We'll be together

— Хината, давай быстрее! — Кагеяма уже полностью готовый стоял у выхода из раздевалки, буравя рыжую макушку недовольным взглядом. — Да, сейчас, — разочарование от проигрыша Аобе Джосай поглотило с головой, и, казалось, все в мире расслоилось на непонятные звуки, краски и запахи. Шоё медленно складывал наколенники и грязную футболку в сумку, настолько было все равно. Когда Кагеяма попросил поторопиться во второй раз, но Хината лишь отмахнулся и сказал не ждать его. Выдержка у Тобио не железная, поэтому пнув дверной косяк он быстро зашагал прочь: проигрыш Ойкаве для него тоже тяжело переживался. Все-таки одинокая слеза смогла пробиться, хотя Шоё сдерживался, чтобы не заплакать. В глазах стояла влага. Он быстро поморгал, стер руками влажный след на щеке и опустился на скамейку, откидывая голову назад. Теперь его затылок соприкасался с холодной стеной. Посидев минут пять, Хината лениво встал на ноги и пошел к выходу еле волоча ноги. Хината шумно втянул воздух, когда понял что забрел не туда. Развернулся и таким же размеренным шагом пошел вдоль кабинетов, пока его не окликнули: — Эй, Хината-кун! — Шоё повернул голову. — Ива?.. — Хината слышал, как Ойкава называл его «Ива-чаном», но полного имени Шоё не знал, но и обращаться к парню подобным образом было неприлично, тем более он уже третьегодка, да еще и ас команды. Странно, что он вообще знал как зовут Хинату. — Иваизуми, — голос у него был полностью сформировавшимся, мужским; звучал твердо, но тем не менее, приятно. — Сан, — глупо продолжил за ним Шоё, добавив приставку к фамилии. — Можно просто Хаджиме. — А, да. Хорошо, Хаджиме… кун, — как Хината ни старался улыбнуться, кроме угрюмого выражения, лицо не выражало иных эмоций. — Ты заблудился здесь? — Шоё кивнул. Среди зданий, соединенных между собой коридорами, можно было зайти куда-то не туда, особенно если голова забита не нужными мыслями. — Я покажу тебе дорогу, — Иваизуми подошел к Хинате и теперь было видно, что он был выше Шоё на голову. Хината поднял голову, чтобы не прерывать зрительный контакт. Вот он, Хаджиме, обыгравший. Позволивший, обращаться к себе как к другу по непонятной причине. Хаджиме, стоящий теперь очень близко, заглядывающий в глаза, немного склонившийся к лицу Шоё. Можно было услышать запах Иваизуми. Хината бы подумал обо всем этом, мысли бы покатились градом на воспаленный мозг, а догадки заменяли одна другую быстрее, чем Шоё поймет, что стоит не шевелясь подозрительно долго. Хината дернулся и отпрянул, сделав шаг назад. Иваизуми встал рядом, а после пошел по витиевитым коридорам школы. Шоё держался неподалеку. — Ты отлично играл. Я поражен, — прервал тишину Хаджиме. — Спасибо, — голос Хинаты был бесстрастным. Абсолютно безучастным. Да и какая разница. — Ты тоже отлично играл, Хаджиме-кун. Иваизуми поправил волосы, проводя по ним пятерней: — Победа — не главное. Ты здорово сыграл. Уверен, ты станешь асом. — Да, спасибо, — все-таки легкая улыбка появилась на губах Хинаты. Вот и выход. Шоё, поблагодарив еще раз, коснулся ручки, но Иваизуми окликнул его: — Шоё-кун. — Да, Хаджиме? — настроение было до дикости паршивым, но рядом с Иваизуми было легче. — Может… Сходим куда-нибудь? — у Хаджиме покраснели кончики ушей. Хината выдохнул, будто из легких выбили весь воздух. — Свидание? — рука инстинктивно потянулась к губам. Дурная привычка. Всякий раз, когда Шоё смущается. — Нет! То есть… Да! — явно слишком много эмоций за день. Сначала волнение перед игрой, затем проигрыш Аоба Джосай, после разочарование в своих силах, а теперь ас решил его добить, предлагая провести время вместе. — Ты мне понравился, Шоё. Очень, — всем видом Иваизуми старался сохранять спокойствие, но спина взмокла от волнения, а румянец на щеках и сжатые в кулаки руки выдавали его. Хината сжал лямку спортивной сумки-почтальонки и сделал шаг к Хаджиме. И еще несколько. — Тогда сходим, только потом, — Шоё неловко улыбнулся и Иваизуми облегченно вздохнул, собираясь с силами чтобы надломить препятствие между ними. Хаджиме обнял Хинату. Одна рука лежала поверх лопаток, вторая была обвита вокруг талии. Шоё обнял в ответ, сцепив руки за широкой спиной Иваизуми. Настроение стало лучше даже несмотря на проигрыш. — Спасибо, Хаджиме.