Пластилиновое сердце

Дима вошёл в квартиру задумчивым, может, немного испуганным. Вещей было мало, что не было сюрпизом — почти все сгорело или стало ну очень непригодным для пользования. Хованский еле заметно улыбнулся. Ларин принял помощь. Хованский был рад, чувство, что всё случилось из-за него вмиг уменьшило давление. Ларина что-то волновало и Юрий заметил это. Но спрашивать не стал, они не были друзьями, чтобы делится переживаниями. Но раз они не были друзьями, кем же они были? Нет, серьёзно, враги? Враг не мог предложить помощь, враг не мог принять её. Или мог? Они не были врагами, презрение исчезало, когда исчезали камеры. Они не были приятелями, дружелюбность исчезала, когда появлялись камеры. Но разве предложение помощи — не начало конца вражды, хоть и не совсем настоящей? Они ненавидели по привычке или всё это было правдой? Вопросы сыпались градом и ни на один из них не было ответа. — Проходи, — полуулыбка на лице Юры была натянута и это было видно. Он не то что бы был не рад видеть Диму, просто… Он чувствовал какую-то закрытость, безэмоциональность, спутанность и неловкость. Всё это одновременно наваливалось и говорить в такой обстановке было немного трудно. — Спасибо, — Ларин даже не собирался натягивать улыбку. Он никогда не скрывал эмоций, но в нём они всё равно были будто в заколоченном доме. Ни дверей, ни окон. Свет не проникал в мужчину, свет не исходил из мужчины. Юра показал комнаты и хотел уже идти к себе, заняться запланированными делами, как остановился и, строго уставившись на Диму, попросил или даже поставил обязательное условие: — Не говорить никому, что ты живёшь у меня. Дмитрий усмехнулся и согласно кивнул, по его мнению, это было обязательно по умолчанию. Было бы странно узнать, что два врага живут вместе, пусть и по причине. «У Ларина что ли совсем не было к кому пойти?» — загалдели бы люди, ехидно смеясь. А вдруг и правда, совсем не к кому? Время близилось к двенадцати, и Дима был в душе, в то время как Хованский вёл стрим. — «Что думаешь по поводу сгоревшей квартиры Ларина?» — прочелся донат, чем на мгновение поставил кудрявого алкоголика в тупик. Новости разнеслись быстро, а своё мнение он ещё не придумал. Настоящее, о том, что с каждым бывает и он даже предложил картавому помощь, мужчина решил не озвучивать. — Ну, че я думаю… Бывает, — Юрий всеми силами попытался перевести тему в другое русло, но почти все донаты сыпались с вопросами о Ларине и в конце концов он решил отключить их, а потом, через какое-то короткое время, и вовсе закончил стрим, решив идти спать. Проходя мимо комнаты, в которую он отправил Ларина, он невольно заглянул туда. На стуле за ноутбуком сидел Дима, его враг, на котором была какая-то красная рубашка Юры, которую тот любезно разрешил надеть картавому, потому что своей одежды у него, по понятной причине, не было. Сейчас враг вызывал у Хованского лишь тёплую улыбку.