Глава 2
15 декабря 2012 г., 16:51
– И что нам теперь делать? – Тсуна нервно кружил по комнате, периодически прикладывая руку к туго забинтованному торсу и морщась. Ему повезло – рёбра сломаны не были. Но, глядя на разлёгшегося на кровати чёрного кота, Тсунаёши ловил себя на мысли, что он предпочел бы переломать себе все кости, нежели лицезреть грозного Хибари Кёю в... таком образе.
Реборн посмотрел на ученика с неодобрением.
– Тсуна, сядь и не маячь перед глазами! – Аркобалено спрыгнул со стола и подошел к мальчику.
Савада очумело уставился на своего репетитора.
– Но...
- Твоё хождение по комнате не принесёт ничего, разве что ты окончательно вытопчешь ковер.
- Что нам делать, Реборн?! – жалобно простонал Тсуна.
Малыш вздохнул.
– Я попросил своих знакомых помочь нам разобраться с этим. А пока мы будем ждать ответ... – Реборн вдруг лукаво улыбнулся, – ...Хибари поживёт у тебя.
Тсуне показалось, что на него вылили ушат ледяной воды. По коже дружным стадом пробежали мурашки.
Со стороны кровати раздалось недовольное ворчание. Прежде мирно лежавший на покрывале кот теперь выгнул спину и зло шипел.
– Видишь, Реборн! – радостно закричал Савада, показывая на животное пальцем. – Хибари-сану тоже не нравится эта затея!
– У вас нет выбора. Хибари вряд ли сможет быстро справиться с жизнью в этом облике, ему нужен кто-нибудь, способный помочь, – на этих словах Реборн с лёгким сомнением покосился на своего ученика, но продолжил: – Мы не можем никому рассказать о происшедшем, поэтому единственный, кто остается – это ты, Тсуна.
Кот фыркнул. Потом подошел к Аркобалено и пару раз что-то промяукал.
– Насчет Дисциплинарного Комитета я договорюсь, – кивнул ему малыш. – Не беспокойся. А дальше – разбирайтесь сами!
И он шмыгнул за дверь, оставив Тсуну и кота одних.
«Интересно, как Реборн понимает, что хочет сказать Хибари-сан? Ах, да! – вспомнил мальчик, – Реборн же знает язык животных. Везёт ему...»
– Ай! – Тсуна почувствовал, что ему в ногу вцепились острые коготки. – В чём дело, Хибари-сан?
Несколько секунд кот молча смотрел Саваде в глаза, затем, презрительно мяукнув, прыгнул в открытое окно.
– Эй! Х-хибари-сан! – Тсуна бросился к окну, но понял, что жизни Хибари ничто не угрожает – кот, спустившись вниз по дереву, росшему у комнаты Савады, уже твёрдо стоял лапками на земле. Потом Хибари посмотрел вверх, насмешливо фыркнул и скрылся из виду.
Тсуна устало опустился на кровать.
– Даже сейчас, – тихо пробормотал он, – когда я с лёгкостью могу взять его за шкирку и швырнуть куда подальше, Хибари-сан остаётся грозным хищником, а я – жалким травоядным. Интересно, он когда-нибудь признает меня? Есть на это хоть какой шанс? Впрочем, – Тсуна хмыкнул, – если я хоть пальцем трону его шёрстку, он точно зацарапает меня. До смерти.
***
Хотя внешне Хибари выглядел спокойным и невозмутимым – если, конечно, коты могут так выглядеть – его сердце сильно колотилось. От испуга. И он ненавидел себя за такие эмоции. А причина пустячная! Когда он прыгнул на дерево, намереваясь без проблем спуститься на землю, его новоприобретённые когти, которые он ещё не научился толком использовать, соскользнули, и Хибари полетел вниз. Лишь у самой земли ему удалось ухватиться за ствол. «И я испугался этого? Ха! Полная чушь. Я не могу испытывать страх. В этом виновато это жалкое кошачье тело!» Почувствовав, что на него кто-то смотрит, Хибари поднял голову. И встретился глазами с испуганным взглядом Тсуны. Испуг, впрочем, тут же сменился облегчением, и Савада отошел от окна. «Наверняка боится, что, если со мной что-нибудь случится, ему сильно достанется от того малыша». Хибари насмешливо мяукнул. «Все травоядные – одинаковы. Но мне надо поспешить. Пусть теперь я – кот, вечерний обход Намимори никто не отменял» Хибари ещё раз взглянул на окно и побежал в сторону школы.***
То, что в кошачьем теле он – полный ноль, Кёя понял уже через пару десятков метров бега. Ноги – точнее, лапы – путались, заплетались и мешались; хвост не желал висеть смирно и мотался сзади, периодически попадаясь под задние лапы, заставляя падать. Усы постоянно лезли в глаза и уши, и Хибари то и дело останавливался, чтобы чихнуть. «День не задался», - подумал Кёя, поймав себя на мысли плюхнуться на землю и ползти – авось, так будет быстрее. Хибари хмыкнул. То, что день не задался, он понял ещё утром, когда одно динамитное травоядное взорвало классную комнату. Нет, он, конечно, избил это надоедливое создание до смерти (ну, совсем до смерти не получилось – ситуацию спас вовремя появившийся Ямамото), но неприятный осадок остался. И это чувство стало ещё сильнее, когда после уроков к нему подошёл Реборн и попросил провести с его подопечным тренировку. Хибари посмотрел на свой хвост и вздохнул. Кто ж знал, что банальное сражение обернётся таким вот... сюрпризом... Он вспомнил свои первые минуты пребывания в кошачьей шкуре. Оказавшись на земле, Хибари попытался встать, но не получилось. Когда же Кёя открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, вместо слов вырвалось мяуканье. Хибари опешил, но тут он услышал голос Савады. – Это... кошка? – на Кёю уставились удивлённые золотисто-карие глаза. Оглядев себя, Хибари захотел взвыть. Четыре лапы, хвост, чёрный мех. Сомнений быть не может... «Какая, к чертям, кошка?! Я – кот!!» – К-куда д-делся Хибари-сан? «Ты совсем тупой, травоядное? Вот я!!! Неужели нельзя понять?» – негодование достигло предела. «Ну, держись...» – МРЯ-Я-ЯУ! Воспроизведя в памяти исцарапанное лицо того травоядного, которое почему-то считается его боссом, Кёя довольно мурлыкнул. «Однако обход совершить всё же надо. Буду идти медленно, может, за это время научусь управляться с этим телом». В животе заурчало. Тут Хибари вспомнил, что не ел уже несколько часов. Да и полученный стресс разжёг аппетит. «Голубя, что ли, поймать? Или мышь?» - мелькнула мысль, которую Кёя сразу отбросил. Нет! Он не опустится до... такого живодерства. «Хотя... Это травоядное вроде бы должно обо мне заботиться? Вот и пускай заботится, пока я разрешаю! Пускай кормит, поит, холит и лелеет. И шёрстку расчесывает! Я, так и быть, позволю ему вторгнуться в моё личное пространство». Хибари весело фыркнул и медленным, степенным шагом направился к средней Намимори.
