33. Последняя неделя
11 октября 2016 г., 16:57
Теория без практики – это рюкзак с учебниками по плаванию за спиной тонущего. цитата из книги Д. Емца «Мефодий Буслаев. Месть валькирий»
— Это поразительно! Подумать только, дочь Снейпа обладает древней магией! — Беллатрикс закружилась от восторга. — Всё проще простого! — Не понимаю, чему ты так радуешься, — кисло отозвался Фенрир, наблюдая за танцующей пожирательницей. — Как ты хочешь заставить девчонку передать тебе дар? — Она передаст мне его добровольно, — кровожадно улыбнулась Лестрейндж. — Ну-ну… — неопределенно протянул Фенрир. — Ты мыслишь слишком узко, — снисходительно сказала Беллатрикс. — Кроме грубой силы существует ещё и хитрость! Именно так мы и будем действовать на Острове. — На Острове? — не понял оборотень. — Именно. Хлоя уже нашла способ, как перенести нас туда. Пойду посмотрю, как там наш пленник. И, тихо напевая себе под нос, она удалилась в подвал, оставив Фенрира в замешательстве.***
Рон лежал с открытыми глазами и шумно дышал. Зелья, сваренные колдомедиком, помогали, но парень чувствовал себя по-прежнему плохо. — Скоро к тебе присоединится компания, — с порога весело сказала Лестрейндж, но, увидев в связанных руках парня письмо, нахмурилась и быстро подошла к кровати. — Что в них? — хрипло спросил парень, когда та вырвала из его рук письмо. Она еле успела. Еще бы минута, и Уизли вскрыл конверт. Хорошо, что он был все еще слаб. Теперь-то Беллатрикс наконец-то поняла, каким «чудом» у рыжего появляются письма в руках. — Не твоего ума дело, — грубо ответила она и быстро пробежала глазами написанное. — Они приходят мне, я должен знать… — Заткнись! — скомандовала Беллатрикс и, тяжело вздохнув, села к парню на кровать. Беллатрикс достала из кармана склянку и, грубо схватив парня за волосы, приподняла ему голову, вливая зелье ему в рот. Рон не знал, что за зелье ему давали, да и ему было без разницы, даже если бы это был яд. Это зелье было густое и имело пряный сладкий вкус, после его принятия горло на время переставало болеть, и дышать становилось легче. Но вряд ли это было лекарством. Обычно магические отвары действовали быстро. Мадам Помфри давно бы уже вылечила его, что и говорить, она могла срастить кости за несколько минут! Скорее, это варево просто позволяет ему, Рону, оставаться «на плаву». Беллатрикс поймала себя на мысли, что волосы у Рона Уизли мягкие и приятные, даже несмотря на то, что грязные. Их цвет, даже в тускло освещённом подвале, вызывал у неё восхищение. Ей нравился этот золотисто-рыжий оттенок, и это, пожалуй, было открытие для нее самой. — Зачем я здесь? — спросил Рон, в упор глядя на пожирательницу. Теперь-то он знал, что перед ним не блондинка, так желанная им, не полувейла Иветт, а их давний враг, сумасшедшая Беллатрикс Лестрейндж. — Нужен, — бесхитростно ответила та. — Война уже позади, зачем ты снова хочешь принести её в жизнь людей? Они много пережили плохого, многого лишились… — Рон вспомнил, как чуть не потерял Фреда во время битвы за Хогвартс. А сколько раз его семья шла на риск! Его маленькая сестренка Джинни подвергалась издевкам со стороны брата и сестры Кэрроу, Гермиона испытала на себе заклятие Круциатус, и теперь на руке имеет шрам «Грязнокровка», что уж говорить про Гарри… Сколько раз они все были на волосок от смерти. Но всё, казалось бы, кончилось. Были расставлены точки в этой ужасной жестокой войне. Не тут-то было. Разве кто-нибудь мог из них предположить, что Беллатрикс Лестрейндж удастся улизнуть перед самым носом у Министерства Магии?.. Да еще и снова затеять какую-то грязную игру. — А я ещё большего! — зло ответила Беллатрикс. — Но скоро всё изменится, и все поплатятся за то, что сделали со мной. — Но ведь это ты и твои сторонники развязали войну, скажи, что тебе не хватало? Зачем ты это сделала? Пожирательница слегка вздрогнула. Чего ей не хватало? Многого. А вроде бы всё было: положение в обществе, богатство, красота, ум, чистота крови. Чего-то всё же не хватало, значит. Она хотела всем нравиться, хотела, чтобы её ценили, признали её способности… Любили?.. Да, любили. Она хотела доказать, что способна на многое. Что она имеет право обладать древней магией, она достойна её. Тёмный Лорд дал ей отличную возможность для этого. Что она получила, отдав себя в услужение Лорду? Признание могущественного волшебника, кроме того её боялись, уважали, она стала обладать сильной тёмной магией. Она родила дочь с исключительным потенциалом от самого сильного волшебника. Но что она потеряла?.. Беллатрикс пресекла эти мысли и быстрым шагом направилась к выходу.***
Последняя неделя для практикантов из Хогвартса предстояла самая тяжёлая. В эту зачетную неделю все руководители практики потребовали от семикурсников выложиться на все сто процентов, показать себя с наилучшей стороны и продемонстрировать на практике всё, чему научились за предыдущие три недели. В понедельник мисс Хаттори ждала семикурсников на полигоне, где для каждого студента была приготовлена полоса препятствий с многочисленными загадками и головоломками, пройти которую можно было, разгадав эти загадки с помощью заклинаний и чар. Можно было пользоваться буклетом с перечнем заклинаний, ведь здесь был не Хогвартс и проверялась не зубрежка, а освоение новых сложных чар. Первой испытание прошла Гермиона, и мисс Хаттори начислила ей сто баллов, вторым был Гарри Поттер, но он не смог пройти одно из заданий и получил от руководительницы девяносто девять баллов. Многие из заклинаний были хорошо знакомы хогвартцам по школе, например, заклинание исчезновения, уменьшающее и увеличивающее заклинания. Но большинство, всё же, были из брошюрки, лично составленной преподавательницей. Сотая ступень включала в себя применение чар, распознающих любую магию, так что заведомо мисс Хаттори знала, что её пройдёт лишь одна Гермиона. Отпуская ребят на обед, японка сказала, что будет ждать их после в Треугольном зале для обсуждения результатов и работы над ошибками. Мисс Хаттори выделила особо смышленых студентов из Хогвартса и, отпустив остальных после заключительной речи и разбора ошибок, завела с ними разговор, предложив написать рекомендательное письмо всем желающим. К большому негодованию японки, среди присутствующих был и Драко Малфой, который изрядно, будто большой надоедливый комар, попил ее кровушки во время занятий. — Хоть вы и прошли мою полосу препятствий на девяносто девять баллов, рекомендательного письма вы не получите! — строго сообщила мисс Хаттори, и от ее слов все засмеялись, глядя на покрасневшего Малфоя. — Так нечестно! Я прошел все ваши тесты. Последнего заклинания никто не знал, о нем вы нам не говорили и в брошюрке не указывали. И вообще. Мой отец узнает об этом!.. — пригрозил белобрысый. — Хотите, я лично ему напишу? — предложила мисс Хаттори безмятежным голосом, и все снова засмеялись, тыча в Драко пальцем. Тот рассвирепел и покинул помещение, ругаясь себе под нос. Гермиона Грейнджер, незаметно ото всех, показала Йоко большой палец вверх и подбадривающе улыбнулась. Вечером Гермиона вытащила Кэролин на прогулку и повела её гулять по пляжу. — А как же Джон? — ехидно поинтересовалась Принц, ступая босыми ногами по тёплому песку. — Обойдётся сегодня без меня, — беззаботно ответила Гермиона. Хоть она и позволяла Джону приглашать себя на свидания, но парень с каждым разом становился все настойчивее, а отговорки у Грейнджер заканчивались. — Ты уже не работаешь над дипломом? — поинтересовалась брюнетка. — Эту неделю решила отдохнуть, — призналась Грейнджер. — Сегодня ты отправляла письмо? — Каждый день, — кивнула Кэролин. — Почему же нет ответа, ведь я уверена, он их получает! Я ведь получила! — Он жив… — Я верю в это! — голос Гермионы дрогнул. — Это точно. Хлоя сварила специальное зелье, которому её обучали в Институте, и бросила туда вещь Рона. Она засияла, а это значит, что он жив. — Когда она это сделала? — Сегодня… Они ушли с пляжа и очутились на цветочной аллее. Тут до руки Гермионы незаметно дотронулся Джон. Все-таки нашел их! Грейнджер от неожиданности закашлялась. — Привет! — улыбнулся он. — Ты напугал меня, — призналась Гермиона. — Привет, — поздоровалась Кэролин с мистером Райтом. — Ну, я вас оставлю. Меня сегодня Гарри позвал на прогулку. — Но ты мне не говорила об этом, — обиженно произнесла Гермиона, взглядом прося Кэролин остаться, но та сделала вид, что не поняла намеков Грейнджер. — Я забыла, — весело улыбнулась Кэролин и подмигнула ей, — не сердись! Принц махнула им на прощание рукой и поспешила оставить наедине. Гермиона неслышно скрипнула зубами, решив, что определенно Кэролин задаст взбучку. — Я везде тебя искал, — сказал Джон, — даже у твоего профессора спросил. Он такой забавный. — Почему? — спросила Грейнджер, впервые услышав такое прилагательное про угрюмого зельевара. — Я спросил его, не видел ли он тебя, на что он мне сказал, что он не твоя нянька и не следит за тобой, что ты уже взрослая и можешь находиться там, где хочешь, — засмеялся Джон. «Да уж, — подумала Гермиона, — тоже мне, няня Снейп. Да будь он няней, он бы уже всех доверенных ему детей передушил. Стоп! Кто бы ему доверил детей? Ох, о чём это я вообще?» — Мне кажется, ты ему не безразлична. — Что-о? С чего ты взял? — спросила Гермиона, моментально вспыхнув. — Я это ещё заметил, когда ты ногу подвернула, и я понёс тебя к твоему профессору в коттедж. — Вовсе он не мой, — возразила Гермиона, явно сердясь. — Это радует, — улыбнулся Джон, притягивая девушку ближе к себе. — А вот я хочу быть твоим. Гермиона покраснела еще больше, что не осталось незаметным от парня. Он принял это на свой счет и нежно погладил по щеке.***
Во вторник миссис Мосс устроила ребятам проверку их работы в садиках. Практиканты должны были ответить на все вопросы руководительницы и знать всё о выращиваемых ими растениях. Без сомнений, больше всех её порадовал Невилл, который во всех подробностях готов был рассказать ещё о нескольких десятках растений, если бы миссис Мосс не остановила его. Над садиком Драко Малфоя смеялись дружно все хогвартцы. В среду мисс Клементс устроила настоящее испытание ребятам. Она была строга и требовала максимум знаний от практикантов. Спрашивала всех, без исключения, просила показать, где будет располагаться то или иное созвездие в зависимости от времени года, и требовала от семикурсников названий всех звёзд большинства созвездий. А ещё просила на практике показать, как работает то или иное магловское изобретение. Было нелегко, и многие не справлялись с заданиями, ведь на Острове так расслабились, что воспринимали практику как что-то несерьезное и даже не думали усердно заниматься как в школе. Но все же мисс Клементс была удовлетворена ответами и практикой семикурсников, написав только два рекомендательных письма — Ханне Эббот и Гермионе Грейнджер. В четверг мистер Эллиот устроил хогвартцам зачётное занятие. Они должны были рассказать и продемонстрировать свои знания относительно каждого волшебного животного. Сначала нужно было дать характеристику, затем описать словами или показать, как за ним ухаживать, а потом мистер Эллиот задавал вопросы о том, как следует лечить животное, если оно заболеет. Ничего сложного не было, и все успешно справились с заданиями, тем более руководитель судил не строго и был готов каждому желающему написать рекомендательное письмо — ему очень понравилась работа семикурсников, их радостные лица, любопытство и задор. Еще бы! Ведь нормальных уроков по уходу за магическими существами у них было ой как мало. Мистер Рекуа провёл в пятницу обобщающее практическое занятие, предложив в качестве зачётного задания придумать каждому, как можно усовершенствовать то или иное магловское или волшебное изобретение. Ох, каких только фантазий он не услышал от хогвартцев! Гарри предложил соединить две метлы перегородкой в одну, чтобы этот летающий транспорт был двухместный. Его можно было использовать для прогулок. Симус в противовес Поттеру предложил изобрести длинную многоместную метлу и заменить ей автобусы, после чего Драко внес идею устроить гонки на этих самых двойных или многоместных мётлах и придумал несколько препятствий в виде драконов и мантикор. Тогда Джинни сказала, что никогда ещё не встречала мантикор и ведьм банши, и почему бы на Острове не организовать какое-нибудь место, где держали бы опасных существ и учили с ними бороться. Гермиона предложила устроить лучшую систему освещения вокруг Учебного городка, например, заколдовать фонари, чтобы они зажигались именно тогда, когда вблизи оказывался человек. Честно говоря, она подсмотрела эту идею у маглов. Вдруг какая-нибудь мантикора сбежит? Но проблема не только в сбежавшей мантикоре — никто больше не подвернёт ногу о приступок беседки и никакой профессор не подкараулит около коттеджа свою студентку. Невилл предложил расширить Бермудский парк и построить там оранжерею для редких и вымирающих растений. А еще, возможно, селекционерам удалось бы отправиться в прошлое и привезти оттуда экземпляры исчезнувших растений, чтобы вновь возродить их. Любители квиддича предложили устраивать матчи между учениками из других волшебных институтов и школ, проходящих практику на Острове. Такой своеобразный небольшой турнир. Были ещё предложения наложить на одно из помещений внутри планетария специальные чары невесомости, чтобы ощутить себя, как в космосе. Предлагали вывести в заповеднике соплохвостов. В итоге практическое занятие превратилось в дружное коллективное обсуждение, после которого Остров в фантазиях семикурсников превратился в оснащённую космодромом базу, на территории которой имелась большая подводная лодка. Эта лодка могла становиться невидимой. Весь Остров мысленно был засажен дикими и редкими небезобидными растениями и опасными существами, а волшебники научились использовать драконов, как транспорт. Мистер Рекуа вполне убедился, что хогвартцы имеют богатую фантазию, и похвалил всех без исключения, написав студентам хорошие характеристики.***
Джон Райт был очень занят в пятницу — готовил практическое зачётное задание для хогвартцев на завтра. Он попросил Гермиону не обижаться на него и сказал, что освободится к десяти часам вечера. Ещё он выразил надежду, что она не будет спать в это время, и он забежит к ней, чтобы пожелать спокойной ночи. Было без пятнадцати десять, когда Гермиона вышла из коттеджа и медленно побрела к беседке. — Спешите на свидание, мисс Грейнджер? — спросил Снейп за спиной Гермионы. Та вздрогнула от неожиданности. — Это запрещено? — выдохнув и взяв себя в руки, уточнила девушка и изогнула бровь, копируя самого Снейпа. Тот усмехнулся. Гермиона явно перестаралась. — Я поинтересовался просто так. — Вы ничего не делаете просто так. — Вы так хорошо меня знаете, что готовы это утверждать, мисс? Снейп достал портсигар и закурил ароматную сигарету. От сигареты пахло корицей. Снейп увидел немой вопрос в глазах Гермионы. — Моё хобби. Экспериментирую со вкусами. — Я думала, ваше хобби — зельеварение. — Зельеварение — моя работа и моя жизнь, мисс Грейнджер, — спокойно пояснил Снейп. — Где же ваш ухажёр? — Сейчас уже подойдёт, профессор. А вы что так волнуетесь? Но Снейп не успел ответить, так как к ним подошёл Джон. — Добрый вечер, профессор, — кивнул он Снейпу и получил в ответ такой же кивок. — Пройдёмся? — предложила Гермиона Джону, посмотрев в это время на Снейпа. — А вам, профессор, доброй ночи. Снейп ничего не ответил, провожая их взглядом.***
Драко, лёжа в своей кровати, думал о Джинни. Почему он выбрал именно её, чтобы заставить Хлою ревновать? Ведь он мог выбрать кого угодно, даже ту же самую Панси. Да и Миллисент ему бы подыграла, правда, все равно бы никто не поверил в чувства между ними. Но факт остается фактом! Драко поймал себя на мысли, что вот уже неделю пытался выбить из рыжей согласие прогуляться с ним. Нет бы плюнуть и найти другую кандидатуру, но нет же, он упорно изобретал всякие уловки и придумывал слова, которые смогли бы убедить Уизли пойти с ним. Что с ним такое? Почему он не может выкинуть её из головы и попробовать с другой? Джинни очень изменилась. Сейчас, глядя на неё, Драко бы не сказал, что она похожа на легкомысленную девчонку, какой она ему всегда казалась. Он не мог разобрать, что именно говорят её глаза, но он мог точно определить, что её взгляд стал более спокойный, более взрослый и проникновенный. Почему она так изменилась, или кто и что её так изменило? Болезнь брата? Флоренц? Кентавр точно запудрил ей мозги своей непонятной философией. Что бы это ни было, а Джинни такой нравилась ему больше. Он не понимал её и чувствовал острую необходимость узнать, о чём она думает. В ней появилась загадка, и он хотел разгадать её. Она притягивала его, и Драко ненавидел себя за это. Он не хотел зависеть от кого-либо, хотел, чтобы его мысли принадлежали только ему. Стоп! А как же Хлоя? Драко она занимала только тогда, когда он рассматривал её как идеальную пару для себя. Малфой решил не делать никаких открытий вечером и, прогнав эти мысли из своей головы, попытался заснуть.***
Был час ночи, когда Гермиона возвращалась к своему коттеджу. Ей показалось, что за ней кто-то следит, но, осмотревшись, она никого не заметила. Сейчас как никогда хотелось развесить волшебные фонарики по всей территории Учебного городка.***
Джон приготовил для семикурсников интересное практическое занятие, требующее чутья зельевара и творческого мышления. Нужно было изобрести собственное зелье. Ограничений в ингредиентах никаких не было. Большинство хогвартцев оказались озадачены подобным заданием, но Джон сообщил, что изобрести какую-нибудь мазь от сухости кожи они в состоянии, тем более что на зачётную работу у них был весь день с перерывами на принятие пищи. Драко нахмурился, Гарри растерялся, Дафна готова была заплакать, а Гермиона сияла от восторга. У неё уже было несколько своих зелий, которые она изобрела в процессе написания диплома. Но сегодня она решила, что обязательно изобретёт что-нибудь новое и потрясающее. В итоге девушкой создала зелье на основе мёда, помогающее хорошенько расслабиться и выспаться, к тому же оно имело замечательный вкус. Появилась даже идея порекомендовать его Снейпу от бессонницы. Все наработки зелий решено было испробовать на крысах. Даже Невилл смог что-то изобрести, только вот он не знал, что именно он сварил. Но котёл, а точнее, кастрюля, не была взорвана, и это был неплохой знак. Если бы на занятии присутствовал Снейп, он наверняка бы пожалел крысу, которой дали попробовать зелье Невилла, хотя с ней ничего и не случилось. По крайней мере, пока. По итогам практической были расставлены баллы. Не всем удалось сварить задуманные зелья, но большинство, всё же, справилось с задачей. — Завтра праздник Двух Лун. Вам очень повезло, что вы застанете его! — сообщил Джон практикантам. — Это зрелище, которое стоит того, чтобы его увидеть! Вы надолго запомните этот замечательный праздник. У вас в холле в коттедже висит краткая информация о нём. Может быть, даже удастся увидеть Лунную Деву, — с этими словами Джон подмигнул семикурсникам. — Кто это? — лениво осведомился Малфой, но этого оказалось достаточным, чтобы Джон продолжил свой рассказ: — О, я вам расскажу потрясающую, но немного грустную легенду этого Острова! Кто-то из семикурсников тяжело вздохнул, потому что хотел домой, а кто-то с интересом посмотрел на Джона. Джон стал рассказывать: — Говорят, что много веков назад на этом Острове жили волшебники, которые не пользовались волшебными палочками, а использовали силу Природы, живя в гармонии с ней. Природа питала магической силой этих волшебников. Они были намного могущественнее, чем мы сейчас. Постоянно приносили дары Природе и устраивали праздники, почитающие ее силы. Но вскоре волшебники почувствовали себя настолько могущественными, что решили, будто бы способны властвовать над Природой, и та была оскорблена этим. Волшебники перестали приносить ей дары и почитать её. Природа не осталась в долгу и решила напомнить им, что они забылись. Погода портилась день ото дня, и в итоге люди уже не могли справляться с таким буйным проявлением сил. Кроме того, их магия стала ослабевать. Начались ураганы, ливни, и наступил холод. Луна с каждым днём становилась всё краснее и краснее, и Природа предсказала волшебникам, что в последнее воскресенье января она станет кроваво-красного оттенка и как только коснётся океана — на Остров упадёт огромная волна и затопит его. Волшебники наблюдали изо дня в день, как Луна приобретала кровавый оттенок, но ничего поделать не могли. Они просили прощения у Природы, но та не слышала их. В последнее воскресенье января люди собрались на берегу океана и принесли дары Природе, как делали прежде, но она по-прежнему не слышала их. Луна была всё ближе к океану, она была ярко-красного цвета. Огромная волна надвигалась на Остров. Тогда одна девушка решила принести себя в жертву Природе, чтобы та приняла её и не обрушивала свой гнев на Остров и его жителей. Когда волна подобралась близко к берегу, девушка по пояс вошла в воду, и волна упала на неё, не добравшись до Острова. Природа приняла её жертву и взяла к себе в подводное царство. Девушка стала душой Острова, его хранительницей. Луна наделила её особой силой. Говорят, ту девушку, Лунную Деву, можно увидеть в последнее воскресенье января. По легенде, когда появится кто-то, достойный ее жертвы, она явится своей преемнице или преемнику и передаст тому или той свой необыкновенный дар. Что это за дар никто не знает. Да и это всего лишь красивая легенда. Но по секрету скажу, что некоторые на этом Острове верят в неё, и год от года мы отмечаем праздник Двух Лун. Это традиция, — улыбнулся Джон. С минуту все сидели молча. — Чушь, — первым очнулся Малфой, но его никто не поддержал. — Это же легенда, — с упрёком ему сказала Гермиона. — А как звали девушку? — поинтересовалась Джинни. — К сожалению, никто не знает, — ответил Джон на вопрос мисс Уизли. — Легенды на пустом месте не рождаются, — заметила Панси. — Очень красиво, — смахнула слезинку Лаванда. — Да, Лаванда права! — воскликнул Джон. — Ну что, завтра первая половина дня в вашем распоряжении. Кто хочет, тот может помочь нам с приготовлениями, а вот во второй половине дня приглашаю всех на пляж, где и состоится празднование! Ещё раз повторю, что подобного зрелища вы никогда не встречали и вряд ли ещё встретите.
