untouchanyeol

Темно. Первое, что понял Бэкхён, открыв глаза, - в комнате хоть глаз выколи. За окном ночь, а свет в доме выключен. Попытка пошевелиться показала, что движения ничто не ограничивает. Парень попытался сесть и закашлялся. Что же случилось?.. - Наконец-то, а то я уже заскучать успел, - насмешливый голос, раздавшийся в темноте, заставил нервно дёрнуться и оглянуться. Раздался щелчок выключателя, и лампа на потолке загорелась мягким светом. Внимание Бэкхёна приковала высокая фигура, расслабленно сидящая на подоконнике. Он мог бы поклясться, что там не было никого, когда он смотрел в окно в попытке определить время суток. - Ты... - Бэкхён снова сипло закашлялся, чувствуя боль в горле. Резко накатили воспоминания о холодных пальцах на шее. Руки сами потянулись осторожно ощупать пострадавшую часть тела, после чего Бэкхён поморщился - больно, наверняка ужасные синяки. Взгляд метнулся на фигуру парня, неподвижно сидящего на том же самом месте. Бэкхёна словно током ударило, когда он проморгался и разглядел его - тот самый парень, Чанёль, чьи фото он видел на компьютере и в мешке, чьи кости, вероятно, лежали во втором мешке, а сейчас он спокойно сидел на подоконнике, точно такой же, но с чуть более уставшим, ничего не выражающим лицом, на котором всё же просматривались проблески любопытства, с которым он разглядывал перепуганного Бэкхёна. - Чанёль? - прошептал Бён, морщась от неприятных ощущений в глотке. - Можешь называть меня так, - выражение лица парня никак не изменилось. - Зачем? - чувствуя, как бешено колотится сердце, выдавил Бэкхён. - Ты не хотел со мной общаться. - Это же не повод душить меня, боже, - пробормотал Бэкхён, до сих пор до конца не веря в происходящее. Казалось, что это просто сон - ведь невозможно такое, что он неделю общался с призраком бывшего хозяина квартиры, который внезапно решил открыть ему, хотя бы частично (ведь убийца так и не был известен), тайну своей смерти, показал свои останки, никем не найденные, а потом едва не убил, лишив его воздуха. Но кровать действительно была сдвинута, пол разворочен, а в воздухе витал отвратительный запах, который немного выветрился через открытое окно (странно, что соседи ещё не вызвали полицию). Наверняка должны быть объяснения. - Ты жив, Чанёль? Почему ты скрывался три года? Как ты попал в квартиру? - реакция не заставила себя ждать. Парень недовольно нахмурился, спрыгивая с подоконника и подходя ближе. - Малыш Бэкхён-и, - Чанёль сел рядом, усмехнувшись, когда Бэкхён судорожно отполз. - Не пытайся убедить сам себя. - В чём? - разговаривать с кем-то явно не входило в сегодняшние планы Бэкхёна, но... Если Чанёль не против поговорить, то это только к лучшему - хотя бы есть возможность узнать его мотивы или убедить его одуматься и не делать то, что он собрался. Что бы это ни было. - В том, что я жив, - насмешливо улыбающийся парень наклонился ближе к лицу Бэкхёна, который зажмурился, готовый ощутить чужое дыхание, но не почувствовал ничего. - В том, что ты можешь всё происходящее объяснить логически, - ещё ближе, так, что можно было в подробностях разглядеть его бледно-карие зрачки немигающих глаз. - В том, что ты сможешь меня отвлечь разговором и останешься жив, - Чанёль резко выпрямился одновременно с тем, как Бэкхён дёрнулся, будто от пощёчины. - Я ничего тебе не сделал, - глухо произнёс Бэкхён, не в силах поверить в происходящее. - Посмотри мне в глаза и скажи, в чём моя вина перед тобой, - он поднял отчаянный взгляд на чужое лицо и остановился на безжизненных глазах. Чанёль перевёл взгляд, в котором на долю секунды мелькнула тоска, на стену. - Я чувствую твою вину в моей смерти. - Что? - забыв на пару секунд о страхе, Бэкхён не сдержал недовольный вскрик. И тут же испуганно дёрнулся, когда лицо Чанёля будто потекло вниз, как будто на картину вылили воду. Откровенно жутко. И зловещая улыбка на потёкшем лице только добавила ужаса. А потом всё восстановилось. - Твой страх удерживает меня в теле, - криво усмехнулся Чанёль, снова переводя пустой взгляд на затихшего Бёна. «Если я перестану бояться, он исчезнет», - мелькнуло в голове. - Поздно, Бэкхён. Окончательно ты от меня не избавишься, твоим страхом пропитана вся квартира, - желчь, сквозящая в чужом холодном голосе, словно пыталась проникнуть под кожу, которая резко покрылась мурашками. Чанёль будто чуть побледнел на пару мгновений, но затем снова стал прежним. - Это мой дом, я останусь тут, пока я этого хочу. Даже если ты меня лишишь телесной формы, я всё равно буду здесь, и от этого тебе не уйти. - Чем я виноват в твоей смерти? - сознание где-то на собственных задворках пыталось найти пути побега. Он не привязан никак, может встать, но какой смысл, если вся квартира - воплощение её бывшего владельца?.. Он даже до прихожей добраться не успеет. Чанёль помрачнел, промолчав. Тишина начала уже давить на уши, когда он неожиданно жутко рассмеялся. - Знаешь, ты мне очень кого-то напоминаешь. И в этом ключ к тайне моей смерти. - Ты не знаешь, как ты умер? - осторожно, прощупывая почву, начал Бэкхён. Не хотелось лишний раз провоцировать человека (?), которому уже терять нечего. Кто знает, что взбредёт в его голову. - Нет, - без малейшей эмоции. - Я не помню свою жизнь. И смерть тоже не помню. Бэкхён глубоко вдохнул, решив рискнуть. Но любопытство оказалось сильнее страха. - Ты помнишь Сехуна? Он приходил ко мне и пытался с тобой пообщаться. Но ты не отвечал. - Не помню, - Чанёль лениво пожал плечами, но по взгляду было видно, что он явно где-то не здесь. Будто пытается найти выход в лабиринтах своих спрятанных воспоминаний. - Зачем ему было общаться со мной? Бэкхён прокашлялся, раздумывая, как бы объяснить ситуацию так, чтобы не разозлить эмоционально неустойчивого Пака, к которому он вдруг почувствовал зачатки жалости. Даже представить страшно, каково это - провести три года в одиночестве, без воспоминаний и прошлого. - Он был твоим другом. Напряженное молчание затянулось. Затем Чанёль невыразительно хмыкнул. - Вот как. Не найдя, что ответить, Бэкхён окинул взглядом непринужденно сидящего рядом Чанёля, погружённого в себя. Тёмные растрёпанные волосы, рубашка, узкие чёрные джинсы - в таком виде он ушёл из жизни? Мелькнула ненужная и в чём-то даже оскорбительная для памяти Чанёля мысль о том, что при жизни он, видимо, был завидным парнем. Который кому-то перешёл дорогу. - Чанёль, - прозвучало неуверенно, но названный парень обратил своё внимание на Бэкхёна. - Я не виноват в твоей смерти. Я не знаю, кто стал её причиной, но могу помочь тебе разобраться. Если ты позволишь. - А ты не думал, - сквозящий ядом голос заставил поёжиться, - что я не хочу это знать? - Бэкхён нервно сглотнул, не отводя перепуганного взгляда от Чанёля, лицо которого уже не светилось той безмятежностью. Такой быстрый переход от одного состояния к другому просто пугал. Если с тем Чанёлем ещё вероятно было договориться, то с этим - уже вопрос. - Если бы я хотел знать, я бы попросил у тебя помощи сразу же. Но мне это не нужно. Я знаю, что с этим связан ты. И каждый раз, когда я смотрел на тебя в течение этой недели, - Бэкхён вздрогнул, когда холодная рука грубо схватила его за запястье, - я разрывался между желанием потрогать тебя всего и желанием сделать тебе так больно, как наверняка было мне, когда я умирал из-за тебя. Бэкхён дёрнулся, рефлекторно пытаясь сбежать, но не успел - пальцы второй руки грубо сжались на боку. - Чанёль, прекрати, ты ведь не такой, - попытка воззвать к голосу разума не увенчалась успехом, что стало ясно по хриплому смеху над ухом, когда тяжёлое и вполне ощутимое для призрака тело придавило Бэкхёна к постели. - Откуда тебе знать, какой я? - такие же ощутимые, как и всё тело, зубы прикусили хрящ. Бэкхён замер, стараясь не злить и без того неуправляемого Чанёля, пока не подвернулся шанс сбежать. - Я, - голос неприятно сорвался, - я просто верю в это. Показалось, что Чанёль остановился, но это ощущение исчезло, когда грубые руки сжали бёдра, а губы обхватили сосок через ткань. Бэкхён попытался дёрнуться и тут же зашипел сквозь зубы, когда сосок больно прикусили. - Ты не в романтической комедии, малыш. Можешь приравнять свою жизнь к какому-нибудь триллеру без счастливого конца, - губы Чанёля растянулись в кривой улыбке на один бок. Безжизненные глаза лихорадочно блестели, будто у ребёнка, получившего долгожданную игрушку. Пальцы грубо скользили по телу, трогая то тут, то там. Сухие потрескавшиеся губы повторяли путь рук, так ласково, насколько ласково может действовать озлобленный за годы одиночества призрак, касаясь тела, покрытого мурашками от ощущения холода и страха. То, как быстро и почти полярно менялось настроение и эмоции Чанёля, откровенно пугало. Закусивший губу почти до крови Бэкхён с тоской подумал о том, что станет звездой завтрашних сводок новостей. А если не повезёт, то послезавтрашних – зависит от того, когда его найдут. И весь город будет охать и ахать при виде телесюжетов про первокурсника, которого обнаружили изнасилованным кем-то неизвестным, а потом зверски убитым. Разум твердил: «Нужно что-то делать, иначе через несколько минут тебя будет рвать вполне реальный член уже не существующего человека», а тело отказывалось слушаться – вовсе не потому, что было приятно, напротив, ощущался только страх и обречённость, ни капли возбуждения, но от ужаса его будто парализовало. Безумно улыбающийся Чанёль упорно не замечал полное отсутствие инициативы со стороны партнёра – он увлёкся вылизыванием чужого живота, втянутого от неприятных ощущений так сильно, что можно было пересчитать рёбра. Настоящую панику Бэкхён начал испытывать, когда чужие руки, не замечая веса тела под собой, легко почти с первой попытки стянули с него штаны с бельём, заставив его проехаться спиной по кровати с полметра. Онемение спало с тела, Бён резко дёрнулся, пытаясь отползти назад, но был тут же пригвождён к месту, сглатывая под холодным взглядом. - Пожалуйста, - последняя жалкая попытка, оставленная без внимания. Руки медленно скользнули по бёдрам, с силой раздвигая одеревеневшие ноги, пока губы больно засасывали кожу внизу живота, под пупком, отчего наверняка останутся следы. Чанёль, как обезумевший, касался каждого сантиметра его тела. Смело обхватил ладонью член, не подающий никаких признаков жизни, отчего Бэкхён сморщился – откровенно противно, когда так трогают против воли. Пальцы невесомо прошлись по стволу, от головки вниз, а затем осторожно огладили мошонку. Грубость резко сменилась нежностью, а парень внутренне напрягся от беспокоящей его мысли о том, до чего дойдёт Чанёль при следующей смене настроения – насколько это будет грубо и больно. - Просто убей, не унижая, - хрипло выдавил из себя через силу. - Нет, ещё рано. Ты просто не представляешь, какие эмоции я испытываю сейчас, - Чанёль коротко лизнул совершенно не возбуждённый член перепуганного напрягшегося Бэкхёна. - Я вспоминаю. Вспоминаю, как трогал тебя точно так же при жизни, - почти неразборчиво, себе под нос, но Бэкхён напряжённо вслушивался, пытаясь сложить дважды два. Где-то должен быть ответ на то, почему Чанёль так им одержим и почему считает его причиной своей смерти, хотя они даже не встречались никогда. - Я помню, как трогал тебя внутри, какой ты там горячий, - помутнённый взгляд, полный обожания, поднялся на бледное от ужаса лицо Бэкхёна, который лихорадочно соображал. - Я помню это так, будто это было вчера. Каждое прикосновение к тебе взрывает в моей голове воспоминания о десятках моментов из жизни. Помню, как трогал тебя там, - холодные пальцы соскользнули к сжатому анусу, впрочем, не пытаясь войти. - Когда мы с тобой остались ночевать на берегу реки, а потом... - на первый взгляд, всё это казалось бредом сумасшедшего, но... Взгляд Бэкхёна упал на разорванные пакеты на полу, где лежали фотографии, окровавленные предметы и кости. И в мозг ударило озарение. - Ты спутал меня со своим парнем? С которым у тебя куча фото? Это на него я похож? И он стал причиной твоей смерти? Чанёль на миг замер, затем поднимая на Бэкхёна несчастный взгляд, уже не столь замутнённый обожанием и похотью. Быстро глянул на крайнее фото, торчащее из пакета, затем снова на Бэкхёна, а потом по бледному лицу призрака скатилась одинокая слеза, и Чанёль исчез. - Блять, чувак, ну ты серьёзно, что ли? - Пак нервно рассмеялся, пропустил волосы между пальцами и повернулся к нежданному гостю спиной, стараясь показать расслабленность. - Я тебя предупреждал. Я говорил, что сначала тебе член отрежу, если ещё раз увижу рядом с моим братом, а если и это не поймёшь, то убью нахуй. Что же вы, пидорасы, тупые-то такие? Мозг через зад вам вытрахивают? Чанёль был в курсе, что вспыльчивый брат его парня ещё будучи малолеткой попал в колонию за то, что едва ли не забил одноклассника до смерти. Но желание пошутить оказалось сильнее инстинкта самосохранения. - Знаешь, судя по твоим словам, тупым должен быть не я, а твой младший братишка, - против Чанёля сыграло то, что он по-прежнему стоял спиной к другому парню, стараясь не показать опасения. Из-за этого он не успел уклониться от удара, который его оглушил и лишил скорости реакции, а потом жалкие остатки сознания сквозь боль цеплялись за ненависть в чужом голосе и "Сука, я предупреждал, больше никогда не подойдёшь к Ёнхэ. Ну что, каково это - умирать из-за своей жалкой любви?" Сил ответить уже не было, а затем боль отступила. Неподвижно лежащий Бэкхён через несколько секунд отмер, быстро натягивая бельё и штаны. Первой мыслью было сбежать к чертям из этого дома – спать там, где обитает озлобленный призрак, ему совсем не хотелось. Но стоило только резко вскочить с кровати, как ослабленный событиями и нервами организм дал сбой, и парень потерял сознание, падая обратно.