Несмешная комедия

      Город ещё находился под властью тумана, перед плотностью белёсой пелены которого оказались равны как прекрасные, так и не слишком живописные виды Генуи. Прохладное утро совсем не располагало к хорошему настроению: напротив, в душу будто бы невольно вселялась какая-то ненавязчивая, но ощутимая тревога. Так и хотелось вырасти раз в десять, растолкать в стороны этот туман и, оттолкнувшись ногами от земли, прыгнуть в небо. Несмело прижимая к груди истрёпанную кепку, которую зачем-то сняла с головы, юная Мэрилла на едва гнущихся ногах подходила к месту, где располагались фургоны и шатёр передвижного театра, о котором сказал ей брат.       Джустино простился с ней двадцать минут назад: он уже нужен был в порту, и поэтому расстаться с Мэри пришлось чуть раньше, чем он предполагал. Хотя парень и обещал сестре, что по возвращении он обязательно найдёт её, и они снова будут вместе, сам он в это почти не верил. Сейчас, когда-то в одном, то в другом городе происходят волнения, нельзя сказать точно, будешь ли ты в своей прежней ипостаси через год или два. Театр может разориться или уехать с гастролями в другой город, однако выбор у Джустино был невелик: бросить сестру, за которую был в ответе, одну на произвол судьбы в надежде, что она сумеет обеспечить себя сама, или же найти для неё сомнительный в отношении удобства, но всё же надёжный, кров.       Сложно было определить сейчас, кто из них чувствовал себя хуже: Джустино с всеобъемлющим, разрывающим его грудь чувством вины за то, что он, пусть и ради лучшей жизни, но бросил сестру, или Мэри, которая до дрожи в коленях боялась неизвестности, в которой брата, главного человека в её жизни, уже не будет.       Остановившись в нескольких шагах от своеобразного маленького мира, разбитого театральной труппой, девочка осмотрелась. Выцветший небольшой шатёр расположился посередине актёрского городка, а фургончики, по-разному разрисованные, стояли беспорядочно, закрывая друг друга. На улице почти никого не было: на ступенях деревянной лестницы одного из фургонов сидел седоволосый мужчина в потёртых чёрных брюках и сером плаще: он чинил свой ботинок и был так занят им, что не мог заметить гостя.       Наконец, набравшись смелости, Мэри вступила в круг, образованный фургонами, и, повернув направо, как и говорил ей Джустино, увидела выкрашенный в оранжевый цвет фургон с кое-где облупившейся краской. Дверь вовнутрь была открыта, и, заглянув туда, девочка увидела много разноцветных тканей, которые висели и на двери, и на протянутых для просушки белья верёвках… Сглотнув ком в горле, Мэрилла постучала в деревянную стену.       Через несколько мгновений, согнувшись у двери, из фургона вышла женщина. Наверное, это была та самая Алиса, о которой рассказал Джустино: с красивым бледным лицом и родинкой над маленькими губками, рыжими волосами до плеч, она выглядела весьма эффектно. На ней было льняное коричневое платье длиною до щиколоток, на плечах — накидка из лисьего меха, а на голове светлая фетровая шляпа.        — Мальчик, что тебе нужно? — Алиса пристально осмотрела Мэри с головы до ног, и та буквально сжалась под её взглядом. — Ты, кажется, не наш…        — Вас ведь зовут Алиса? — Робко поинтересовалась Мэрилла. — Мой брат… Джустино… сказал, что я могу прийти к Вам, и меня возьмут в театр…       — Джустино… — Женщина закусила губу и прищурилась, вспоминая. Наверняка имени брата Мэриллы она не держала в своей памяти. — А! Такой же рыжий, как и ты… Помню, помню… Так ты его брат?        — Верно, — кивнула Мэри, поднимая взгляд на Алису и рассматривая её получше. Красивая женщина, одетая не так уж и бедно — что она забыла в таком месте, как передвижной театр?        Цокнув языком, Алиса схватила Мэри за подбородок, попросила показать зубы, затем обошла её со спины, оценивая облик.        — Как тебя зовут? — Нахмурив тонкие, как ниточки, брови, спросила она.        — Руфино, синьора Алиса, — девочке начало казаться, что женщина всё поняла и сейчас прогонит её.       Но Алиса лишь усмехнулась в ответ.        — Руфино, — произнесла она только что услышанное имя с некоторым презрением, как показалось Мэри. — Тебе сколько лет? Одиннадцать?        — Тринадцать, — ответила девочка, густо краснея.        — Костюм придётся перешивать, — Алиса картинно вздохнула. — У нас актёры постарше тебя года на три-четыре, а то и на пять. Но ничего не поделаешь, мы внезапно лишились Арлекина, а спектакль ставить нужно. К тому же, удачно, что ты рыжий и в веснушках — ни грима не надо, ни парика.       — Так Вы меня принимаете? — Широкий рот девочки растянулся в улыбке.       — Пусть тебя ещё Джулиано посмотрит, — Алиса обернулась на шатёр, а затем одной рукой обхватила Мэри за плечи и подтолкнула вперёд. — Пойдём, я отведу тебя… Он сейчас в шатре с актёрами.

***

       — Ну и как ты представляешь себе эту сценку без Арлекина? Пьеро сам себе будет пощёчины раздавать? — Тонкий девичий голосок был слышен даже за пределами шатра. Мэри вопросительно посмотрела на Алису, но та лишь хитро улыбнулась, чем-то напомнив гостье лису.        — В том, что мы остались без Арлекина, моей вины тоже нет! — Ответил ей гнусавый мужской голос. — Приходится на ходу придумывать из-за вас, таких непутёвых…       Алиса отодвинула ткань шатра, зашла внутрь и поманила за собой Мэри. Девочка ахнула, когда оказалась там: снаружи шатёр казался гораздо меньше. По краям стояли в четыре ряда деревянные лавки для зрителей, а в пространстве между крайними группами рядов были свалены бумажные декорации. В центре, где должна располагаться сцена, стояли примерно десять человек, мальчиков и девочек лет шестнадцати-семнадцати, а впереди всех — долговязый бледный парень с чёрными волосами до плеч и в рубахе с длинными рукавами и юная девушка с красивым, как у куклы, но невыразительным лицом, которое украшала копна светлых кудрей. Спиной ко входу стоял, ссутулившись, пожилой лысый мужчина с оттопыренными ушами, который продолжал кричать на актёров.        — Джулиааано, — нараспев позвала его Алиса, и тот, услышав её голос, вздрогнул и обернулся, почти подскочив на месте.        — Алиса, ты не вовремя, — Мэри он заметил не сразу, — а это ещё кто?        — Это Руфино, — толчок в спину заставил сделать девочку несколько шагов вперёд, хотя она была готова провалиться сквозь землю из-за того, что теперь все смотрели на неё. — Ваш новый Арлекин.        — Ты с ума сошла?! — Воскликнула белокурая девушка. — Он же совсем ещё ребёнок! Как он будет выглядеть рядом с Пьеро?        — Помолчи, Мими! — Огрызнулся на неё Джулиано, а затем кивнул Мэри, приглашая пройти вперёд. — У нас же комедия. Это должно быть интересно… Тем более, спектакль уже послезавтра, а афиши никто не будет перепечатывать.       — Да вы только посмотрите на этого паренька! — Весело выкрикнул парень в вязаной полосатой шапочке и с необычайно длинным носом. — Он же рыжий! Ну чем не Арлекин-то!       — Репетируешь с нами, — сказал управляющий, отряхивая руки. — Таланта большого тут никто не имеет… А выбора у меня нет, без Арлекина вся сцена рушится, а с ней и спектакль.