Глава тринадцатая
23 мая 2017 г., 17:19
Я сдвинулся на кровати, чувствуя, как Скотт крепче обнимает меня за талию, он делал так, потому что думал, что я сплю слишком близко к краю, но все равно это было приятно. Я зевнул, и рука мужчины сдвинулась на мой живот, спустя шесть месяцев, он становился все больше и больше, делая меня настолько толстым, что я уже не видел своих ног.
– Ты в порядке, малыш? – донесся хриплый голос Скотта, лицо которого было зарыто куда-то в подушку.
– С кем из нас ты говоришь? – он передвинулся так, что его подбородок лежал на моем плече, а губы находились на щеке.
– С вами двумя, мои любимые, – взглянув на часы, стоящие на прикроватной тумбе, произнес он. – Пора поднимать Алекса в школу, – это было так мило с его стороны. Скотт отводил Алекса в садик за меня, в первый день это был еще я, но затем ходить становилось все сложнее и сложнее. Малышка внутри меня пиналась так, будто она, чертов, поезд, врезающийся в стену, ну, вот как сейчас.
– Ау! – я вздохнул, опуская руку на то место, где она толкнулась, – успокойся.
– Снова болит? – я кивнул, Скотт начал массировать мой живот. Она любила, когда он был рядом: он разговаривал с ней и пел ей песни, и был нереально чудесным. – Знаешь, ты еще не думал о том, как назовешь ее, – я прижался любом к его виску.
– Может, ты попробуешь? – он прикусил губу, думая.
– Даже не знаю, я хочу, чтобы ее имя было особенным, но не настолько, чтобы над ней смеялись, – он что-то промычал. – Кэти?
– Как в «Паранормальном явлении»? Нет, спасибо, – он приподнял мою кофту, успокаивающе поглаживая мой голый живот.
– Хэйзел? – мы посмотрели друг на друга и отрицательно помотали головой. – Эм… Элли? – я посмотрел на свой живот.
– Нет, как Элли, не ощущается, – я подпрыгнул, когда он резко сел, счастливо улыбаясь.
– Я знаю.
– Ну, так говори, – обе его руки обнимали мой живот.
– Корали, – у него был этот блеск в глазах, когда он взглянул на меня, – Корали Квин Х… – он быстро остановился – …Грасси, – а затем нахмурился.
– Если она твоя, то фамилия должна быть Хоуинг, – я простонал, садясь. Скотт поддерживал меня за спину. – И мне нравится имя, оно милое. Моя маленькая Корали, – я вздохнул, когда она снова пнулась, но в этот раз уже мягче.
– Что?
– Я думаю, ей тоже нравится, – он провел ладонью по моей щеке.
– Правда?
– Мг-хм, – он посмотрел на мой животик.
– Так странно думать, что я могу быть отцом, – я почувствовал, как на меня что-то капает, и когда мужчина взглянул на меня, я увидел слезы в его глазах. – Если мы останемся вместе…что если она меня возненавидит?
– Она не возненавидит тебя, Скотт, – я держал его лицо в своих руках, пальцами вытирая слезы.
– Папуля? – Алекс медленно открыл дверь спальни, потирая глаза. Он был все еще в своем кигуруми со Спанч Бобом, – я нехорошо себя чувствую, – я опустил кофту, закрывая живот.
– Иди сюда, малыш, – я позвал его к себе на кровать. – Что случилось?
– Мой животик болит и голова тоже, – он начал скулить, я положил руку ему на лоб.
– Ох, милый, ты весь горишь, ложись рядом со Скоттом, – я начал подниматься с кровати и заметил, что Скотт пошел вместе со мной. – Все в порядке, я сам все улажу, – я вздохнул, опуская руку, чтобы поддержать живот, несмотря на то, что он был уже достаточно твердым, чтобы находиться без поддержки, это стало своеобразной привычкой. Я пошел в ванную, чтобы найти градусник, и когда вернулся, проверяя температуру мальчика, Скотт следил за мной все время. Я проводил пальцами сквозь волосы сына, пока не услышал писк, – тридцать восемь и три, никакой школы сегодня, – он начал закатывать истерику.
– Но сегодня день раскрашивания! – я усмехнулся.
– Вот, что я тебе скажу: я схожу к бабе домой и посмотрю, есть ли у нее раскраски, а потом ты спокойно пораскрашиваешь, не бегая повсюду, – щелкнув его по носу, сказал я. Алекс все еще поднывал, но мое предложение, кажется, сработало.
– Хорошо.
– Иди, бери свою подушку и теплое одеялко и ложись на диван, – он кивнул, уходя по моему распоряжению.
– Вау, – я обернулся посмотреть на Скотта, – не думаю, что я бы так справился.
– Ты привыкнешь.
– Я знаю, но ты беременный и все еще можешь делать это, – я потянулся, обнимая затем себя за живот.
– Мои дети стоят для меня на первом месте, – мужчина легко поцеловал меня, а затем помог спуститься с лестницы.
– Я схожу к твоей маме за книжками.
– Хорошо, я тогда позвоню Трэвису и в школу, – я ушел на кухню за телефоном, поддерживая себя рукой за поясницу, чтобы спина не болела так сильно. – Здравствуйте, это Митч Грасси, звоню по поводу Алекса Буша, он нехорошо себя чувствовал с утра и оказалось, что у него небольшая температура, поэтому мы оставили его сегодня дома. Да, я позвоню его отцу. Хорошего дня, до свидания, – я попрощался, а затем набрал номер Трэвиса.
– Алло?
– Хэй, это Митч, я хотел предупредить, что у Алекса температура, ничего серьезного, просто хотел, чтобы ты знал, – на другом конце провода послышалось шевеление.
– Хочешь, чтобы я приехал помочь?
– Нет, – легко засмеявшись, ответил я. – Я думаю, мы справимся. Не хочу, чтобы ты ехал пять часов, чтобы к моменту твоего приезда температура спала, но спасибо за заботу.
– Как малыш? – спросил он. Это делало меня таким счастливым, осознание того, что мы стали ладить. Я не хотел ненавидеть Трэвиса вечно, я хотел дружить с отцом моего ребенка.
– Она в порядке, но пинается, как чертов мастер боевых искусств, – мужчина засмеялся.
– Мне жаль, что меня никогда не было рядом, когда ты носил Алекса, – я почесал заднюю сторону шеи, возвращая затем руку обратно на поясницу.
– Все в порядке.
– Скотт будет прекрасным отцом, – я нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
– Ксавье и я пытались сделать ребенка, но так получилось, что…я не могу.
– Что? – он вздохнул.
– Алекс был последним ребенком, который у меня мог быть, я бесплоден, – я застыл, – в течение уже пары лет.
– Ты хочешь сказать, что Корали…она от Скотта? – я слышал, как надломился мой голос.
– Ага, – я прикрыл рот рукой, стараясь сдержать всхлипы счастья.
– О, Господи, спасибо, не то, чтобы я не хочу. Чтобы ты был отцом, просто Скотт…
– Я понимаю, Митч. Я позвоню позже, ладно? Я приеду где-нибудь днем, проверю как там Алекс.
– Пока, – телефон стукнулся о поверхность тумбы, пока я пытался прийти в себя.
– Ты в порядке, Митч? – руки Скотта обернулись вокруг моей талии.
– Моя спина болит, но я так счастлив.
– Почему? – я поправил его воротник.
– Корали…она твоя, – мужчина нервно сглотнул.
– Откуда ты знаешь?
– У Трэвиса больше не может быть детей, – я заметил, как его стало потрясывать, потом он опустился на колени, чтобы быть на уровне с моим животом, и его тряска превратилась в сдерживаемые слезы. Обе его руки покоились на моем животе.
– Я буду папой.
– Ага, – кивнул я. Он встал с колен, а затем то, как он поцеловал меня, заставило мои коленки поджаться.
– Я буду баловать ее и изобью любого парня, который попытается прикоснуться к ней. Она будет такой красивой, – я обернул руки вокруг его шеи, прижимаясь своим круглым животом к его плоскому.
– Папуля? – Скотт помог мне добраться до гостиной, где Алекс смотрел мультики, раскрашивая льва.
– Да, милый?
– Можно куриный суп? – Скотт поднялся с дивана.
– Я сделаю, дружок, – он наклонился. Чтобы нежно поцеловать меня. – Я люблю тебя.
– Я люблю тебя тоже, – я был так счастлив, что он ждет не дождется стать папой. И я любил ее имя – Корали Квин. Я надеюсь, что она будет самым милым и самым здоровым ребенком на свете, тогда все будет стоить того, что у меня есть она, моя маленькая милая малышка.
