Сердце нараспашку

Shinee — Year of us       Илана протянула руку, и на неё упало несколько крупных снежинок, которые мгновенно растаяли от тепла кожи. Она поглубже вздохнула в легкие чистый, прохладный воздух и улыбнулась своим мыслям. И пусть небо прикрыто мрачно-сероватыми облаками, а ветер дует в лицо, путая и так закрученные волосы, на душе было так легко и свободно, как давненько не было. Словно вот-вот что-то произойдёт, и от этого чувства хотелось улыбаться всем прохожим, порхать по скользкой улице и, как в детстве, кататься по отмерзшему асфальту.       На дворе была уже середина ноября. Рано начавшаяся зима окутала всё вокруг своим снежным покрывалом, которое именно сегодня было таким красивым и неземным, что казалось, будто Илана находится не на своей улице, рядом с домом, а в каком-то фильме. Повсюду всё так блестело, что в глазах начинало рябить от излишка лучей, отражающихся от снега. С небес падали мельчайшие завитушки снежинок, играя с лёгким ветром и кружась в воздухе, танцуя свой, неведанный никому и единственный на всю жизнь, танец.       Илана, медленно шагая, любуясь окружающим её миром, наконец добралась до дома. На душе было спокойно, а неприятные мысли давно отодвинулись на дальнюю полку в её голове. Сейчас, наверняка, мама выйдет и, с радостными глазами и тёплыми объятиями, встретит её. Ведь, иногда, достаточно простой человеческой любви, чтобы отогреть даже самое чёрствое и подмороженное жизнью сердце.       Нажав на кнопку у ворот и дождавшись ответа от мамы, она прошла через главные ворота и открыла входную дверь.       — Мамуль! Я пришла! — громко оповестила она дожидающуюся её на кухне женщину.       — Переодевайся и приходи. Я пока чай нам сделаю. Холодно на улице, да? — послышался из кухни её нежный голос.       — Да нет, не особо, — кое-как вырываясь из тяжёлого шерстяного шарфа, прокряхтела Илана. — Хочешь, попозже выйдем, погуляем? Снег так красиво падает... — мечтательно прошептала она, подойдя к двери кухни, но сразу замолчала, следя за тем, чем занимается мама. Она старательно обрезала кончики букета роз, который еле помещался на кухонном столе. — Оставила бы... Я сама могла бы это сделать... — только и смогла прошептать девушка. Женщина повернулась и добродушно улыбнулась. На уголках глаз показались морщинки, которые делали её ещё милее и приятней.       — Знаешь же, что я люблю возиться с цветами. Как думаешь, старый букет выкинуть или подержать ещё пару дней? — спросила её мама, указывая взглядом на букет из пятидесяти одной белой розы, стоящий в углу.       — Делай, как хочешь. Мне всё равно, — тихо отозвалась Лана, стараясь сделать голос как можно более безучастным.       — Ну да, ну да... Кстати, смотри. На этой неделе букет совершенно другой. Сегодня особенный день? — спросила её женщина и протянула к ней огромный букет, состоящий из нежно-розовых и белых кустарниковых роз. Илана пару секунд заворожённо смотрела на это прекрасное чудо, но, придя в себя, встряхнула головой.       — Нет, вроде. Ничего особенного на ум не приходит... — угрюмо пробормотала она и направилась к себе в комнату. — Пойду переоденусь.       — Ага, — ответила ей женщина и хитро улыбнулась. Как же ей хотелось увидеться с этим поклонником её дочери, который после её отъезда из Сеула каждую неделю, в пятницу, отправлял с курьером букет из пятидесяти одной белой розы. И так на протяжении почти трёх месяцев! Но Илана упорно не хотела ничем делиться с родными, что-то невнятно говоря о знакомом, "который ничего не значит".

***

Nichkhun — I'm in love       — Я тут смотрела программу одну с вами. И там Чанёль сказал, что спит с открытыми глазами. Мы сегодня обсуждали с одним преподавателем этот вопрос. И знаешь, что он мне сказал на этот счёт? Что это последствия неудачной блефаропластики! — раздосадовано говорила в трубку Илана, ходя по своей комнате из стороны в сторону. Она убавила звук радио "Классик" и продолжила свою тираду. — Так что пусть больше об этом не заикается!       — Хорошо-хорошо, малышка. Будет сделано, — примирительно отозвался на другом конце провода Бэкхён.       — О чем он только думал, когда говорил такое? Знает же, из-за чего это на самом деле... — недовольно пробубнила Лана и села на кровать.       — Ты, походу, стала нашей ярой фанаткой? — усмехнулся в трубку парень.       — Не то, чтобы фанаткой, — тихо прошептала девушка, мгновенно краснея от того, что её раскусили. — Просто смотрю с вами программы всякие. Иногда бывает весело...       — Ты смотришь их ради нас или него? — "И ведь знает, на какие точки нажимать. Бессердечный", — подумала Лана, играя с краем футболки.       — Ну... Я бы так не сказала... — протянула девушка.       — Всё понятно с тобой, — засмеялся в трубку Бэкхён. — Чего ты еще мучаешь его, если давно разобралась в ситуации? — нависла режущая слух тишина.       — Сама не знаю, — вздохнув, ответила Илана.       Оказывается, окунуться в прошлое иногда бывает приятно. За эти пару месяцев Илана отчётливо убедилась в этом. Девушка легла на кровать и полностью отдалась во власть самого необычного лета в её жизни, которое было наполнено такой тёплой атмосферой, разговорами и прогулками по ночам. Да, это, определённо, был один из самых приятных периодов в её жизни. Пусть он и закончился... Это не столь важно.       Она вспомнила, как к ним домой в первый раз пришёл курьер и отдал эти злосчастные цветы. Она ещё подумала, что это какая-то ошибка, о чем незамедлительно сказала курьеру, но тот лишь озадаченно дернул плечами и ушёл, сказав, что привёз цветы по нужному адресу. И, только увидев внутри букета белый конвертик с корейскими печатными буквами, она поняла, что всё верно. И пришло точно по адресу. Только вот, рад ли сам получатель такому сюрпризу? Отдав растерянной матери букет, Лана сразу раскрыла конверт и стала вчитываться в каждое слово, которое, судя по всему, было написано с огромным трудом. "Дорогая Илана,       Не знаю, имею ли я право что-то писать тебе, но позволь хотя бы объясниться и попросить прощение за своё поведение. Я знаю, что ужасно сглупил в тот вечер, но всё было совсем не так, как тебе с Бэкхён-хёном представилось... Я узнал весь масштаб содеянного мной только через два дня, когда, весь на нервах, опустошённый, не знал, куда себя деть. Потому, что ты не отвечала на мои звонки, да и дома я тебя найти не смог. А после пришёл Бэкхён-хён и хорошенько вправил мне мозги. Почему ты не рассказала о дате вылета? Хотя.. и это тоже моя ошибка. Он мне все рассказал, хоть и пришлось его хорошенько помучить...       Так вот. Помнишь, когда ты только-только пришла в отделение, тебя сразу направили ко мне? Когда я начал уже поправляться и мне постоянно названивали? А помнишь тот день, когда я рядом с тобой не сдержал себя и прослезился (моя мужская гордость не позволяет назвать это по-другому)?       Звонящей была моя бывшая девушка. Та самая девушка, которую ты в тот день видела в моей машине... На протяжении года она постоянно мне надоедала, просила вернуть всё. Раньше я никогда не отвечал на звонки. А в тот день, когда она в очередной раз мне позвонила, я решился с ней поговорить и попросить прекратить все её попытки, так как у меня появилась девушка. Она попросила о встрече, а после у нас с ней вышла небольшая ссора в машине...       Честное слово, это правда. Бэкхён может подтвердить мои слова. Прошу тебя, не отказывайся от меня так быстро. Ты не представляешь, как дорога мне стала за эту пару месяцев. Я сам не знаю, в чем дело, но будто связан с тобой какими-то нитями. Я не могу так просто взять и забыть тебя. И уверен, что ты тоже что-то ко мне чувствуешь.       Я виноват в том, что сразу не уяснил ситуацию. Не знаю, что на меня нашло. Может быть, временное помутнение... Ты не представляешь, сколько раз я успел пожалеть об этом, сколько раз ругал себя. Прошу тебя, пожалуйста, прости меня. Но не отказывайся от меня.       Я очень-очень сильно тебя люблю.       Твой Сехун."       Тогда Илана позволила себе заплакать на глазах у матери. Впервые за полгода. Она, не говоря ни слова, обняла её и прижала к себе, гладя по спине...       Илана, лёжа в постели, потянулась к стоящему рядом комоду и выудила из него конверты с письмами. Хотя она не хотела что-то признавать, но хранила у себя каждое из них и, временами, перечитывала снова и снова. Именно поэтому, впитавшая в себя бесчисленные слёзы, бумага была местами потертой и ужасно шуршала при каждом неловком прикосновении. Но то были её драгоценные воспоминания, связанные с Сехуном, и она так просто не решалась отпустить их.       Илана достала из аккуратно завёрнутой пачки второе письмо и бережно раскрыла его, стараясь случайно не порвать. "Дорогая Илана,       Прошло уже почти две недели, а от тебя я не получаю никаких вестей. И я не имею в виду твоего ответного письма, нет, я буду ждать столько, сколько тебе самой потребуется... Но я ничего не знаю о тебе. Я словно живу в закрытой комнате, у меня нет доступа ни к чему. Бэкхён упорно отказывается что-либо рассказывать о тебе. Говорит, это моё наказание. Раз ты сама не отвечаешь, то он не собирается вмешиваться. А что делать мне? Я ужасно хочу знать, как у тебя дела. Хочу знать, успеваешь ли ты завтракать и где учишься. Какая погода стоит у тебя, и тепло ли ты оделась. Хочу погулять в твоём родном городе и свободно держать тебя за руку. Хочу вживую попросить у тебя прощения. И, в конце концов, хочу услышать твой голос. Потому что я ужасно соскучился.       Ты даже не представляешь, как я соскучился. Честно говоря, я сам не думал, что умею испытывать что-то настолько сильное, выматывающее и причиняющее боль. Я не могу прекратить думать о тебе хотя бы на час. Ты постоянно со мной.       Я стал искать тебя в прохожих, как бы банально это не звучало. Я правда высматриваю, как сумасшедший, тебя в толпе. Почему-то надеюсь, что ты придёшь на концерт или фансайн. И боюсь, что в такие моменты я не смогу сдержать себя на месте и просто побегу к тебе. И мне даже не совестно перед одногруппниками. За эти пару месяцев я слишком сильно привязался к тебе...       И стал просто ужасно зависим от тебя. Мне не хватает твоего присутствия и молчаливого взгляда. Я скучаю по аромату твоих восточных духов и кофе. И каждое чертово утро, когда мне стоит случайно почувствовать запах кофе, я моментально вспоминаю о тебе. Это так мучительно, ты не представляешь. А твои привычки? Когда нервничала, то нервно теребила в руках что-нибудь или нажимала своими тонкими пальчиками на костяшки. Во сне любила прижимать, как плюшевого мишку... И знала бы ты, как мне нравилась эта твоя привычка. А ещё, ты не любишь подпускать кого-нибудь близко, и, поэтому, с первой нашей встречи, строила непонятные мне стены.       Илана, иногда мне начинает казаться, что я схожу с ума. Ты бы знала, как тяжело было в первые дни после твоего отъезда. Я просто не верил Бэкхён-хёну. Я отказывался в это верить и постоянно ждал тебя у дома. Но, кажется, я стал потихоньку мириться с происходящим. Я понимаю, что у тебя учеба, что ты такой же человек со своими амбициями, как и я, поэтому стараюсь не накручивать себя и просто ждать. Потому что знаю, настанет один особенный день, когда всё изменится.       Я очень сильно люблю тебя.       Твой Сехун"       — Лана? Ты чего молчишь? — послышался голос Бэкхёна. Он мгновенно вернул её из размышлений, оставляя лёгкий осадок горечи за произошедшее.       — Думаю, не стоит что-либо продолжать. Как ты представляешь себе наши отношения?       — Послушай, расстояние — это иллюзия для слабаков. Ты же понимаешь, что есть отпуска, каникулы, праздники. Да хоть скайп и какаотолк. Столько возможностей, а ты всё продолжаешь твердить одно и то же, — раздраженно заговорил Бэкхён.       — Ты мне лучше расскажи, как поживает твоя девочка?       — Хорошо, наверное, — грустно ответил ей парень. — Так. Ты тему не меняй. Мы вообще-то говорили о тебе.       — Почему "наверное"? Вы с ней не видитесь? — заинтересованно спросила его Илана.       — Не видимся. Она продолжает меня игнорировать...       — Да ладно? Странно. Ты же ничего такого не сделал, оппа?       — Не подлизывайся... И нет, я не такой дебил, как вы с Сехуном. Люблю ясность в любых отношениях. И не веду себя непонятно как, мучая и себя и человека, которого люблю, — раздраженно проговорил парень. В этот момент в комнату зашла мама и поставила на пол букет со свежими цветами. Хитро улыбнувшись, она сразу вышла и прикрыла за собой дверь.       — Тогда в чем дело? — грустно отозвалась через какое-то время Илана, снова задумавшись о своих чувствах, которые она так старательно пыталась стереть. Но выходило из ряда вон плохо.       — Да так... Там свои проблемы... Трудно объяснить. Кстати, чего это у тебя голос так изменился?       — Да мама принесла ко мне этот букет, — деланно раздраженно произнесла Лана, пытаясь сделать голос как можно более безразличным, как каждый раз, когда разговор заходил о Сехуне.       — Ну да. Сегодня же пятница. Должна была уже привыкнуть. Или, ты думаешь: "Он сдастся"? Он у нас настырный.       — Да дело не в этом. Сегодня цветы другие. Никак не могу понять, что это значит... — прошептала Илана.       — Ну... Может быть, это последний букет? Типа на прощание? — немного подумав, предположил Бэкхён. И почему-то от его слов стал ужасно не по себе. Руки похолодели, а на глаза моментально проступили предательские слезы. Ведь в глубине души Илана ужасно боялась, что однажды она придёт домой, а нового букет с цветами уже не будет, как обычно, на кухне или в её комнате.       — Ты сейчас всерьёз? Или хочешь проверить мою реакцию? — спросила Бэкхёна девушка, моментально раскусив его неудавшуюся попытку вывести её на чистую воду. Бэк моментально звонко засмеялся, а у самой Иланы на душе стало неприятно. "А вдруг?.."       — Лана! Дочка! К тебе гости! — послышался снизу голос мамы. "Какие ещё гости?" — Спускайся, милая. Это к тебе!       — Ладно, оппа-а, — кокетливо протянула девушка. — Меня тут мама зовёт.       — Иди-иди. Потом позвонишь, всё расскажешь, — ответил ей Бэкхён и сбросил звонок. В голове на секунду зависло его "потом всё расскажешь", но она сразу отвлеклась, снова позванная мамой.       — Уже спускаюсь! — звонко пропела ей с верхнего этажа Лана и стала спускаться вниз по лестнице.       Вид на нижний этаж стал потихоньку открываться. В коридоре стояли её мама и внезапно вернувшийся с работы отец. Они указывали кому-то у входа в направлении дома, чтобы гость заходил. Этот гость стоял к Лане боком и остановился в вежливом поклоне. "Что?" — только и успела подумать девушка.       А дальше все произошло, как в замедленной съемке. Первой её заметила её мама. Она повернулась к Илане и улыбнулась этой, понятной только ей, улыбкой. Как если бы она сказала: "Немедленно подойди и будь более гостеприимной!". Только все это происходило одним взглядом.       После Илана посмотрела на гостя, который выпрямился и столкнулся с ней растерянным взглядом. Эти глаза... Как же мучительно долго она скучала по ним. По каждому изгибу его ресничек, по этим вечно нахмуренным бровям и блеску любимых шоколадных глаз. И почему-то именно сейчас они казались по-волшебному особенными. Будто перед ней воочию стоял не человек, а мираж. Прекрасный и несбыточный мираж.       Губы Сехуна растерянно приоткрылись, он не знал, как поступить. Он лишь стоял посередине холла и смотрел на Илану, не веря своим глазам. Он наконец-то видит её перед собой, такую исхудавшую, в домашних шортах и футболке. Всё в девушке было таким родным и знакомым, но одновременно новым и возымевшим совершенно иное очарование, что он не мог отвести от неё глаз. Сехун, не в силах проронить и слова, заворожённо любовался каждой черточкой самых любимых в мире глаз.       Мама Иланы, почувствовав, что они с мужем в этот момент только мешают им, толкнула супруга в бок. А тот, придя в себя, деловито кашлянул, чем и отвлёк обоих от безмолвного разговора.       — А, — только и смогла произвести Илана, выйдя из оцепенения. Она растерянно посмотрела на родителей и только тогда нашлась, что сказать. — Пап, мам, познакомьтесь. Это Сехун, — и указала рукой на неловко переминающегося парня напротив. — Сехун, это мои родители, — прошептала она ему на корейском.       — Он знает английский? — нахмурив брови, произнес мужчина. — Ты понимаешь меня? — и перешёл на английский. Сехун неуверенно кивнул и снова покосился на Илану. В глазах читалось столько эмоций, что было понятно, что ему трудно сконцентрироваться на разговоре с родителями. — Мы с женой учились на факультете Иностранных языков. Поэтому свободно владеем английским. И японским, к сожалению, — добавил отец в конце.       — Очень рад, что смогу с вами поговорить. Я очень волновался из-за этого, — произнес Сехун и снова поклонился. Родители удивленно посмотрели друг на друга и, придя в себя, кивнули.       — Чего же мы стоим здесь? Проходи, пожалуйста, — мгновенно встрепенулась мама и всех позвала на кухню. — Будешь чай или кофе? — гостеприимно спросила Сехуна женщина.       — Спасибо, ничего не нужно, — отчётливо проговорил Сехун и, последовав примеру отца Иланы, сел за стол.       — Нет-нет. Отказываться невежливо. Ты ответь, чай или кофе? — Илана раздраженно вздохнула, понимая, что сейчас парню будет устроена настоящая проверка. "Лучше бы он притворялся тупым... Полиглот хренов", — подумала девушка и схватилась за голову, предчувствуя целый спектакль с её родителями и Сехуном в главных ролях.

***

Tyler Ward — Red       Наконец, когда все испытания были успешно пройдены, даже не смотря на то, что ко всем присутствующим добавился ещё и её младший брат, любитель помучить всех вокруг, Илана встала из-за стола.       Уж слишком долго она сидела рядом с Сехуном и чувствовала его присутствие. Слишком сильно мучилась от осознания того, что не может прикоснуться к нему даже рукой, а сердце все продолжало издеваться над ней и больно биться, словно умоляя выпустить наружу. А как мучительно было стараться не сталкиваться взглядами с Сехуном? И видеть его робкую застенчивость перед старшими и некоторую напряжённость во всем теле. И не было никаких сомнений в том, что и он с трудом сдерживается от волной нахлынувших на него эмоций. Словно тебе дали самое дорогое и желанное в мире, но приказали не то, что не трогать, но даже и не смотреть в его сторону.       — Думаю, сейчас уже поздно. Да и Сехун, наверняка, устал от длительного перелёта. Он же даже не спал сегодня, — уверенно проговорила она и потянула за собой парня, который мгновенно последовал её примеру и прошёл ко входной двери. От лёгкого прикосновения к его плечу, Илана почувствовала, как мурашки предательски побежали от руки до самой спины. Они безмолвно оделись и вышли на улицу.       — До свидания, спасибо большое за гостеприимство. И простите за неожиданный визит, — проговорил серьёзным голосом Сехун и снова вежливо поклонился.       — Я провожу его и быстренько вернусь, — сказала напоследок Илана.       — Можешь не спешить, — пропела ей вслед мама и помахала им рукой.       Дальнейшая их дорога проходила в полнейшей тишине. Ни один из них не осмеливался первым начать разговор. Илана просто понимала, что это парень должен первым начать, а Сехун всё собирался со своими мыслями. Пройдя метров сто от дома и завернув в какой-то тёмный угол, он остановился. Не сразу заметив этого, девушка оглянулась и увидела, как стоявший парой секунд назад парень теперь уверенно шёл в её направлении. Пару шагов, и расстояние между ними было преодолено, а Илана была крепко обхвачена тёплыми руками Сехуна.       Всё это время сдерживая себя от лишнего прикасания и даже взгляда, теперь он дал волю своим чувствам. Он не смог даже обнять её при встрече и болезненно долго сдерживался от любого лишнего контакта, даже зрительного, перед её родителями, боясь оставить после себя не самое лучшее впечатление.       Сердце бешено стучало в висках, и было плевать на жуткий мороз, стоящий на дворе. Не было слышно ни одного лишнего звука, лишь их прерывистое дыхание и шелест его пуховика. Сехун ещё сильнее прижал к себе обмякшую девушку, не чувствуя никакого сопротивления и в душе радуясь, что она не отстраняется. Он ужасно боялся, что она его забудет, и такой неожиданный приезд только помешает ей.       Парень проскользнул руками вверх по её спине и прикоснулся к голове, прикрытой капюшоном. Он слегка отстранился и обхватил её щеки, стараясь вглядеться в глаза. Но Илана не поднимала их. Она смотрела куда-то вниз, настойчиво отказываясь встретиться взглядами. Потому что было страшно. Страшно, что она поймёт, что чувства стали до невозможности сильными, и она больше не сможет отказываться от него, потому что теперь нити, связывающие их, стали настолько толстыми, а хватка такой крепкой, что нельзя было противостоять. И волей неволей придётся отдаться этому тайфуну, накрывающему, в который раз, с головой.       Сехун нежно, трясущимися от волнения руками прикоснулся к её подбородку и приподнял голову. Он чувствовал себя так, будто сейчас взорвётся от переизбытка чувст, что отдалась по всему телу мелкой дрожью.       — Посмотри на меня... прошу тебя, — прерывистым голосом прошептал он. И было в его голосе столько страданий, что по телу Иланы пробежали мурашки. А сердце начало с ещё большей силой биться о грудную клетку, умоляя хозяйку о слиянии их сердец и душ воедино. Раз и навсегда. И в этот раз и вправду так будет. — Илана, — протянул он. Не выдержав этой пытки, девушка послушно посмотрела на него, прекрасно зная, что не сможет сдержать во взгляде свои чувства. Он всё почувствует, и Илана окажется перед ним безоружной.       И правда, Сехуну было достаточно одной секунды, чтобы понять все, что накопилось у Ланы. Да и теперь она ничего не скрывала от него, полностью вверяясь его заботливым рукам. И не надо было лишних слов.       Уже одно то, что они выдержали это безмолвное испытание в три месяца, а чувства стали только болезненно сильными и просто не вмещающимися в грудной клетке, означало что-то большее, чем простая симпатия. Может быть, это была любовь? Может быть, именно этого они с Сехуном столько ждали? Кто знает... Важно лишь одно: сейчас они чувствуют себя настолько счастливыми, будто готовы были прыгнуть до самых звёзд, будто на спине выросли крылья и они получили возможность, подобно ангелам, бороздить просторы неба. Вдвоём. Вместе.       Навсегда.       Сехун притянул её к себе и прикоснулся самым долгожданным в его жизни поцелуем, а после крепко-крепко обнял и закружил по заснеженной дороге. Одинокий фонарь освещал этот момент безграничного счастья, трепета душ и сердцебиения в унисон, да луна смотрела сверху на влюблённых, которые теперь звонко смеялись от переизбытка счастья.       Да, вот оно, долгожданное счастье.