Может, это любовь

— Ирука-сенсей?! Мужчина от неловкости почесал затылок, немного смутившись такой реакции. Но через пару секунд он выпрямился, широко и ярко улыбаясь детям. Его темно-карие глаза внимательно осмотрели каждого, замечая, что больше всего пострадала Нанами, а у Саске и Наруто истощились запасы чакры, которые понемногу восстанавливались. — Поздравляю, вы прошли второй этап экзамена! — громко сказал Ирука, продолжая улыбаться, а радость за ребят так и лилась из мужчины. — Хорошо постарались, вам бы отдохнуть, но сначала я кое-что расскажу. Один за другим ребята сели на пол, а на ногах осталась только Нанами, которая не любила при разговоре сидеть, если её собеседник стоял, даже если её ноги жутко болели. Сложив руки на груди, она внимательно начала слушать речь сенсея. — Ирука, что бы случилось, если бы мы открыли свитки раньше положенного времени? — с ироничной усмешкой спросил Саске. — Ты как всегда остроумен, Саске. — искра хитрости промелькнула в глазах мужчины. — Все, кто открывал свитки во время испытания, теряли сознание до окончания второго этапа. — Хорошо, что вы, Сакура и Наруто, не пытались открывать их, — с облегчением выдохнул Учиха. Ребята предприняли жалкую попытку скрыть бегающий взгляд, но это было так заметно, что Ирука улыбнулся. — Кстати, сенсей, что означают эти письмена? — Сакура указала на стену. — Ох, Сакура, да это уже не важно. Мы прошли второй этап! — энергично кричал рядом с Сакурой Наруто. Нанами раздраженно повернулась. — Ты можешь хоть на минуту захлопнуть свой рот?! Парнишка неловко замолчал. — Итак, Сакура, моя основная миссия — ответить на твой вопрос. — спокойно начал Ирука. — Вчитайся внимательно, это написал Лорд Хокаге, как наставление всем чуунинам. — Наставление? — в изумлении спросил Наруто. — Да, я сейчас поясню, — Ирука повернулся к стене. — Небо — разум, а Земля — тело. Если вам не хватает Неба, то узнайте всё необходимое. Если не хватает Земли, то тренируйтесь каждый день, чтобы быть готовым к борьбе. Когда разум и тело едины, даже самое опасное задание станет простым. — Я понял! — радостно воскликнул Наруто, улыбаясь Ируке. Но улыбка сенсея угасла. Взгляд его омрачился, брови сдвинулись к переносице. Он задумался. Наруто это заметил и спросил, всё ли в порядке. — Да не переживай! Через пару минут он всё же сказал, что должен был: — Скажу ещё кое-что, — мужчина сделал паузу. — не перетрудитесь на третьем этапе. Особенно ты, Наруто. — Не беспокойтесь, Ирука-сенсей, я уже не ребёнок! — самоуверенно сказал Наруто. Но Ирука прекрасно понимал, что юноша так ответит. И он знал, что Наруто выложится на полную. Но спорить он не стал, так же не высказав свое мнение про его психологический возраст. Нанами тихо прошептала, что мы всё ещё дети, но никто этого не услышал.

***

В подземелье было холодно. Со стен стекали струи воды, на каменных плитах прорастал свеженький мох. Запах гнили и биологических отходов наполнял коридоры каждый день, а заключенные в камерах люди не могли просуществовать и дня без проводимых над ними экспериментов. Ничто не могло нарушить гнетущую атмосферу этого места, где каждый день умирали люди. Прожившая долгую жизнь женщина, но не пережив холодную ночь, скончалась утром. — Она хорошо послужила мне, — сурово проговорила Хозяйка этого места, — но дряхлое тело помешало ей продолжить свою службу. Избавьтесь от трупа. Любыми средствами. — Как прикажите, Госпожа. — тихо сказал слуга. Постукивание её каблуков отдавалось эхом в пройденных коридорах. Белоснежные волосы струились за спиной, узкий стан, грациозная походка выдавала обладательницу волчьей крови. Её хищный взгляд, устремленный вперед, изголодался по виду битвы, а худые ладони давно не держали крепкого меча или лука. — Где мальчишка? — взгляд женщины задержался на слуге, который отвечал за камеру её нового «гостя». — Он спит, моя Госпожа, — слабым голосом молвил раб, склонив голову в поклоне. — Мне разбудить его? — Немедленно! — угрожающе приказала она. Юноша, боящийся гнева своей Госпожи, дрожащими руками достал связку ключей, начав искать подходящий ключ. Не прошло и минуты, парень нашел нужный крючковатой формы ключ, неуклюжим движение вставив его в замочную скважину, отворил железную дверь. На холодном полу лежал молодой мужчина, которому на днях исполнилось двадцать лет. Лицо его было исхудавшим, а голубые волосы скатались в грязное месиво. Его не мыли месяцами, парень был похож на жалкого бродяжку. Но даже эта грязь не могла испортить его красивые черты лица. Тело его ослабло после нескончаемых пыток. — Доставь его в Первую комнату, — женщина быстрым взглядом осмотрела рану на плече своего «гостя». — Так же пригласи Первого. Мне нужен его яд. — Слушаюсь и повинуюсь, Госпожа. — слуга поклонился уходящей женщине. Голубоволосый пленник повис на плече у юного слуги, который понес его в Первую комнату, чтобы Хозяйка могла начать свои опыты над ним. Все время пребывания здесь парень скрывал своё настощее происхождение. А чтобы узнать, кто он на самом деле, безжалостные слуги Госпожи морили его голодом, истезали и пытались разговорить с помощью зелий. Но он упорно молчал, пока не прознала Хозяйка о молодом мужчине с яркими голубыми волосами и светло-серыми глазами. Она с первого взгляда поняла, кто он такой. И она обязательно воспользуется данным ей шансом. — Мой дорогой 01! — с натянутой улыбкой поприветствовала мужчину женщина. — Я привела это заключенного снова. Мне напели пташки, что тебе по душе пришлась его кровь. — Да, у парнишки очень пряная кровь! — пропел мужчина, ядовито ухмыляясь. — К сожалению, я не смогу дать тебе много крови сегодня. Так же мне нужен твой яд, — заговорщически улыбнулась Хозяйка. — Ради Вас я готов на всё, моя Госпожа. Она улыбнулась. Её взор метнулся в сторону слуги, принесшего пленника. — Клади его на стол. Юноша молча положил свою нелегкую ношу на металлический стол. — Теперь нужно привести его в чувство. Женщина подошла к столу, её рука протянулась к худощавому телу парня. Темные сгустки маны оплетали ее по-детски нежные, тонкие, бледные пальцы. Движения маны были похожи на движения её хозяйки — та же плавность, грациозность, безмятежность — женщина была психически нестабильна (один только взгляд на свежий труп вызывал у неё восхищение), в ее действиях никогда не блистал здравый смысл, но во время колдовства нужно быть сосредоточенной, чтобы чары подействовали безошибочно. Черные струйки неторопливо спустились к лицу парня, а затем пронзительно впились в ноздри, заставляя его внезапно открыть глаза и сделать глубокий вздох. Его ноздри раздувались, как у разъяренного быка, рот чуть приоткрыт. Он не соображал, где находится и кто эти люди — женщина с белокурыми волосами, мужчина с ядовитым оскалом и парнишка, вероятно — одного с ним возраста. Юноша не смог нормально произнести и звук — его горло было настолько высохшим и застывшим. Едва он повернул голову в сторону женщины, слуга сразу подал ему воды, любезно помогая тому выпить её. Когда парень управился с водой не без помощи слуги, он заговорил еще хриплым голосом, сильно кашляя после каждой фразы. — Где я? Кто вы такие? — его горло саднило, а холод пронизывал его члены — в помещении дул сквозняк. Желудок тянуло, голова трещала, нос свербило от нестандартного пробуждения, словно в ноздри насыпали колючих опилок. Чувствовал он себя довольно скверно. — Добро пожаловать, дорогой гость! — женщина изящно отвесила поклон, плутовски ухмыляясь, — Ты оказался здесь не спроста. — Что? Я не понимаю Вас! — парень озадаченно оглядел её с головы до пят. — Да-а, мой мальчик, — её голос стал ровным, таким спокойным и… очень приятным, как ему сначала показалось. — я не могу рассказать тебе всего, но ты мне очень нужен. — Для чего? — он тонул в её васильковых глазах. — Ты должен убить свою сестру. — в тот же момент вся сладость исчезла, а на её место пришла холодная ярость. Казалось, что голубоволосый юноша попал в кошмар, который будет длиться вечно, если он подчинится.

***

Ирука привел ребят в огромный зал, где находились другие участники. Коридоры, по которым они проходили было однотипны, словно ходы в муравейнике. Лабиринт, в котором легко запутаться. Зал был действительно огромным. В конце была возведена большая статуя рук, изображавших печать. Перед изваянием на небольшой ступеньке стояли Хокаге и экзаменаторы. — Прежде всего, я поздравляю вас с прохождением второго этапа экзамена! — громко заговорила Анко в микрофон, прикрепленный за её ухо. — Желаю удачи в третьем этапе! По залу прошлась волна нерешительных и даже пугливых перешептываний. Через пару долгих минут нееоторые ребята отказались учавствовать в третьем этапе. В том числе Кабуто и подставной член команды близнецов.

Спустя час.

На большом табло высветились имена: Нанами Хаяши против Акайо Ивасаки. Нанами вперила свой взгляд в ухмыляющегося блондина, который стоял на противоположном балконе. Он в свою очередь смотрел на неё, наблюдая за её эмоциями, проявляющимися в глазах. Акайо, одного из близнецов, очень забавляла её легкое недоумение. Его брат-близнец с равнодушием следил за происходящим. — Прошу названных бойцов спуститься вниз. Девушка закрыла глаза и прочитала короткое заклинание, перенесшее её к экзаменатору. Юноша перепрыгнул через перила, изящно приземляясь на правую ногу. Его белая суконная рубаха чуть колыхнулась, а босые стопы ощутили прохладу пола, выложенного из каменной плитки. Он подошел к экзаменатору, становясь напротив Нанами. — Если вы готовы, то пусть начнётся бой, — экзаменатор переместился на балкон к остальным шиноби. Юноша хищно улыбнулся. В его взгляде можно было увидеть ироническое презрение. Он даже не шелохнулся, зная, что Нанами не будет атаковать первой. — Привет, Нанами, — ещё шире улыбаясь, поприветствовал её парень, — Мы так давно не виделись. — И вправду, — процедила сквозь зубы она, а затем наигранно добавила, — а я по вам так скучала! Акайо хмыкнул, выставляя руку вперёд. Его тело напряглось, во взгляде читался холод, а пальца выставленной руки плавно передвигались в воздухе, рисуя невидимыми чернилами незримые письмена. Девушка тоже времени не теряла — она встала в боевую стойку и достала меч, её ноги пружинили — им хотелось поскорее сорваться с места, направляясь в бой. Острие её катаны было направлено на врага. — А ты никогда не атакуешь первая, верно, да? — воскликнул её противник, а продолжил более мягко, поддатливо. — Прошу тебя — нападай. — Ты думаешь, что я поддамся тебе, сделав первый шаг? — она начала медленно ходить вокруг него, — Не смеши меня, твои чары на меня не подействуют. — Ты уверена? — тихо спросил он, голос его будто шелестел, а глаза его наполнились тяжелой угольно-черной краской — сгустками маны. Юноша качнулся вперёд резко взмахивая рукой вверх. Словно в диком танце, он качался из стороны в сторону, хаотично двигая руками — выписывая в воздухе иероглифы мощного боевого заклинания. Во время сотворения мощной магии парень не мог защитить себя, поэтому на скорую руку создал клона. Клон Акайо приблизился к Нанами, чтобы ударить её кинжалом в бедро, и его удар был заблокирован катаной девушки. Она, отбив его посильнее, нанесла моментальный удар клинком по левой руке, но клон сумел увернуться, получив только неглубокую царапину. Но даже от такой царапины он испарился. Девушка с раздражение сдула упавшую на глаза прядь волос. Она покрепче перехватила катану левой рукой, а правой начала колдовать. Заклинание мощного щита. Указательный палец нужно положить на средний, а под средний — безымянный. Затем подушечки большого пальца и мизинца должны соприкоснуться под тремя пальцами. Девушка сложила пальцы и начертила в воздухе большой круг, выплескивая через три сложенных пальца ману, словно чернила. Пространство исказилось, и появилась прозрачная окружность с горящим белым пламенем контуром. Девушка продолжила выплескивать ману, следя за противником. Его лицо было перекошено. Взгляд сделался пустым, и сам он выглядел очень пугающе и невзрачно. С кончиков его пальцев выходила мана, искрясь и электризуясь. Юноша сложил последнюю печать и выстрелил заклинанием в сторону Нанами. Оно ярким, фиолетовым, искрящимся шаром пронеслось почти через всю боевую площадку, извергая противный пищащий звук. Девушка прижала уши, усиливая щит. Шар с громким треском влетел в защиту, разрушая его и самоуничтожаясь. Нанами откинуло к стене от ударной волны. Акайо упал на спину, он был дальше от места взрыва, поэтому волна уменьшалась с приближением к парнишке. Во время столкновения со стеной Нанами больно прикусила губу клыком, на ней выступили капли крови. Девушка слизала их языком, немного увлажнив сухие и обветрившиеся губы. Спину свело, когда она попыталась встать с пола, и девушка снова рухнула на каменный пол. На левой руке красовалась глубокая царапина — во время взрыва её все же зацепило осколком электрического шара. Из-за этого она не могла пошевелить рукой да и с трудом остальными конечностями. — Чёрт тебя дери, Агайо. — тихо простонала она. Рану очень жгло, а любое прикосновение вызывало волну тока, текущую по мышцам руки. Юноша самодовольно ухмыльнулся. Пора завершать поединок. Он поднялся, отряхнул одежду и медленными шагом направился к девушке. Нанами откинула голову к стене, из-под опущенных век наблюдая за его приближением. — Малышка Нанами, ты слаба, — словно приговор, звучали его слова. — И это так скучно! Ты бы знала, как я хочу настоящего, насыщенного сражения. — Я поверю тебе на слово, — тихо сказала она. Парень был уже в паре шагов от неё. Ещё немного и он добьет её, такую измотанную и сокрушенную собственными мыслями. — Время для сна, малышка Нанами. — проворковал Агайо и погрузил её в глубокий сон. На самом деле — со стороны это выглядело, будто она действительно уснула. Но, нет. Это было его даром. Он мог погружать людей в глубокий сон, тем самым создавая клетку иллюзии, из которой очень сложно выбраться.

***

Что? Где я? Что это за место? Я стояла среди кромешной тьмы. Это тьма выглядела, словно была внутри меня. Кажется, что время остановилось, оставляя меня на вечность с глубоким чувством одиночества и животного страха, загоняющего в угол. Я не хочу это чувствовать — боль, раздирающую изнутри, рвущую меня на части. Из-за одного взгляда на тьму, казалось, что боль трехкратно увеличилась. Я не могу это терпеть. Когда же эта пытка закончится?! Я снова загнана в тупик эмоциями, будто дикая лань охотником. Сколько времени прошло с момента моего появления здесь? — Ты разочаровала нас, Нанами… — громкое, разрывающее слух эхо разнеслось в просторах тьмы, переключая моё внимание на пространство передо мной. — Кто это? — я жалко заскулила, поджав серый хвост. — Твои родители, — снова это эхо. Я сжалась в клубок непонятной массы, сдирая кожу со своего лица из-за дикой неприязни к своей ничтожной трусости. Как всегда — я ничего не могу и не смогла бы сделать. Это мерзкое, прилипающее к душе наказание коварной Судьбы. — Ты не достойна носить в себе нашу кровь и силу. Ты стала никчемной, бесполезной. Ты сама поедешь себя изнутри, с самого начала ступив на путь мщения. Твоя жалкая жизнь не стоит и гроша! — хором закричали мои родители, оглушая меня. — Нет, нет, нет. Я должна мстить. Другой цели я не знаю. После вашей смерти я не знаю покоя. Я не осознаю, кто я и для чего нужна здесь, в этом мире. — Ответьте мне, кто я! Скажите, зачем я нужна, — слёзы наполняли мои глаза. — Ты — наша большая ошибка. Мы разочарованны в тебе, Нанами. — снова хором заговорили мои мама и папа. — Ты самая бесполезная, до ужаса стала уродливой изнутри. Одиночество тебя поглотит. Ты, словно пустая оболочка, ищешь спасения через месть. К чему тебя приведёт такое существование? Ты мертва. Ты перестала любить. Ты стала чудовищем, ищущим волшебного спасения, но какой ценой? — лица родителей вытянулись, волосы вздыбились, а глаза воспламенились. — Тебя никто не любит! Ты никому не нужна, потерянное дитя! — Мама, папа… — из моих глаз градом катились слёзы. Это не мои родители — это чудища, живущие в моей гниющей душе. Тьма сгущалась. Я чувствовала это, падая в её бесконечную бездну. Я чувствовала разочарование в себе, одиночество и чрезмерную никчемность. Как сказали эти чудища — меня поглотит моя же Тьма, растущая в моей душе.

***

Сидящая в черном, кожаном кресле женщина ухмыльнулась. Хозяйка пустоши наблюдала за поединком через хрустальный шар. — Как же приятно видеть тебя такой подавленной, — она облизнула нижнюю губу, обнажая улыбкой клыки. — ты такая жалкая, когда пытаешься скрыть свою ранимость и слабость за маской равнодушия и гнева. Она поднялась и закружилась по комнате в безумном вальсе. — Хитрая сучка, ты смогла выбраться из его ловушки, а я так долго тренировала Агайо! — она остановилась перед шаром, всматриваясь в слегка размытое изображение. Лицо покрылось каплями пота, а глаза злобно глядели на юношу, который решил разорвать близкую дистанцию с противницей. Нанами упала на живот, пытаясь встать. — Ха! Давай же, покажи нам свою истинную сущность, мерзкая девчонка! — злобно кричала Хозяйка. Девушка замерла. Снова этот голос в её голове. — Убирайся из моей головы! — она закричала, что есть мочи. — Что?! — юноша в недоумении отшатнулся от отходящей девушки. — Как ты смогла? У тебя такой раскол в душе, ты не могла так быстро справиться! Она уперлась руками в холодный пол, медленно поднимаясь на ноги. Голос замер, а затем вовсе исчез, царапая своими отголосками слух Нанами. Её взгляд переместился на близнеца. — Я не так проста, Агайо. — хищный блеск промелькнул в её взгляде. В груди юноши разгоралось сильным пламенем раздражение. — Ты, ты… — Я, — сделав паузу, она снова собралась с силами. — сокрушу тебя, а затем доберусь до твоей хозяйки, прихвостная шавка! Нанами, немного покачиваясь, отошла от стены и сложила руки в запретной для оборотней печати. Ещё её прадед запретил использовать это заклинание, и его поместили к другим запретным заклинаниям в черную комнату библиотеки. Но после разгрома клана Нанами и Чин перенесли уцелевшие учебники, свитки, тома и фолианты. В том числе и запрещённое. В случае опасности — Нанами должна знать даже это. Неизвестно, когда вернётся Хозяйка, поэтому в быстром темпе Нанами заучила по наставлению Чин все эти заклинания. Она переплела пальцы, оставив свободными только большие. Затем соединила указательные пальцы, соприкоснув их подушечками к друг другу. Большие пальцы поместила под ладони. Остальные несгибаемо смотрели в потолок. Послышался искрящейся звук. Из указательных пальцев появлялась чёрная молния, обвивая остальные пальцы, словно змея. — Дух великого, дай мне силы. Дух сильного, подчини врага моего. Дух свирепого, мгновенно атакуй врага моего, — девушки шепот читала слова, закрыв глаза. Её волосы начали электризоваться под воздействием мощной магии, поднимаясь вверх. — Повинуясь воле моей — поразите врага моего! Агайо не мог сдвинуться с места, будто его что-то сковало. Синяя, словно сапфир, рогатая змея обернулась вокруг него, сжимая железными тисками. Парень пытался вывернуться из этой хватки, но не смог — змея сильнее сжимала его. За девушкой величественно раскрыла свой золотой капюшон королевская гадюка, обнажая острые, ядовитые клыки. Она была выше и больше Нанами почти в два раза. Из глотки полилось свербящее слух шипение. Девушка, сосредоточив силы на заклинании, побледнела, губы её непрерывно двигались, издавая тихий шепот, слова которого никто не мог понять — всё слилось в один сиплый звук. Глазные яблоки наполнились сгустками маны. Их взгляд вызывал тягучее чувство тяжести в желудке, а сердце так и замирало, леденея. Третья — красная гадюка плавно выплывала из рук Нанами. Её тело было покрыто колючками, а голову венчал твердый капюшон из кожи, закрепленной костяными шипами. Она вырастала ввысь, держа свой кроваво-красный взор на связанном Агайо. Юноша с неподдельным страхом наблюдал за возвышающимся духом змеи, нервно сглатывая. — Нанами, мы же не хотим убивать друг друга, верно? — нервно начал он, идиотски улыбаясь и не сдерживая нахлынувшего, сковывающего ужаса от размера клыков красной гадюки. — Нанами, я не хотел тебя убивать! Мне было приказано так сделать! Это всё моя Хозяйка, Нанами! — Поздно, Агайо. — холодно отчеканила девушка. Юношу бил озноб, он зажмурил глаза. Гадюка плавно спустилась к его лицу, пощекотав его левое ухо своим длинным и тонким языком. Одним своим глазом она заглянула в его большие слезящиеся глаза. Он что-то бормотал, всё ещё пытаясь просить пощады, но как сказала Нанами — было поздно. Красная змея сузила свои глаза, немного отодвигаясь от его сморщенного лица. Создавалось ощущение, что время покинуло это место, и гадюка находилась перед ним вечно. Никто не мог произнести и слова, потому что свербящие шипение и треск магии заполнили помещение. Гадюка напитывалась его страхом, ожидая приказа призывателя. Нанами, сжав губы, наблюдала за поведением врага. Через пару минут ей надоело смотреть на его мерзкое зареванное лицо. Змея повернулась вытянутой мордой к ней, вопросительно заглядывая в глаза. Девушка слегка ухмыльнулась. — Приступай! Зрачки гадюки сузились, и она стремительно повернувшись обратно, широко раскрывая пасть клыками наружу, впилась в шею Агайо, протыкая её чуть ли не насквозь. Он в недоумении раскрыл рот и повис ничком, глаза его были широко распахнуты. Гадюка жадно поглощала его кровь. По уголкам её пасти текли маленькие струйки гранатовой крови Агайо. Шея её сильно раздувалась при каждом глотке. Нанами почувствовала на губах металлический привкус крови. Это была кровь Агайо. Вместе с гадюкой она пила его кровь, так же проливая её по краешкам губ. С удовольствием прикрыв уставшие глаза, она продолжила поглощение, пока вся кровь парнишки не была вытянута. Его тело выглядело иссохшим — глазницы впали, и казалось, будто они вовсе почернели, кожа совсем сделалась бледной, губы и рот ссохлись. На месте складного юноши появился скелет, обтянутый белой кожей. — Великие духи, я благодарю вас за оказанную помощь. — девушка низко поклонилась духам, которые собрались перед ней, нетерпеливо двигая кончиками хвостов. Змеи что-то прошипели ей в ответ и испарились, словно мираж. Бледный труп с грохотом оказался на полу. Нанами со зверской ухмылкой наблюдала за его нелепо раскрытым ртом. — Ух, Нанами! — женщина подпрыгивала у стола с шаром от колющего любопытства. — Ты выросла, мелкая зазнайка. Её губы скривились, и одичалый смех резко наполнил комнату.