Еще четыре пешки
1 августа 2016 г., 00:33
Шерлок покачал головой, закрыл и резко открыл глаза, словно пытаясь прогнать наваждение.
Тщетно. Доска никак не хотела исчезать, растворяться или, хотя бы, размыть очертания. Все было реально настолько, что Шерлок даже почувствовал запах старой библиотеки, пыли и книжных страниц.
Шерлок осмотрел свои чертоги: пока, все было на месте, и снова с вниманием воззрился на шахматную доску. К его удивлению, расположение фигур изменилось.
На стороне Шерлока появилась странная, дымчатая пешка, а одна из серых, была сломлена на пополам и медленно исчезала с доски. Шерлок посмотрел на фигурку Черного Короля. Сейчас он стоял на клетке Е2, и, будто с вызовом, взирал на побледневшие серые пешки. Но вот что странно — на гладкой, полированной поверхности появились три трещины, и по внешнему виду были достаточно глубоки.
— Привет, — Холмс почувствовал, как, наклонив голову в бок, с любопытством воззрился на него противник, — Не думал, что ты так скоро догадаешься.
Шерлок поднял глаза на Одо и обмер: перед ним сидела… женщина.
— Меняешь обличия. Умно, умно… — устало проговорил Шерлок, прижимая пальцы к переносице.
Хотя, это было вполне логично, ведь Одо не раз повторял, что у него нет тела. Стало быть, он перемещается из тела в тело, чтобы Шерлок мог его видеть. Ведь играть с тем, кого видишь, намного легче, чем играть против… пустого кресла. Одиночество нельзя увидеть или потрогать. Только он имеет такую привилегию. Да способен так ухватить, что воздуха у тебя в горле станет в два раза меньше, а холода в душе — в тысячу раз больше. Некоторые называют это состояние депрессией.
Кто-то справляется, кто-то нет.
— Я не люблю тех, кто быстро сдается. С ними играть не интересно. Они такие слабые, как плохие игроки, которые не то что мыслить, блефовать — то не умеют, — поморщилась женщина, а потом с безумным видом посмотрела на Шерлока, оскалив зубы, — Как тебе мое новое воплощение? Я знаю, что ты не очень привык к женскому обществу…
Шерлок даже не шелохнулся, а просто вперился глазами в сидящую напротив девушку. Но смотрел он не на нее, а словно сквозь.
Мозг Холмса работал, воспринимал информацию, перерабатывал и складывал по полкам. А Одо ждал ответ.
Так они молчали еще минуты две, а после Одиночество прочистил горло.
— М? — хмыкнул Шерлок, подняв недовольный взгляд.
— Как ты относишься к женскому обществу?
— Равнодушно, — сухо ответил Шерлок, осматривая новое обличие.
— Это называется «сосуд». Обличие это то, что пишут фантасты в своих книженциях. Кстати, хреновых книженциях. То что они описывают, даже на дюйм не смахивает на то, что есть на самом деле… Что же ты так смотришь? Ах да! Новое тело! Хочешь рассмотреть получше?
Женщина торопливо встала из-за стола и отошла так, чтобы ее с легкостью можно было рассмотреть во всей красе.
Женщина была самой что ни на есть обычной. Обычное лицо, обычные волосы, схваченные в хвост, которые в таком состоянии свешивались через плечо. Одета она была в брючный костюм, состоявший из широких брюк и жилетки, под которой красовалась закатанная до локтя черная рубашка. В целом — ничего примечательного. Только глаза у нее остались от Одо — серые, стеклянные, с живыми нитями, которые выплясывали свой живой танец.
— И как ты получаешь сосуды? — посмотрел на него Шерлок, пока тот кружился вокруг своей оси.
— Как умрет, так и получу. У меня неплохой выбор. Вот минуту назад умер один симпатичный писатель-гей. Хм, он очень даже ничего. Кудрявенький блондинчик. Оу, — он обиженно хлопнул руками, — Он себе вскрыл вены вдоль. Неприятно… Понимаешь ли, Шерлок, я получаю «сосуды» такими, какими они были на момент смерти. То есть если кто-то захочет сбросится с крыши, то сосуд, понятное дело, будет… непривлекательным. Потому я предпочитаю тех, кто травится или умирает от передоза. Вот как Райли. Смотри, — он продемонстрировал исколотые локти, — Или висельников. Конечно, следы иногда остаются на шее, но я легко их прячу платочком. Я такой стиляга, терпеть не могу искореженных тел…
— Райли? — посмотрел на него Шерлок. Странно, но мысль о «щегольствах» Одо его совсем не пугали. Детектив видел, что он ведет себя как малое дите, безумец, а в его голове (если она конечно у него есть), такие планы свершаются, что ни Гитлер, ни Наполеон о таком и не мечтали.
— Молоденькая порно-актриса. Славянская наружность, хотя сама из Италии. Кстати, умерла в Китае. Такие пользуются у них спросом, — с беззаботностью сообщил Одо, — Ну посмотри же. Ну да, в таком виде она скорее похожа на деловую леди, но видел бы ты бельишко, которое сейчас на ней надето. Охо-хо, я прям немного… воспылал, — усмехнулась девушка, переглядывая через плечо, бесстыдно уставившись на свою же задницу, — Слушай, а ведь у меня ниче так попка. Не хочешь пожамкать?
— Не интересует, — поморщился Шерлок, а девушка расстроено всплеснула руками.
— Ну в следующий раз я постараюсь найти кого-нибудь посолиднее. Тебе же нравятся военные, да Шерлок? — Одо уставился в глаза Шерлока, а легким движением расстегнул пару пуговиц на рубашке и наклонился так, чтобы стала видна ложбина между двух полушарий.
— На ней нет белья, — Шерлок ни на секунду не отводил взгляда от Одо, а тот удивленно выгнул светлую бровь на лице у девушки.
— М, после Ирен ты явно улучшил навыки в определении, есть ли на лицах женского пола белье или нет. Со всей уверенностью могу тебе сказать, что лучшее белье это такое белье, которого нет, — рассмеялся Одо, усаживая «сосуд» на стул на стороне Серого Короля.
Лицо его переменилось, и он с задумчивостью уставился на доску.
— Кто тебе подсказал? — он посмотрел на Холмса, а потом, ухмыльнувшись уголком рта, покачал головой, — Неужто я сам?
— А как же? Сказав необдуманную вещь, ты мне только подсказал решение. Героин я хоть и не принимаю больше, зато никотиновые пластыри помогают «на ура». И меня несказанно радует тот факт, — Шерлок провел пальцем по запыленной шахматной клетке, где стояла серая пешка, оставив на ней полосу пальцем, — что одна из твоих «малюток» этого не выдержала. Стало быть, если я не обращаю внимания на них, то они сами ломаются. А будучи использованы один раз, они погибают, — он указал на дымчатые очертания пешек, и провел пальцами по середине их. Они, как туман, сначала расплылись, а после прекращения контакта с рукой Шерлока, вернулись в прежние очертания.
— Пешки однодневки.
— Лишь один раз используются в этой игре. В последующих можно использовать снова и снова. А на счет разбитой пешки… Ты чертовски прав. Моя глупая ошибка. Ну ничего, девочкам позволительны ошибочки, — он ухмыльнулся.
— Мило беседуем, — повел плечами Холмс, вперившись в лицо Одо и различая пару уколов ботекса на губах и на лбу.
— М-м-м, у тебя не так много времени, Шерлок. Я могу сейчас сделать ход и продолжить игру.
— Но я еще не походил, — вкрадчиво произнес Шерлок, а после перевел взгляд серых глаз на доску.
Его черной пешки не было! Просто на просто не было!
— Где моя пешка?! — он посмотрел на Одо, который расплылся в улыбке.
— Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы дать тебе подсказку, в которой нет подвоха? Пока действует никотин, у тебя есть пешки. Ты мог ей походить, пока никотин поступал в твою кровь, но ты, увы, не успел — никотиновые пластыри уже перестали подавать спасительное вещество в кровь.
— Старый засранец, — ругнулся Шерлок, а Одиночество снова заставил женщину осклабится в безумной улыбке.
— О, ты не представляешь, насколько старый. Ты думаешь, что сможешь меня победить? Лишь немногим удалось, да и те прибегали к разным штучкам, чтобы избежать моей смертельной руки! О, ты не представляешь, как я люблю видеть панику в их глазах. Кстати, нити в моих — это и есть она. Пляшет, как уж на сковородке. Разве это не завораживает, а Шерлок? Посмотри на меня, — вкрадчиво произнес Одо и коснулся указательным пальцем подбородка Шерлока. Пальцы были холодные. Шерлок посмотрел и только тихо хмыкнул:
— Не интересует, — Шерлок потер пальцы и, слегка пренебрежительно, поджал губы.
Одо разочарованно похлопал глазами.
— Ты, Шерлок, просто засранец. Такой девушке! Да комплимент не сделать! Не дождется твоя мама внуков, ох… — покачал он головой, а потом, уставился на Шерлока и продолжил свою прерванную мысль, — Только они все равно умирали! Рано или поздно! Потому что за время знакомства со мной я научил их таким привычкам, от которых они сами скатывались в яму. Мне даже не приходилось с ними играть. Например, пьянство. Или курение. Или наркомания. Курение, конечно, более медленный способ, но ему учит только мой Старший, который иногда жалеет людей. Знаешь, он не такой уж и плохой парень. Косит, конечно, иногда всех подряд, но у Смерти тоже бывают неудачные дни. А так… Я пожалуй бы сказал, он самый добрый из нас троих. Самый жестокий, это я. Потому что я растягиваю удовольствие, — прошипел он, — Как думаешь, почему у меня такой шипящий голос? Ну же, подумай, Шерлок! Я знаю, что ты не любитель аллегорий, но не тебе ли, любитель прекрасных звуков, знать их значение…
— Ты как змей, — начал Шерлок, встав со своего места и начиная обходить стол, а Одо улыбнулся, не поворачивая головы за ним, — Ты выслеживаешь ее, играешь с ней, ме-е-едленно душишь своим присутствием, растягивая удовольствие.
— М… Пожалуй пока ты один так хорошо описал мою личность. Холмс, ты меня прельщаешь! Господи, надеюсь ты скоро сломаешься и сдохнешь! Обещаю, что буду надевать твой сосуд только по праздничным дням! Ну иногда просто так, чтобы родственников побесить! Ей Богу, такой кадр!
Холмс вздернул подбородок и фыркнул, присаживаясь на место и, сложив молитвенно руки, вернул свое внимание шахматной доске.
— Не на долго тебя хватит, Шерлок. Вот увидишь, — загадочно улыбнулся Одо, подперев рукой щеку и всматриваясь в свои фигуры.
— Откуда на моей фигуре трещины? — поинтересовался Шерлок, проводя по фигуре пальцем.
Его словно током пронзило: по спине побежали приятные теплые мурашки.
Шерлок удивленно воззрился на Одо Холмс, а тот улыбнулся своей безумной улыбкой.
— Кто бы мог подумать, что Шерлок такой разговорчивый, — он провел пальцем по своим фигурам, а Шерлок лишь раздраженно фыркнул.
Одо устало покачал головой, а потом истерично проговорил:
— Если Король чувствует прикосновения, то представляешь, как он чувствует удары пешек? Ты думаешь, что что-то проходит бесследно, Шерлок? Запомни, ничто не появляется из неоткуда. И не исчезает в никуда.
— Физика, — сухо ответил Шерлок, а Одо вскрикнул, помотав головой и пальцем перед носом Шерлока.
— Нет-нет. Не физика. Это ЖИЗНЬ, Шерлок. Вот ты сказал какой-нибудь девушке, что она некрасивая, а это вот такой вот трещиной остается на шахматной фигуре. И чем глубже рана, тем быстрее ломается человек. Все логично. И вы люди сами укорачиваете друг другу срок, говоря вещи, о которых не знаете ровным счетом ничего. Например о их проблемах, внешности. О их не уникальности, вбивая в голову шаблоны, обрезая крылья, заставляя делать то, что человек не хочет. Но благодаря вам, наши милые людишки, мы и существуем. Боль, Смерть и Одиночество. И наша работа будет востребована еще много-много веков вперед, дорогой Холмс. За это вам просто низкий поклон! Жаль, но кланяться я не привык, да и не нужно. Корона, знаешь ли, на шпильках для волос не держится, — он расправил плечи и сложил руки на коленях, как подобает царственной особе, — Видишь? Всегда нужно думать об осаночке. Плечи ровные, грудь вперед, подбородок вверх! Идеально!
Шерлок нахмурился. Ведь Одо действительно прав, и они трое существуют просто потому, что люди сами дают им повод для существования.
— Все прозаично, Шерлок Холмс. Кстати, ты не мог бы думать быстрее, у меня уже болит задница сидеть, я хочу походить.
— Потерпишь.
— Времени не так много. У тебя еще осталось минут м… — он достал из кармана брюк розовый сенсорный телефон и посмотрел на циферблат, — Около 15 минут.
— Я засыпал в 7 вечера! Я не мог проспать все свое время так быстро!
— Никто не говорил, что ты больше не сможешь спать. Просто ты проснешься, а у меня еще запланировано 4 партии в дурака, 8 партий в покер, две в шашки, и, представь себе, даже одна настольная. Что-то вроде лестниц и стрелок. Ужас! — он рассмеялся, — Столько игр, а он положился на удачу. Знаешь, этот мужик всегда был счастливчиком. Только вот доверить жизнь игре и удаче… Не самое лучшее решение. Я тоже, мать его, счастливчик. Кстати, бессмертный. Так что если он и выиграет, то я все равно вернусь. Рано или поздно, — Одо пожал плечами, — А с тобой веселее. Играешь в шахматы с одной фигурой, с бесчестными серыми фигурками, да еще и на свои чертоги. Ух! Бодрит! Ты же любишь опасность?
Молчание. Постучав себя пару раз по подбородку указательным пальцем, Шерлок, прикинув последние варианты, взял короля и переставил его на D1.
— Не знаю, чего ты хотел добиться, когда вернулся на исходную позицию, — покачал головой Одо.
— У меня своя стратегия, — пожал плечами Холмс, откинувшись на спинку стула и равнодушно взирая на Одо.
Он изящным женским пальцем провел по фигурке королевы.
— О, как я хочу поскорее увидеть твою реакцию на эту красотку. Это будет просто потрясающе, посмотришь. Я обещаю, что похлопаю тебе, если ты выдержишь это, но тогда я точно постараюсь уничтожить тебя. Эх, печально. Только не вскрывайся пожалуйста. Я хочу пощеголять в твоем сосуде, а для этого он должен быть цивильным и ухоженным, — пискляво захихикал Одо, отчего по спине Шерлока побежали мурашки.
Он сидит и, по -сути, смотрит в глаза и играет в шахматы со своей погибелью, а сегодня они разговаривают как старые друзья, подкалывая друг друга. Почти как Джон и Шерлок.
Вдруг на фигуре короля появилась царапина и Одо удивленно посмотрел на Шерлока.
— Ты сам хочешь сдаться? А! Ну нет! Так не интересно, Шерлок! Я хочу азарта!
— М? — равнодушно пожал плечами Шерлок, хотя с беспокойством вглядывался в свою фигурку.
— О чем ты таком думаешь, что сам себя ранишь? — задумчиво произнес Одо.
— Я думал ты читаешь мысли, — слегка наклонил голову Шерлок.
Одиночество рассмеялся.
— О нет, глупыш. Ты просто очень любишь проговаривать свои мысли губами. А так уж вышло, что по губам я читаю виртуозно!
Шерлок поджал губы и закрыл рот рукой.
— Привычка — вторая натура, — усмехнулся Одо, пожимая хрупкими плечами.
Вдруг в Чертоги ворвался ветер, а свет начал становится ярче. Где-то далеко послышалось легкое пение.
Please, let me take you|Пожалуйста, позволь вывести тебя Out of the darkness and into the light|Из темноты к свету, 'Cause I have faith in you|Потому что я верю, что ты That youʼre gonna make it through another night|Сможешь пережить еще одну ночь. Stop thinking about the easy way out|Перестань думать о лёгком пути, Thereʼs no need to go and blow the candle out|Вовсе не нужно уходить и задувать свечу, Because youʼre not done|Потому что твоя история не закончена. Youʼre far too young|Ты слишком молод, And the best is yet to come|И лучшее еще впереди.
— Узнаешь голос? — улыбнулся Одо, торопливо осматривая доску, а потом поднимая глаза на Шерлока. Голос становился громче. Такой знакомый, но он слышен был как через толщу воды. Шерлок в недоумении уставился на Одо, а тот вздохнул. — Жаль, что нет. И угловатой ручкой он придвинул к Шерлоку еще четыре пешки.-Миссис Хадсон, откройте!
*громкий стук в дверь*
— Кто там?
