Точка пересечения

Проснулся я от того, что кто-то отлежал мне руку. Сначала я даже не понял, что к чему, но, увидев пристроившуюся на руке светлую макушку, я успокоился. Мой мальчик оказался очень внимательным и смелым, судя по событиям вчерашнего вечера. Но я заметил, что сам он возбуждён был не так уж и сильно. Он меня не хотел или боялся? На кухне зашумел Стас. Я аккуратно постарался высвободить руку, чтобы мальчишка не проснулся, и пошёл в кухню, где уже завтракал брат. — С добрым утром! — обратился я к нему. — Я пойду умоюсь и присоединюсь. — Давай, — зевнул он мне в ответ. Уже выходя из душа, я столкнулся с Ильёй, ещё сонным и таким милым, что я не удержался от поцелуя. На кухне закашлял брат, и мне пришлось оторваться от парня. — Ты чего? — спросил, входя, я. — Поперхнулся, всё нормально, — ответил Стас. — Ну как знаешь… Какие планы на вечер? — у меня в голове на сегодня уже сложился определённый план. — Пока никаких. Но хочу погулять сходить, погода позволяет. А у тебя есть предложения? — поинтересовался брат. — Да нет, просто интересно, — протянул я, перебирая в голове варианты, как выпроводить брата из дома. — Хочешь, чтобы я вас наедине оставил? — заулыбался он. — Нет, что ты, я просто спросил, чтобы… чтобы знать, когда кушать готовить, — надеюсь, я не покраснел… слишком сильно. — Да ладно, не парься, я найду, чем заняться, — хмыкнул Стас. — Пойду с одноклассниками погуляю. — И я! — почти вбежал в кухню Илья и уселся на свободное место. — Ну вот так вот, — заржал брат, видимо, вид у меня был немного прибалдевший. Вот и строй планы после этого. — Вы о чём? — удивился Илюха. — Ни о чём, — одновременно ответили мы с братом и засмеялись, что немного разрядило обстановку. После обеда мальчишки стали собираться на улицу. Братишка на выходе, шепнул мне, что отправит Илью домой пораньше. Как хорошо, когда тебя понимают с полувзгляда. Решив не терять времени даром, сразу после их ухода, я засел за ноут, чтобы просветиться по поводу однополых отношений и однополого секса в частности. Илюхе не хотелось сделать больно. Сначала все попадавшиеся статьи были либо слишком пошлыми, либо слишком возвышенно-романтичными, и нужной мне информации в себе не содержали. Я сам, конечно, прекрасно понимал, что и куда. Но представить эту процедуру безболезненной у меня не получалось. Вконец вымотавшись и начитавшись всякого бреда, я плюнул на это дело. И лишь введя в поиске «анальный секс», я разобрался, что мне нужно приобрести смазку, желательно, специально для анального секса с противовоспалительным эффектом, которая расслабляет мышцы и заживляет микротрещины. Вооружившись новыми знаниями, я уже собирался идти за незаменимой вещью, когда вернулся Илья. — Малыш, ты тут, а где Стас? — спросил я, изобразив волнение. — Он решил ещё остаться, — смущённо ответил парень, опуская глаза. — А ты куда? — За одной очень нужной нам вещью для сегодняшнего вечера. Ты ведь не передумал? — Нет, я готов! — поспешно согласился Илья. Но я заметил, как он нервничал. — Не бойся, малыш, всё будет хорошо, если я, конечно, разберусь, что к чему! — Если ты не разберёшься, будем разбираться вместе, — улыбнулся он, приподнявшись и чмокнув меня в губы. — Ты со мной пойдёшь? — решил спросить я, вспомнив, что парень не любил оставаться дома один. — А куда ты? — В аптеку! — Оу… — окончательно смутился тот. — Это… А можно мы домой ко мне зайдём? Я ещё вещей возьму, а то потеплело, и ходить мне почти не в чем. — Конечно, время пока позволяет. Только сначала заглянем в аптеку, чтобы уж точно не забыть, — я тоже едва смог повторить это из-за смущения. — Хорошо. Почти всю дорогу Илюшка посматривал на меня, но когда я оборачивался к нему, тот опускал глаза. Забавная из нас вышла парочка. В аптеку заходить парень категорически отказался. Я не стал мучить парня и пошёл один. Все смазки и презервативы были выставлены на отдельном стеллаже. Вот тут я конкретно подвис. Я знал, что их могло быть несколько видов, но чтобы настолько много. В итоге, простояв над полками минут двадцать, я выбрал баночку смазки и тюбик лубриканта, так и не поняв в них разницы. Без презервативов я решил обойтись. В себе я уверен, а котёнок мой — сама невинность. Рассчитавшись, я вышел и заметил, что Илья от скуки уже перечитал все объявления на ближайшей приспособленной под это стене. — Я всё, пойдём, — позвал я его. — Ты чего так долго? Пол аптеки, что ли, скупил? — немного раздражённо произнёс Илья. — Да ты просто не представляешь, сколько там всякой смазки. Я никак выбрать не мог. В следующий раз сам пойдёшь! — хмыкнул я, потреся перед лицом парня пакетом с покупками. — Вот уж нет, о маленьких нужно заботиться, — задрал он нос. — С маленькими ещё и сексом нельзя заниматься, — не остался в долгу я. Мальчишка в ответ только надулся и запыхтел. — Ладно, ты же не паровоз, не пыхти! Уже на подходе к его дому мы заметили странную женщину. Во внешнем её виде ничего странного не было, а вот то, как она разглядывала прохожих, едва ли не сканируя их взглядом, немного пугало. Тут её взгляд зацепился за нас, и, по-кошачьи грациозно ступая, она подошла к нам. — Илюша? Илюшенька, это ты? — с надеждой в голосе спросила она у Ильи, но глаза её продолжали оставаться холодными и колкими. — Да, я Илья, — задумчиво проговорил парень. — Мальчик мой, солнышко, сыночек! Как я рада тебя видеть! — запричитала она, картинно складывая руки на груди. — Что? Это невозможно… Мама? — удивлённо спросил Илья. — Да, это я! — она кинулась его обнимать. — Но как?! Где ты всё это время была? Не может быть! Почему ты раньше не приехала? — заметно нахмурившись и отстранившись, спросил он. — Я не могла, твой отец запрещал мне с тобой видеться! — продолжала лепетать она. — А ты, мальчик мой, так вырос, такой красивый стал. Наверное, все девчонки за тобой бегают? Мне показалось, что все её чувства были настолько наигранны, что при вопросе о девушках, я инстинктивно притянул мальчика к себе и уткнулся носом ему в макушку. — Ээээ… — донеслось с её стороны. — Мам, это… это мой парень, его Лёшей зовут. И я с ним живу, пока отца нет, — окончательно смутившись ответил Илья, я чувствовал себя неловко, но в то же время ни о чем не жалел. — Что-о-о?! — взъярилась она. — Я так и знала, что ты весь в отца пойдёшь, такой же педик. И назвал он тебя в честь своей подстилки, а мне теперь расхлёбывать. Ни с кем ты жить не будешь, собирайся, отец твой больше не вернётся, так что жить будешь со мной за границей! — Я его не брошу, — вцепился в меня испуганный Илья и помертвевшим голосом продолжил. — А где отец? Что с ним? — Ничего. Денег надо меньше воровать и больше делиться, — ухмыльнулась она. Я на тот момент вообще потерялся в происходящем. Лишь когда дама потянула свою тоненькую ручонку к Илюхе, я отодвинул его. — Мадам, послушайте, с вами он никуда не пойдёт! Во-первых, никаких доказательств, что вы его мать… — начал я. — Как нет? Он меня помнит! Верно? — спросила она у парня, окидывая его злобным взглядом. Тот лишь отрицательно покачал головой. — Тоже мне, мамаша… У вашего сына амнезия. Он вас и не помнит вовсе, — я чувствовал, что начинаю закипать. — Да как ты смеешь?! — завизжали дама, отчего её некогда аккуратные губы теперь выглядели словно смятые пожухлые листья. — Смею. Он мой мальчик, и пока у вас на руках не будет нужных бумажек, на которых будет написано, что он должен проживать с вами, он останется со мной, — ответил я, успокоившись. — А насчёт его отца нужно ещё разобраться, где он. — Да я на тебя в суд подам за совращение малолетних! — лицо женщины пошло красными пятнами. — Мы с ним не спим, точнее, не занимаемся сексом, — сказал я, немного напряглись, проблем не хотелось, а дама слишком громко выражалась, из-за чего на нас уже стали оборачиваться прохожие. — Да плевать! Мальчишка всё это время стоял, уткнувшись мне в ключицу, и, кажется, едва сдерживался от слёз. Я, приподняв его лицо за подбородок и посмотрев в золотые глаза, сказал: — Идём домой, родной, нам здесь делать нечего. Я уже развернулся было уходить, когда парень прошептал: — А как же папа? — Всё будет хорошо, мы со всем разберёмся, мы вместе, — я поцеловал его в лоб. — Я всё равно заберу мальчишку. И дом. И деньги! — кричала она нам вслед. Когда мы уже отошли на приличное расстояние, я развернул Илью к себе и, прижав, проговорил: — Ей просто нужны деньги, тебя она не заберёт никогда. — А как же отец? Папа?.. — он уже размазывал слёзы по щекам. У него зазвонил телефон — незнакомый номер. Я кивнул ему и приложил ухо с другой стороны телефона. — Да? — несколько испуганно спросил он. — Сынок, это я… — раздался тихий, низкий голос с хрипотцой. — Папа, где ты? Ты не представляешь… — Секунду помолчи и послушай меня, родной, — всё так же тихо, но очень уверено продолжал мужчина. — Может прийти женщина, представится твоей матерью. Никуда с ней не ходи и ничего у неё не бери! — Папа, но… — Подожди, — кажется человек на том конце провода начал раздражаться, но голос не поавшал. — Прошу тебя, сделай так, как я сказал, у меня всего минута на разговор. Поживи пока у Стаса… — Хорошо, пап, ответь только, с тобой всё в порядке? — взволнованно спросил парень. — Да, всё хорошо. Мне пора, сынок, и помни: никакого общения с этой женщиной! До свидания, — с некоторой грустью попрощался тихий голос. — Я понял. Отец, секунду ещё… Кто такой Илья? — спросил парень. Я сам уже почти забыл о том, что говорила эта женщина, но видимо Илью слова зацепили. Пару мгновений на том конце провода было тихо. Потом всё же раздался негромкий ответ: — Любимый… — и он отключился. Илюха продолжал стоять, прижав телефон к уху, пока я не позвал его: — Солнце, идём домой. Всё в порядке ведь? — спросил я, видя, что Илья завис. — Да… кажется. Но как так «любимый»? Мой отец любил какого-то Илью? — озадаченно спросил парень. — Давай пока не будем об этом думать, пусть он потом сам тебе обо всём расскажет, — я не мог до конца понять, что имели в виду его родители. Вариантов было слишком много. — Я вообще запутался, — тяжело выдохнул Илья. — Пойдём уже, пока опять не появилась эта сумасшедшая, — решил отвлечь и поторопить я мальчишку. — Кошмар… Что за день? До дома мы дошли в молчании. — Чем займёмся? — спросил он, видимо, немного отойдя от переживаний. — Теперь уже не знаю… Идём смотреть фильм? — вздохнул я. Для того, что у меня сегодня было запланировано, атмосфера была не подходящая. — Пошли, я даже на ужастики сегодня согласен, — вымучив улыбку, ответил парень. — Вот и отлично, — улыбнулся я. — Во сколько Стас придёт? — Не знаю, сейчас позвоню ему, — он вышел из комнаты. Вернулся он минут через семь, я уже успел выбрать фильм и, включив его, поставил на паузу. — Ну и? — поинтересовался я. — Его не будет сегодня, — заговорчески заулыбался он, подходя к дивану и садясь возле меня очень близко. — Ээээ… Стоп-стоп-стоп, у тебя сегодня и так слишком много волнений было. Сегодня ничего не будет, — твердо сказал я. — Но мы же хотели… — начал было Илья. — Хотели, пока не произошла эта история с твоей мамой, — сообщил я напоминая о случившемся. Рано или поздно нам нужно было это обсудить. — Как думаешь, это действительно она? — Не знаю, но ты на неё не похож, — честно ответил я. — Ну да, а на отца я тем более не похож. Значит, это, наверное, не она… — вздохнул парень. Я никак не мог понять: рад он или огорчён. — Всё, прекращай об этом думать. А где Стас ночевать-то будет? — У друга у одного, — отмахнулся Илья. — Надеюсь, у него всё нормально, и он не перепьёт, — задумчиво проговорил я, зная, насколько слабоват был мой брат в этом плане. — Да нет, я же звонил, всё норм, — возведя глаза к потолку ответил парень. Мне казалось, что он чего-то не договаривал. Сердце было не на месте, но я был уверен, что Илья бы не пожелал другу плохого: — Хорошо… Кушать не хочешь? — Неа… Фильм пока не включай, я пойду быстренько в душ схожу, — предупредил Илья. — Давай, — согласился я, считая, что парню как никогда хочется побыть наедине со своими мыслями. Пришёл мой мальчик минут через пятнадцать, я, кажется, даже успел задремать. Но Илья громко плюхнулся рядом, сбив весь сон. Я включил фильм. Почти с каждой минутой я замечал, что парень придвигается ко мне всё ближе, я уже даже чувствовал тепло его тела. А он придвинулся ещё, и в конце концов я не выдержал: — Илюх, вот скажи, зачем тебе это? Почему так не терпится? — напрягся я, не понимая парня. — Хочу почувствовать то же, что и вчера, — немного смущённо ответил он. — В смысле? — немного не понял я, он ведь вчера так и не кончил. — Возбуждение… — окончательно засмущался парень, спрятав лицо в подушке, которую держал в руках. — А что, с этим есть проблемы? — удивился я. — Да… После того сотрясения у меня гормональные нарушения… из-за которых мне не хочется секса… Я могу… но не хочется… А вчера я захотел… тебя… — было заметно, как сложно даются ему эти слова. — О, боги, малыш, все шишки на тебя… — я не удержался и поцеловал своего мальчика, выглядевшего таким несчастным и растерянным. Он мне ответил со всей страстью, кусая губы, путая мой язык со своим. Плавно парень перетёк ко мне на колени, обхватив одной рукой шею, а вторую запустив мне в волосы. Илья принялся стаскивать с меня одежду, я почувствовал отсутствие футболки, лишь когда он отстранился, чтобы снять свою, из-за прохладного воздуха между нашими телами. Кожа к коже, и словно мелкие разряды тока пробегают по телу, спускаясь в низ живота. Я повернулся, положив парня на спину на кровать, и принялся целовать всё, что попадалось: глаза, губы, щёки. Плавно я перешёл на шею, особо задержавшись на бьющейся жилке. Выпирающие ключицы с нежной притягательной кожей. Немного приподнявшись вверх, чуть прикусил выступающий кадык. Сам я уже не мог сдерживаться и беспрестанно старался потереться членом о его ногу. Мальчик, видимо, всё поняв, приподнялся и начал стаскивать с меня штаны вместе с трусами. — Эй, маленький, не торопись, — прошептал я ему, чмокнув в нос, когда парень потянулся к моему члену. — Я хочу растянуть удовольствие. — А я хочу тебя, прямо сейчас! — приказным тоном сказал он и, немного приподнявшись, с силой схватил меня за член, показывая, что будет в случае моего отказа. — Хорошо, малыш, делай что хочешь, — ответил я. Он за волосы притянул моё лицо к себе и принялся неистово целовать, одновременно мягко надрачивая мой член. Я, чтобы не остаться в долгу, принялся стаскивать с него джинсы, но они были слишком узкими, и мне пришлось оторваться от его губ. Стянув с него оставшиеся тряпки, я уставился на довольно больших размеров член, никак не вписывающийся в общую картину субтильности парня. — Ого, — только и смог присвистнуть я. Мальчишка инстинктивно вскинул руки, прикрывая пах. — Не надо, не прикрывайся, меня вполне устраивает наличие этого, — отведя его руки, я коснулся губами наполовину высунувшейся головки.  — Этого, — я провёл язычком от головки к основанию члена. Парень издал какой-то скулящий стон. — Ну и этого, конечно, — я поцеловал яички. И вновь поднялся к его губам и, вдоволь наигравшись с ними, прошептал: — Ты уверен, что хочешь этого? — Да… — выгибаясь ко мне всем телом, выстонал он. — Я даже, это… Клизму сделал… — О, боже… Ну тогда… — я развёл его ноги, открывая его для себя. И попка и яички были побриты, лишь немного волос он оставил над членом на лобке. Продолжая целовать его тело, я останавливался на сосках, на нежной коже чуть ниже пупка. Раз за разом я проводил языком по стволу его члена, изредка беря в рот нежную головку. — Солнышко… — задыхаясь от возбуждения, проговорил я. — Перевернись, пожалуйста… Без слов он перевернулся на живот, призывно выставив попку. Я провёл языком по выступающим позвонкам, прикусил кожицу на шее, немного задержался на ямочках над ягодицами, постепенно переходя на сами ягодицы, которые я очень долго целовал и покусывал. Просунув руку под него, я приподнял попку в более удобное положение и провёл язычком по ложбинке между половинками. А потом ещё раз, немного задержавшись на дырочке. Я гладил языком его попку, обводил вокруг и попытался просунуть язычок внутрь, из-за чего Илья буквально затрясся. Продолжая трахать его попку языком, из кармана валявшихся на кровати брюк я достал тюбик лубриканта и, смазав палец, попытался ввести его в мальчика, второй рукой лаская его член. Затем, немного пошире расставив ноги парня, я просунул его член между ними и стал облизывать и посасывать головку в такт движению пальца в попке. Когда палец начал двигаться свободнее, я добавил второй. Парень вздрогнул. — Что, родной, тебе больно? — задыхаясь, спросил я. — Нет… Неприятно немного, — простонал он, но вот в стоне его я услышал скорее боль, чем наслаждение. — Перевернись, котёнок… Он лёг на спину, разведя ноги, и я вновь принялся за его член, стараясь взять как можно глубже, а пальчиком продолжая разрабатывать анус. С каждой секундой мальчик стонал всё сильнее: — Аааа, я сейчас… — и струя горьковатой жидкости ударила мне в горло. Чтобы не задохнуться, пришлось проглотить. А парень никак не мог отдышаться, продолжая цепляться за простыню руками, крепко зажмурив глаза. — Как ты? — Прекрасно, — еле выдохнул он, тело его продолжало подрагивать. Я погладил его по голове и прилёг рядом. А в глазах его опять стояли слёзы. — Что случилось? Тебе не понравилось? Я сделал что-то не так? — в панике я забыл даже про своё возбуждение. — Мы так и не сделали этого до конца. И мне было немного больно, когда было два пальца. А если я не смогу доставить тебе удовольствие, ты меня бросишь… — заревел он. — Бля-ааа… Успокойся. Всё хорошо, малыш, я не брошу тебя, пока ты сам не захочешь уйти. А насчёт удовольствия… Ты тоже можешь сделать мне минет! — Но я хочу стать твоим по-настоящему, — продолжал хныкать он, с одной стороны это забавляло, но вот с другой, я отчего-то чувствовал себя виноватым. — Когда-нибудь мы обязательно это сделаем, когда я разберусь, как правильно, — почесав затылок, проговорил я. — Нет… Это я виноват… — Хватит, — приказным тоном ответил я и мальчишка в миг затих. — Ты ни в чём не виноват. Мне нравится быть с тобой, и я, пока изучал «важные» статьи, прочитал, что 40% геев редко практикуют анальный секс, а 20% пар вообще обходятся без него, так что мы относимся к ним! По крайней мере пока. Я чмокнул Илью в нос, из-за чего тот смешно сморщился. — Ты правда так считаешь? Что мы сможем обойтись?.. — Давай проверим, я ведь всё ещё готов, — указал я на свой член, который уже немного сбавил в размерах, но продолжал стоять. — Ой… Прости… Я забыл… — Только не плачь снова, пожалуйста, — взмолился я, уже не зная, как его успокоить. Вместо ответа он перевернул меня с боку на спину и начал покрывать моё тело робкими и неумелыми поцелуями. Рукой дотянувшись до члена, он опустил её чуть ниже и, захватив яички, принялся их нежно мять, язычком проходя от груди вниз, оставляя влажную дорожку. Так остро я не чувствовал ещё ничьих прикосновений. Казалось, стоит ему дотронуться до члена — и я кончу. Тем временем он языком обвёл головку, и я неосознанно начал приподнимать бёдра, чтобы углубить контакт. С каждым толчком мне казалось, что его рот становился всё горячее. Когда он, взяв мой член в руку, постучал им по своему язычку, я не выдержал и выплеснул пару струй ему на лицо. Я схватил его за руки и, подтащив на себя, начал безудержно целовать в губы. Губы, которые принесли мне наслаждение. Губы моего мальчика. Тот отвечал мне так же неистово, будто мы прощаемся. Лишь через несколько минут я оторвался от него и, не в силах подняться, уже хотел, обняв мальчишку, уснуть, как он завошкался на мне: — Мне умыться надо… И я есть хочу. И вообще, тебе понравилось? — всё-таки решился спросить он. — А разве моя реакция не показатель? — фыркнул я. — И всё-таки? — Понравилось, родной, идём, я пока кушать сготовлю, а ты иди в ванну, — мне хотелось хотя бы пару минут побыть одному и осознать то, что произошло. — Хорошо, — воскликнул он и убежал, сверкая голым задом и заставляя меня снова облизнуться. На кухне я сделал горячих бутербродов и вскипятил чайник. Наконец, наевшись, мы отправились обратно в мою комнату. — Всё, теперь спать? — спросил он. — Ага… Я так устал, — протянул я, и мой организм подтвердил мои слова зевком. — И я устал… — уже лёжа на кровати, сказал он мне. — Иди ко мне, — позвал я его и, когда тот приподнялся, перетащил его на себя. — Зачем? — удивился он. — Мне так удобнее… Илья только хихикнул в ответ и пристроил голову у меня на груди. Так, с приятной тяжестью, я и уснул. Проснулся я от звука поворачивающегося в замочной скважине ключа. Хотел встать, но мой мальчик ещё спал, и я остался лежать. В комнату заглянул Стас, на его лице были смешанные эмоции, но увидев нас основной стала — какая-то грустная радость. Негромко он спросил: — О, смотрю, у вас всё отлично? — Чшшш… — приложил я палец к губам. Но Илья уже проснулся. Приподняв голову, он заметил Стаса и, покраснев, перекатился с меня и попытался закутаться в одеяло. — Да ладно тебе, чего я там не видел! — заржал мой брат. — Ладно, одевайтесь, и я тоже пойду переоденусь. А потом сразу на кухню, я жрать хочу.