Жизнь богатых или школа «Black Pearl»

От автора: Простите за маленькую главу… Все читатели, что меня знают, можно сказать, лично понимают ситуацию. На самом деле глава должна была быть очень большая, но я не захотела делать из одной главы кашу с кучей несвязанных событий. Приятного прочтения! Дома Кёнсу завалили вопросами, что с его руками. И он сказал. В принципе, почти правду. Получилось что-то типа «шёл, развязался кед, упал на осколки». И да, родители всё ещё не знали, что на самом деле происходит с их сыном вот уже неделю. Его постоянно расспрашивали, как у него дела в школе, как учится и нашёл ли он альфу. Самый популярный вопрос был о том, нравится ли ему кто-то. И омега сразу уходил. Точнее, убегал. И чем быстрее, тем лучше, потому что да, ему действительно нравился альфа. Но он сам не понимал, что происходило с ним на самом деле. В голове периодически всплывала улыбка Чанёля. Хотел Кёнсу или нет, но мысленно он прокручивал все ситуации. Воспоминания сохранились только хорошие. Вот Чанёль сидит в парке, перебирая струны на своей чёрной матовой гитаре с белыми лакированными вставками, а через минуту парень вытирает его ладони. А вот омега чувствует горячее прикосновение его пальцев на своей совсем не загорелой коже. Кадры сменялись со скоростью света. Кёнсу сидел, делал уроки, а в мыслях сидел Пак. И омега буквально хватался за голову, спрашивая самого себя, почему он думает об этом альфе. В конце концов, он один из F-4. Но отдалённо парень понимал, почему именно улыбка Чанёля заставляла и его самого улыбаться. Именно этот альфа стал единственным, кто его своеобразно поддерживает и защищает. Пак волшебным образом всегда оказывался рядом в тяжёлые минуты. И Кёнсу думал, что это случайности. Хотя, он и сейчас так думал… Но альфа влиял на него не однозначно. Омега чувствовал что-то каждый раз, когда мысленно видел улыбку Чанёля или вспоминал, как тот ворчал и пытался что-то ему растолковать. До невольно улыбался, когда думал об альфе, а разве это не влюбленность? Когда из рук не выпускаешь вещь, которая принадлежит другому человеку. К слову, Кёнсу отстирал его платок и аккуратно выгладил. А почему он не понимал, что с ним происходит? Хотел бы он твёрдо заявить, что ему нравится Чанёль, но мысли путал запах — зелёный чай. Что-то было не так. Кёнсу чувствовал, что этот любимый аромат окутывал его с ног до головы. Но он будто знал, что этот запах не принадлежит Чанёлю. Хотя ему пришла в голову сумасшедшая мысль, что запах был именно Пака, а он, вполне возможно, мог бы быть истинным альфой. Но это были лишь предположения, потому что Лу дал ему почву для серьёзных размышлений: запах не может содержать в себе два аромата. Из-за того, что омега не мог чётко чувствовать запахи, он и определить не мог, кому он принадлежит. Любимый запах зелёного чая порой выбивал почву из-под ног, а улыбка Чанёля заставляла потеряться во времени и мыслях. И парень не знал, что ему делать. Ему оставалось только ждать момента, который, возможно, прояснил бы ситуацию. А пока он только надеялся, что его любимый аромат принадлежит этому высокому и добродушному альфе.

***

Утро прошло тихо. В этот раз ему удалось незаметно улизнуть в школу. На удивление, его все снова игнорировали, да это было и к лучшему. Тао в школу и вовсе не пришёл, даже не соизволил позвонить и предупредить парня. Погода была ужасная, как все гудели. Но на самом деле это была любимая погода До. На улице лил дождь как из ведра. Ливень стоял стеной, так что дальше двух метров ничего не было видно. Изредка гремел гром, а во двор академии попадали извилистые молнии. Кёнсу снял свой дождевик, повесив его аккуратно в шкафчик и протёр новые туфли влажными салфетками. Не приходить же на урок неряхой. А чистоплотности его научили с самого детства. Он посмотрел в маленькое зеркало на дверце, зачесал немного влажные волосы, но потом снова взлохматил чёлку обратно. Не смотря на любимую погоду, настроение было хуже некуда. Он просто чувствовал, что и этот день не принесёт ничего хорошего. Хотя, когда это ему спокойно жилось с красной карточкой за пазухой. Но, в принципе, омега был готов к любым издевательствам, как он думал. В конце концов, ну что могут сделать простые школьники? Ну подразнить, покидаться бумажками, накидать червяков, попытаться унизить… Это он уже понял. Но всему же есть предел. Кёнсу потёр больные руки и хотел уже уйти, но как только он закрыл дверцу злосчастного шкафчика, его тут же припечатали к металлической двери. — Ну, что? Думал, натравишь на нас Чонина и мы отступим? — снова два альфы, которых Кёнсу запомнил, кажется, на всю жизнь. — Да что вам нужно, придурки?! — Может, объяснишь, что за хрень происходит? То Чонин красную карточку тебе вручает, то говорит, что яйца нам оторвёт, если мы твои ручонки драгоценные хоть раз тронем! — брюнет сощурил карие, почти чёрные глаза, а русый альфа брезгливо взял двумя пальцами и приподнял забинтованную кисть, но как только омега хотел отдёрнуть руку, парень схватил его сильнее, впиваясь короткими ногтями в раненную ладонь. Кёнсу только сцепил зубы, чтобы не заскулить от боли. — Обычные пальцы, просто уродливые… Ха, — в голову брюнета пришла мысль, которая убила бы любого. — Интересно, Хёсын, — обратился он якобы к своему другу, смотря омеге точно в глаза, — а почему это Чонину понравились эти ручки? — альфа криво усмехнулся. — Может, ты сделал этими ручками ему о-очень хорошо? — русый понял, что придумал брюнет и активно подыграл ему. А Кёнсу хотел уже отвернуться, но один из парней грубо схватили его за подбородок, резко поворачивая его лицом. Его ударили в живот, но когда он согнулся, альфы толкнули его обратно. Су ударился о железную дверь головой до звёздочек в глазах. — О-о, — протянул альфа, — так может, ты и нам что-нибудь сделаешь? — брюнет опустил ладонь омеги себе на пах, стискивая его руку в своей. Кёнсу в миг забрыкался, что есть силы. Он смог вырваться и начал невпопад бить альф, куда только достанет. Те его отпустили, позволив уйти, но эта ситуация только больше разозлила их, рождая в головах план мести.

***

Минсок бежал по коридору, крепко прижимая к себе учебники, ведь он опаздывал на урок. Омега даже не заметил, как из-за угла вышел Чондэ. К слову, Мин давно был влюблён в альфу, но этот упрямый парень в упор не замечал ничего. Ну, так думал сам Минсок. А сам Чен на самом деле просто издевался над омегой, видя его терзания. Но не из злых помыслов, конечно же. Он тихо наблюдал за парнем в библиотеке и в кафе, где Мин подрабатывал баристой. Минсок был настоящим отличником, он пытался всегда зарыться в учебниках, чтобы забыть обо всех земных проблемах. Ведь он не был из богатой семьи. омега учился в этой академии на полных правах только потому, что на «отлично» сдал вступительные экзамены и ему было важно окончить школу с отличием, чтобы держать свой статус до конца. Вот и сейчас он бежал на урок, сломя голову, потому что звонок прозвенел минуту назад, а он снова просидел всю перемену в библиотеке, собирая информацию для будущего реферата. Парень с разбегу врезался в альфу, от чего все учебники и тетради разлетелись в разные стороны. Мин не знает, что делать. Он садится на корточки, начиная собирать учебники. Парень закусывает губу и первое, что приходит ему на ум — извиниться. — Прости, пожалуйста! Он боялся, что ему тоже вручат красную карточку, потому что злить F-4 нельзя никому. Минсок никак не ожидал, что Чондэ присядет рядом с ним и поможет собрать книги и тетради в стопку. Они встали почти одновременно, но Мин зацепился за развязанные шнурки своих старых кед и чуть не упал, уткнувшись носом в грудь альфы. Чондэ, не ожидав от самого себя, придержал омегу за талию, а запах таких любимых пионов забился в лёгкие. Да и сам Минсок шумно вдохнул запах альфы, поморщив нос от удовольствия. Но тут же одумался и отскочил от него на добрых два метра. Чен только тихо посмеялся с того, как забегали глаза у растерянного Минсока, и это делало омегу необычайно милым. — Ты очень милый, — улыбнулся Чондэ, а омега, кажется, разомлел от его улыбки и притягательных ямочек в уголках рта. Альфа потрепал его по волосам и тихо шепнул на ухо: — красивый, мой истинный… Чен с усмешкой на губах ушёл, а омега так и остался стоять с открытым от шока ртом, чуть не уронив учебники назад.

***

До конца дня ничего не произошло, что очень удивило Кёнсу. Казалось, будто это было затишье перед бурей. Он пришёл домой и первым делом сразу же позвонил Тао, чтобы спросить, что с ним случилось и почему он не пришёл в школу. Как оказалось, омега серьёзно заболел. И его не будет в школе минимум неделю. Омега тихо вздохнул, понимая, что остался совсем один, не считая Чанёля, но даже альфа сегодня ему не помог. Хотя парень сразу помотал головой: почему он должен надеяться на кого-то? Кёнсу вдруг замер, чуть не ударившись головой об стол. Только сейчас, вспоминая с отвращением всё, что случилось утром, до него дошёл смысл слов альф. Он нахмурился, судорожно вспоминая, что ему говорили парни. «… Натравил Чонина…» «… Яйца оторвёт, если они испортят его руки…» «…Драгоценные ручонки?» — Стоп, они сказали, что Чонин волновался за… мои руки? Да бред! Или нет? С чего бы это? Он начал думать, почему Чонина вообще волновали его руки? Картинка стала собираться по маленьким паззлам. Кто-то следил за ним, когда он играл на рояле и пел. А когда он остановился из-за боли в руках, хлопнула дверь и послышались шаги. Выходит, это был Ким? — Но почему его это волнует?! — омега зарылся пальцами в волосы, снова взлохмачивая чёлку. Рой вопросов крутился в голове. И добивало то, что это всё были простые предположения. — Стоп, а может этот напыщенный индюк хотел просто, чтобы мне досталось ещё больше?! О, вот это более правдивая версия… Да и на правду больше похоже, — от чего-то печально усмехнулся Кёнсу. Его передёрнуло от одной мысли, что ещё могут выкинуть эти альфы, если сегодня они дошли до такого…

***

На следующее утро парень перематывал руки, отмечая, что они начали понемногу заживать. Совсем маленькие порезы вовсе исчезли, не оставляя даже шрамов, а чуть глубокие стали затягиваться. Он вздохнул и залез на велосипед. Папа опять не подвозил его, поэтому пришлось ехать самому. Он аккуратно положил руки на руль, лавируя между пешеходами и управляя одними ладошками. Уже немного холодный ветер так приятно обдувал белоснежные щёки. Ему было так хорошо, что он даже расстроился, когда приехал в школу. Пара уроков прошла относительно тихо. Но Кёнсу видел, что на него с усмешками смотрели одноклассники. Он закатил глаза и продолжил писать в своей тетради. Он понял, что сегодняшний день не будет отличаться от других, если только… не будет ещё хуже. До вышел в обеденный перерыв в коридор. Большая перемена даётся для того, чтобы отдохнуть, покушать или позаниматься дополнительно, но ученики придумывают другое занятие. Уже порядком надоевшие альфы взяли Су за шею, заталкивая его в туалет, не давая спокойно дойти до кафетерия. К слову, туалет для альф. — Ну что? Бежать некуда? Над ним склонились четверо альф. Двое были ему знакомы — те самые, которые не давали спокойно вздохнуть уже несколько дней. Но на этот раз в их компании было ещё двое. Кёнсу их не знал: видимо, они были из другого класса. — Да что вам нужно от меня, мать вашу! — крикнул До, стараясь казаться более храбрым, но колени задрожали, потому что… И дураку понятно, что сопротивляться в этой ситуации просто бесполезно. Ведь они альфы и их четверо. — Представляете, парни, он вчера сбежал! Кстати, Чонин на нас орал. Кричал, какие у него драгоценные руки, — сказал брюнет, и альфы засмеялись. — Представьте, что же он такое мог сделать этими корявыми ручонками! — продолжали смеяться альфы. — Может, ты всё-таки покажешь нам, что ты такое сделал? — Идиоты… — прошипел Кёнсу, плюнув в лицо брюнету. В этот момент в уборную забежал парень на крик альф. Он увидел, что учудил омега и сразу же побежал всем рассказывать. Ничего умнее он не придумал, как побежать еще и к самим F-4. — Ах ты сука! — рыкнул альфа, вытирая лицо, как от яда. Казалось, из ушей валил пар, а из глаз сыпались искры. — Зря ты это сделал… В тот же момент его почти подняли над землёй, держа за шкирку, будто он ничего не весил. Его швырнули на пол, словно тряпичную куклу. Альфы схватили его за чёрные густые волосы и потащили к ближайшему унитазу, попутно протирая его школьной формой полы в туалете, где уже порядком натоптали. Кёнсу всё же попытался вырваться, цепляясь короткими ногтями за руки парней, что держали его за волосы. Он с ужасом понял, зачем его тянут к унитазу. Отцепить сильные руки от своей головы омега не смог, но он не собирался сдаваться. Он опёрся руками на грязный ободок унитаза, сжимая его цепкими пальцами до побеления костяшек. Противный запах предыдущих «посетителей» забирался в ноздри и вызывал непередаваемое желание вывернуться наизнанку от рвоты. Альф же только смешили попытки омеги избежать этой участи. Парни заломили его руки за спиной и, сжав его волосы с большей силой, опустили в унитаз. Горло омеги упёрлось в ободок так, что он закашлялся и не смог сделать и вздоха. Альф это ещё больше раззадорило, и они опустили его голову ещё ниже. Так, что он чуть ли не лбом касался мокрой стенки санузла. Он только смог сделать маленький вздох, как они нажали на кнопку слива и ледяная вода полилась ему на голову. Кёнсу оставалось только зажмуриться и закрыть рот. И, конечно, надеяться… Слепо надеяться, что ему кто-то поможет. — Ну что, отброс? Освежает?! — фыркнул брюнет. Альфы достали его, но только для того, чтобы отшвырнуть его назад, к стенке. Омега промокнул глаза руками, вытирая воду, что стекала с чёлки, и криво усмехнулся. — А знаешь, почему унитаз? — заржал еще один. — Потому что ты дерьмо! — При чём такое большое, что не смывается за раз! — Что здесь происходит? — за их спинами послышался низкий голос, который стал ещё ниже от злости. — Чанёль… — выдохнул один из парней. — Мы тут учим нашего отброса хорошим манерам. — Чтоб через три секунды никого здесь не было. Вы срываете уроки! — пробасил Пак, и парни, слушая его приказ, поспешили уйти прочь. Омега тоже хотел встать, но его остановил альфа. — Когда же ты научишься быстро бегать… — вздохнул парень. Он достал из-за ткани пиджака полотенце, которое он прихватил сразу, как только услышал, что альфы в туалете опускают омегу головой в унитаз. Мягкая, белоснежная и такая тёплая ткань легла на голову Кёнсу. Он с удивлением посмотрел на Чанёля, который снова его спас. И теперь альфа аккуратно вытирал его лицо, невольно улыбнувшись, когда Кёнсу зажмурился. — Зачем ты мне помогаешь? — спросил охрипшим голосом До, посмотрев на альфу с какой-то слепой надеждой. — Я? — удивился Пак, продолжая вытирать уже голову парня. — Кто сказал, что я тебе помогаю? Кстати, тебе лучше пойти домой. Не сидеть же в таком виде за партой. И запах… Туалет не фиалками пахнет, тебе стоит принять душ, — читал лекцию альфа, продолжая вытирать волосы. Кёнсу и не знал, что сказать ещё. Поэтому он просто резко и одновременно трусливо забрал у альфы полотенце, бросив на последней «спасибо, но я не беспомощный, могу и сам вытереть». Чанёль только усмехнулся, ведь на бледных щеках омеги выступил румянец. А парень только непонятно на что разозлился и ушёл, хлопая дверью уборной. Кёнсу повезло, что начался сезон дождей, потому что на улице снова стоял ливень. Он вышел на улицу и за считанные секунды промок до нитки. Он шёл домой пешком. Ведь на этот раз его должен был забирать отец, но так как он ушёл раньше, пришлось идти. Дома его ждали родители. Мама сразу накинулась с вопросами, почему он так рано пришёл и не позвонил папе. На что парень коротко отвечал, что отпустили немного раньше. Так и не дождавшись от него более внятного ответа, родители отправили его мыться в горячую воду, чтобы он не простудился.

***

— Почему помогаю… — эхом спросил у самого себя Чанёль, когда он был уже в комнате отдыха. — А действительно, почему? — Что это было? — спросил строго Чонин, который откуда-то показался в дверном проёме. Конечно, ему уже всё доложили. — Вот и мне интересно. — Почему ты опять вмешался? — Чонин был зол, но причина не ясна ему самому. Его задевал не тот факт, что омеге помогли, а то, что Кёнсу помог именно Чанёль. Ким нутром чувствовал неладное. — Вот и мне интересно, — с усмешкой повторил Пак. — Кстати, тебе не кажется, что нужно прекратить уже это всё? — Не кажется, — альфа скрестил руки на груди. — Чёрт знает, до чего это всё дойдёт. Может… — Нет, — отрезал Ким. — Он ещё не извинился. — Смирись уже с тем, что он никогда не извинится, — хмыкнул Чанёль и добавил еле слышно: — перед тобой. — Тогда это всё никогда не прекратится! — Чонин вышел из комнаты, не забыв звонко хлопнуть дверью. Он ушёл, все знали куда, но останавливать никто не хотел. Ведь даже самому Ким Чонину нужно побыть одному и привести свои мысли в порядок. А это было сейчас как никогда необходимо…