Точка пересечения

Блин… Нас видел Стас… Хотя, он, конечно, и без того обо всём догадывался, но всё равно как-то неудобно… Ещё и спали мы раздетыми... Сначала в ванную пошёл Лёха, потом уже я. - У тебя-то как дела? - потянувшись, спросил я, у Стаса, когда мы, собравшись, завтракали на кухне. - Нормально, - ответил тот. - Точно? - А что, должно быть что-то не так? - влез Лёха, дожёвывая бутерброд. - Всё хорошо, точно! - лукаво улыбаясь, сказал Стас. Раздался звонок в дверь. Лёха пошёл открывать. Через пару секунд с порога раздалось многозначительное: - Ээээ… - Здравствуйте, могу я увидеть Стаса? – раздался смутно знакомый мне голос. - Да ну нахуй! - вытаращил глаза Стас, подорвался из-за стола и быстро пошёл в коридор. Я двинул следом. Да уж, забавно: на пороге стоял не кто иной, как Паша, нервно почёсывающий затылок. - О, привет, Стас, - хихикнул он, заметив моего друга. - Да виделись, как бы. Ты забыл что-то? - немного раздражённо ответил Стас. - Нет… Просто не смог домой уйти… Ты предлагал погулять… Вот я и… - развёл руками парень. - Меня кто-нибудь познакомит с гостем? - нахмурился тем временем Лёха. - Проходите, - кивнул он Паше. - Паша, это мой брат, Алексей. С Ильёй ты уже знаком, - указав на меня, сказал Стас Паше. - Братик, а это Паша. - А Паша у нас кто? - поинтересовался Лёха. - Паша… он... ээээ… - кажется, Стас завис. Я старался не заржать при виде подвисшего Стаса, каменного лица Паши и недоумевающего Лёхи. - Я его друг, - ответил Паша, немного погрустнев. - Это у меня он сегодня ночевал. - Да? Ну, тогда приятно познакомиться, - Лёха пожал руку гостю. - Бля-а-а-а, да что за бред?! - вскипел Стас. – Похер! Лёх, это мой парень! Вот тут я всё же заржал в голос. Картина маслом: Стас втянул голову в плечи, будто боясь подзатыльника, Лёха с открытым ртом, да и Паша не лучше. Впрочем, этот, кажется, счастлив! - Эм… но как так? Ты же был против нас с Ильёй, - первым отмер мой парень. - На то были причины! - рыкнул Стас. - Теперь все довольны? – он повернулся к брюнету. - Паш, ты хотел погулять? Пойдём. Только сейчас оденусь. Стас пулей шмыгнул в комнату, натянул штаны вместо домашних шорт, в которые уже успел переодеться, и надел толстовку. - Всё, мы пошли, - кивнул он нам, - вернёмся к вечеру. Они скрылись за захлопнувшейся дверью. - Вот это да! - поразился Лёха. - Он сказал «вернёмся»? Они теперь здесь вместе жить будут?! Как мне столько народу кормить?! Эти слова неприятно кольнули сознание. Ведь правда… Я ещё учусь, а отцовские деньги он не берёт с меня. И Стас из СТОшки ушёл давно… Лёха один буквально содержит нас всех, а ведь он ещё и сам учится… - Эй, мелкий, ты чего загрустил? - обратился он ко мне, тыкнув в бок пальцем, прерывая мои размышления. - Насчёт денег… Давай я возьму у отца, я знаю где он их хранит… Тебе ведь правда тяжело нас всех кормить… - Да ну тебя! Хотя, блин, у меня правда сейчас нет работы, и деньги кончаются… Хорошо, давай возьмём немного, но только я потом верну! - ответил парень. - Зачем? Эти деньги у него всё равно лежат для меня. Кроме меня у него больше никого нет! - Илюх, придёт время, и отца не станет, и что тогда? Я собираюсь жить с тобой, поэтому мне надо научиться тебя содержать. Привыкай, малыш, я такой! - и он, наклонившись, чмокнул меня в нос. На душе сразу полегчало. - Тогда мы сейчас пойдём ко мне? - Давай! Пошли собираться! - Ты иди, а я со стола приберу и посуду помою… Я ведь уже одет, мне только обуться… - Да, точно, нужно не забыть тебе взять домашних вещей… Я пошёл одеваться. Я сгрёб со стола кружки, блюдца и отправил их в раковину. Быстренько перемыв чашки, я стоял и вытирал руки, когда на мои плечи опустились тёплые ладони, а щёку согрело дыхание. - Я готов, идём? - спросил Лёха, подбородком касаясь шеи. - Ай, блин! - воскликнул я. - Что случилось? - удивился он, разворачивая меня к себе. - Побрейся, - ответил я, потирая оцарапанную шею. - Ты колешься! - Вечером, ладно? А то сейчас мне лень. Тебе-то хорошо, у тебя не растёт пока ничего… - Как хочешь, можешь и вечером, но целоваться я с тобой не буду, пока не сбреешь свои колючки! Не переживай, и у меня расти скоро начнёт. - Хорошо, родной, целовать не буду! Я пока просто тебя потискаю, - сказал он и ущипнул меня за зад. - Дурак, - заржал я. - Пойдём уже! Так, на улицу мы вышли в приподнятом настроении. - На машине поедем? - спросил Лёха. - Не, давай пешком, хочу прогуляться. - Ну ладно, идём. Только тогда вещей много не понесём, потом как-нибудь основательно за ними заедем. - Лёх, ты ведь понимаешь, что если с отцом реально что-то случится, при наличии документов меня заберёт мать, либо же отдадут в детдом… Мне ещё полтора года до совершеннолетия… - Насчёт твоего отца ты прав, куда он мог деться? Ты ведь говорил, что он улетел, а звонил он тебе с Российского номера… - И то верно… Я не понимаю, что происходит, где он… И я очень боюсь того, что со мной будет дальше. - Не бойся, я с тобой, и пока что нам ничего не угрожает. Настроение после этих бесед заметно испортилось, и я никак не мог избавиться от чувства тревожности. Мы уже подошли к моему дому, как я заметил, что дверь не заперта. Схватив Лёху за руку, я потянул его внутрь с воплями: - Отец?! Папа, ты где? Это я! Ответом мне была тишина. И я, немного напрягшись, шагнул назад, наступив моему парню на ногу, из-за чего тот зашипел. Позади захлопнулась входная дверь. - Привет, малыш! - раздался знакомый голос «моей матери». В этот момент сзади я услышал тупой стук, и, немного навалившись на моё плечо, Лёха сполз вниз. - Я так рада, что ты пришёл! Мне как раз нужны твои пальчики, чтоб открыть один комодик, - заявила она, улыбаясь. Я тем временем обернулся: позади меня стояли два здоровенных бугая. Лёхе, видимо, дали по голове , и он отключился. - М-мои пальч-чики? – заикаясь, проговорил я. - Не бойся, отрезать не буду, просто идём со мной, приложишь их к экрану, и тогда я, возможно, даже выпущу вас отсюда и дам тебе увидеться с отцом. Боясь за своих родных, я последовал за ней. В кабинете отца, когда она протянула мне руку, я вложил в неё свою. - Смышлёный малый, - хмыкнула она и протянула мой указательный палец к картине на стене. Точнее, раньше там была картина, а теперь она сдвинута и виднеется небольшой экран сенсорного дисплея. Как только окошко пискнуло после прикосновения моего пальца, я почувствовал удар по голове и перестал воспринимать окружающий мир. Придя в себя, я почувствовал ужасную головную боль и странный дискомфорт в руках. Попытался открыть глаза… Освещения было мало, но я смог разглядеть, что мой отец и Лёха сидят посреди комнаты, привязанные к стульям, я же сидел в углу, на кресле, и руки у меня связаны спереди. - Эй, тут сыночек твой очнулся, - пробасил чей-то голос. Я повернулся на звук, заметив высокого мужчину со светлыми волосами и тёмным загаром. Так как Руслан был поразительно похож на этого человека, я понял, что я имею дело с его отцом. В его руках был пистолет. Видимо, помещение было подвальным: ни одного окна и лестница наверх, по которой спускалась наша похитительница. - Это хорошо. Развяжи его! - приказала она. - Но зачем?! - поразился мужчина. - Потому что так надо, - отрезала она. Тот, подойдя ко мне, развязал мои руки, и я еле переборол желание кинуться к отцу и любимому. Запустив руку в волосы в попытке хоть как-то успокоить боль в голове, наткнулся на что-то вязкое, я даже побоялся предположить, что это. - Что тебе нужно? - спросил я, отняв руку от головы, и принялся растирать затёкшие запястья. - Ты, а точнее, деньги. Своего ребёнка убить я не смогу, следовательно, мне нужно забрать тебя с собой, а папашу твоего засадить за решётку. Для этого ты мне как раз помог сегодня раздобыть эту папочку, – она помахала у меня перед носом пухлой папкой. В этот момент мой отец, немного застонав, попытался выпутать руки. До этого он, видимо, был без сознания. Лёха же до сих пор не подавал признаков жизни, и я уже перепугался за него не на шутку. Хотя куда уж испугаться больше… - О, кто очнулся! Привет муженёк! - зло заулыбалась она. – Николай, сходи-ка принеси воды, мне нужно, чтобы он был в состоянии подписать бумаги, а не только стонать, - она обратилась к светловолосому. Николай ушёл, а мой отец смог лишь тихо прошипеть: - На хуй пошла, стерва, отпусти Илью. - Отпущу. И даже приму под тёплое крылышко! - позлорадствовала она. - Сука… - Сам такой, - ответила она ему и повернулась ко мне. - Мне нужно поговорить по телефону. Можешь подойти к отцу, но не смей его отвязывать, учти, я тебя вижу. И у меня есть пистолет, - она помахала перед моим носом чёрным стволом и отошла в угол, повернувшись лицом ко мне. Я со всех ног кинулся к отцу, опускаясь возле его стула на колени. - Папа, пап! Ты меня слышишь? - Да, Илюш, слышу… Но лучше бы тебя тут не было, и я тебя не слышал. Кто этот мальчик? - кивнул он на соседний стул с безвольным телом. - Это Лёха, он брат Стаса… Мы с ним это… Я люблю его, пап… Но ему плохо… Кажется, сильно плохо, он не приходит в себя! – я на коленях подполз к парню и принялся его трясти, но тот всё так же был без сознания. - Сынок, у тебя вся голова в крови, - взволнованно прошептал отец. К счастью, дыхание Лёши было ровным. А всё остальное меня мало волновало. - Пап, всё нормально. Рядом прозвучал выстрел, и я отпрыгнул от стула от грозного окрика: - Я сказала, что к отцу можно! А к этому нельзя! И не переживай, он просто спит от снотворного. А теперь о главном. Андрей, все твои махинации в этой папке, и ты прекрасно об этом знаешь. У тебя есть выбор: либо ты всё отдаёшь мне, и я просто забираю Илью и ухожу, либо я убиваю твоего сына, и всё равно всё достаётся мне как единственной наследнице, так как в любом случае, ты будешь гнить в тюрьме. Выбор за тобой! - Отец… - я хотел его предупредить, что она не сможет убить меня, но меня вновь прервали выстрелом поблизости. - Андрей, решай! - Какие гарантии, что с ним всё будет в порядке? - тихо спросил отец. - Моё честное слово, - хмыкнула она. – Решай скорее, через пятнадцать минут тут будет полиция. - А если я сейчас перепишу все бумаги на тебя? Ты отпустишь его жить так, как он хочет, и забудешь о его существовании? Только поскорее, у него кровь… - Всё имущество? И дом? И фирму? И акции? Мне дела нет до его крови. - Да, всё будет твоим, только, пожалуйста, поскорее вызови ему скорую, - взмолился мой отец. - Я и не думала, что ты так щедр! - Чёрт, - не выдержал я. - Если здесь будет полиция, тебя ведь тоже посадят! Ты же держишь нас здесь! - Не я, а Николай, - спокойно ответила мне она. - А вот и он! - она пистолетом указала на спускающегося мужчину со стаканом в руке… и выстрелила. Выстрелила в человека. Я увидел, увидел, как тот дёрнулся, как разжались пальцы, держащие стакан, и тот рассыпался на осколки о бетонный пол. Я видел, как этот, пару секунд назад живой мужчина, был мёртв. От ужаса я не мог пошевелиться… Ещё и голова невозможно раскалывалась… - А я вас спасла! Так что на! - кинула она договор моему отцу на колени. – Теперь решай, тебе ведь не выгодно меня отдавать полиции, так как тогда Илью отправят в детский дом до восемнадцатилетия, и не известно, что там с ним будут делать. Так что я уверена, что ты меня не сдашь, раз так печёшься о нём. А на твоё предложение я согласна. Пусть мальчишка живёт, как хочет и на что хочет. Записывай меня единственной наследницей. У тебя… пять минут. Последнее, что я видел - это то, как она развязывает руки отцу, и тот ставит подписи на документах. Затем моё сознание вновь померкло. Очнулся я уже в больнице. - Мальчик мой, как ты? - встревоженно смотрел на меня Лёха, заметив моё пробуждение. - Всё нормально… - Голова не болит? Не кружится? - Нет! Ты же знаешь, что есть более важные вещи! Где она? - Уехала, как и хотела… Со всеми документами, а соответственно, и всеми деньгами твоего отца. - А отец? - Пока в больнице, но скоро его отправят в тюрьму… О, нет…. - А как же я?.. - спазм сковывал горло, слёзы я уже сдержать не мог. - А ты со мной… Она оставила тебя со мной… Я плакал и не мог остановиться. Столько всего навалилось… - Родной, твоя голова… Потом когда снимут бинты… ты сможешь вновь отрастить волосы… - Меня побрили? - и ведь действительно, я не чувствовал своей чёлки. - Да… Сотрясение слабое, ты просто потерял много крови из-за открытой раны. Поэтому, как только ты сможешь, мы пойдём домой спать… А завтра с утра придётся идти давать показания в полицию… - Я не хочу больше здесь оставаться, пойдём. - Но ты ещё слаб! - У меня есть ты. Пройдя пару коридоров, я увидел Стаса и Пашу, они сидели, обнявшись. По глазам Стаса было видно, что он недавно плакал. - Они ведь не к нам? - толкнул я Лёху - Нет… - пожал тот плечами. - Эй, что тут происходит? - обратился он к парням. - Брат, - кинулся к нему Стас. Кажется, он и до сих пор плакал. – А вы что здесь делаете? Илюха, что с тобой? - заметил он меня. - Долгая история… А вы почему тут? – не стал вдаваться в подробности я. - Тоже долгая, так что вы первые, - твёрдо сказал Стас.