— Пять минуточек посижу и пойду обратно, — сказала шепотом пустоте.
И прикрыла глаза.
Кто-то настойчиво тряс меня за плечо и что-то говорил.
— Открой глазки, красавица, — причитал голос. — Потому что скоро красавица получит по одному месту за то, что заставила двух мужчин нервничать, — добавил он.
Вот тут я и распахнула глаза, несмотря на головную боль и засуху во рту. Пришлось прикусить язык, чтобы не выматериться вслух. Ибо надо мной склонился Морген, рядом с которым обнаружился Дмитрий Беликов. Недовольный вид моего психолога буквально кричал о том, что сидит он тут немало.
— Доброе утро, — захрипела я.
— Очень спорное утверждение, — прищурившись, Дмитрий покачал головой.
— Не просто спорное, а неверное! — подлил масла в огонь Морген и нервно взглянул на наручные часы. — Дим, мне пора ехать. Я и так уже капитально опоздал, — заворчал Морген, обращаясь к Беликову.
— Конечно, — кивнул мой психолог, — беги. Спасибо за помощь.
— А с тобой, красавица, я ещё поговорю, как только освобожусь! — с плохо скрываемой угрозой в голосе рыкнул Морген мне.
— Угу, — замычала я, наблюдая, как Тайрес быстрым шагом покидает кабинет Беликова.
Затем я перевела взгляд на Дмитрия… И, кажется, у меня большие такие проблемы. Мне пиздец, не иначе.
— Понимаешь, тут такое дело… — я, как могла, старалась оттянуть момент разбора полетов, а точнее моих падений. — А водички нет?
— Интересно, ты вообще думаешь головой хоть изредка? — с маской истинного спокойствия заявил Беликов.
— Шта? — мозг отказывался реагировать адекватно.
— Господи! — выдохнул Дмитрий и встал с дивана, а спустя минуту вернулся со стаканом воды и растворяющейся в воде таблеткой.
Глотнув живительной водички, я согласна была даже признаться Беликову в вечной и неизменно чистой любви за оказанный жест доброй воли. Но увидев его хмурый взгляд, передумала.
— А сколько времени? — невинно поинтересовалась уже обычным голосом.
— Семь утра, — огорошил психолог.
— Как это семь? — решила переспросить на всякий случай. — Вроде только 2 часа ночи было. И я только на 5 минут глаза прикрыла!
— Это были женские 5 минут, — ухмыльнулся Дмитрий.
Сейчас он меньше всего походил на психолога, которого я знала. Хотя его неизменно белая рубашка никуда не делась, как и строгие брюки с пиджаком, зато в глазах я видела что-то от того Беликова, который спас меня от отморозков и отвез к себе домой на крутом харлее.
— Короче, я тут случайно уснула, — оправдалась я, стыдливо опуская взгляд.
— Как ты открыла дверь? — неожиданно спросил Дмитрий.
— А она была открыта. Я только нажала на ручку двери и вошла, — поведала я тихо.
Беликов снова нахмурился.
— Кто сегодня дежурил за камерами? Кто впустил тебя? — тон его голоса показался напряженным.
— Я же не могу вот так сразу выдать тебе человека, чтобы его потом уволили, — я с прищуром смотрела на мужчину.
— Кто-то проник этой ночью в кабинет, — сказал он, вставая и протягивая мне руку. — И раз это не ты, как я подумал сначала, то я обязан знать, кто. Потому что дела моих клиентов лежат не на своих местах.
— Я могла что-то уронить, — призналась, цепляясь за его руку и вставая.
— Для этого тебе бы пришлось вытащить всё из моих ящиков, пересмотреть и сложить обратно не так, как было, — отметил мужчина.
— Тогда это точно не я, — руки Дмитрия оказались на удивление теплыми.
Я сделала шаг и, пошатнувшись, чуть не полетела на пол.
— Ой! — пискнула я, вовремя подхваченная Беликовым.
— Ты ходячее несчастье, Роза, — вздохнул он, ставя меня в вертикальное положение.
— Ага, Кубик Рубика без одного окошка, — заворчала я, — поэтому меня так сложно разгадать.
Дмитрий, уже успев сделать несколько шагов к выходу, замер и медленно повернулся ко мне.
— С чего такие выводы? — спросил он.
— Бро-о-о-о-ось! Я, конечно, не психолог, но и не совсем дура, — я уверенно сделала шаг к мужчине. — Думаешь, я не понимаю, что вся твоя забота продиктована исключительно исследовательским интересом?
Беликов долго смотрел мне в глаза, а потом изрек:
— Не вся.
И больше ни слова, ни эмоции, ни движения. Неизменная маска вселенского спокойствия. Или не маска вовсе.
— Сегодня за камерами Кристиан? — неожиданно перевел тему мужчина.
А я лишь сдавленно поддакнула.
— Можешь посидеть здесь, — бросил он, уже направляясь к двери.
— Нет уж, — заворчала я и поплелась к выходу, — спасибо, конечно, но я пойду с тобой.
Когда мы с Беликовым завалились в каморку к сонному Кристиану, лицо парня вытянулось от удивления.
— Привет, Крис, — по-свойски начал Дмитрий, — сегодня ночью кто-то пробрался в мой кабинет, — увидев взгляд парня, Беликов добавил: — Ещё до прихода Роуз. Покажи записи с камер. Это важно.
Крис что-то проворчал, затем быстро защёлкал кнопками на клавиатуре.
Озёра включил запись с 8 вечера, где задумчивый Беликов закрывал дверь в кабинет на ключ и уверенным шагом проследовал к лифту.
Затем некоторое время всё было тихо. Крис ускорил воспроизведение. И в начале первого ночи от лестницы к кабинету метнулась чёрная фигура.
— Вот здесь помедленнее, — приказал Дмитрий.
Кристиан поставил нормальное воспроизведение, а пока я и Беликов смотрели на передвижение человека в черном, Озёра вывел на экран изображения ещё с 2 камер, только с других ракурсов.
Черная фигура прошла в полной темноте к кабинету Беликова, а затем присела на корточки и посветила на замочную скважину крохотным фонариком. Через мгновение фигура встала и просто нажала на ручку. Дверь поддалась, впуская незнакомца внутрь.
— У него был ключ, — заметил Кристиан.
— Я видел, — кивнул Дмитрий, всё сильнее хмурясь.
Черная тень пробралась в кабинет и, вооружившись фонариком, стала осматривать ящики стола Беликова.
— Что он ищет? — Крис задал риторический вопрос.
— Личные дела, — коротко бросил Дмитрий, напряженно вглядываясь в монитор.
— На нём маска, — констатировала я, пытаясь разглядеть лицо незнакомца.
— Лица совсем не видно, даже глаз, — подтвердил Озёра.
А тень тем временем выудила несколько папок из общей кипы Беликовских бумаг и, достав фотоаппарат, сделала снимки.
Я услышала, как Дмитрий зашипел сквозь зубы.
И вдруг тень дернулась, подняла голову и прислушалась. А затем стала спешно складывать папки, как попало, в ящики. Спустя несколько секунд черная фигура бросилась к стене и буквально слилась с темнотой.
А ещё через несколько секунд в кабинет ввалилась… я.
— О, Боже, — прошептала я, осознавая, в какой опасности, оказывается, находилась пару часов назад.
Тень, не шевелясь, наблюдала за мной из темноты.
А я, пьяно пошатываясь, хозяйничала в кабинете Беликова. Свалила несколько горшков с цветами, махнула на них рукой, улыбнулась, рассматривая фото семьи Дмитрия. А затем с широченной улыбкой продефилировала к дивану и, плюхнувшись на него, блаженно прикрыла глаза.
Прошло некоторое время. Тень отделилась от тьмы и подошла к дивану, где мирно спала я.
Внутри всё похолодело. Тень смотрела на меня и не шевелилась. А затем, будто хмыкнув, снова прошла к столу Беликова и достала ещё одну папку из ящика. На этот раз незнакомец сделал около 10 фото. А затем, убрав папку обратно, медленно прокрался к двери и вышел.
Слух уловил, как скрипнул зубами Беликов, а Крис тяжело вздохнул.
— Вызвать службу безопасности? — поинтересовался парень.
— Кто бы это ни был, он работал безупречно: маска, перчатки, капюшон и ботинки без протекторов. Мы ничего не найдем, — в голосе мужчины звенела сталь. — Лучше позвони плотнику. Пусть сегодня же сменит замки. Ключ должен быть только у меня.
— Я понял, — кивнул Озёра и сразу схватился за телефон.
Беликов же, постояв несколько секунд, молча вышел из каморки.
Залипнув в монитор, я не сразу поняла, что мой психолог исчез. А как увидела, то ринулась за ним.
Догнав Дмитрия у лифта, я влетела в кабину, чуть не зажатая закрывающимися дверьми.
Мужчина стоял ко мне боком. Глаза его прикрыты, лоб соприкасается с металлом кабинки. А на лице такая усталость, что у меня зачесались руки от желания обнять этого человека и успокоить. Я нутром чувствовала, что произошло что-то из ряда вон выходящее и очень скверное.
— Дмитрий, всё хорошо? — тихо спросила я, легко касаясь его плеча рукой.
Карие глаза распахнулись, а голова медленно повернулась в мою сторону.
— Ты хоть понимаешь, в какой опасности ты была этой ночью? — тихо, но твердо спросил он.
— Скорее да, чем нет, — нервно ответила я.
Но тут Беликов резко развернулся ко мне и схватил за плечи, неотрывно смотря мне в глаза.
— Неужели ты не понимаешь, что своим безрассудством заставляешь себя ходить по лезвию ножа? — сдавленно произнес он. — Ты хоть понимаешь, что один удар по твоей голове сегодняшней ночью, и с утра я увидел бы в кабинете твой хладный труп?!
— Я… я… — слов не нашлось.
Он прав. Чертовски прав! Если бы незнакомец решил меня устранить, то помощи ждать было не откуда.
Карие глаза гипнотизировали, а лицо Дмитрия выражало только одно…
— Ты беспокоишься обо мне, — выпалила я неожиданно.
Дмитрий моргнул, а затем медленно отстранился. А потом и его руки исчезли с моих плеч.
— Да, Роза, я беспокоюсь о тебе, — сказал, отворачиваясь.
— Почему? — шепотом произнесла я.
И пусть я уже знала, что не услышу того, чего желаю услышать. Но любое откровение от Беликова я считала крохотным шагом навстречу. Чему? Чему-то, чего мне катастрофически не хватает.
— Потому что… Я в ответе за тебя, — произнес он неуверенным голосом.
— Думаешь, приручил меня? — горько усмехнулась в ответ. — Поэтому и в ответе? Это вряд ли, Дмитрий.
— Просто не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое.
Пискнул лифт и открыл свои двери, выпуская нас наружу. Словно зомби, я вышла следом за моим психологом.
А его слова, наполненные заботой и нежностью, долго звучали в ушах.
И теперь я понимала, что мне это стопроцентно не показалось.
