Повести о сексуальных теоретиках

Set It Off - I'll Sleep When I'm Dead

      Илья почти что с самого детства рос один. Никому не нужный, забитый, зашуганный паренёк в обычном провинциальном городке. Маленький человечек в огромном царстве зла, ненависти и полного отсутствия даже намёка на такое непривычное и незнакомое слово "любовь". Не сказать, что в поведении парня были заметны какие-то особые изменения – нет, он выглядел и вел себя как обычный ребёнок, затем подросток и, в конце концов, как взрослый человек. Но замечали не люди, а Кравцов. Считая себя шизофреником, он видел то, что обычно ни один взрослый, да и вообще здравомыслящий человек не мог видеть: и дело даже не в шорохах, тенях и всяких иных страшных вещах, как в типичных ужастиках. Нет, все заходило куда дальше.       Впервые парень столкнулся с иным в восемь лет. Школа, туалет, достаточно большое зеркало, которое в подобном месте чуть ли не было достоянием всей мужской половины школы. У них не часто делали ремонт, поэтому приходилось довольствоваться малым, тем что было, так сказать. Поэтому каждое нововведение в привычную инфраструктуру школы было настоящим праздником. Будь то новые занавески в каждом классе или потрёпанные маты в спортивный зал – это было частичкой чего-то нового в жизни учеников и учителей.       Пареньку стало немного плохо, отчего тот стоял над раковиной, буквально сдерживая частные, почти ежесекундные рвотные позывы. Живот неимоверно крутило, и Илья часто дышал и обнимал именно эту часть тела, надеясь, что скоро это все пройдет, надеясь, что не умрет от болевого шока. Взгляд незаметно метнулся к зеркалу. Этому злосчастному зеркалу… И брюнет сразу же заметил насколько сейчас тот не похож на самого себя. Впалые щёки, несмотря на небольшой лишний вес были очень сильно заметны, парочка синяков у скулы и веком, темные круги под глазами делали брюнета скорее каким-то зомби, чем учеником, да и вообще человеком. А неестественно алые глаза выражали совсем не боль, а какую-то ненависть, злость и сочились полным осознанием, будто понимали, что взгляд, улыбка, движения рук и ног, отнюдь, уже не принадлежат парню полностью. Совсем не принадлежат. А вскоре и вовсе стало ясно, что в зеркале отражается отнюдь не Кравцов.       Илья отшатнулся от зеркала, забыв о боли, которая теперь отголосками заставляла его вздрагивать. Взгляд был направлен в сторону зеркала, туда, откуда на него смотрело почти его собственное отражение, но будто самостоятельный персонаж. Будто то было не зеркало, а просто на него смотрит кто-то более жуткий и устрашающий. Мальчишка казался иллюзией, но стоило брюнету зажмуриться, как иллюзия стало еще живее, вытягиваясь в полный рост наравне с мальчиком и совсем «вылезая» из зеркала. Широкие зрачки смотрели на Илью хладнокровно, заставляя того осознать всю сумбурность и ужас происходящей ситуации. Нет, это все было не взаправду. У него помутнение, просто недомогание. Закрыв глаза вновь, брюнет оперся на стену и съехал вниз, бормоча про себя то, что приходило на ум, пока не почувствовал дыхание на макушке, отчего тут же подскочил и пулей выскочил из туалета.       После этого прошел год, посвященный реабилитации и частым походам к психологам. Илья стал замкнутым, перестал ходить в школу, отчего новым родителям-таки пришлось перевести своего ребенка на домашнее обучение, а после и завесить все зеркала во многих комнатах, по его же просьбе. А в общественных местах и парень и вовсе избегал их, все еще проматывая в голове тот самый день, тот самый момент. Тогда он сказал о произошедшем первому попавшемуся учителю, но когда они вернулись, то там, как и ожидалось, было пусто. И Кравцова реально колотило. Колотило пару дней, потому что то, что видел его взгляд было таким реальным…самым реальным, что происходило за всю его жизнь. А эти глаза – словно бы этот мальчик, почти похожий на него, был его темной версией, злой, необузданной, дикой. И он действительно вселял страх, особенно в еще даже не взрослого пацана. И теперь напоминанием о той встречи у Ильи оставались лишь пара седых волос на макушке. Там, где мальчишка отчетливо ощущал дыхание призрачного мальчика.       Вторая «встреча» произошла, когда парень повзрослел, и когда тот постепенно отходил от произошедшего. Черт возьми, ему уже шестнадцать, гормоны вовсю играли как ни крути, как ни пытайся сопротивляться этому. Илья снова учился как нормальный человек, в последние дни обращая внимание по большей части на представительниц женского пола, ощущая себя более уверенно. Он подрос, стал выглядеть более взрослым. Волосы посветлели и стали больше темно русого оттенка с переливами на тот же карий, что и был у него раньше. Соответственно, он пользовался каким-то нередким вниманием девушек, и вот она удача! Ему ответила взаимностью одна из милейших девчонок класса. И, казалось бы, что может пойти не так?       Отношения развились быстро, и вот парень на первом в жизни свидании. Как истинный романтик, он решил, что самым лучшим решением будет прогулка по берегу небольшого пруда, и не прогадал. Дама была счастлива, да и горд собой. Пока не заметил что-то вдалеке озера. То ли размытое пятно, то ли словно облако на чистом фоне. И самое странное – у этого нечто не было отражения в воде. Отчего парень ненадолго отвлекся от радушного разговора с девушкой и указал пальцем вдаль, всматриваясь и замечая, как пятно начинает видоизменяться, тут же замирая и напрягаясь. Не услышав ответа, он с ужасом увидел, как проявляются знакомые черты лица и тот самый взгляд, но на этот раз его копия была такой же взрослой, как и он сам, да и злости в нем виднелось поменьше. Скорее это была насмешка над ним самим. Силуэт приблизился, и парень отшатнулся, вызывая полный удивления взгляд со стороны, но уже полностью наплевав на все это. Разум затих, давая волю только инстинктам, который буквально сиреной вопили бежать подальше. Мерещится ему это опять или нет, но он буквально не выдержит этого. Этого взгляда и усмешки. Его будто живьем закапывают под землю, да еще и посмеиваются над глупостью. Нет, он это не выдержит. Он и так сходит с ума из-за этого треклятого существа, которого видит лишь он! Почему?! «Неужели ты еще не понял, Илья? Я и есть ты.»       Почему-то именно это услышал парень первым делом услышал, когда прибежал домой. Он и не помнил, как убежал с того места, не слышал удивленные крики своей спутницы. Ничего... В голове образовалась пустота, которую заполонил голос, более хриплый, грубый и пропитанный той самой ненавистной насмешкой. И владелец голоса так же каким-то невиданным образом уже был в комнате, то ли сидя, то ли просто летая вокруг кровати брюнета, что вызвало мимолетный испуг, а затем дрожь по телу. У него глюки…Он…Он сумасшедший? — Все люди отчасти сумасшедшие, а ты просто особенный, — рассмеялся фантом, приближаясь к застывшему на месте парню, наклоняя голову на бок и внимательно рассматривая его. Сам же Кравцов совсем не понимал, что с ним. Почему он видит что-то…подобное? Что вообще здесь происходит? — Признаться честно, я даже жалею, что являюсь лишь ёбаной личностью или попросту плодом твоего больного воображения, иначе бы давно вмазал по твоему плаксивому ебалу. Какого хрена ты ныл все эти года?! На тебя противно было глядеть. Зеркала завесил, как будто я призрак какой-то или демон. Убедиться во всей ситуации ебучих мозгов не хватило?! — раздражение уже не так испугало Илью. Скорее, он даже немного понял, насколько глупо смотрелся со всей этой паникой и страхом. Но подождите, этот…некто сказал, что он лишь личность? — К-кто ты? — дрожащий голос парня все равно присутствовал, отчего двойник обнажил зубы, опускаясь ногами на пол как обычный человек и даже становясь менее прозрачным. Даже то самое дыхание, которое брюнет когда-то ощутил в детстве осталось прежним. Алый взгляд уже не отталкивал, а притягивал к себе, отчего Илья даже забыл отойти, когда та самая «личность» приблизилась к нему ближе, хмурясь, но никак не действуя. Только сейчас Кравцов и заметил заметную разницу между ними. Если Илья был худеньким, с достаточно милой внешностью, то вот незнакомец был его полной противоположностью. На лице красовались те самые синяки, будто они у него вечны, - хотя кто знает, - светлые, почти что белые волосы, острые скулы и такой же колючий взгляд. Фантом казался суровым, но при том факте, что они одного биологического возраста, если это таковым можно было бы назвать, делало эту личность еще интереснее. — Кто я? А вот это, Илюша, — тихо засмеявшись, блондин достаточно материальными руками притянул к себе трусливого Илью, склонившись к его уху, — Интересный вопрос.       Прикусив ухо, фантом тут же почувствовал, как паренек в его руках трепыхнулся. Словно бабочка в банке. Пойманный и загнанный в угол собственной фантазией. Поехавший мальчишка со своим единственным тараканом в голове. Но каким тараканом! Тараканищем! Может, это даже будет весело. С возрастом как раздвоенная личность он полностью изучил повадки Ильи, смог узнать все его слабости, все желания и страхи. Боже, да он мог сделать с этим мальчишкой все что душе угодно. Да и кого будет волновать, с кем тот переспит? Пусть и сам факт немного казался странным. Но разве это важно. — Как я уже говорил, я – это почти ты. Почти. Вот ты знаешь интересный факт? — не отпуская испуганно дрожащего Илью, произнес фантом, проводя губами по ушной раковине, вызывая самые что ни на есть странные ощущения. Илья бы никогда не подумал, что от хриплого, томного и грубого баритона по телу пройдут мурашки табуном, а нервные импульсы начнут так яростно проходить по его телу, — Вот ты знал, что почти с рождения ты был…ну ненормальным? Хах! Конечно не знал! Но эта херня, то есть, я, была с тобой всегда. Проще говоря, Илья, у тебя ярко выраженное раздвоение личности и оно с каждым годом, да черт с ним, с каждым днём обострялось и обостряется по сей день. Ты видишь меня, но больше меня никто не способен видеть. Но знаешь, это даже здорово, что ты никому обо мне не рассказывал. Все эти лечения мало ли что дали бы тебе. Я сформировался как невидимка, но со временем погляди, — блондин указал на себя и коснулся пальцами шеи парня, надавливая на какие-то точки, вызывая ожидаемую реакцию у своей первой личности, — Я могу функционировать как обычный человек. Жаль, что лишь с тобой. Но разве это плохо? — прикусив собственную губу, парень прижал слабенького Илью к стене, пальцами пробираясь под его легкую футболку свободной рукой, очерчивая плоский живот. — Чт-то ты творишь?! — Илья жалко выглядел, когда попытался оттолкнуть и даже выскользнуть из того места, куда его зажали. Он и так теперь знает, что ненормальный, так еще его вторая личность пристает к нему, что делало и так не очень нормальную ситуацию еще более абсурдной. — Илюша, Илюша, тебе же это должно нравиться. Не забывай, с кем имеешь дело. Тебя очень просто завести. А еще, — Андрей снов приблизился к уху парня, обдавая его теплых дыханием, вызывая знакомую дрожь по телу, — У тебя огроооомный фетиш на голоса.       Илья замер, опуская взгляд вниз. Да, у него имелись подобные заскоки. Он не считал себя геем, но почему-то от тяжелых, хриплых, достаточно взрослых голосов он возбуждался словно по команде. Бредил, стоило какому-нибудь радио- или телеведущему заговорить голосом, который для Кравцова казался чуть ли не божественным. Женские голоса, отнюдь, в отличие от внешности, никак не привлекали паренька, так что приходилось ограничивать себя в подобном личном деле. — Эт-то не так! — Предлагаешь мне проверить это на деле? — Илья кротко вздохнул, с тяжким трудом подавив в себе протяжный стон. Блять, как? Как у этого фантома оказался такой прекрасный, ошеломляющий и до дрожи хриплый, отчего сердце неспроста начало бешено биться, — Не боишься проиграть?       «Я уже проиграл» так и не вырвалось из парня, когда он понял, что все же простонал, не выдержав того напряжения в штанах, слишком уж вызывающим был голос у блондина, слишком пошло касались его губы ушной раковины, прикусив ее только один раз, но вызвав эмоцию похлеще чем было до этого. Черт, почему все происходит именно с ним? — Хорошо держишься, Илюша, — хрипло рассмеялся фантом, и Кул начал понимать, что даже от смеха он готов кончить в сию же минуту. Стиснув зубы, он что-то скулил, боясь даже руками прикоснуться к себе, боясь, что вот сейчас фантом исчезнет, и голоса в его голове, такого завораживающего не будет больше. Но судя по настрою призрачного блондина, тот собирался довести дело до конца. А был ли Кравцов против? Отнюдь.       От того, насколько он быстро кончил, Илья покачнулся, понимая, что и его призрачное недоразумение уже успело исчезнуть. Тело дрожало как при ознобе, а по телу каждую секунду шли разряды, которые прекратились только спустя пару минут, и когда Кравцов смог нормально осесть на пол, скуля и тяжело дыша. По лбу шли ручейки пота, будто бы весь акт шел чуть ли не час или два. Какого..? — Неплохая выдержка, — над самым ухом усмешливо проговорил фантом, усмехаясь и внимательно глядя на брюнета алыми глазами, — Захочешь повторить – зови, малыш. Мой голос всегда для тебя.       Кажется, его жизнь становится все интереснее и интереснее. В плохую ли сторону? Отнюдь.