Все тайное всегда становится явным - звезды укажут истинный путь.

— Я не хочу оставаться плодом воображения этого чокнутого психа! — завизжала Хлоя, тряся за плечо отца — полтергейсты могли чувствовать движения друг друга, — папочка, быстро сделай что-нибудь! — А мы уже, — мэр вздохнул, — доделались! Так что я сделать ничего не смогу. — Как это?! — изумилась Хлоя, даже слегка отлетев. — А вот так. У меня больше нет возможностей. Меня видит лишь этот чокнутый идиот и девчонка. Никто из них мне не поможет. Хлоя зависла в воздухе и зарыдала. От ее голоса на земле вновь зашевелилась Маринетт и простонала: — Это кошмарный сон? Я сплю, верно? Никто ей не ответил. Девушка схватилась за виски, пытаясь выгнать из головы пульсирующую боль. — Что он мне вколол? Черт… — девушка попыталась приподняться на локтях, но руки ее не слушались. Тело было практически парализовано. — Вы же знаете, что он со мной сделал… — прошептала она, прикрыв глаза. — Маринетт Дюпен-Чен. Хватит стонать. Раздражаешь. — Хлоя Буржуа, — усмехнулась, морщась от боли, Маринетт, — вот и познакомились. — Ненавижу тебя, — вытаращила и без того огромные глазенки превратившаяся в полупрозрачный пунцовый помидор блондинка. — Ненавижу! — Взаимно, — буркнула брюнетка, пытаясь повернуться так, чтобы не болели натертые жестким и шершавым жгутом запястья. Даже через веревку поступала кровь. — Маринетт, — вдруг голосок Хлои приобрел тот смазливый окрас, с помощью которого она общалась с Адрианом. — Ты ведь можешь мне помочь? Помоги… Прошу. — Ушам не верю, — наконец приняла удобную позу брюнетка, отвернувшись к стене, — Хлоя Буржуа просит? Блондинка надула губки и попыталась отвернуться, но не получалось — мешала установленная Габриэлем невидимая стена. — Ничем не могу помочь, — добавила вдруг Маринетт, — при всем желании, которое напрочь отсутствует. Я, вероятно, покину этот мир через пару часов. — Она покрутила на пальце подарок Адриана и вздохнула, — вероятно, это лучшее Рождество в моей жизни, — саркастически усмехнулась девушка и сняла кольцо. Внутри была гравировка, которую Маринетт раньше не заметила. МА. Маринетт-Адриан? Нет, тут что-то другое… Когда девушка догадалась, из ее глаза выкатилась слезинка. Маринетт Агрест. Этого никогда не случится в реальности. Лишь в её мечтах и грёзах. Она смахнула слезинку и надела кольцо на палец. Да, вероятно, скоро душа Маринетт покинет бренное тело и присоединится к предкам. К мастеру Фу. Она соскучилась по этому добродушному старичку-целителю. Апатия накрыла девушку с ног до головы. Ей было все равно, что будет дальше — её не сломали, нет, она просто… Смирилась и готова принять свою участь. Внезапно она вспомнила, как мастер исцелял Адриана от проклятия Акумы. Улыбнулась. Из глаз градинами посыпались слезы, но улыбка не сходила с лица девушки. Пусть Адриан живет. Он не должен попасться в руки безумцу-Бражнику. Но Маринетт знала Адриана лучше, чем кто-либо другой. Он точно придет. И она его прогонит. Такая жизнь закалила девушку. Маринетт выдержит любые пытки. Примет любую смерть, но злодей не дождется своего. — Прости, Тикки, — с новой порцией слез чуть слышно прошептала девушка. Дрожащими руками девушка вынула из ушей серьги и сунула в карман. Он не должен их заполучить. Хотя бы не сразу. Безумие. Спустя некоторое время Маринетт отошла во власть Морфея.

***

Адриан сидел на поваленном дереве и пытался понять, каким образом можно вызволить девушку из логова Бражника. Она там уже почти сутки… Только от этой мысли холодело все внутри. Что он может ей сделать? Да все что угодно. На то он и Бражник. Моль-псих. — Адриан, — из кармана куртки вылез продрогший Плагг, — мне нужно что-нибудь… принять внутрь. Съесть. Я понимаю, я не вовремя, но я, возможно, в дальнейшем просто не смогу тебя трансформировать. — Ладно, — вздохнул блондин, — Нат, — позвал он рыжего, который уже битый час безуспешно пытался разжечь костер, — брось дрова, я разведу огонь, умею. Найди лучше какой-нибудь еды. Натаниэль повел плечом и кивнул. Его квами был еще сыт, поэтому он смог трансформироваться и запрыгнул на недалеко растущую сосну. — Не суйся к Бражнику, — крикнул он вслед Натаниэлю, отчетлив осознавая, что если бы он сейчас был на его месте, то непременно бы ослушался. Парень обернулся и подошел к разбросанным Натаниэлем палочкам и склонился над ними. — Тикки? Плагг, где Тикки? Котенок помотал головой. — Не видел. — Черт! Ты понимаешь, что это значит?! — Он забрал серьги… — прошептал Плагг, вытаращив глаза. — Ему же камни чудес нужны для ритуала. — Именно, — Адриан разжег огонь и бросил, — надо к ней. Плагг полетел, перегородив ему путь. — Ты не сделаешь ничего без трансформации. Я в данный момент ничем помочь не могу. — Сокрушенно вздохнул котенок. Будем надеяться на Черепаху. — Нет! — закричал блондин и упал в снег. Он не чувствовал холода или голода. Все его существо превратилось в огромный пучок нервов. Пальцы дрожали. Лицо посерело. Он не собирается просто так её отпустить. Найдёт где угодно, сделает все, отдаст свою жизнь — но хоть когда-нибудь он должен снова увидеть Маринетт и её счастливую улыбку. Он застонал и закрыл глаза. Нет, только не так. Все было слишком хорошо только вчерашним утром. Счастливого Рождества, Адриан Агрест.

***

Маринетт проснулась от окутавшего её тепла. Боль во всем теле испарилась, будто секунду назад её не было и жестокие кошмары не терзали душу и разум девушки. Она открыла глаза. Зелёная сочная трава. Маринетт приподнялась на локтях. Её взору предстала залитая солнцем долина, окружённая горами. Ещё секунду помедлив, девушка встала. Слабости нет. Она улыбнулась. Услышала крик сзади. — Маринетт? Вздрогнула. Это очередной сон. — Маринетт. Обернись. Девушка послушно обернулась. За её спиной стоял… Адриан?! — Это сон? — Почти. Брюнетка бегом бросилась к парню на шею. Крепко обняла его, чувствуя близость каждой клеточкой тела. — Я думала, мы больше никогда не увидимся. — Не смей так говорить, — покачала головой парень и провёл пальцем по скуле девушки, — я тебя люблю. Поцелуй. — И я тебя. Мягкие, такие манящие губы. Адриан не выдерживает и снова притягивает её к себе. — Почему я тебя вижу? Почему все настолько реально? — Мне кажется, это что-то вроде погружения. — Телепатия? — Не исключено. — Ты же не рванул к логову Бражника искать меня? — Нет, что ты, — улыбнулся парень. — Мы не у самого логова. — Зачем?! Он же тебя убьет! — Не сможет. Нас двое. — Ты слишком самоуверен. — Я просто трезво смотрю на вещи. Маринетт серьезно посмотрела на него. — А что, если я умерла? И эта встреча последняя? — Нет, — прошептал он, — чушь. — Он что-то мне вколол. — Для ритуала нужны мы оба. Зачем ты сняла серьги? — он дотронулся до её уха. По телу Маринетт табуном пробежались мурашки. — Чтобы они не сразу достались этому чокнутому. — Если это все правда, то нам нужно продумать план действий. — Я не знаю. Хотя нет, — Маринетт села на зеленую траву. К ней подошла одна из пасущихся неподалёку лошадей. — Беги. Беги от этого ненормального как можно дальше. Его ритуал не свершится, ты останешься жив. Обо мне забудь. — Маринетт, — он сел рядом с ней и взял её ладони в свои. Сжал. — Ты думаешь, что все те слова, что я тебе говорил — пустой, ничего не значащий звук? Ты ошибаешься. Я никогда не брошу тебя и вытащу тебя оттуда любой ценой. — Эта цена чересчур высока. — Плевать. Она положила голову ему на плечо. — Это конец. — Не падай духом, — Адриан поправил выбившуюся из-за уха прядку иссиня-чёрных волос. — Шанс есть всегда. — Не наш случай. — Чушь, — повторил он. — Не сдавайся ему. Ты сильная. И, если ничего не случится, то когда мы вернёмся в Париж, ты сразу же станешь мадам Агрест. — Боюсь, это лишь наши с тобой мечты, — грустно смехнулась девушка и перехватила руки парня. Приложила к губам. — Тише, — он опять погладил её по волосам. — Я тебя вытащу. Обещаю. Но для этого нам нужен план. — Импровизация не прокатит, — согласилась Маринетт. — Кстати, знаешь, кто стал тенями Бражника? — Адриан отрицательно помотал головой, — Хлоя, Буржуа и Дамокль. Ты можешь в это поверить? — С трудом. Но мне на них наплевать. — Они сведут меня с ума. Так что там с планом? — Потерпи. Осталось совсем недолго, — он крепко обнял ее. — У нас, скорее всего, мало времени. Надо поторопиться. — Хорошо. Насколько я поняла, в доме только один вход, но много окон. Придумав план действий, Адриан рассказал его Маринетт и потянул ее за собой. Девушка не поняла, чего он от нее хочет, но когда он закинул ее на лошадь. — Черт, что ты делаешь? Вместо ответа он поднял голову лошади и побежал вперед. Животное встрепенулось и последовало за парнем. Маринетт мертвой хваткой вцепилась в длинную мягкую гриву и напрягла ноги. — Адриа-а-а-ан, мне страшно! — Не бойся! — с озорной улыбкой обернулся он, продолжив бежать. — Расслабься. Почувствуй свободу! Маринетт выдохнула. Она закрыла глаза и услышала топот копыт, шум пульса в ушах и шелест ветра. Он обдувал ее лицо и путался в волосах. Лошадь была теплой и мягкой. Маринетт провела рукой по крутой шее. Запустила пальцы в короткую густую шерсть. — Как хорошо… — выдохнула она. Конь остановился. Маринетт не удержалась и соскользнула набок. Зажмурилась и сгруппировалась, но очнулась в руках у Адриана. Открыла глаза и увидела такие знакомые любимые черты. — Я тебя люблю… — прошептала она и запечатлела на его губах последний поцелуй. И провалилась в темноту, очнувшись на холодном жестком полу, окруженная тенями.