Поцелуй Матери Ночи

      Мальвулис вышла из здания заброшенного склада. Поправила сапоги, в одном из которых был спрятан железный кинжал. Нужно было как-то уговорить капитана, этого бретонского болвана, остаться здесь подольше, иначе явно возникнут какие-нибудь сложности. Мальвулис не хотела сложностей. Она бы справилась с любой проблемой, но в таких ответственных делах лучше, чтобы всё проходило гладко.       Приблизившись к кораблю и осмотрев разные ящики, которые нужно будет перед отплытием загрузить на корабль, Мальвулис дёрнула щекой.        — Хей-хо, красавица Вейреста! Хей-хо, красавица моя! Увижу ль я тебя? Да, я тебя увижу! Хей-хо, красави…        — Эй! — окликнула певца Мальвулис и подошла поближе. — Надо ещё пару ящиков. Рядом со складом валяются лишние, притащи их сюда. — Данмерка оглядела череду ящиков. — Поставишь туда.        — Да, помощник Мальвулис, — кивнул тот и резво двинулся к складу. Вскоре два ящика стояли там, где и было сказано. Мальвулис, вновь окинув их критичным взглядом, ударила ногой один из них, самый большой. Крышка откинулась. Теперь было видно, что ящик пуст.

~

      Спустя несколько дней она сидела в «Солдатской удаче» и задумчиво смотрела на работу Россан. Та тщательно точила саблю, присматриваясь к клинку. Медленно, аккуратно. Мальвулис вздохнула и, усевшись на стул в углу, погрузилась в размышления.       Её раздражал Тюссо.       Не то чтобы он был абсолютным дерьмом как капитан, но уж она-то была явно лучше. Все их успешные высадки, вся последняя прибыль, все слухи о них, всё, чем они гордились — это была её заслуга. Тюссо всегда прислушивался к команде, хоть и не показывал этого, и почти всегда делал так, как хотела команда — до того, как на него начала влиять Мальвулис. Поэтому несколько человек из команды так злило, что к ним не так прислушиваются, как раньше, поэтому Мальвулис была столь непопулярна, поэтому некоторые открыто пытались выступать против неё... пока Тюссо не заткнул их. Это данмерку тоже злило. Она могла сама их заткнуть. И затыкала.       Да кто они такие?       Разве это они нашли карту с островом сокровищ? Разве это они привели корабль к тому острову? Разве они сами узнали о всех опасностях, какие их ждут? Разве это они догадались схватить Бланш Дюбуа, чтобы потребовать за неё выкуп? Они хотя бы знали, когда, где и на каком корабле будет проплывать эта девчонка? Или, может, они находили способы уговорить местные власти в Анвиле, чтобы пристать там к берегу? Нет, Дагон их возьми! Они ничего не делали!       Мальвулис поджала губы.       Тюссо слушался её. Иногда. Слава по-прежнему принадлежала ему, как капитану. И пока есть Тюссо, её так и не начнут слушаться по-настоящему. А её это совсем не устраивало. Они не использовали и десятой доли возможностей, которые были в их руках. Они могли стать самыми известными, самыми лихими пиратами в Тамриэле. Могли сделать так, чтобы люди дрожали, когда слышали их имена. О них бы писали книги, в их команду мечтали бы вступить другие пираты, рассказами о них пугали бы детей!..       Но они даже не двигались к этому.       Мальвулис знала, что станет капитаном, с того момента, как её нога ступила на борт «Марии Елены». Вопрос состоял лишь в том, когда. Потому что «Марии Елене» не нужен был капитан, который слушался всех подряд. Ей нужен был умелый капитан с отличным собачьим нюхом на добычу и жёсткой рукой. И Тюссо не подходил.        — Готово, — сказала Россан, положив саблю на прилавок. — Один золотой и пять серебряков.       Мальвулис молча бросила на прилавок монеты и, забрав саблю, вышла из магазина.

~

      Завтра утром «Мария Елена» должна была покинуть пределы Имперского города. Не потому даже, что Тюссо не согласился бы ещё тут остаться — заканчивался срок, на который им разрешили тут остановиться. Злоупотреблять гостеприимством имперских властей было… небезопасно. Как бы Мальвулис не досадовала, но наглеть не следовало.       Проследив за погрузкой ящиков, Первый помощник спустилась в трюм. Бен и Пузырь играли в кости, в процессе похлёбывая ром. Пройдя мимо них, Мальвулис двинулась к лестнице вниз, туда, где хранились ящики. Оказавшись там, данмерка осмотрелась.       Один из них был открытым. И пустым.       Мальвулис бросило в жар. Развернувшись на каблуках, она поднялась по лестнице и вернулась к Бену и Пузырю.        — Эй! — окликнула она, скрывая дрожь. Те обернулись и уставились на неё, ожидая, кажется, худшего. — Не напивайтесь, свиньи, — бросила, наконец, Мальвулис после долгой паузы. — Сегодня плохая погода, вы нужны мне трезвыми.        — Да для нас ром как вода, — беззаботно протянул Пузырь, усмехаясь. В его рту не хватало нескольких зубов.       Мальвулис промолчала и отошла от них, пробормотав несколько ругательств себе под нос. Со стороны лестницы отходили Джонас и Рогнар, оба недовольные, словно только что спорили. Взглянув на них, Мальвулис проследила, как они оба разошлись в разные стороны, постояла с минутку неподвижно, размышляя. И когда хотела уже сдвинуться с места, увидела, как на стене мелькнула странная тень. Со стороны каюты Джонаса.       Но тень вовсе не была похожа на Джонаса.       Мальвулис замерла на месте, когда из-за угла показалась часть капюшона. Первый помощник, зная наизусть, какие доски скрипят, тихо сделала несколько шагов — и оказалась нос к носу с человеком в тёмных доспехах, почти сливавшихся с тенью тёмного закутка трюма.       Мальвулис не издала и звука, внимательно всматривалась в имперское смугловатое лицо с зелёными глазами. Тот тоже застыл, явно не понимая, почему ещё жив. Одна рука лежала на эфесе короткого меча, прикреплённого к поясу, другая была сжата в кулак, как бывало у магов, когда они накапливали энергию для заклинания.       Первый помощник осмотрелась и, убедившись, что её никто не видит, прижала палец к губам. После кивнула головой вправо, затем указала взглядом наверх. Имперец еле заметно кивнул в знак понимания. Мальвулис развернулась и быстро ушла прочь.

~

       — Так, может, это вы, первый помощничек? — бросил Джонас.        — Это мог быть кто угодно из команды, — отрезала Мальвулис, — но это ни один из нас. А если ты ещё раз откроешь пасть без разрешения, я отрежу тебе язык.        — Кто это мог сделать? — озадаченно произнёс Бен, почёсывая шею. Первый помощник обвела всех внимательным взглядом, давая настояться в воздухе напряжению, и только потом сказала:        — А вы как думаете? Кто быстр и смертоносен? Кто сливается с тенью и наносит удар, когда его не ждут? Кто всегда настигает свою жертву, даже если это капитан на собственном корабле, окружённый бездной преданных пиратов?        — Тёмное Братство, — сплюнул Рогнар. — Чтоб их, шельмы…       Мальвулис кивнула.        — Осмелюсь напомнить вам об одной восьмилетней девочке, до которой некоторые из вас посмели… дотронуться, ослушавшись моего приказа. — Первый помощник зло сверкнула глазами. — Бланш Дюбуа и её семья никогда бы нас больше не побеспокоили, верни мы девчонку за заявленные деньги целёхонькой и с куколкой в руках. Но некоторые из нашей команды просто не понимают приказов. За любое последующее непослушание вы, собаки, будете отправлены за борт!        — Какого Дагона ты тут распоряжаешься? Или ты уже вознамерилась новым капитаном заделаться, а? — Джонас развёл руками. — Чего это мы должны тебя слушаться?       — Заткнись, — негромко бросил Рогнар. — Заткнись, Джонас.        — Так, может, ты хочешь стать капитаном? — рявкнула Мальвулис. — Может, это ты сдержался и не тронул маленькую Дюбуа? Или, может, ты знал, где её искать и предложил идею с выкупом? Хочешь сказать, что это не из-за тебя мы недавно чуть не разбились вдребезги? Или из-за тебя мы так обогатились за последние месяцы? — Данмерка вытащила шпагу. — Ты член старой команды и старого состава, Джонас, только поэтому я до сих пор тебя терпела. Это последнее предупреждение. — Она сделала шаг вперёд. — Может, кто-то из вас, псов, хочет занять каюту Тюссо? Тогда попробуйте оспорить моё право на неё!       В её душе пылала ярость, эмоции переполняли её, но рука, державшая шпагу, была твёрдой. Молчание и явное нежелание связываться с Первым помощником придало ей ещё большей уверенности. Мальвулис гордо подбоченилась.        — Какие будут указания, капитан? — ухмыльнулся Рогнар, расслабленно облокачиваясь на стоявшую рядом деревянную бочку.       Раздался женский визг. Мальвулис обернулась. Из старого заброшенного склада выскочила женщина и, подбирая юбки, бросилась к ближайшему стражнику. Первый помощник медленно обернулась. Она точно знала, что там был собранный по костям скелет в окружении десяти потухших несколько дней назад свечей. Что там лежало человеческое сердце. Что где-то в Румаре сейчас плавает выброшенная прочь книга «Поцелуй, милая Матушка».        — Команда, — произнесла Мальвулис, вздёрнув подбородок, — мы отплываем.