Отцы и дети

Помните часть, где Хейтем и Коннор гнались за Черчем? Все нижеописанное происходило примерно в это время. - Что значит, у тебя есть корабль? Откуда? - Хейтем удивленно воззрился на сына. - Это значит, что у меня есть корабль, - не без гордости в голосе спокойно ответствовал Коннор, складывая руки на груди, - а вот откуда он у меня - не твоя забота. - Надеюсь, ты ничего не путаешь. - Пробурчал Кеннуэй-старший, - и то, что в твоем понимании зовется кораблем, на самом деле им является.

***

- И все же, ты ошибся, - Хейтем категорично осматривал Аквилу, - эта развалюха определенно не имеет право носить гордое имя корабля. - Эй! Кто там посмел назвать мою малышку развалюхой? - человек, от которого разило перегаром как от пивоварни, покачиваясь, продвигался в сторону тамплиера, - знаете ли, мистер, эта "развалюха" самое быстрое судно во всем Атлантическом океане! Задержав дыхание, чтобы не вдыхать пары алкоголя, идущие от человека, Хейтем еще раз осмотрел "самое быстрое судно" и в отчаянии представил, каковы же тогда обычные. - Да ладно тебе, - подбодрил его Коннор, - эта посудина в самом деле очень резвая. - Ладно, поверю тебе на слово. Этому пропойце я что-то не очень доверяю. - Его зовут Роберт Фолкнер. - Я учту, - Хейтем проводил взглядом скрывшегося в кустах нового знакомого, который теперь пытался оттуда выползти. По-другому не скажешь. - Мистер Фолкнер, - дождавшись, когда тот, наконец, встанет на свои три(Роберт оперся на стоящую рядом и не вызывающую сильного доверия березку), Коннор произнес, - нам нужна Аквила. Дело очень важное. Чем скорее вы протрезвеете, тем лучше. Фолкнер, который скинул весь свой вес на бедное дерево, уже валялся на земле, ибо березка была весьма хилой. Коннор помог ему встать, правда одной рукой, так как второй он закрывал нос. - Мистер Фолкнер, - повторяя жест сына в отношении носа, Хейтем подошел к ним поближе, - видите ли, я не очень ему доверяю, - кивнул на Коннора, тот возмутился, - вы не могли бы взять контроль над кораблем в свои руки? Глядя на то, как Роберт являет миру все, что съел за последние три часа, тамплиер понял, что придется доверить штурвал сыну. - Ладно, Коннор, твоя взяла, - сдался он, направляясь по трапу на борт корабля, - Только постарайся нас не угробить. Я все еще хочу поиграть с внучатами... И смотри под ноги, а то на ровном месте запинаешься. Решив проигнорировать по его мнению риторический вопрос, молодой капитан Аквилы поднялся вслед за отцом.